Ведьма Могильных Холмов приходит к Старейшине Илин

Ладно… всё это несколько… странно. Потому что гора Луанцзан есть. Аннигиляции Солнца закончена. Остатки Вэней уведены на эту самую гору. …а Ведьмы Могильных Холмов нет… — Старейшина Илин, — повторяет Вэй Ин. — Старейшина… Илин. Она усмехается, а потом с нескрываемым удовольствием доедает последнюю переперченую куриную ножку. . Ладно. Вэни живы. Облачные Глубины еще не стали филиалом Диюя. И с этим вполне можно работать. — А вот этот барьер дурацкий, — ворчит Вэй Ин, взламывая чужую — свою — охранку. С местным Вэй Усянем они — очевидно — мыслят непохоже, потому что приходится немного повозиться. А потом вздохнуть и сказать: — Я могу снести этот барьер на одной темной энергии, но мне лень. Вопросы?.. — Почему у тебя на поясе висит моя флейта, если моя флейта прямо сейчас висит и на моем поясе? — спрашивает Вэй Усянь. — И… ты похожа на меня?.. — Я не отсюда, — честно признается Вэй Ин. — И в моем мире… нет Старейшины Илин. Есть Ведьма Могильных Холмов. Привет, братец. Вэй Усянь оглядывает ее внимательно, а потом говорит: — Скажи одну вещь, которую знаю только я. — Три, — предлагает Вэй Ин. — Ты боишься собак, ты отдал свое золотое ядро Цзян Чэну и ты влюблен в Лань Чжаня. Вэй Усянь рассматривает ее оценивающе, потом усмехается и говорит: — Я не влюблен в Лань Чжаня. — Ты уверен? — уточняет Вэй Ин, проходя мимо него в приоткрытый для нее барьер. Вэй Усянь слишком долго молчит перед тем, как возмущенно выдать: — Да! Я уверен!.. Вэй Ин смеется недостаточно ехидно для этой ситуации. . Вэнь Цин оглядывает ее с головы до ног скептически, потом берется за запястье, отсчитывая пульс, говорит: — Да, ты словно выкупалась в крови и темной ци. Что такого темного и отчаянного ты творила, что прорвала грань миров?.. — Уничтожила тридцать три старейшины в Облачных Глубинах, — усмехается криво Вэй Ин. — Они заслужили. — За кого ты мстила? — спрашивает Вэй Усянь. — Думаю, за отца своего ребенка, — вздыхает Вэнь Цин. А дальше Вэй Ин чувствует невероятное единство с Вэй Усянем в одном вопросе: — Какого ребенка? . Вэй Усянь таращится на Вэй Ин. Вэй Ин таращится на свой живот, напоминая: — Я там половину Облачных Глубин выжгла и убила очень много человек. Да, все они пытались убить меня, но… это… это не… — Плод здоровый, — качает головой Вэнь Цин. — Сердцебиение нормальное. Если не будешь пользоваться темной силой… не вижу проблем. — Я только ради этого и пришла сюда! — возмущается Вэй Ин, потом тычет в свой живот и говорит: — А мы… мы только раз успели… а… шицзе говорила, что это сложно… а мы с первого раза… Она смотрит на Вэй Усяня и говорит: — Там руины Безночного Города пустуют. Я проверила. Переедем, а то твоему племяннику не полезно быть в месте, наполненным таким количеством тьмы. — Племяннице, — спокойно уточняет Вэнь Цин. . Они переезжают. Потихонечку. По двое-трое человек за раз. Вэй Усянь сопровождает каждую группу, провожая их к сестре. Правда, из руин Безночного Города приходится изгнать очень много темных тварей, но… Теперь у них есть стены и подвалы, заросшие сады и крепкие плодовые деревья. — И мы будем сажать редис на клумбах, — кивает Вэнь Цин. — Почему нет? — Мы можем разбить аптечный огородик, — подлизывается к ней Вэй Ин. Вэнь Цин фыркает, но выглядит вполне довольной. . Лань Ванцзи Вэй Ин притаскивает прямо в Безночный Город, говорит Вэй Усяню: — Еще раз. Глядя мне в глаза. Скажи, что