Продуктовый магазин № 514 (Новелла)

29 октября 3020 года. В соответствии с назначенным временем Цзян Чэнъянь и Су Кэ сразу же вместе вошли в бар "Боланг". Бармен увидел двух вошедших людей и с энтузиазмом поприветствовал: — Мистер Су, Капитан Цзян, вы здесь. Они подошли к барной стойке и сели. Цзян Чэнъянь прямо сказал: — У нас сегодня назначена встреча с вашим боссом. Он здесь? — Да, он ждет вас в офисе. Видите лестницу вон там? — Бармен указал на северо-восточный угол бара. Когда он увидел, что Цзян Чэнъянь кивнул, сказал: — Идите прямо на третий этаж. Комната, выходящая окнами на лестницу, - кабинет босса. Цзян Чэнъянь кивнул и поблагодарил бармена. Он встал и направился к лестнице вместе с Су Кэ. Когда они поднялись на третий этаж, он посмотрел на комнату с вывеской "офис". Цзян Чэнъянь постучал, дверь открылась, и в поле зрении появился молодой человек. Кон Фан слабо улыбнулся, но не смог скрыть усталого выражения лица. — Капитан Цзян, мистер Су, пожалуйста, входите. Цзян Чэнъянь вежливо улыбнулся. — Тогда мы побеспокоим господина Кона. Они вошли в кабинет и сели на диван. Кон Фан налил чай для них и устроился напротив. Цзян Чэнъянь небрежно начал: — У господина Кона не очень хороший цвет лица. Вы устали? Кон Фан пристально посмотрел на Цзян Чэнъяня, в его нежных глазах отражалось огорчение. — Капитан Цзян, Чанпин, он… Он попал в аварию? Глаза Цзян Чэнъяня вспыхнули. Его глаза встретились с глазами Су Кэ, и он произнес. — Судя по тону мистера Кона, вы с мистером Цзяном кажетесь очень знакомыми? Кон Фан бессознательно покрутил кольцо на безымянном пальце. Некоторое время он не отвечал, пока не решил нарушить молчание. — Мы партнеры-геи. Цзян Чэнъянь был ошеломлен. Он не ожидал, что человек, которого они искали, так неожиданно появится. — Вы хотите сказать, что вы с мистером Цзяном однополые партнеры? — Да. — печально произнес Кон Фан. — Но несколько дней назад мы расстались. Капитан Цзян, вы можете рассказать мне, что с ним случилось? — Он мертв. — Мертв... — Глаза Кон Фана мгновенно покраснели, и по щекам покатились слезы. — На самом деле, я уже догадался, что что-то случилось, когда вы связались со мной. Если это был несчастный случай, как могла вмешаться криминальная полиция? Просто я... я не могу принять... Цзян Чэнъянь достал бумажное полотенце и протянул его Кон Фану. — Господин Кон, мы понимаем ваши чувства, но нам всё ещё нужно ваше сотрудничество в расследовании некоторых вопросов. Кон Фан схватил бумажное полотенце и сказал: — Вы можете свободно спрашивать меня. Я не буду скрывать того, что знаю, но можете ли вы не разглашать мои отношения с ним? — Мы не будем разглашать никакой фактической информации, касающейся этого дела, как это предусмотрено законом. Но если вы замешаны в этом деле, нам придется поговорить с семьей покойного. — Я не убийца, поэтому у меня нет причин бояться расследования. Бездонные глаза Кон Фана были полны растаявшего горя. Он добавил: — На самом деле, у меня нет никаких опасений по этому поводу, поскольку окружающие меня люди давно знают о моей сексуальной ориентации, но Чанпин другой. У него есть жена и сын. Если они узнают, это плохо скажется на их ребёнке. — Когда вы познакомились с мистером Цзяном? — 22 октября 3017 года была третья годовщина открытия бара. В этот день я остался в баре до закрытия. Он сидел за стойкой, пил стакан за стаканом. Я боялся, что он напьется и устроит неприятности, поэтому я сел, чтобы выпить с ним. — Кон Фан неосознанно посмотрел