Палатка

      Команда Минато, под заходящими лучами солнца, возвращается с миссии, хоть сама миссия не была столь сложной, но муторной это однозначно. Связи с этим ребята были вялыми, даже по вечно собранному Какаши было видно, что он изрядно устал. Это и сподвигло их Сенсея устроить привал раньше, чем изначально планировалось. На это предложение Минато получил лёгкий кивок от Какаши, лёгкую улыбку и благодарный взгляд от Рин и счастливый возглас Обито.       –Ну-ну, спокойней, Обито, –мягко проговорил Минато, успокаивая развеселившегося ученика.       Какаши на это лишь закатил глаза, Рин мягко улыбалась, этой столь знакомой сцене.       –Ну что же, разводим лагерь, Рин не могла бы ты заняться ужином, пока мы с Какаши сходим за дровами. Обито на тебе палатки.       –Да Сенсей! –Хором ответили члены седьмой команды.       Место их временной остановки, было организовано в кратчайшие сроки, слаженная работа творит чудеса. И вот они уже едят приготовленный суп-ужин, авторства Нохара Рин.       –Вкуснотища! –Уплетая за обе щеки, провыл Обито.       –Не ори Тубито, – упрекнул своего товарища Хатаке. На что получил недовольное, неразборчивое бормотание брюнета.       –Спасибо, Обито. Этому рецепту меня научила Кушина-сан, хоть у меня не получилось полностью воссоздать его в полевых условиях, но рада что вкус от этого не испортился, –улыбнувшись, ответила на комплимент Нохара.       Ужин прошёл довольно спокойно, не учитывая, периодические возгласы Обито и ворчания по этому поводу Какаши, хотя это стало не неотъемлемой частью их жизни, было бы даже не комфортно без этого.

