Кофе с корицей

Утро началось даже не с будильника. Несмотря на то, что комната Чона находилась на восьмом этаже, шум снизу был просто невероятно громким. Чонгук не любит вставать рано, особенно, когда это необходимо. Он любит лежать в кровати, проснувшись, час смотреть на то, что происходит за окном, но подниматься с постели — для него испытание похуже лекции Северуса первым уроком. Чон тянется за телефоном слева от подушки. 9:37. Уроки начинаются в 12:15. Мог бы ещё поспать. Укутавшись в тёплое одеяло, Чонгук поднялся с кровати и подошёл к окну. Точно… Сегодня десятое декабря. Ну конечно, две недели до Рождества. Началась подготовка. Скоро весь Хогвартс будет пахнуть хвоей, корицей и имбирными пряниками. Угадайте, на кого свалили подготовку ко всем праздникам? На пятые и шестые курсы. Мелким не доверяют, седьмым не до этого. Что ж… Ладно. Проделав все банные процедуры, Чон, не торопясь, натянул на себя чёрный шерстяной свитер и тёмно-синие, свободные джинсы с ремнём и, конечно, чёрную мантию с красным значком. На шею намотал шарф молочного цвета. Чонгука любимый. Его ему мама связала на его первое Рождество в Хогвартсе. Наколдовав себе горячий кофе с корицей, Чон вышел из комнаты и направился в главный холл. Там на стене висит список заданий для каждого факультета пятого и шестого курса.

❅❅❅❅❅

— Офигеваешь от жизни, Нам? Завидев у того самого списка Кима, Чонгук не смог не прокомментировать чудеснейшее выражение лица старшего. Прелесть, а не рожа. — Готовка. Они издеваются. Готовить грёбанные кексики. — Мда, везёт тебе. Ну ты не волнуйся, чепчик с фартучком тебе пойдут! — похихикав, сказал Чон. — Нафига нам вообще их вручную готовить?! Наколдовали и всё. — Потому что сделанное своими руками вкуснее-е-е! — буквально пропел Гук. — Ладно, что там у нас? О… Ёлка. Ну, хоть не печенье. Не так плохо. И не мы одни. Парней со Слизерина тоже приписали. Девчонкам, похоже, украшения оставили. Хах! — Мда уж. Ну удачи, хотя, походу, она мне больше понадобится. — У тебя всё ещё есть шанс поговорить с профессором Макгонагалл. — И после этого остаться единственным, кто будет занят готовкой? Нет, спасибо. Всё, иди уже. Вы со слизеринцами в десять должны уже маршировать за ёлочкой. — Давай тогда, ещё увидимся! Если я тебя узнаю… В чепчике… И с фартучком… Получив свой подзатыльник, Чон вышел во двор школы. Там уже стояли парни с Гриффа и несколько со Слизерина. Блондин тоже был там. Единственный с белыми волосами. Сложно было не заметить. — О-о-о, посмотрите, кто проснулся! Я думал, ты, как всегда, проспишь. — Не поверишь, я на это тоже надеялся. Собеседником Чона оказался Мигель. Испанец — одногруппник Чона — был тем типом друзей, который сначала подколет, потом поколотит, потом обнимет, а в конце напоит чаем, чмокнет в лобик и скажет, какой ты заенька. Впрочем, Чонгук тоже был таким другом. — Слизерин! Готовы?! — ещё один парень с факультета Чона спросил у неподалёку стоящих. Взял на себя роль лидера, так сказать. — Мы вообще-то это у вас хотели спросить, — ответил низкий рыжий парень. — Отлично, пошли тогда, скоро лекции. — Ну вы и лохи, у нас их отменили. — Тогда у нас тоже. Второй раз подряд? С чего бы? — Во-первых, ёлка, во-вторых, половина студентов всё равно уже разъехалась, да и учителей уже отпускают. Смысла мучить нас до последнего нет. Вы на Гриффиндоре как всегда в танке, — вновь ответил рыжий. Впрочем, на его последнюю фразу никто уже не обращал внимания: какой-то умник решил кинуть в того снежком. И пошло-поехало…

