Жертва для дракона

Когда впереди замаячила знакомая фигура генерала, у Дань Хэна появилось плохое предчувствие. Впрочем, у него каждый день было плохое предчувствие — ждать чего-то хорошего в его ситуации было бы просто глупо. — Ты подумал над моими словами? — спросил Цзин Юань без особых церемоний. — Моё решение не изменилось, — ответил Дань Хэн спокойно и прошёл мимо, не давая Цзин Юаню и шанса завести диалог. — Попытка ничего не будет тебе стоить, — сказал Цзин Юань ему в спину. Дань Хэн сделал вид, что не услышал. Чем быстрее генерал осознает тщетность своих слов, тем быстрее отстанет со своими неразумными предложениями. По крайней мере, дракон на это надеялся. Зря. Цзин Юань стал караулить его каждый день на дороге до дома и расписывал, какой чудесной стала бы жизнь Дань Хэна, если бы в ней появилось хрупкое женское создание. — Она бы каждый день встречала тебя с вкусным ужином. И никогда бы не предложила расстаться, потому что жить на Лофу одной ей было бы проблематично. Ну а если тебе что-то не понравится, то можно просто подождать, пока она не умрёт. Ты и глазом моргнуть не успеешь. Дань Хэн не знал, куда ему деваться. Ему не нравилась циничность и какая-то злая практичность, с которой его друг говорил об отношениях. Цзин Юань пускал в ход все аргументы, даже самые нелициприятные. Слушать их было невыносимо. Но ещё хуже было то, что Дань Хэн все больше над ними задумывался. Представлял, какой была бы совместная жизнь с другим живым существом. Они могли бы обедать вместе или что-то обсуждать за неспешной прогулкой. От этих фантазий в его голове даже сложился образ возможной подруги. Он был зыбким, без каких-то определённых деталей — скорее, просто общие очертания человеческого тела. Но и этого было достаточно, чтобы живо представить все те ситуации, которые могли бы произойти. За фантазиями пришли сны. Дракону начали сниться идеализированные картинки той жизни, какой у него никогда не могло быть. Где рядом с ним был человек, на которого можно положиться, где у него были друзья, где он больше не одинок. И чем чаще он видел такие сны, тем больше чувствовал горечь от отторжения собственного племени. Цзин Юань поселил в нем семена надежды на то, что все может исправиться. И Дань Хэн поддался им. Ему не нужна любовь — он и не верил, что она может родиться вот так запросто, с одного взгляда и короткого знакомства. Ему с головой хватит дружеских симпатий. Нужно только найти человека, такого же одинокого, как он. Эта мысль не давала ему покоя всю ночь. Принять свои чувства было тяжело, но отрицать и избегать их он больше не мог. Не в силах забыться беспокойным сном, Дань Хэн резко сел на кровати. На тумбочке рядом лежали блокнот и ручка, словно они только и ждали, когда он сдастся. Дракон, включив лампу, взял их чуть дрожащими руками и застыл над бумагой. В голове были сотни мыслей, но он никак не мог вычленить нужные. Однако ступор быстро прошёл, и на листе вскоре появились первые строки послания людям с далёкой планеты, которое должно помочь ему найти родственную душу. *** Остаток ночи Дань Хэн провел, пачкая листы все новыми и новыми вариантами. На полу уже собралась небольшая горка бумаги с зачёркнутыми словами. «Если вы так же одиноки…», «Молодой мужчина в поисках…», «По роду деятельности духовный наставник…», «Вас не смущают рога и хвост…» Все казалось странным, жеманным, даже пошлым. Дань Хэн смотрел на плоды своего творчества и внутренне содрогался от того, насколько плохо все это звучит. Но в конце концов ему удалось сформулировать довольно емкое и точное письмо. «Представитель видьядхара желает познакомиться с кем-нибудь для установления дружеских взаимоотношений». Больше Дань Хэн уснуть не смог. Он нервно расхаживал по комнатам своего небольшого пристанища и периодически бросал взгляд на часы. Минутная стрелка оказалась глухой и слепой к его намёкам и никак не хотела ускоряться. Когда время все же соизволило добраться до семи часов утра — начала рабочего дня Цзин Юаня — Дань Хэн выждал ещё десять долгих минут и только потом отправился в путь. Обитель божественного предвидения встретила его тихой, но бурной деятельностью. Работники и рыцари вполголоса переговаривались друг с другом, чётко выполняя свою работу. Если кто-то и обратил внимание на пришельца, то это никак не проявилось — дисциплина в рядах Облачных рыцарей была превыше всего. Дань Хэн уже бывал здесь, но эти визиты носили обязательный характер. Оттого было особенно странно находиться здесь по личным причинам. Лицо секретаря ничего не выражало, и Дань Хэн не мог определиться, как с ним взаимодействовать. Внезапно дверь в кабинет Цзин Юаня распахнулась, и появился генерал, спасая друга от постыдного объяснения своего присутствия. — Дань Хэн? Не ожидал