Моя слабость.

Темная ночь и тихие улицы. Два фонаря, свет которых едва освещает переулок. Прохладный ветер не вызывает мурашек, а наоборот освежает. Здесь нет места страху, нет места и радости. Сейчас Тэхен оглядывает байк, оценивая повреждения и пытаясь продумать как же поступить. Полицейская сирена все ближе, а времени на раздумья все меньше. Тэхён понимает, что ему, действительно, больше некуда деться. Он не сможет уйти от погони самостоятельно. Парень все-таки садиться рядом с Чонгуком, оставив байк у дороги. Как только дверь закрывается, автомобиль срывается с места, оповещая свой отъезд визгом шин. — Думал ты слишком долго. Сейчас прямо по курсу группа наших фанатов. Поэтому решай вправо или влево? — задаёт вопрос брюнет, глядя на несущийся к ним полицейский автомобиль. — Вправо, тем есть поворот на автомагистраль и в… — начинает Тэхён, но машина резко сдаёт назад, делая поворот практически на 180 градусов, уезжая туда, откуда приехал спорткар. Кажется тому, кто за рулем было абсолютно плевать, что скажет Тэхен. — Блять, Чон. Можно я доживу хотя бы до утра. Ниссан уходит от погони, сворачивая в очередной переулок. Матовый спорткар вылетает на трассу, ведущую из города, фонарей еще меньше, а на хвосте все еще остаются две полицейские машины. В этот момент Чонгук полностью выключает фары и съезжает на едва просматриваемую дорогу в лес, полицейские не успевая за маневром, проезжают съезд. — Ты знаешь эту местность? — быстро спрашивает Гук, аккуратно огибая деревья. — Нет, еще и не вижу нихрена, — пожимает плечами Тэхён, также озираясь по сторонам, высматривая дорогу. — Блять, — шипит Чонгук, когда машину немного кидает вправо на грязи. — Там линии электропередач вдалеке и возможно выезд на дорогу, — указывает пальцем Ким. Еще около 15 минут прошло до того, как спорткар выезжает на проезжую часть, а парни по чуть-чуть начинают узнавать местность. — Мы живы, аплодисментов не надо, — начинает Чонгук, а улыбка трогает его губы, давно у него не было такого насыщенного вечера. — Да, мы живы. А теперь, я тебя убью, — спокойным голосом проговаривает Ким, переводя испепеляющий взгляд на брюнета. — Прекрати истерить, как сопливая школьница, ничего не случилось, — закуривает сигарету Чон. — Я спас тебя. — Не говори смешных вещей, я чуть не разбился из-за тебя и мне придется искать свой помятый байк на штрафстоянке, если не на мусорной свалке, — усмехается Тэхён, прокручивая события вечера. — Не моя вина, что вы, байкеры, видите только себя, не смотря вокруг. Заметь ты меня раньше, был бы цел, как и твоя железяка, — отвечает парень, зачесывая взлохмаченные ветром волосы назад. — Если еще раз назовешь мой Кавасаки железякой, сломаю тебе нос и заодно выкручу у тебя из тачки пару деталек, что развалится как только задницу свою в нее посадишь, — холодно проговаривает Ким, на что Чонгук лишь кидает усмешку, не отрываясь от дороги. — Оставлю тебя недалеко от универа, дальше на своих двоих. — Нет уж, отвезешь меня куда надо, за тобой должок, — качает головой Ким. — Может тебя еще в кроватку уложить? — вскидывает бровь Чонгук, но все же везет по адресу, который продиктовал русоволосый. Следующие 10 минут проходят в молчании. А звенящая тишина начинает заполнять салон автомобиля, вытесняя злость и недовольство. Некогда шумный город сейчас погружен в тишину, умиротворение, которое спадет как только лучи солнца появятся на горизонте. Водная гладь Хангана отражает мерцающие звезды, а легкий ветер скользит сквозь пальцы Чонгука, что высунул руку из окна автомобиля. Когда он только начал ездить, ему казалось, что жизнь у людей без авто чертовски скучна, она не наполнена теми эмоциями, которые получает водитель, гонщик, который выжимает педаль газа за 150 километров в час. Как у того, кто живет дорогами, скоростью, адреналином. Чем