Неправильно, но правильно

Темно. Сыро. Голова тяжелеет, а в горле застревает крик. Воздух смешался с пылью и Питер начинает задыхаться. Смутная мысль о бегстве и спасении, о жизни и о ждущих его близких людях пытается пробиться в сознание, но тщетно. Мир темнеет. Здание заполняет звук ломающихся костей. Питер погружается в черное, вязкое нечто. Он теперь не чувствует совсем ничего. Ни собственного тела, ни боли. Только лишь мерзкое, липкое чувство горечи и отчаяния..  ощущение смерти, которое окунает тебя во все твои страхи, заставляет прокручивать все неудачи бесчисленное количество раз... Время стоит на месте. Невозможно понять, сколько парень тут находится. По его мнению — невыносимо долго, бесконечно долго. Он ведь был еще подростком, жил обычной жизнью, у него были друзья, Нед и Мишель, любимая тетушка, которая относилась к нему, как к своему сыну. Затем стал человеком пауком, научился летать, парить над городом — представляете? Это такое прекрасное чувство и каждый раз, это были невероятные эмоции, ведь к этому не привыкнуть, каждый полет будто первый и последний. Он познакомился с Тони Старком. Тони стал его наставником. Тони помогал ему. Тони заботился о нем. Тони доверял ему. А Питер?  А Питер влюбился в него. Как тут не влюбиться?  Когда ты все свое время, проводишь с этим человеком. Когда любое касание, даже случайное соприкосновение пальцев, пускает по телу электрический разряд, заставляет сердце загнаться в бешеном ритме, а дыхание участиться, до нереальных скоростей? Вы бы не влюбились? Этому нельзя сопротивляться. А Питер влюбился в него. Позволил себе мечтать, и верил в то, что Тони тоже чувствует подобное, по отношению к Питеру. Не могут же, все его взгляды, касания и своеобразные шутки быть случайными? Не может же он так ко всем относиться? Парень лелеял надежду — что нет. Ведь, как говорится, надежда умирает последней. Правда, было одно "но". Паркер считал себя недостойным этих чувств, этой любви. По его мнению, он не заслуживал даже капли того, что получал от наставника. От этого, на душе становилось мерзко. Подросток стал меньше улыбаться искренней улыбкой — стал чаще использовать фальшивую. Каждое утро, буквально заставлял себя встать с кровати, собраться, пойти на учебу. Сил не было. Спокойного сна и здорового аппетита тоже. Парень сильно исхудал, под глазами залегли мешки, а взгляд потух. Хуже всего было то, что это начали замечать его близкие. Мэй, проницательная Мишель, внимательный Нед. И...Тони-мать-его-Старк! Тони пытался помочь Питеру, но не знал как, и с чем. Паркер стал врать, скрываться и уходить от ответов, все больше замыкаясь в себе. Парень чувствовал, что этим делает только больнее, только хуже для Тони, для себя, но продолжал все больше себя винить и молчать. Тони, Тони, Тони.. Питера продолжало затягивать все глубже. Однако, он нашел спасительную ниточку! Тони! Он его не бросит! Он не станет осуждать, он поможет ему! Они вместе найдут способ с этим справиться! Питер продолжает тонуть. Воздух заканчивается. Нарастает паника. Кровь бьет в ушах. Его начинает трясти, тело не слушается. Мозг лихорадочно прокручивает разные моменты жизни. Вот, Питер маленький, играется со своим другом в машинки. Вот, он старше и сидит за столом, читая книгу. Тут он уже на школьном празднике выиграл приз, в викторине. Укус паука. Тони пришел к нему домой. Он с Тони летит на самолете. Первый костюм, который подарил Тони. Первая битва, в которой его спас Тони. Вечера, проведенные в мастерской, в обществе Тони. Марафоны фильмов, в личном кинотеатре Тони. Общие завтраки, с Тони. Тони, Тони, Тони. Как же много Тони. Какой же Питер ужасный. Тони к нему как к сыну, а Паркер... Он открывает глаза, но не видит ничего, он пытается прислушаться, но не слышит, будто он полностью оглох. Он задыхается. Легкие наполняются водой. Ужасная боль. Невыносимо