❅❅❅❅❅

Самые высокие и пышные ели росли в чаще леса, куда уже давно разрешили заходить ученикам. Ёлка должна быть не меньше пятнадцати метров, иначе та будет выглядеть просто смешно в огромном, невероятно высоком холле школы. И, соответственно, та будет ой какой нелёгкой. Одному «Вингардиум Левиосса» с такой не справиться. Поэтому послали парней с двух факультетов, а не с одного. — Как насчёт вот этой? — черноволосый слизеринец остановился у одной из елей в начале чащи. — Хороший выбор в том случае, если ты собираешься использовать её как дрова, — сказал Мигель. — Ну или спички. — Тебе чем-то моя ёлка не нравится?! — Да кому она понравится? Нам сказали притащить высокую и пышную, а не хилую и без веток. — Кай, может, пройдём чуть подальше? В конце концов, если не найдём ничего лучше, то возьмем эту, — ещё один парень со Слизерина схватил бушующего за руку и сказал как можно спокойнее. Чонгук мысленно поблагодарил его. Наблюдать за стычками, конечно, весело (иногда, с особыми персонажами, даже сам Чон поучаствовать не против), но сегодня настроения просто не было. Хотелось побыстрее покончить с делами, выпить глинтвейна, и, как бы смешно ни звучало, пойти спать. Парень вмиг стал мямлей перед вторым. Хех, всё ясно. Сладкая парочка. Удивительно только, что этот второй паренёк попал именно на Слизерин: по взгляду и поведению — вылитый Пуффендуй. Вот, что любовь с людьми делает. Впрочем, неважно. После этого момента первый что-то промямлил, встал наравне с остальными и зашагал дальше. Хорошо, к одному проблематику решение нашли. Спустя пару минут ходьбы парни остановились у одной из высоких и действительно красивых елей и теперь дружно думали, как бы её подпилить. — Может, её это… Топориком? — предложил испанец. — А может, тебя топориком? — съязвил парень с другого факультета. — А может, мне связать вас, чтобы вы заткнулись?! — сказал ещё один парень с Гриффа. Чонгук в этот момент почувствовал резкую необходимость в присутствии Нама. Для психологической поддержки, так сказать. Кто вообще придумал отправить на задание Слизерин вместе с Гриффиндором?! Покажите Чонгуку этого гения, вот его он тоже хотел бы топориком. — Заклятием? — предложил блондин. Чонгук подошёл к нему. Наблюдать за перепалками он планировал, но сначала нужно разобраться с делами. И, похоже, Тэхён был единственным из двадцати трёх — не считая Чона — парней, реально собирающихся что-либо предпринимать. — Можно, но… — Тогда отойди. Ким достал палочку и тут же, прошептав заклинание, заставил огромную ель упасть в сантиметрах от неподалёку стоящих одногруппников. Что ж… Хоть что-то заставило их замолчать. — Вы в своём уме?! Убить нас решили?! — крикнули те разом. — Мы срубили ель, на вас лежит её транспортировка, — спокойно ответил Тэхён, развернулся