ты живешь? В чем твое счастье? Чего ты на самом деле желаешь? Кто-то готов сразу дать ответ, ошибочно полагая, что власть или деньги — есть счастье. Другие же промолчат, боясь лишится того. Люди боятся говорить о своих мечтах, своих настоящих желаниях и счастье. Опасаясь, что их мечты и желания высмеют, а то мимолетное счастье отнимут. Не понимая, что никому нет дела до них. Можно уйти от ответа, обесценить чужую цель. Потерять свое счастье, смысл жизни. В такие моменты, мы часто виним других: семью, друзей, возлюбленных, врагов. Но за дерьмовый поступок нужно винить лишь себя. Сначала целью Чонгука было стать профессиональным гонщиком, пилотом Формулы 1, жажда скорости и любовь к машинам, то чем некогда грезил ребенок. Этому никто его не учил. Фотография четырехлетнего Гука с гоночным болидом стоит в рамке в комнате парня, а также порядка пяти спорткаров и четыре радиоуправляемых гиперкара стоят в виде экспонатов в разных частях дома. В средней школе мама уговорила отца подарить сыну машину. Чонгук светился от счастья, когда отец оплатил курсы дрифта. Гук гонял на уличных заездах, порой обходя королей дорог, не попадаясь полиции. Однако чтобы заявить о себе на официальном хотя бы региональном заезде, нужно было достичь шестнадцатилетия. За год до этой даты, кое-что случилось. То, после чего Чонгук не спал с десяток ночей, крича от безысходности и боли во сне. Об этом не принято говорить в их семье. Вот только от мечты осталось лишь название. Случилось то, после чего Чон потерял цель, попрощался с мечтой. А те игрушечные модели машин и радиоуправляемые гиперкары пропали с полок. А чтобы жить — нужна цель. А жить без цели — все равно, что лежать в могиле. Погружаясь все глубже в свое сознание Чонгук и не заметил как подъехал к какому-то дому. — Я бы остался на поздний ужин или завтрак, но думаю в другой раз, — проговаривает Чон, с легкой ухмылкой, зная, что его никто и не приглашал. — Не надейся, кролик. Тебе до меня еще далеко, — едко отвечает Тэхен, закрывая дверь автомобиля бедром. — А думаешь, ты мне нужен? — вполголоса задает вопрос Чонгук, приближаясь к парню. — Завтра я и не вспомню кто ты такой, байкер. — Ты пытаешься быть таким плохим, Гук-и, — давит едкую улыбку Тэхен, а Чонгук вновь делает шаг к Киму, практически прижимая того к дверце авто. — А ты хотел бы, чтобы я был тихоней? Пожелать тебе спокойной ночи? — задает вопрос Чонгук, обжигая ухо Тэхена своим горячим дыханием. Двое стоят у машины в тишине глубокой ночи, и лишь одинокий тусклый фонарь одаривает короткую улицу своим светом. Чонгук уже вторую минуту не отрывает взгляда от лица Тэхена. Острый изгиб челюст и прямой нос, не могут не притягивать взгляд, а русые волосы слегка растрепавшиеся на ветру, так и манят запустить в них пальцы и ощутить их мягкость. Чон продолжает бегать взглядом, а Тэхен лишь тонет в черных, как омут глазах напротив. Они глубоки. Глубоки настолько, что кажется, если засмотреться, точно утонешь. Не сможешь выбраться. Но Тэхен не отводит взгляд будто специально провоцируя брюнета. Чонгук придвигается еще ближе. Его кончик носа мажет по щеке стоящего напротив. Так близко, что горячее дыхание опаляет губы Тэхена, а тот все еще смотрит в глаза. — Не смей влюбляться в меня, кролик, — шепчет Тэхен в губы Чонгуку. — Иначе что? — улыбаясь спрашивает брюнет. — Иначе тебе снесет крышу, — горячо улыбается Ким, глядя в карие глаза напротив. — Полюбив тебя, я проиграю, — полушепотом проговаривает Чонгук отстраняясь от чужого лица. Усмехнувшись Тэхен отходит от машины, буквально отодвигая рукой Чона, тот так и остается стоять следующие 3 минуты. Пока Тэхен скрывается за входной дверью своего дома, не проронив больше ни слова. Честно сказать, Тэхен и не думал, что Чон собирается влюбляться. Этот парень кажется вообще