Замена

      — А, приветик, ребят, — Скарамуччу от попытки допить залпом коктейль отвлекает незнакомый голос сбоку. Подняв голову, парень оглядывает высокого юношу и вздёргивает брови. Музыка грохочет так, что отдаётся внутри сильной дрожью, и Скар искренне удивлён, как услышал, что к их столику кто-то подошёл и заговорил. — Там это… — незнакомец прокашливается и всё же наклоняется поближе под смеющимися взглядами остальных ребят за столом. — С вами же блондинчик с красной прядкой? Вроде, тут его видел! — парень повышает голос, а Скар уже вздыхает тяжело. Кадзуха учудил чего-то?       — Да, с нами! — почти кричит Скарамучча в ответ. — Что такое?       Незнакомец кивает в сторону коридора, ведущего в туалет, и просто уходит, не желая, видимо, больше заботиться о чужих людях. Скар машет девочкам, оповещая, что отойдёт, и поднимается, ощущая, как мир качнулся немного. Ох, кажется, он перепил.       Что же там с Кадзу? Напился, тошнит? Или поругался с кем-то? Вроде ж, на пять минут отошёл… Скар для верности глянул на часы на руке и замер ровно перед дверью туалета, потому что с ухода Каэдэхары прошло более двадцати минут. Как же он так во времени потерялся? Чёрт…       Парень толкает дверь и заходит внутрь, где значительно тише, чем в самом клубе. Только тут на всё помещение раздаётся не музыка, а хриплые рыдания. У Скарамуччи сердце ухает вниз, когда он видит забившегося в угол под раковину Кадзуху. Сидит на грязном полу, рыдает в голос, держа перед собой телефон и неотрывно смотря в экран.       Скар приоткрывает рот, понимая, что, кажется, снова… Дышать становится сложнее от наплыва обиды, раздражения и бессилия. Столько лет уже прошло, и раз за разом всё происходит снова. И снова. И снова.       Кадзуха, глотая слёзы, что-то печатает, абсолютно не попадая по нужным буквам. Печатает и отправляет, выдыхая громкий плач. И ещё одно сообщение.       — Кадзу, — зовёт хрипло, пересиливая собственные чувства, Скар, когда опускается на корточки перед парнем. Заглядывает в красное мокрое лицо, стеклянные глаза на котором даже не дёргаются в сторону пришедшего. — Кадзуха?       — Не… отв-вечает, — задыхаясь рыданиями, давит из себя Каэдэхара, сжимая смартфон всё сильнее до белеющих костяшек.       — Он не ответит тебе, Кадзу, — Скар мягко отирает слёзы с щеки парня и заправляет волосы за ухо, второй рукой пытаясь аккуратно забрать телефон. Каэдэхара отпускает всё же его, позволяя забрать, а сам подтягивает колени ближе и роняет в них лицо, заходясь новым громким плачем. Хриплым и надрывным, пока всё тело дрожит.       А Скарамучча смотрит в экран, заранее зная, что там будет. Томо был в сети 20 августа 2017 в 19:10 Кадзуха: «я тпк скучю по тнбн» Кадзуха: «пржалуцста» Кадзуха: «томо» Кадзуха: «ответб мнн» Кадзуха: «я люб…»       Скарамучча блокирует телефон, жмуря глаза, чтобы не дочитывать последнее сообщение, которое успел написать в никуда его возлюбленный. Алкоголь всё ещё мешает координации и трезвой оценке происходящего, но парень поднимает рыдающего Кадзуху с пола, выводит на улицу и ловит такси, печатая сообщение девочкам уже из машины. Всю дорогу он, хмуря брови и судорожно дыша, смотрит в окно, пока рубашка мокнет от слёз жмущегося к нему парня.       — Всё в порядке? — кидает на парней взгляд через зеркало таксист.       — На дорогу смотри! — огрызается Скар надломившимся голосом и закусывает щёку изнутри. Мужчина вздыхает и ничего больше не говорит.       Решение приходит само собой, когда Скар затаскивает Кадзуху в квартиру и помогает ему разуться. Внутри всё будто льдом покрывается, чтобы треснуть следом, делая больно осколками. Вот только вариантов у Скарамуччи больше нет.       За эти годы он так и не смог его заменить.       Стянув с Кадзухи лишнюю одежду, Скар укладывает его в кровать, заботливо укрывает, ставит на тумбочку стакан воды и таблетку, а к кровати ставит ведро на всякий случай. Всё же надрался Каэдэхара знатно.       — Почему… он?.. — бессвязно сипло тянет Кадзуха, утыкаясь сильно лицом в подушку, сжимая её пальцами.       Скарамучче больно не меньше, когда он ложится рядом, крепко обнимая парня. Томо умер слишком рано, а у Кадзухи не было возможности ни попрощаться, ни сказать о своих чувствах.       Иногда Скару казалось, что всё хорошо. Что Кадзуха, наконец, отпустил Томо, что всё наладилось, что они могут двигаться дальше. А потом вновь происходит это. Дрожащее от невозможности выдержать эту боль тело в его крепких объятиях под утешающий шёпот. Рыдания и сотни сообщений в пустоту. Кадзухой было написано столько признаний, сколько Скар не слышал за все годы отношений.       Раз Кадзуха не может отпустить, то это сделает сам Скар.       Когда рыдания сменились тихим сопением, а парень прекратил трястись и уснул, Скарамучча склонил голову, прижимаясь губами к мокрой щеке.       — Я люблю тебя, — поднявшись, он стал собирать вещи. Самые необходимые, остальное потом попросит забрать девочек. Уже с полной сумкой в дверях спальни Скар оборачивается в последний раз, вздыхает и быстро скрывается в коридоре, оставляя ключи на полке и захлопывая за собой дверь.