Глава двадцатая. Ослепительная идея для бала маскарада
14 февраля 2024 г., 08:00
— И, согласно голосованию всех третьих классов, королева и король света Хаире Лин и Гила Терикото… на втором месте. А королем и королевой выпуска выбраны одни из основных организаторов мероприятия: Король и Королева демонов Казуми Хидеки и Кеко Аме. Прошу выйти на сцену.
Хидеки и Кеко начали подходить со стороны кулис, там, где они следили за ходом праздника и занимались организацией. В зале они промелькнули только ради показа костюмов, и то крайне ненадолго. Они пусть и были в бюллетене на выбор короля и королевы, не обращали на это слишком много внимания.
Синхронно с тем, как подходили Кеко и Хидеки, Хаире и Гила тоже подошли поближе к сцене, надо сказать довольно невысокой, ступеньки на две выше уровня зала. Хидеки и Кеко поднялись на сцену и встали рядом с микрофоном, как раз там, где и было задумано. Гила нащупала в кармане контроллер дистанционного управления. Как же долго она ждала этого момента, как долго она улыбалась и хотела отомстить. Вот-вот ее время настанет. На Хидеки и Кеко попытались надеть пластиковые короны с уменьшающими давление пластиковыми подушечками снизу. Хидеки подошел к микрофону, оглядывая зал. Сейчас! Гила надавила на кнопку.
Раздался треск и литров пять-семь жидкости выплеснулось вниз.
***
Первоначальная идея была простой. Гила позаимствовала ее из старого гайдзинского фантастического фильма: выбрать Анпан-куна с его подстилкой в короля и королеву бала-маскарада и вытащить их на сцену. Потом облить чем-то попротивнее в момент их ложного триумфа и поднять на смех. Поскольку ни Кеко, ни Анпан-кун никогда не проявляли сверхъестественных способностей, в отличие от девицы из гайдзинского фильма, то тут бы все и закончилось. Гилу не сильно смущало то, что эти действия были спланированы одной из главных антагонистов в фильме — все равно эти гайдзины ничего не понимают, а вот идея хорошая. — Кровь немного сложно достать, да и противная она, — скривила носик худенькая и балованная Рифу Маномото, одна из ближайших подруг Гилы. — Надо что-то, что мерзко пахнет, как из туалета. — Фу, Рифу-чан, — подключилась вторая из ближайших подруг, почти гяру, всегда бесстыже одетая пухленькая Фуни Тонгари, — такое можно, конечно, организовать, но делать это в ведро, потом поднимать к потолку, и так, чтоб веревку никто не заметил… Да и вонять будет… — Привет, — немного безразлично поздоровался только зашедший Хаире. — О чем болтаете? — вклинился в разговор Кайдзо Мотояма. — О том, как бы так сделать выпускной вечер незабываемым для Анпан-куна и его подстилки, — не стала скрывать Гила. — Хотим сделать так, чтоб их выбрали королем и королевой бала, а потом облить чем-то мерзким сверху, кровью, мочей там, штукой для мытья туалетов или еще чем. Но девочки говорят, что ведро поставить сложно, слишком заметно, и вонять будет. Хаире задумался. — А если в пакет какой засунуть непроницаемый и закрыть, как этот гребаный Железный Человек показывал. — А открыть как? — не понял Мотояма. — Веревку так не протянуть… Не взрывать же его? Хаире ухмыльнулся. — Я уже говорил, что ты гений, Мотояма? Нет у нас какого знакомого задрота, который на радиоуправлении может что-то такое сделать? Взрыватель-открыватель? — Фуни-чан, — вроде как вспомнила Рифу, — в классе 3-1 вроде был какой-то компьютерный отаку, что к тебе подкатывал? — Фу, он мерзкий… — скривилась Фуни. — Худой, синяки под глазами, в школу приходит поздно, уходит рано… Единственно, что одет аккуратно, как бы бледно ни выглядел. И иногда розочки мне на парте оставляет… Красивые розочки, но сам он… еще и якисобу со специями в буфете жрет постоянно и от него специями несет. Мерзкий. — Но нам очень надо, — напомнила Гила. И даже не стала комментировать, что человека, которого она считает мерзким, Фуни-чан на удивление хорошо знает. Для подобных комментариев сейчас было не время. — Ладно Гила-сама, — вздохнула Фуни, — попробую. Вот только что ему сказать-то? Зачем мне пакет со взрывателем? — Скажи… — Хаире задумался… — скажи, что хочешь со школы, чтоб у тебя в ванну пакет с ароматизатором заливался. Чтоб можно было с телефона или с дистанционки сделать. Рифу была в волейбольной команде и кое-что вспомнила. — Хаире-кун, но ведь в спортзале очень высокие потолки. И