не из тех, кто способен полюбить. А если и способен, то почему бы Чонгук должен испытывать подобное чувство именно к нему? Нет, у Тэхена определено нет ответа на этот вопрос. Киму и не нужно чтобы его любили, особенно такой как этот стритрейсер. Тэхен нисколько не одинок, чтобы влюбляться в первого встречного. У него есть семья и друзья. У него есть он сам. Сам для себя. Тэхену думается, что он сказал это Чонгуку просто так. Чон Чонгук именно такой, каким кажется на первый взгляд. Бесчувственный, холодный, агрессивный, грубый. Тот, кто готов сметать всё и всех на своем пути имея деньги и связи, пусть даже и не свои. Таких людей либо ненавидят, либо возвышают. Одно из двух. Зависнув в мыслях Тэхен добрел к холодильнику и забрав из него два онигири с колой направился в свою комнату. Хоть он и спал в последние пару дней паршиво, сейчас парня конкретно вырубало. Однако вместо сна Тэхен включил какое-то НЕсмешное шоу в интернете, чтобы скоротать время до университета. Ведь уже поднималось солнце, на часах было около 5, а первую пару никто не отменял. 🌒🌕🌘 Подъезжая к гаражу друга, Чонгук сразу же замечает машины и других гонщиков. Mark ll, принадлежащий Чольсу, Dodge Мингю, спорткары Намджуна и Джина. Гараж Сокджина был и остается пристанищем гонщиков, а сам парень учится на четвертом курсе архитектурного, коротая вечера в своем гараже с друзьями. — Чонгук-и, ты долго, я устала ждать тебя, — сразу же налетает с непрошеными объятиями Лиён. — Что там у тебя произошло? — интересуется Джин, отпивая из бутылки пиво. — Я чуть не сбил байкера на перекрестке Кымчхонгу, — плюхается на старый диван парень, взъерошивая свои волосы. — Маршруты совпали, повезло, что я успел затормозить, а то сосребали бы его с асфальта. — Они совсем обалдели, почему они не заявляли об этом заезде, — слышится от Намджуна, который вылезает из-под машины с инструментами. — Я проверял несколько раз маршрут, это вообще центр нашего района, они не могут без согласования захватывать его для заезда. Я поговорю с Тэхеном, — серьезным тоном договаривает Ким. — Как раз его то я чуть не отправил на больничную койку, — безразлично добавляет Чонгук, приобнимая Лию, наконец расслабляясь. Эта девушка случайно попала в компанию гонщиков, у нее нет машины, просто общалась с Намджуном, училась долгое время в одном классе, кто-то говорил, что они даже встречались. Однако Лиён объяснила это близким дружеским общением. Она, конечно, любила скорость и пару раз ездила пассажиром на заездах, но тяги к победам не было. Чонгуку была она симпатична ни больше, ни меньше как и остальные, кто также купился на смазливое личико парня, дорогую тачку и образ знающего себе цену стритрейсера. Чон получал то, что хотел и давал то, что хотели они. Секс. Может быть немного дорогих подарков, если очередная возлюбленная смогла заинтересовать Чонгука больше, чем на одну ночь, а такое бывало нечасто. Обычно все начиналось с безобидного общения и флирта у бара на гонке или в клубе, после чего полностью заинтересовав и расположив к себе, Чон предлагал показать свой спорткар или просто продолжить беседу в более спокойном месте. Как банально. Большинство соглашались. А дальше все проще простого. Лиён была хорошей подругой, понимающей, веселой, ей доверяли. Многие из парней хотели сблизиться с ней. Девушка ждала пока ее заметит Чонгук. И он заметил. Быстрые жадные поцелуи в машине и жаркий секс, когда Чонгук не сдерживаясь оставляет багровые следы на бледной шее девушки, читая в ее глазах восторг. Они сгорали друг в друге. Это продолжалось вот уже больше месяца. Они появлялись вместе в гараже Сокджина, на заезах, тусовках. Однако для него это ни значило ничего. Это превратилось в некую привязанность, где один человек испытывал чувства, а другому было всего лишь удобно находиться