на чай на столе, и в уголках его рта появилась нежная улыбка. Очевидно, он погрузился в воспоминания. — Когда я сел рядом с ним, он, казалось, немного нервничал. Он сказал мне: "У меня есть компания", чтобы прогнать меня. Кон Фан улыбнулся, а затем добавил: — Всё было обычным, я должен был развернуться и уйти. Может быть, я был слишком занят в тот день, но он меня заинтересовал. Я ничего не говорил, просто сидел рядом с ним и пил. Когда он увидел, что я не ухожу, он замолчал. Он не решался заговорить со мной и вел себя робко. После этого я начал разговор, и он утратил свое прежнее сопротивление. Он излил мне, этому незнакомцу, всё, что было у него на сердце. — высказался Кон Фан. Цзян Чэнъянь и Кон Фан посмотрели друг на друга, но ничего не сказали. — Он говорил, а я слушал его внутренние проблемы и противоречия. Он был гомосексуалом. Он не только женился на женщине, но и имеет от нее ребенка. Он любит своего сына, но жалеет его, потому что он родился не по любви, а для того, чтобы стать его планом побега. — Я понимал его боль. Такие люди, как мы, которые не признаны обществом, должны любить кого-то тайно, чтобы, если другие узнают, они не были исключены и подверглись дискриминации. Просто я не согласен с его методами, и даже я устал от его трусости. Но эмоции так неразумны, и некоторые раздражающие люди в конце концов влюбляются друг в друга. — Я купил это кольцо. На самом деле это пара, другое я носил на руке. Я сказал ему, что когда он сможет смело сказать правду, я надену на него это кольцо и буду сопровождать его всю жизнь. К несчастью… То, что сопровождало меня, было расставанием. После минутного молчания, видя, что Кон Фан не планирует продолжать, Цзян Чэнъянь спросил: — Как часто вы встречались? — Мы встречались два или три дня в месяц. — Где вы встречались каждый раз? — К востоку от района Гуанмэй. У моей семьи там старый дом. — Когда вы в последний раз видели мистера Цзяна? — В 8 часов вечера 22-го мы расстались. — Куда вы пошли после того, как расстались? Кто может свидетельствовать в вашу пользу? — После этого я пошел домой. На следующее утро я отправился в командировку в Анчэн. Я вернулся только сегодня. — Где ваш дом? Когда вы вернулись домой? Мог бы кто-нибудь дать показания в вашу пользу? — Я живу один в районе Хэ Мэй, поэтому никто не может дать показаний. Я вернулся домой около девяти часов, однако камеры наблюдения в этом районе относительно нормальные, так что я смогу предоставить вам изображение моего дома. — Район Хэ Мэй? — Цзян Чэнъянь и Су Кэ незаметно переглянулись, а затем спросили: — Поскольку вы уже догадались, что с мистером Цзяном произошел несчастный случай, почему вы не вернулись вчера? — Когда вы позвонили мне, я был госпитализирован с высокой температурой и вообще не мог встать с постели. — Из Хуачэна в Аньчэн, как вы туда добрались? — Я ехал на машине, но вернулся по скоростной железной дороге. У меня всё ещё небольшая температура, и какое-то время я не смогу сесть за руль. — Что случилось с вами? — Пневмония, вызвана высокой температурой. — Объявил Кон Фан с горькой улыбкой. — На самом деле, в ту ночь, когда я прибыл в Анчэн, я уже понял, что что-то не так. Мне просто было очень плохо, но я не хотел ехать в больницу. В результате у меня пневмония. Если бы мои друзья вовремя не узнали, всё могло бы стать серьезнее, чем сейчас. — Где вы остановились в Анчэне и куда вас госпитализировали? — Я остановился в звездном отеле. Меня поместили в западное крыло народной