сквозняки гуляют. А слишком большой пакет/ведро к потолку не поднять. А не очень большим можно промахнуться. Будет мерзко, если кого другого обольет. Получится, что Фуни-чан зря старалась. А хлоркой промахнутся и все. Это ж не уголь или бензин или еще чего взрывающееся или поджигающее. — А если и в самом деле его бензином окатить? — поразмыслил Хаире, — надо сделать, чтоб никто из наших не стоял. А если еще кто будет близко, то будет их проблема. И приготовить зажигалки. Как раз норм. Много бензина опасно, а пару литров — ерунда, даже если промахнемся. А если уж попадем, то все хорошо. — Но если промахнемся, то что? Надо сделать что-то, чтоб точно попало. Может стать рядом и просто из ведра облить? — Неугомонный Мотояма не мог не сказать свое решительное «ква». — Не. Если кто-то из нас будет рядом, то он будет наготове. — Хаире не был склонен недооценивать Анпан-куна. Каким бы он там ни был, был далеко не идиотом. Видимо, сцены фильма навели всех на мысли о том, чтоб что-нибудь поджечь. Весь фильм они смотреть не стали, но вот финальную сцену Гила им показывала несколько раз, и идея «горите в пламени моей ненависти» или как-то так компании зашла. — Можно сделать несколько пакетов поменьше, и если Анпан-кун с Аме-сан будет близко, вскрыть все или часть. — Да и вообще поджигать необязательно, — пытаясь убедить других, проговорил Хаире, сам не особо в это веря. — Можно просто будет их зажигалкой попугать. — Только, Лин-кун, — обратилась к Хаире Гила, — у нас ничего не получится, если учителя будут рядом. — Я поговорю с дядей, — согласился Хаире, — но от Мизури-сенсей вряд ли получится избавиться, так что надо будет ее чем-то или кем-то отвлечь… Группа перебросилась взглядами как бы спрашивая друг друга, что делать. — Ну это может и… — начал было Хаире, — телефонный звонок какой-нибудь. Или ученик, которому плохо… — О! Это я смогу, бро, — сказал Мотояма, как всегда грацией носорога вклинившись в разговор, — я могу там нос разбить или еще чего, или просто поплакаться, что меня девушки не любят и постоянно убегают. — Точно сможешь? — По мнению Хаире, Мотояма был тем еще идиотом, — смотри, я тогда буду просить дядю, чтоб осталась только Мизури-сенсей. — Я не подведу! — стукнул себя Мотояма по худой груди. Они еще раз просмотрели финальную сцену. — Отлично! Мы его обольем и напугаем! — выкрикнул Мотояма, — и он будет бояться нас всю жизнь. — Но это как-то мало, — задумчиво проговорила Рифу… — Мы же хотели, чтоб от него воняло! — Я говорил, что надо облить, бро! — Да не получится! — уже почти разозлился Хаире. — Он осторожный и что-то заподозрит. Он и на сцене будет только пару минут. Если вообще не свалит. Да и если выйдет на сцену, то только, чтоб корону ему и Аме-сан надели. — Корона пластиковая… кто ее готовит, кстати, бро? Может, какие колючки всобачить или баллончик с чем? — Не, это тупо, — Фуни решила подключиться, — но если добавить какую-то подушечку… — Вроде бы с гелем, чтоб не давило, — продолжила Рифу, — Но вместо геля… — Поставить что-то крайне вонючее вроде этой жидкости для туалета, — закончила Гила. — Оно на основе хлора обычно, сис, — проговорил Мотояма. — Что? — ответил он на удивленные взгляды — наличия мозгов у него никто не подозревал. — Я же химию учу… — Не зови меня «сис», это мерзко! — почти выплюнула Гила, чтоб хоть что-то ответить. — Как скажешь, бро! — ухмыльнулся Мотояма. — Эй! На том и порешили. Оставались технические сложности.***
Первой жертвой «хитрого плана» пал совсем не Хидеки или Кеко, первым оказался Пасо-кун, компьютерный отаку-задрот из класса 3-1. Ну или если смотреть на это с другой точки зрения, первой жертвой стала Фуни-чан, которой пришлось строить Пасо-куну глазки и просить о помощи. Но оставаться в ближайшем кругу Гилы Терикото стоило и не того, как минимум по мнению самой Фуни-чан. — Пасо-кун, мне кажется, моя кожа стала менее красивой, можешь глянуть поближе, — начала разговор Фуни, показывая во всей красе свое не такое уж и большое декольте. Но Пасо-куну хватило. — Н-не знаю, Тонгари-сан, я не вижу разницы, Тонгари-сан… — Да? Значит, ты постоянно на меня пялишься, если не видишь разницы, дурень. Пасо-кун с трудом удерживался от обморока — такой явный флирт со стороны девушки, от которой у него голова шла кругом, было для него почти чересчур, чтоб