рядом. Лиён даже пыталась пару раз завести разговор об отношениях, о том, что кажется пора бы разобраться в том, что происходит между ними. Но в ответ получала лишь тяжелый вздох и ответ, что это всего лишь страсть, не любовь, отношений не будет. Сама не зная зачем, она смирилась, приняла, что Чонгук не хочет признать или не хочет любить ее по-настоящему. Сердце терзала обида, а рассудок вновь застилали чувства, а страсть и надежда, не давали ей отпустить. — Все эти байкеры полные неадекваты. Недели полторы назад наши маршруты снова совпали, — вскидывает в возмущении брови Намджун. — Клянусь, если такое еще раз повториться, я переломаю им все ноги, — поддерживает Мингю. — Странно, что Тэхен не в состоянии проследить и согласовать дороги с нами, — спокойно проговаривает Джин, делая несколько глотков пива. — Он будто специально создает проблемы и нам и себе. — Или он сам не в курсе этих совпадений и тут замешан кто-то другой, — задумчиво отмечает Чонгук, открывая новую пачку чипсов. — Стоило бы разобраться в этом, ребят, пока никто из наших не пострадал, — констатирует Мингю, соглашаясь с другом. Напряженная обстановка совсем исчезает, а помещение наполняют тихая музыка, смех и спокойные разговоры друзей о грядущих заездах и иных проблемах, которые только предстоит решить. — Эй, Чольсу, у тебя еще остались кристаллы? — заискивающее интересуется Чонгук у друга. — Для тебя всегда есть, Гук-и, — пьяно улыбается краешком губ Чольсу отвлекаясь от беседы с Джином. Парень тянется к своему рюкзаку, открывает передний карман и достает небольшой прозрачный пакетик, где покоится две белых перламутровых таблетки, что зовутся кристаллами. Протягивая одну Чону, он и сам закидывает одну из таблеток на язык, блаженно откидываясь на диване и предвкушая грядущую эйфорию. Мир погружается в разноцветные краски, а тело обретает небывалую легкость, эмоции сглаживаются, в данную секунду нет ни волнения, ни злости. Мир будто бы замер, но где-то на окраине города двое людей продолжают существовать друг для друга. И пока Джин спорит с Намджуном о том, где лучше закупать новые детали для движков и подвески, Чольсу уже практически в отключке, а Мингю залипает в игру на телефоне. Чонгук утаскивает за руку Лиён в дом Джина, к которому пристроен гараж. У брюнета в глазах все предметы плывут, а образы сливаются воедино. Такое для него не впервые, Чонгук любит это чувство. Чувство небывалой легкости, которая захватывает в объятия рассудок и отпускает лишь через несколько долгих часов с пронзающей головной болью и пустотой. Девушка смущенно улыбается, наблюдая за движениями Чонгука, крепкие руки на талии ведут прямо к одной из спален, а горячие губы исследуют длинную шею Лии, заставляя закатывать глаза от удовольствия. Она неспешно отвечает на поцелуй, а Чонгук впивается в ее губы, спиной входя в какую-то комнату. Он подхватывает блондинку за бедра и делая два шага к кровати опускает ее на мягкую постель. Не желая тратить минуты времени на нежность и ласку Чонгук рывком расстегивает молнию на топе Лиён, откидывая куда-то за пределы кровати, то же самое проделывая и с джинсовыми шортами девушки. Они продолжают терзать губы друг друга, полностью поддавшись страсти и похоти. Всего на мгновение Чонгук отрывается от Лии, приподнимаясь, чтобы наконец избавиться от своей одежды. Лиён открывается вид широкие плечи и мускулистые руки, а мышцы перекатываются под смуглой упругой кожей, вызывая желание провести по ней пальцем. Уловив огонек в глазах девушки Чонгук заводит ее руки за изголовье кровати скрестив их вместе. Она полностью оказывается в его власти и власти этой ночи. Вмиг в застланных глазах Чона вспыхивает образ. Образ отнюдь и не Лиён, что купается в ласках Чонгука и кому дарит небывалую нежность, отдаваясь сполна. Это образ байкера, чьи