и, оставив всех присутствующих в шоке, красивой походкой потопал в сторону школы. — Ты идёшь? — вдруг, обернувшись к Чону, спросил Ким. — Я? Д-да, конечно, — Чон, быстро подбежав к блондину, пошёл с ним в одном направлении. Хотя, надо сказать, он всё ещё немного не понял, что именно только что произошло. Бросать своих братанов не хотелось, но перспектива прогуляться с новым знакомым казалась лучше, чем перспектива тащить огромную ёлку (пусть даже с помощью общего заклинания) в холл. Тем более, блондин прав, они (или он, но сути дела ведь уже не меняет?) срубили, остальные теперь пусть несут. — Как твоё имя? — спустя пару минут ходьбы спросил Ким. — Чонгук. Чон Чонгук. — Я Ким Тэхён. Можно просто Тэхён. — Приятно познакомиться. У тебя корейское имя, ты говоришь по-корейски? — Верно. Родился в Сеуле, потом с родителями переехали во Францию. И сейчас, вот, в Лондон. — Классно, тогда сможем общаться на родном языке. В Хогвартсе довольно мало корейцев, так что поговорить с кем-то на корейском — это прямо-таки редкость, — немного засуетился юноша. На макушку Тэхёна упали первые хлопья снега. Чон заметил это. Брюнет остановился и посмотрел наверх. Он мог бы стоять так вечно. Стоять и смотреть на то, как миллионы комочков снега падают, как в замедленной съёмке. Заметив, что Чон остановился, Ким тоже застыл и обернулся. Чонгук выглядел как ребёнок. Брюнет начал кружиться, смотря на небо, и чуть не упал, а на его нос всё падали комки снежинок. Выглядело до ужаса мило. Ким почти что хихикнул. — Холодно? — остановившись и заметив покрасневшие костяшки блондина, спросил Гук. — Всё нормально. — У меня есть гениальное решение. Оно настолько понравилось профессору Макгонагалл, что она отправила меня на пересдачу! Любишь капучино? — Мне больше нравится горячий шоколад. В этот момент две вещи поразили Чонгука. Первая: как можно не любить кофе?! Надо проверить, может, они с профессором дальние родственники. Второе: как парень со Слизерина может любить горячий шоколад?! Нет, не то чтобы Чонгук верит в стереотипы… Тэхён с горячим шоколадом в руках будет смотреться слишком мило. Слизерин теряет хватку. — Эм… Дай мне минуту. Мысленно Чон начал придумывать заклинание на горячий шоколад. Рискованно сейчас пробовать это сделать: если Чон провалится, блондин только посмеётся. Но делать нечего, колдуем! Взмах палочкой — и в руках появился стаканчик с чем-то горячим, по запаху напоминающим то, что надо. Ну, с Богом! — Вуаля! Прошу! — Ох, спасибо. Теперь осталось только успеть скормить Киму пряники Нама, чтобы тот, если отравится, не подумал на его творение. Чонгук наколдовал себе любимый кофе, и они возобновили шаг. Прогулка выдалась славная, особенно, когда они поглядывали на страдающих сзади одногруппников и подбадривали их подколами.