тебя сегодня здесь увидеть. Впрочем, это приятный сюрприз. — Цзин Юань подошёл к нему и похлопал по плечу. Его улыбка была слишком широкой и не предвещала ничего хорошего. — Я знаю, зачем ты пришёл. И у меня уже все готово. Генерал забыл (или, скорее, забил), зачем вообще он вышел из кабинета. Все его внимание переключилось на Дань Хэна. Не оборачиваясь к секретарю, Цзин Юань бросил: — Пригласите к нам амикассадора. И они зашли в кабинет. Внутри, как всегда, находилась небольшая кучка народа — самые верные приближенные к генералу — много видящие, ничего не говорящие, молча выполняющие задачи. Это была высшая мера конфиденциальности, на которую мог рассчитывать Дань Хэн. Ему хотелось, чтобы все осталось сугубо между ними двумя, но он понимал, что им все равно понадобятся помощники. — Я знал, что ты придёшь ко мне, — подразнил Цзин Юань. Дракон чуть вскинул голову, не желая показывать, как сильно повлияло на него предложение генерала. Отрицать что-либо было бессмысленно, но он мог хотя бы избежать бесконечных подтруниваний своего друга и перейти прямо к делу. — Что именно у тебя готово? Цзин Юань на секунду задумался, стоит ли отпустить пару шуточек, но в конце концов желание рассказать подробности пересилило, и он направился к одному из экранов. — Сейчас мы находимся недалеко от прошлых владений Клипота, — начал Цзин Юань. Парень, сидевший за монитором, тут же вывел на экран карту их расположения в космосе. — Недалеко от нас есть небольшая планета, Ярило-VI. — Изображение на экране увеличилось, и Дань Хэн смог разглядеть маленький, почти полностью белый шарик. — Я провел некоторые исследования и узнал, что целым там сохранился только один город. Жители находятся в большом долгу у КММ. К тому же, сейчас у них проблемы с активным Стеллароном. Дань Хэн сразу понял, к чему клонит Цзин Юань. Северные неискушенные девицы с проблемной планеты могли стать отличной целью. Как бы ему ни нравилась эта мысль, он не мог не согласиться — генерал действовал очень рационально. Но последнее слово все равно оставалось за ним. — Я написал примерное послание для жителей… — Дань Хэн вытащил из кармана аккуратно свернутую записку. Но Цзин Юань лишь отмахнулся. — Не думай об этом. Дракон не успел ему ответить. Дверь в кабинет распахнулась, и внутрь вплыла лисица с тёмными ушками и пушистым хвостом. Она показалась ему смутно знакомой. — Это амикассадор Тинъюнь, — представил её Цзин Юань. — Возможно, ты помнишь её как медиатора «Комиссии по полётам». Дань Хэн не помнил. Тинъюнь слегка рассмеялась и протянула ему руку. — Помимо основной работы в комиссии я веду переговоры с представителями других планет, — добавила девушка. — Рада встретиться с вами лично. — Дань Хэн пожал её маленькую сухую ладонь с крепкой хваткой и на секунду задумался, как представиться самому. — Позвольте. Для меня вы не нуждаетесь в представлениях. После краткого обмена любезностями Цзин Юань разъяснил роль Тинъюнь — помогать им в коммуникации с заснеженной планетой. Дань Хэну не нравилось, что в его проблему впутывалось все больше людей. Но отказываться от услуг лисицы было поздно. Цзин Юань действительно уже спланировал все — буквально все! — и ему оставалось либо соглашаться, либо бросить все и уйти. Но он все ещё может, по крайней мере, повлиять на их план. — Тинъюнь, — позвал он, прерывая непонятный разговор лисицы с Цзин Юанем. Завладев ее вниманием, он снова попытался показать ей свое письмо. — Я написал послание для жителей Ярило-VI и хотел бы, чтобы местные власти показали его населению. Тинъюнь едва скользнула взглядом по его бумажке и снисходительно улыбнулась. В ее глазах загорелся огонек. — Позвольте сделать замечание. Вашим словам, наставник, недостаёт убедительности. Адресат должен сразу понять, кто вы и чего хотите. Только четкие, краткие и понятные формулировки смогут это передать. Следуйте структуре: требования, условия, цена. Так что… я взяла на себя смелость написать письмо от вашего лица и отправить его. Дань Хэн был поражен, если не больше. Страсть и воодушевление, с которыми лисица объясняла его ошибки, говорили сами за себя. Она явно знала толк в переговорах, была профессионалом своего дела. Он даже не подумал усомниться или возмутиться такой самодеятельности. Тинъюнь, явно довольная собой, подошла к одному из устройств и ввела несколько запросов на панели. На экране появился полуоткрытый свиток пожелтевшей бумаги. Буквы на нем переливались оранжево-красными всполохами, словно были написаны самим пламенем. Глядя на гордившуюся своей работой девушку, Дань Хэну очень хотелось провалиться сквозь землю. На третий полдень от сего дня приведите достойнейшую красавицу вашего города к Столпу творения. За то заимеете благословение неземное. А не приведете — сгинете.