глаза наполнены льдом и злобой, ненавистью к Чонгуку. Почему-то этот образ всплывает в голове брюнета так неожиданно, что тот теряется на пару минут. Ему хочется думать, что это всего лишь действие принятой таблетки и последствия насыщенного вечера. Но разум все еще не желает отпускать Тэхёна. Окончательно избавившись от одежды они меняются местами. Лия оказывается сверху, покрывая поцелуями шею парня и исследуя руками его плечи, неторопливо спускаясь к ключицам. Лиён спускается все ниже, выцеловыевая кубики пресса, что периодически приходят в напряжение от приятных ощущений. Всё тело покрывается приятными мурашками, когда нежные губы девушки добираются до низа живота, а ладонь нежно опускается на уже давно возбужденный член. И когда ладонь девушки обхватывает покрасневшую головку, в мыслях Чонгука почему-то все действия проворачивает не сексуальная блондинка, а какой-то парень с лисьими глазами и русыми прядями, что ласкает ладонью со слегка огрубевший кожей. А от мысли о сильных, требовательных, горячих руках на своих, бёдрах, спине, от низких стонов, которые он бы мог слышать… Чонгук тихо выдыхает, окунувшись в свои фантазии, пока девушка ласкает его языком, после опускаясь ртом на всю длину, вызывая тихий стон Чона. В голове Чонгука все еще он. Брюнет тянет Лию на себя и жадно вцепившись грубыми пальцами в бархатные бедра входит в нее. Чонгук кусает ее губы, проникает языком в приоткрытый рот, целует глубоко и несдержанно. Так, словно пытается избавиться тем самым от навязчивого образа в своей голове. Пальцы Лиён сжимают его волосы, а губы едва поспевают. Она стонет в поцелуй, не пытаясь себя больше сдерживать. Чонгук меняет позицию, перекладывая девушку спиной на простыни. Он желает только ее, только Лиён принимает всех его демонов, всё его безрассудство. Он ритмично вбивается в нее, не желая останавливаться ни на секунду. Лиён теряется, тонет в своих сумасшедших чувствах, эмоции буквально захлестывают ее. В уголках глаз собираются капельки слёз, но она не намерена останавливаться. Всё, чего она на данный момент желает — только он. Затуманенное сознание и похоть, что с каждой секундой проникает в разум двоих в этой темной комнате. Все смешались прямо сейчас и не дает собрать воедино остатки адекватности. Лии хочется стонать от одного лишь вида Чонгука. Вручить себя в эти крепкие руки, и пусть творит что хочет, пусть не чувствует чего-то большего, кроме страсти, ей будет достаточно. Она сгорает, будто в адском котле, плавится под прикосновениями парня, растекаясь в разные стороны. Горячие влажные языки сплетаются воедино, изучают друг друга. Чонгук прикусывает кончик ее языка, и Лиён мычит ему в рот, жмурится. Чонгук улыбается, облизывая укушенную губу, и прикрывает глаза. Чонгук слегка хмурит брови, шумно выдыхает. Белые волосы девушки прилипли ко лбу, а глаза блаженно прикрыты. Она царапает Чонгуку грудь, когда тот наращивает темп. Его сильные руки сжимают её ягодицы, оставляя на нежной коже горящие красные отметины. Чонгук наклоняет голову и целует Лиён в шею, на которой казалось бы уже нет свободного места, она вся усыпана красными засосами, которые будут так заметно выделяться с утра на фарфоровой коже девушки. Лиён чуть ли не подбрасывает на каждом толчке. Она выгибается до хруста позвонков, стонет Чонгуку в самое ухо, прижимаясь всем телом. Он упивается сладким горячим телом под собой, вгоняя член до упора, а образ русоволосого байкера постепенно растворяется в сознании. Чонгук двигается размашисто, быстро и грубо, не контролируя себя. Она находит своими губами губы Чонгука и целует, сейчас медленно, оттягивая нижнюю и стонет в поцелуй при очередном толчке. Лиён чувствует, что приближается к пику, не может больше сдерживаться. Она жмурится и до кровавых отметин впивается ногтями в спину