Я, конечно, не дикобраз...

      — Эй, Кенши!       Кенши вздохнул. Опять. И повернул голову на звук. Он буквально кожей чувствовал, как этот жук улыбается и едва ли не светится от счастья.       — Ты, конечно, не поезд, но я бы под тебя лег.       — А еще ты не Анна Каренина.       Тяжелый вздох сопроводил слова. Однажды Кенши принялся считать, сколько раз за день он вздыхает, но после сорокового раза за два часа оставил это.       — Но я все еще могу разлить маслице.       Рука Кенши потянулась было, чтобы оставить подзатыльник, но Джонни быстро ретировался подальше. Что-что, а вовремя сбежать он точно умел.

***

      — Ты же любишь спать?       Вопрос застал Кенши врасплох. Был вечер и они как раз собирались ложиться, поэтому мужчина застыл с подушкой в руках, а потом медленно повернул голову к Джонни.       — Допустим…       Голос звучал неуверенно, Кенши как будто ожидал подвох, но не мог быстро сообразить, что это будет.       — Ты любишь спать, я люблю спать, может будем спать вместе?       — Но мы же соби… Ох…       Ничего не подозревающая подушка отправилась в полет в сторону голоса Джонни, но тот удачно ее поймал, перекидывая на кровать.       — Вот именно!

***

      — Ты, конечно, не…       — Джонни хватит. Рядом со мной стоит стакан и в этот раз я точно не промахнусь.       Кажется, это был шестьдесят девятый вздох за этот день. Иногда Кенши все еще принимается их считать. Для статистики.       — …граница страны, но я бы за тебя вышел.       Кенши внезапно почувствовал что краснеет.       — Я подумаю.       Поймав ощущение улыбки Джонни, Кенши отвернулся, пытаясь скрыть смущение за потиранием щек и переносицы. Чужая улыбка проникала под кожу, обезоруживая и не оставляя места для злости.       Семьдесят.

***

      Сегодня было спокойно. Всего три вздоха и то все пришлись на ленивое утро в объятьях друг друга. Джонни спал, крепко обнимая Кенши и не желая отпускать от себя ни на миллиметр. Кто же знал, что это затишье перед бурей. Впрочем, как и всегда с таким человеком как Джонни Кейдж.       — Ты, конечно, не Сенто…       Кенши насторожился. Он уже практически привык к этим фразочкам, но никогда нельзя предугадать, что Джонни скажет на этот раз.       — …но для тебя я могу побыть ножнам… Ай, Кенши!       Глухой «бонк» раздался по небольшой комнате. Кенши усмехнулся и поднял руки, показывая, что он ничего не делает. Сенто, минутами ранее мирно покоившийся в углу, после удара по затылку Джонни перевернулся в воздухе и упал на пол, недвижимый более никакой силой.       — Что же, кажется, сам Сенто более чем готов использовать тебя как ножны.       Кенши негромко засмеялся, а ответом ему было тихое, обиженное сопение.