терпеть. — Что меня там ждет? — проносится в голове у Питера в последний момент жизни. Питер умирает. Темно. Глубокая ночь. Все жители башни наверняка уже видят свои прекрасные сны. Только в комнате Паркера, никто не отдыхает, а скорее наоборот — страдает. Чуткий слух парня, улавливает монотонное обращение, но совсем не может разобрать слова.. Видимо, на это повлиял сон, кошмар, который оказался намного хуже, чем все предыдущие. Спустя несколько минут, Питер начинает различать слова. Это оказывается Пятница, которая заметила ухудшившиеся показатели подростка, и приняла решение разбудить его. — Питер? Питер? Ты меня слышишь? Тебе приснился кошмар, сейчас все хорошо. Слышишь? Питер? Питер слышит, но не может заставить себя ответить. Его трясет, по щекам скатываются слезы и он не может произнести и слова. — Питер? Если ты сейчас не ответишь, я вызову мистера Старка. Ты слышишь, Питер? Ответь! Подождав еще пару минут, за которые Паркер так и не ответил, не сказал, что он в порядке, Пятница уведомила Тони. Тот еще даже не планировал идти спать, он как обычно сидел в мастерской за своими изобретениями, пока не отрубится от усталости. Старк сразу же поспешил к своему подопечному. Он стал сильно волноваться, ведь раньше такого не случалось, и он не знал, что мог сделать в такой ситуации. Зайдя в комнату, и увидев Питера, свернувшегося в клубок, явно ничего не соображавшего, его сердце сделало кульбит и рухнуло куда-то вниз. Хотелось успокоить, защитить, обнять, поцеловать.. Стоп. Это лишнее. Этим он сделает только хуже. Тони поспешил к Питеру и стал пытаться ему помочь. — Хей, малыш, я тут, все хорошо. Слышишь? — но подросток не реагировал. Тони решил попробовать по другому. Он аккуратно сел на кровать, обнял парня, уложив его к себе на грудь и стал легонько гладить по спине и нашептывать, — Дыши, дыши со мной. Ты в безопасности, никто не причинит тебе вреда, с тобой все будет хорошо... Спустя десяток таких повторений, дыхание Питера стало выравниваться, всхлипов стало меньше и ситуация явно улучшилась. Дождавшись когда все закончится и Питер придет в себя, Старк убрав руку со спины попытался немного отсесть. Парень остался в углу кровати, прочистил горло и, — Мистер Старк? М-можно воды? — Тони сразу поспешил к столу, на котором и стояла чашка с водой, аккуратно поднес ее ко рту Питера и напоил его. — Как себя чувствуешь? Что произошло? — у мужчины было очень много вопросов, а на задворках сознания, билась мысль о том, что он бы очень не хотел, чтобы такое опять повторилось с его мальчиком. Его сердце просто не может смотреть, на эти страдания. — Я.. — прочистил горло, — мне просто приснился кошмар, ничего серьёзного. — Ничего серьёзного? Ты сейчас смеешься? Сколько прошло времени, пока тебя отпустило, и ты смог прийти в себя? Это не нормально, Питер. Так не должно быть. — Я н-не хочу об этом говорить, давайте в другой раз, пожалуйста? — в горле застрял ком, который мешал внятно говорить. Подросток чувствовал, что вот-вот заплачет, хотя казалось, что все слезы, которые у него были, он уже пролил. — Но, может все-таки сей..? — Нет! — перебил мальчик и отвернулся, явно высказывая нежелание продолжать разговор. — Мне уйти? Ты будешь в порядке? — все-же Тони очень волновался, тем более, из-за того, что не знал как помочь. — Да. — Тони встал, и пошел к двери, и когда уже собирался выйти, услышал, — Спасибо, вам. Тони приподнял уголок губы, на эти слова — Не за что, малыш, ты можешь на меня положиться.

Как же Старку хотелось сейчас остаться. Чтобы проследить, что все будет хорошо. Показать, что он рядом. Но нельзя — это неправильно. Как же Питеру хотелось попросить наставника остаться. Забыться в его объятиях и не думать ни о чем плохом. Только о крепких и надежных руках своего любимого человека. Но нельзя — это неправильно. Хотя, может это и есть, единственная правильная вещь?