Чона, когда оргазм накрывает ее с головой. Тело мелко дрожит, а тихий протяжный стон вырывается из губ девушки. Чонгук оглаживает скулу Лии, убирая за ухо прилипшую блондинистую прядь волос, продолжая двигаться внутри горячего тела. Он движется размашисто, быстро и грубо, восходя на вершину удовольствия. Чонгук кончает покинув тело Лии и вбирая в себя недостающий кислород. Оба тяжело дышат, горят и плавятся. Лиён обессилено лежит, по-прежнему нежно улыбаясь и глядя Чонгуку в глаза. Восстановив дыхание Чон тянется к своим джинсам, что валяются где-то у изножья кровати и выуживает слегка смятую пачку сигарет. Закуривая прямо в кровати он садится спиной к девушке, глядя куда-то в панарамное окно. Занавеска слегка колышется от дуновения ветра из открытой створки окна, а первые лучи солнца уже закладывают в комнаты. — Ты так задумчив и молчалив сегодня, — тихо шепчет Лия, подбираясь к парню и мягко поглаживая его плечо. А Чонгук выдыхая серый дым, оставлят ее слова без ответ. Дом Джина двухэтажный, а на окне жалюзи которая закрыта лишь наполовину, поэтому рассмотреть двор и пустую дорогу не так уж и трудно. — Тебя тревожит что-то, но ты явно не раскроешь мне карты прямо сейчас, — приобнимает девушка Чона со спины, заставляя опуститься на кровать. — Но я могу попытаться уговорить тебя. Хитро улыбаясь Лиён пробирается брюнету в ноги и отбросив легкое одеяло в сторону наклоняется к груди Чонгука. Тяжело втянув воздух он наблюдает, как Лия сексуально прогнувшись в спине целует сначала его ребра, будто пересчитывая каждое, а после ее губы очерчивая незамысловатые линии пресса соскальзывает на уже начинающий подниматься член. В свете утренней зари от плавных изгибов фигуры Лиён еще сложнее оторвать взгляд, сейчас Чонгук хотел бы чтобы это точно никогда не заканчивалось. Он следить за ее плавными движениями руки и тем, как ее губы нежно целуют налившуюся кровью головку, а после опустившись до упора на ствол, щеки втягиваются, заставляя Чона в очередной раз закатить глаза от удовольствия. Лия искусно доводит до пика, а потом ослабляет давление на член, после чего вновь и вновь заставляет Чонгука подавлять тихие стоны в кулак. И когда парень не может больше оставаться в этой сладостной пытке и опускает руку на голову блондинки, дверь в комнату распахивается. — Твою мать, Чон, вы бы закрывались, — раздается крик на всю комнату, заставляя парочку быстро очнуться и спрятаться под одеялом. — Блять, Джин, ты в своей уме так врываться?! — возмущенно выкрикивает в ответ Чонгук, бешеными глазами глядя на Сокджина. — Это мой дом! Вы трахаетесь через стену от моей спальни! — не унимается Ким едва сдерживая смех от абсурдности ситуации. — Съебись умоляю! — все еще злобно проговаривает Чонгук, швыряя в незваного гостя одной из подушек. Дверь в комнату захлопывается и комната на секунду погружается в тишину, а Чонгук и Лиён пытаются осознать что за херня сейчас произошла. Лиён прячет лицо в ладонях, оперевшись на согнутые колени и тихо смеется, вызывая у Чона сначала еще большее недоумение, а затем смех. — Боже, минуту назад я хотел его убить, — сквозь смех проговаривает Чонгук. — Если бы он зашел во время секса, я бы не остановился! — Мы можем это проверить, — заискивающее усмехается Лия, залезая на бедра брюнета. — Нет, детка, давай в следующий раз. Я опаздываю на встречу, — останавливает Чонгук, поднимаясь на ноги и надевая боксеры и джинсы. Он бы может и остался, если бы не господин Чон, который назначил встречу в 7:30 в центре города. Чонгук уезжает немедля, потому что точно знает, что Лиён ждет его практически каждую минуту в течение дня. А вот господин Чон вряд ли будет рад опозданию или неявке. Потому что не придя на встречу с ним можно остаться не только без денег, но и без головы. В этом и есть весь господин Чон. Отец.