Солнечный мальчик

Руки все ещё болели, а мысли предательски сходились лишь на тёмных аккуратных кудряшках призрачного образа брюнета. Последние дни разум начинал проясняться, восстанавливая раскрошившийся словно в прах и пепел пазл из лесных пейзажей, языков пламени, ослепительно ярко сверкавшего солнца, такого же неотразимого и отливавшего всеми цветами солнечного спектра мальчика и, наконец, реальности. Реальности, в которой он теперь стоит на учёте психиатрической лечебницы за неудавшуюся попытку забыться, навсегда покинув этот мир. В этих белых стенах стоит стойкий запах уныния, что, кажется, уже никогда не вымоется из пропитанных всевозможной болью трещин на побитых сводах. В такой атмосфере единственное, что остаётся делать, это думать. Снова и снова, возвращаясь в одну мертвую точку, в самый центр этого проклятого лабиринта чувств и желаний. Все здесь фальшиво. И нет, дело не только в здании, а в людях. Ненастоящие улыбки, лица, имена. Человеку привычно скрываться за тонной различных масок, для абсолютно всех случаев жизни. Так ведь, Дрим? Или лучше принять реальность, как наконец, данное и снять ещё одну маску? Как и этот глупый детский псевдоним, вся его жизнь - сплошные мечты. Сначала лишь простые мальчишеские желания - машинки да сладости, а после, настоящая любовь, дом, деньги, образование. Чертов правильный человек. И не важно, что под маской. Истинная человеческая личина не важна никому. Правда ведь, Клэй? Ох, такая правда! Ты ведь понял это ещё в 15, не так ли? Мысли круговоротами пляшут вокруг, сплетаясь в невозможные узоры так, что уследить за столь тонкой нитью невозможно. Голова снова тяжелеет, а ясное мышление постепенно начинает уходить на второй план, давая погрузиться в такой необходимый сон.

***

Клэй стоит на пороге лечебницы, закутанный в тёплый осенний шарф в тёмную клетку. На плечи наспех накинут бежевый плащ, дабы не выстудить ничего окончательно. Холодный ветер ерошит высветшие волосы, небрежно топорщащиеся на макушке. Очередное плановое обследование. Кипы тестов и других бесполезно-нудных бумаг. Главное, что теперь он может жить спокойно и более ли менее свободно. Сейчас он больше не пациент этого гнетущего места, ведь даже мысли от суициде пресекаются боязнью снова попасть сюда, но на этот раз уже с пометкой 'социально-опасный'. Нет, Клэй пытается исправиться. Почти что. Второй шанс? Возможно. Да, давайте истолкуем это так. Он дал себе второй шанс. И сейчас, стоя у дверей психиатрической лечебницы он даёт себе слово, что никогда больше сюда не вернётся.