не находишь его красивым. — Но он красив! — не соглашается Вэй Усянь. — Красив, — соглашается Вэй Ин. — Но не «он ступает по этому миру, словно небожитель, спустившийся с небес». — Я тогда был пьян, — фыркает Вэй Усянь. — Кстати. Лань Ванцзи. Познакомься. Моя сестра — Вэй Ин. Она… не отсюда. — Я из другого мира, вдова, жду ребенка, — сообщает Вэй Ин, хмыкает и добавляет: — Твоего. Раз уж в этом мире ты жив. Лань Ванцзи смотрит шокировано. Вэй Усянь возмущается: — Ты не говорила, что была женой Лань Чжаня!.. — А чьей еще я могла быть женой? — смотрит на него удивленно Вэй Ин. — Серьезно, братец, кого мы с тобой еще любили?.. В любом из миров?.. Кого еще?.. — Никто бы не посмел так наказать Лань Чжаня, — хмурится Вэй Усянь. — Его наказали за любовь к недостойной, — качает головой Вэй Ин. — И они считали, что это лучше, чем казнь. Он мог выжить. Он не выжил. — И Облачные Глубины снова пали, — вздыхает Вэй Усянь. — Лань Чжань, что ты так смотришь? Я вот тоже совсем не знаю, что делать с тем, что моя сестрица ждет ребенка от тебя!.. — Вэй Ин, — говорит растерянно Лань Ванцзи. — И… Вэй Ин. Он переводит взгляд с одного Вэя на другую, потом кивает и говорит решительно: — Я могу жениться. — Что? — смотрит на него Вэй Ин. — Нет!.. Я не собираюсь снова за тебя замуж. Это ваш мир и ваша история. И вы, двое, слишком очевидно влюблены!.. — Лань Чжань не может меня любить!.. — фыркает Вэй Ин. — Может, — решительно отвечает Вэй Ин. — Может, — соглашается Лань Ванцзи. Вэй Усянь смотрит на обоих очень ошарашенно. . — Я вам это еще припомню!.. — шипит Вэй Ин. — Третий поклон — друг другу, — говорит Вэнь Цин предельно усталым голосом. Вэй Усянь, Вэй Ин и Лань Чжань кланяются друг другу. . Вэй Ин учит обоих целоваться. Потому что они ужасны. Она тоже ужасна, но у нее есть ровно на сорок пять поцелуев больше опыта. А еще она единственная тут не девственница… и довольно нагло интересовалась сборниками лунъяна. А еще ей очень нравится смотреть. И ей очень нравится то, что она видит. . Цзян Чэн появляется в Безночном Городе, когда у Вэй Ин живот настолько большой. что не скрыть. Он таращится на ее живот и жалобно говорит: — Вэй Усянь!.. Почему ты беременный? Вэй Ин смеется и говорит: — Потому что я хочу родить свою дочку. Ты не рад за меня а-Чэн?.. Цзян Чэн смотрит на нее насуплено, потом говорит: — Рад. Но… — Цзян Чэн? — подскакивает Вэй Усянь. — Что ты тут… О. Я забыл тебе рассказать, что из другого мира пришла моя сестра, и сейчас мы с ней оба вышли замуж за Лань Ванцзи?.. Цзян Чэн молча таращится на него. Вэй Ин хохочет и не может остановиться. . Вэнь Цин наливает Цзян Чэну «успокаивающую настойку». Тот пьет молча и задумчиво, пока довольный Вэй Усянь рассказывает всё, что может рассказать, не потревожив душевные раны сестры. Та справляется сама, заявив спокойно: — А потом моего Лань Чжаня забили досмерти, а я отомстила. Я не трогала адептов, старалась оглушать, а не убивать, сожгла Облачные Глубины, наполнила кровью Холодный Источник и через него попала в ваш мир. — Беременной, — добавляет Вэй Усянь, — поэтому нам пришлось переехать и сыграть свадьбу, потому что Лань Чжань решил, что должен взять ответственность. — Они оба меня принудили, — уточняет Вэй Ин. Цзян Чэн молча допивает успокаивающую настойку. Вэнь Цин понятливо приносит еще. . Вэй Ин стоит у барьера, за которым адепты клана Лань под предводительством Лань Цижэня. Она молчит. Молчат и