больницы Анчэн. Цзян Чэнъянь кивнул, затем спросил: — Почему вы расстались? Кон Фан немного помолчал и сказал: — Он сказал, что наши отношения были неправильными, и что он больше не хочет ошибаться. Он хотел вернуться к своей семье и хорошо заботиться о жене и ребенке. — А вы? — Я? Он уже принял свое решение. Что ещё я должен был сказать? Я был гордым человеком в течение трех лет, но из-за моей любви к нему я чувствовал себя вором, крадущимся за закрытыми дверями. И всё же, что я получил взамен, это "мы неправы". Как нелепо. Я тоже устал. Су Кэ, который с самого начала хранил молчание, внезапно сказал: — Вы действительно были неправы с самого начала. Независимо от того, как сильно вы кого-то любите, вы должны были знать, где провести черту. Кон Фан был ошеломлен и грустно улыбнулся: — Так кто же виноват? — Вы встречались с семьей мистера Цзяна? — Да. Мы столкнулись друг с другом, когда пошли в галерею за картинами. — Как вы думаете, есть ли у жены мистера Цзяна представление о вас? — Я не знаю. Он не даст им знать. Кон Фан посмотрел на Цзян Чэнъяня и спросил: — Могу я его увидеть? — Сейчас? Но ваше самочувствие... — Я в порядке, я просто хочу увидеть его. Почему человек, который раньше был жив и здоров, внезапно исчез? — Душевное состояние Кон Фана явно балансировало на грани. Цзян Чэнъянь посмотрел на Су Кэ. Когда Су Кэ кивнул, он встал и сказал: — В таком случае, господин Кон поедет с нами. Кон Фан встал и с благодарностью согласился: — Спасибо. Они почти не разговаривали, так и доехали в молчании прямо в полицейский участок. Когда они добрались до холодильной камеры, Су Кэ взял карточку входа и вошел первым. Кон Фан остановился и посмотрел на открытую дверь, сжав кулаки. Цзян Чэнъянь стоял в стороне и ничего не говорил, он просто настойчиво сопровождал его. Хотя Кон Фан всегда демонстрировал спокойный характер, было видно, что он пытается сдерживать себя. Его любовь к Цзян Чанпину нельзя было игнорировать. Его ноги остановился возле порога на целую вечность, пока Кон Фан, наконец, не решил войти внутрь и не подошел поближе к Су Кэ. Он извиняющимся тоном сказал: — Извините, мистер Су. Я заставил вас долго ждать. Каким бы мрачным и убитым горем Кон Фан ни был, у него всё ещё хорошее воспитание. Кто бы мог подумать, что такой человек согласится быть третьей стороной в течение трех лет из-за любви? Действительно ли любовь может заставить человека рискнуть всем и превратить его в то, что он когда-то ненавидел? Цзян Чэнъянь не смог сдержать растущее волнение в своем сердце. — Все в порядке, я понимаю, что вы чувствуете. — Су Кэ заметил бледное лицо Кон Фана и неуверенно спросил: — Господин Кон, с вами действительно всё в порядке? Кон Фан осмотрел большую прямоугольную холодильную камеру перед собой и спокойно кивнул. — Господин Кон, труп мистера Цзяна не цел, так что вам лучше быть морально готовым. Кон Фан неохотно взглянул на Су Кэ и выпалил: — Вы имеете в виду... Су Кэ кивнул и спокойно добавил: — Господин Цзян был расчленен, и не хватает только головы. — Как это может быть... — Кон Фан покачнулся и сделал шаг, наткнувшись при этом на Цзян Чэнъяня. Глядя на его ужасный цвет лица, Цзян Чэнъянь забеспокоился. — Господин Кон, если у вас не получится, вы сможете посмотреть в следующий раз. Налитые кровью глаза Кон Фана дрожали, когда он покачал головой: — Откройте. Несмотря ни на что, я всё равно хочу его увидеть. Су Кэ окинул Цзян Чэнъяня беглым взглядом, затем открыл камеру с останками Цзян Чанпина.