***

      Наступило время сна, Сенсей команды, решил поставить на караул клона, а после как передохнёт, сменит его. Этим действием он хотел побаловать своих учеников, дав им, больше времени отдохнуть и выспаться.       Всего палаток было три, довольно просто определить, как было распределено кто, где спит. Палатки были не очень большие, так что Минато занимал одну, Рин девушка, этим всё сказано, вот и приходиться, Какаши с Обито делить одну палатку, хоть они уже не мальчишки, а юноши, в палатке пока было достаточно места для них двоих.       –И почему нам приходиться делить одну палатку, не лучше ли взять ещё одну.... – Бубнил сам себе под нос Обито, на половину своего сознания уже находясь в царстве морфей.       –Мы это не один раз уже обсуждали. Палатки сами по себе довольно тяжёлая ноша, в большинстве своём шиноби не берут их, так как это замедляет путь, так что тебе стоит быть благодарным, что Минато-сенсей вообще решил взять на такое задание...       Пепельно волосый продолжил бы свою тираду, если бы не понял, что тот, кому были адресованы эти слова, ещё с начало этого монолога спит, что не наесть самым сладким сном.        Какаши на это недовольно фыркнул, отворачиваясь и глядя на так называемый потолок палатки.       –И для кого я распинался? – Задал риторический вопрос сам себе парень.       Ему стоило понять, что и Тубито задал такой же риторический вопрос, а он начал распинаться перед этим дураком. Сам себя же выставил идиотом, раз воспринял слова Учихи сказанные в полусне буквально.       Ещё раз вздохнув парень хотел было перевернуться на бок и погрузиться в царство морфей, как вдруг что-то обвилось вокруг его ногу и руку, не давая перевернуться.       У Какаши задёргался глаз, вот опять. Обито был тем, кто больше всего ныл и возмущался по поводу совместной палатки, но тот, кто действительно должен жаловаться был Какаши. Каждый раз, когда они ночуют вместе в палатке происходит это, каждый раз Какаши превращается в некое одеяло-подушку для Обито и ведь не вырваться, держит мёртвой хваткой. С начало Какаши это возмущало, но по какой-то причине он решил не говорить об этом, а со временем это стало даже привычно, но всё равно видимое раздражение Какаши сохранял, как бы для себя. Он не мог признаться себе, что такие действия со стороны Тубито уже не раздражают, а на оборот, он ждёт их. Он боится признаться себе, что продолжает придерживаться позиции трёх палаток из-за того, что боится потерять такие моменты, моменты близости с Обито. Хоть Минато-сенсей уже предлагал Какаши взять ещё одну палатку. Он боится узнать, что за этим притворным раздражением скрывается что-то большее. Пока он не готов признаться, даже себе.       Повернул голову в левою сторону, именно эту сторону и присвоил себе брюнет, пепельно волосый начал рассматривать лицо своего товарища. Закрытые веки с трепещущими ресницами, пухлые губы, слегка приоткрытый рот, из которого уже начала течь маленькая струйка слюней. Ну что за странная привычка пускать слюне во сне? Какаши этого не понимал, сам он не пускал слюней, в этом он был уверен. Но почему то он поймал себя на мысли, что это даже мило, тут же отдёргивая себя.        "Мило? Что может быть милого в пускание своих слюней во сне, так ещё и меня сейчас ими заслюнявит!"       Успокоившись от этой мысли, он продолжил рассматривать лицо друга. Прямой нос, как и у большинства Учих, немного вздёрнутый, так и хочется коснуться до него, сделать как бы щелчок по носу. Какаши вновь ловит себя на том, что уже тянется правой рукой, что бы сделать это.       "И что ты собрался делать Хатаке Какаши? Или уже и нос тебе кажется, милый на столько что ты хочешь потрогать его? Ты что совсем рехнулся?".       Проводя с собой беседу Хатаке продолжает рассматривать уже знакомые черты лица. Его щёчки кажутся такими мягкими, хоть не как в детстве, всё же он уже не ребёнок, а юноша, но всё равно вызывают желание потрепать их или зацеловать, а потом посмотреть, на лицо Обито после этого...       Какаши прерывает свой поток мыслей, жалостливо скулит. Он не понимает, почему его товарищ вызывает у него такие мысли, именно такие, какие были бы, если бы он смотрел на маленькое милое животное, но Обито не животное.       "То есть ты признаешь, что он милый?"       И вновь звук отчаянья, он сам себя загоняет в тупик. С такими мыслями он долго не продержит свою позицию "я ни чего не чувствую", и придется ему занять своё место во френдзоне Обито.       Он хотел снова тяжело вздохнуть, но неожиданные шевеления со стороны Обито вынудили его забыть об этом действии. Неожиданно, такого ещё ни разу не происходило, брюнет с полузакрытым глазом и явно сонным видом приподнимается и смотрит на Какаши затуманенным взглядом.       –Жёстко…       «…Чего?»       Хатаке находился в полном недоумении и это ещё мягко сказано. Не успев даже слова в ответ сказать, как лицо брюнета оказалось всего в паре сантиметров от лица Какаши.       –О-обито?...       У Хатаке сердце в пятки ушло, что этот дурак собрался делать? Какого чёрта он вообще творит?! Пепельно волосый прокручивал все возможные варианты событий, начиная с того что его сейчас задушат до того что украдут первый поцелуй, в глубине своей души он надеялся на второй вариант.       –Милый…       Но его мечтам не суждено было сбыться, так как после этого тело Обито в буквальном смысле упало на Какаши.       «Что это только что было?...»       Только и мог думать Хатаке, бегая глазами по всей палатке, только не глядя себе на грудь, где и устроился Тубито. Что этот дурак имел ввиду? Кто милый? Это он про Какаши? Но он и раньше показывается перед ним без маски и на такую реакцию даже намёка не было, так в чём же сейчас причина. Что вообще вытворяет этот обалдуй! Но он такой привлекательный в полу сне....       "О чём ты опять думаешь Хатаке?!"       Всё же отойдя от этой внезапной ситуации, он решает посмотреть на причину всех его страданий. И что же он видит? Да всю ту же знакомую картину. Голова чуть повёрнута в бок, равномерное дыхание, чуть приоткрытый рот, из которого по обыкновению своему стекает струйка слюней.       «…Теперь уж он точно меня испачкает».       Почему то эта мысль не вызывает у Какаши негативных чувств. Сейчас он даже готов признаться себе, что ему это нравиться, хотя, что может быть приятного в том, что тебя заслюнявят? Вот и Какаши не знает, но даже эта мысль не может заставить его испытывать обратное. Глубоко вздохнув он устраивает свои руки на пояснице Учихи. Ему кажется это действие таким правильным, что он не может отдёрнуть себя и убрать их.       Всматриваясь в потолок и чувствуя размеренное дыхание тела над ним, Какаши медленно поддается чарам Морфей. Только на грани сна, обнимая при этом одного идиота, Хатаке готов признаться, что его всё устраивает и он готов дальше врать на счёт палатки, лишь бы это ни когда не заканчивалось.