представители Гусу Лань. Вэй Усянь подходит к ней и обнимает, положив ладонь на живот: — Чего они хотят? — Понятия не имею, — честно говорит Вэй Ин. — Каждый раз, когда они пытаются заговорить, стоя рядом с барьером, активируется заклятье молчание клана Лань. — Ты умудрилась вплести его в барьер? — восхищается Вэй Усянь. — Мне было скучно, малышка пиналась, вы занимались любовью, а Вэнь Цин я трогать опасаюсь, — хмыкает Вэй Ин. — О. Клан Лань нашел решение!.. Адепты клана Лань рядом с сердитым Лань Цижэнем растягивают полотно, на котором крупно написано: «Выдайте Лань Ванцзи». А дальше Вэй Усянь и Вэй Ин довольно единодушно и громко сообщают: — Я своего мужа не отдам!.. И показывают запястья, на которых повязана поделенная надвое белая лобная лента. — Кажется, старику Ланю плохо, — хмурится Вэй Усянь. — Поделом, — фыркает Вэй Ин, уводя брата за собой. . Лань Сичэня через барьер проводит Вэй Усянь. Глава клана Лань долго смотрит в глаза брата, а потом говорит: — Ты счастлив тут. Я поговорю с дядей. Но я… не понимаю. Почему… Он смотрит на Вэй Ин и на Вэй Усяня и не может подобрать слов. — Я не из этого мира, — честно говорит Вэй Ин. — И я очень любила вашего брата там… а тут… кажется, я и его люблю. Вэй Усянь обнимает сестру, а та улыбается ему. Лань Ванцзи осторожно обнимает их обоих — он еще только-только учится проявлять заботу прикосновениями. — Что же, — говорит Лань Сичэнь, — тогда я рад, что у меня будет племянник. Вы уже выбрали имя?.. У обоих по фамилии Вэй становится очень сложное лицо. . — «Какая разница»! — почти кричит Цзян Чэн. — Ты назвал меч «Какая разница»!.. Как тебе можно доверить выбор имени ребенка?! А ты?.. Он оборачивается на Вэй Ин с той же яростью, но натыкается взглядом на ее живот и, почти смутившись, продолжает тише: — Ты тоже назвала свой меч «Какая разница»? — Ага, — кивает Вэй Ин. — И я тоже им не пользуюсь. Почему? Подумай хоть раз головой, а-Чэн!.. И прекрати на меня орать!.. Она вытирает слезы и пытается убежать, потом хватается за живот и ойкает. У Цзян Чэна становится очень страшное лицо, когда он подхватывает ее на руки и почти бежит к дому Вэнь Цин. — Нет, она не рожает, — говорит целительница. — Глава Цзян, сидеть!.. Я вам успокаивающий сбор заварю. А то вы настолько бледный, что, боюсь, можете упасть в обморок. — Почему ты не пользуешься мечом? — спрашивает Цзян Чэн. — Потому что не могу, — сообщает Вэй Ин. — И я не должна тебе об этом говорить. ты вообще не должен об этом знать. а-Сянь обидится. — Не обидится, — клянется Цзян Чэн. . Вэй Усянь обижается. Он дуется довольно показательно, но это ничего, Вэй Ин дарит ему новый талисман, и они мирятся, разбирая его действия. . Совет кланов посылает им официальное письмо. — Нас признают кланом Вэй и обещают не вторгаться на нашу территорию, — растерянно читает Вэй Усянь. — Клан Вэй, — повторяет Вэй Ин и кричит: — Эй, Вэни!.. Хотите сменить фамилию на Вэй? Никто не против. На самом деле — все даже за. Лань Ванцзи уточняет: — Мне тоже?.. — Лань Чжань, даже не смей! — показывает на него пальцем Вэй Ин. — Так сладко говорить твое имя, Лань Чжань, — соглашается Вэй Усянь. — Не лишай нас той немногой сладости, что есть в наших жизнях. Лань Ванцзи не умеет им отказывать и по-отдельности, а уж обоим разом… Лань Ванцзи остается Лань Ванцзи. . Вэй Киу рождается осенью в Безночном Городе в семье главы клана Вэй. У нее, как и у всего ее клана, всё будет хорошо.