❅❅❅❅❅

Придя в школу, парни решили зайти в столовую и подождать, пока остальные принесут ёлку. Её выбор и транспортировка не единственные задачи, надо её ещё поставить. И хоть эта задача стоит на гриффиндорцах и слизеринцах шестого курса, младшие должны стоять рядом на случай, если понадобится помощь. А помощь обычно нужна всегда. Пару лет назад, пока ставили ёлку, разломали её напополам. Смеялись все, кроме учителей и виновников. В прошлом году Чон был на четвёртом курсе, так что в предпраздничной веселухе не участвовал. Зато с таким же весельем наблюдал за ней. Шестикурсники того года, нынешние семикурсники, полхолла разнесли, пока пытались заставить ёлку стоять. По школе уже легенды ходят, и на это событие сбегаются посмотреть все, у кого только есть такая возможность. Через минут пятнадцать слизеринцы вместе с гриффиндорцами, неся ёлку, вошли в холл. Это надо было видеть. А лучше позвать художника и запечатлеть этот легендарный момент. Ким с Чоном подошли к ним. Пара презрительных взглядов, подколов — и все вернулись к делу. В холле уже ждали шестые, и все принялись к активному обсуждению того, как бы поставить виновницу торжества так, чтобы рождественскую ночь не провести в компании щётки и унитаза. В стиле Снейпа. — Как ставить будем? Тоже заклинанием? «Вингардиум Левиосса» я даже пробовать не буду. Не сработает гарантированно: в позапрошлом пробовали — четверо парней в госпитале Рождество провели. Я пас, — отозвался парень с шестого. — Ок, но вручную её поставить мы тоже не сможем. Значит всё-таки заклинание, — отозвался кто-то с пятого. — Кажется, я придумал, — вновь прозвучал голос с шестого, — разойдитесь и учитесь, пока я жив. И парень прошептал заклинание. Лучше бы он этого не делал… Представьте себе огромную пятнадцатиметровую ёлку, вертящуюся во все стороны и сметающую всё на своём пути. Представили? Ученикам Хогвартса представлять не нужно. Лучше бы Чонгук правда проспал. — Джей, пипец тебе, идиота кусок! — Да это просто ёлка хреновая! — Это ты, блин, хреновый. Парни разбежались в стороны, стараясь не попасть под бешеную ёлку. Чон был одним из первых, кто среагировал и отбежал подальше. Оглянувшись, он увидел, что Тэхён — один-единственный, согнувшись, идёт ближе к ней. Посмотрев чуть подальше, Чонгук заметил волшебную палочку Кима совсем близко к началу ствола ёлки, который крутился на одном месте, вертя за собой всю оставшуюся её часть. — Тэхён! — крикнул Чонгук и тут же быстро подбежал к нему, схватившись за свою палочку и сделав так, что палочка Тэхёна сама подлетела к нему. Оба, согнувшись и сцепив крепко руки, побежали прочь от бешеной ёлки. Когда они почти добежали до края холла, крона дерева ударила по спине Кима, и тот свалился на Чонгука и тот болезненно простонал. Чёрт! — Ты в порядке? — спросил блондин. — Почти. Слезь, пожалуйста. Ким потянул Чонгука, заставив того встать, и они, спеша, бросились дальше от этой чертовщины. Слава Дамблдору, палочка Кима не сломалась и всё ещё была в рабочем состоянии. — Как её остановить? — отозвался, запыхавшись, Ким. — Я знаю одно заклинание. — Ты в этом уверен? — Полностью. Три слова. Всего три слова понадобилось сказать Чону, чтобы прекратить эту чертовщину. Вопрос: какого хрена кто-то додумался остановить это только сейчас, если это так просто?! Видимо, все были настолько заняты спасением своей задницы, что позаботиться о причине опасности мысль никому, кроме Гука, не пришла. А жаль! — Что здесь происходит?! — прозвучал грозный голос Минервы Макгонагалл. — Что за безобразие вы здесь устроили?! Где-то сзади послышались болезненные стоны. Чон с Кимом обернулись. Пара шестикурсников и Мигель были явно ранены. Один схватился за свою левую руку, другой — за живот, третий — за плечо. Не повезло. Что ж, значит и в этом году кто-то проведёт Рождество в госпитале. — О, Дамблдор. Кто-то, отведите их в госпиталь. Пара человек с шестого курса и пара с пятого тут же подбежали к раненым и уже вели тех в госпиталь. — Остальные — по комнатам! Лекций не будет, ёлку — не могу поверить, что говорю это — оставьте в покое! Я сама ею займусь. Ей-богу, не дети ведь, пятый и шестой курс, каждый год одно и то же. Это уже становится традицией. Чон и Ким, всё ещё стоящие рядом, взглянули друг на друга. — Ты в каком крыле живёшь? — спросил Ким. — В первом. — Я в третьем. — Значит не по пути. — Значит так. — Увидимся? — Давай. Башня под номером один была первой слева, башня три — первой справа. Оба ушли, каждый на свою сторону. Ну, как ушли… Уползли. Всё-таки шмякнулись они неплохо, пока бежали за палочкой.

❅❅❅❅❅

Чонгук сидел на мягком, пушистом ковре цвета молочного шоколада у кровати. До сих пор не верится в то, что произошло в холле. Через пару месяцев все будут вспоминать об этом, звонко и заливисто смеясь, но сейчас это не кажется слишком смешным. Чон встал, снял с себя свитер и сменил его на тёплое, чёрное худи. Тепло и уютно. Гук закрыл окно, заварил себе чай и включил на ноуте Гринча. Что может быть лучше? Сейчас был только час дня, можно было бы и поучиться, сходить погулять или проведать Намджуна, но желания не было. Он зажёг свечу с запахом яблока с корицей и лег на кровать, начав вновь пересматривать историю милого, такого несчастного и такого вредного похитителя Рождества…