Виски со льдом

Сквозь сон и болтовню телевизора, я услышал трель своего дверного звонка. Ну, кому там ещё не спиться? Мне завтра с утра на смену и ещё ночное дежурство предстоит. - Кто? – недовольно спросил я, подойдя к двери и не глядя в глазок. - Это я. - Услышал я до боли знакомый голос. Я поспешил открыть дверь, может у меня уже слуховые галлюцинации, и они рассеются, как только я открою. Но на пороге действительно стояла Нарочинская. - Ты один? Я ничего не мог понять. Она стояла какая-то растрепанная, и её глаза были какие-то бесцветные. Я сделал шаг назад, пропуская её в свой дом. Она прошла в квартиру, заглянула в морозильник, вытащила оттуда пакет со льдом и приложила его к щеке. С ней было что-то не так. Я подошёл к ней ближе, взял за руку и оторвал её от щеки. Чёрт, на скуле красовался свежий след от удара. Гаденыш, всё-таки мой план - набить ему морду, - вынашиваемый мной целый день, был самым идеальным. - Это он тебя ударил? Адрес его, телефон. - Ничего я тебе не скажу. Ты набьёшь ему морду, а он тебя просто грохнет, – сказала она, глядя мне в глаза. Я подошёл к ней вплотную и обнял. - Дурочка. - Я начал её целовать аккуратно, чтобы не причинить ей боль. - Может ты ему шины проколешь? - проговорила она, перемежая слова с поцелуями. - Девочка моя маленькая, глупенькая моя. - Какая детская месть, он ещё получит своё, а сейчас я не хочу о нём ни думать, ни говорить. - Иди ко мне. *** Мы лежали в моей постели, и я обнимал её, и никого роднее для меня не было. - Давай поговорим, - предложил я. - Давай, начинай, - проговорила она и подняла на меня свои глаза. - Сколько тебе лет? - Тридцать, а тебе? - А, я на два года старше. А, какого числа у тебя день рождения? - Первого августа. - Что прямо первого августа? – Я стал всё осознавать. - Прямо первого, а почему это так тебя удивляет? – вопросительно посмотрела она на меня. Ну, вот всё и встало на свои места. Господи, ну почему мне не пришло в голову сразу её спросить об этом, ну какой же я все-таки дурак. Я не мог ей открыться, потому что боялся разбить её счастье, думал, что она нашла уже свою родственную душу, а оказалось всё не так, совсем не так. Она вдруг завозилась в моих объятьях. - Мне надо идти, - произнесла она, отстраняясь от меня. Она начала вставать с кровати, и её взгляд забегал по моей комнате в поисках своей одежды. - Ну, куда ты сейчас пойдешь? Останься. Я даже щётку тебе купил. - Пытался я остановить её порыв. Я сел на кровать и аккуратно схватил её за руку. - Ты что знал, что я к тебе приду? – обернулась она ко мне. - Конечно знал, это было неизбежно. - Она с недоумением посмотрела на меня. - Мне надо тебе кое-что рассказать, хотя, скорее показать. Пойдём в ванную. - Ты маньяк, - улыбнулась Марина. - Ты не о том подумала, хотя я не против этой идеи, вместе принять с тобой душ. – Улыбка озарила моё лицо. Я обнял её со спины, тихонько подталкивая в ванную. Марина с недоумением взглянула на меня, но послушно пошла в нужном направлении, предварительно натянув на себя мою футболку. Я подвел её к зеркалу и начал снимать свою линзу. После не сложной моей манипуляции в зеркале отражались абсолютно одинаковые по цвету две пары глаз. - Что это всё значит? Объясни мне, пожалуйста, - сказала она, подозрительно глядя на меня. - Это значит - ты встретила свою пару, Марина Владимировна, свою настоящую родственную душу. - Подожди, я ничего не понимаю? Какого черта здесь происходит? – уставилась она на меня. - Я тебе всё объясню, если ты меня выслушаешь. - Ну, я тебя слушаю. - Она сложила руки на груди в своей излюбленной манере, готовая в любой момент пойти в нападение, меня это совершенно не устраивало. - Давай, пойдём на кухню, я сварю кофе и всё тебе расскажу. Разговор предстоит долгий, – «и, похоже, не простой», - мысленно продолжил я. - Ну, пошли, свари свой хваленый кофе, - сказала Марина примирительно. Это уже лучше. Похоже, её шок прошел, и она взяла себя в руки, хотя вряд ли мне от этого будет легче. Я взял турку и, пока верил кофе, собирался с мыслями. Марина тихо сидела за моей спиной. Я разлил кофе по чашкам и сел напротив Нарочинской. Она аккуратно водила своими тонкими пальцами по краю чашки, но к её содержимому не притронулась. - Ну, и? О чём ты мне хотел рассказать? Я внимательно слушаю. - В общем, - я решил с места в карьер, чего тянуть, - именно первого августа, когда мне было два года, по словам моей мамы, мои глаза поменяли свой цвет. Вот как-то так. - Она очень внимательно смотрела на меня и ничего не говорила. Я завозился на стуле, мне стало как-то не по себе под её холодным взглядом, я хотел видеть её реакцию, но она молчала. - Ты мне не веришь? Хочешь покажу свои детские фотографии? Конечно, самые маленькие показывать бесполезно - они черно-белые - но там, где я постарше, в цвете всё хорошо видно. Я полез за своим старым фотоальбомом, давно уже не брал его в руки, положил его на стол перед Нарочинской. Она провела рукой по бархатистой поверхности обложки, но не открывала альбом. Сидела, долго раздумывала, поглаживая рукой красный бархат, глубоко вздохнула, как будто на что-то решилась и, всё-таки, перевернула тяжелые страницы. На неё со старых фотографий смотрели до боли знакомые мне лица, а вот и моё фото, здесь мне лет пять. Она пристально вглядывалась в мои фотокарточки, а на неё смотрели такие же пронзительные голубые с карим глаза. - А, ты был миленьким, - вдруг произнесла она. - Ну, я и сей час в меру упитанный мужчина в полном расцвете сил, - пытался я шутить, но никак не мог понять верит она мне или нет, и что теперь будет дальше, всё зависело от её решения. - Нет, сей час ты не такой. - Жизнь потрепала, - улыбнулся я. - А, почему ты всё это скрывал? – Подняла она на меня глаза. Похоже, она решила всё выяснить здесь и сейчас. - Пока я был маленький, мне было всё равно. Потом учился - кто-то дразнил. В меде пытался искать свою судьбу, то есть тебя, - уточнил, глядя ей в глаза. – Потом, работая на скорой, где как раз и познакомился с Нинкой, как ты знаешь. Много чего повидал. Закончил хирургическое попал в Склиф и решил, чтобы было меньше вопросов, поменять свою особенность и стал обычным человеком для окружающих, но продолжал тебя искать и вот ты здесь. - Но в Склиф часто приезжают бригады скорой, и что тебя никто не разоблачил? – продолжала задавать свои вопросы Марина. - На скорой, в основном, работают мужики, а они не особо заглядывают в глаза. - А, знаешь, я с первой встречи почувствовала, что меня к тебе тянет, но у меня уже был Игорь и вообще... – протянула Марина. Я подошёл к ней сзади и обнял, она откинула голову мне на плечо. Я её ещё крепче обнял, и она развернулась ко мне лицом и взглянула на меня своими пронзительными глазами. Никогда не мог устоять перед её взглядом. Как же я люблю её. Поцелуй был долгим и нежным, теперь нас не разделяла никакая тайна, и я мог полностью насладиться ей, а она мной.