просто оставаться в сознании. Фуни это тоже заметила и решила сбавить обороты и заодно перейти к делу. — Пасо-кун, скажи, а ты мог бы мне помочь… Услышав о ванне, соли и всяком и осознав, что он приготовит что-то, что позволит его любимой девушке лучше принимать ванну, Пасо-кун не согласится не смог. Хотя пробормотать согласие у него и заняло почти пять минут. Он постоянно начинал бормотать, сбиваться на описание вариантов о том, как лучше и как удобнее, но все же смог дать обещание сделать и быстро. Фуни-чан, несмотря на все усиливающееся внутреннее раздражение, пришлось его терпеливо выслушивать и поддакивать. Пришлось в конце даже обменяться контактами для связи. — Вот так. Сказал, что через неделю сделает. То, что сделал почти не появлявшийся неделю на занятиях Пасо-кун, было бы вполне достаточно для какой-то презентации стартапа, оно даже выглядело симпатично. Но главное — оно работало. Его устройство герметично закрывало пакет и могло его открыть и выпустить все, что было внутри либо резко, либо плавно. Второй вариант для их целей был бесполезным, а вот первый вполне функциональным. Пасо-кун продемонстрировал наличие мозгов и эстетического чувства, пусть и не имел способности это эстетическое чувство применять к собственному виду. Хотя немного мог, он все же аккуратно одевался и никогда не был нестриженым или нечесаным. Фуни-чан к концу этой презентации поймала себя на мысли, что не такой Пасо-кун и мерзкий, особенно если говорит о чем-то, в чем хорошо разбирается. Может, даже имеет смысл попозже с ним как-то пообщаться еще… когда-нибудь потом…***
Для работы с короной подключили Ямагаву, которая, как староста, была занята в подготовке. Реквизит вроде корон для победителей конкурса, ящиков для голосования и бюллетеней был уже закуплен и сложен на складе. Равно как и несколько призов-безделушек. — Ямагава-сан, но ты посмотри на эту корону, — прошедшая «поболтать с подружкой» Гила после нескольких слов приветствия перешла к делу. — Она же совсем неудобная! Можно же себе все расцарапать! И это будет позор не только на всю школу, может, на наш выпуск еще кто из других школ придет, сколько-то пригласительных мы раздали. — А что же делать? Терикото-сан, других не продается, а корону из картона делать, она неустойчива, слетит же моментально, хотя и безопаснее… — Ну, не знаю… — делано стушевалась Гила, — но подумаем. Девочки, — обратилась она к Рифу и Фуни, как обычно составлявшими ей компанию, может есть идеи какие? — Ну, на обручах с ушками иногда подушечки есть, мягкие такие, — выдала немного покрасневшая Фуни, хотя ей, гяру, такого стеснятся вроде причин не было, — может, тоже что-то такое поставить. Вышло у нее это так естественно, что Гила заподозрила на мгновение, что Фуни просто гениальная актриса, потом вспомнила, что предлагать подушечки должна была Рифу, и внутренне успокоилась. Фуни была просто естественной дурочкой, вообще забывшей инструкции, но в любом случае это было им всем на руку. — Понятно, а как такие сделать, есть идеи? Тут наконец-то смогла не оплошать Рифу и быстро проговорила: — Я думаю, я смогу что-то сделать. — Гила внутренне успокоилась, но Рифу не по плану добавила еще одну реплику, — но мне нужна будет помощь. Вроде бы Мотояма-кун был в кружке «сделай сам», попрошу его о помощи. — Вот и отлично. — Ямагава-сан то ли не заподозрила подвоха, то ли не решилась или не захотела возражать. — Мне еще нужна будет помощь поправить ящики для голосования. Там проблема с замком. Попрошу Мотояму-куна помочь и с этим. Или… Маномото-сан, — обратилась она к Рифу, — можете попросить его от меня. В планах у Гилы по подмене бюллетеней был несколько другой образ действий, но это предложение было очень кстати и позволяло многое упростить. Подготовка корон таким образом прошла как по маслу, оставалось только ее заполнить короны тем, чем надо. А вот наполнением неожиданно возникли сложности.***
С хлоркой у Мотоямы-куна не получилось, и он попросил помощи у Рифу. Точнее, попросил он ее у Хаире, тот отправил его в Гиле, а та, в свою очередь, уже к Рифу. — Мотояма-кун, повтори, пожалуйста, в чем именно проблема? — Маномото-чан, все, что продается сейчас в отделе чистящих средств, недостаточно мерзко пахнет. Маномото-чан, не сердится? Тогда я расскажу еще. Я почитал немного, в прошлом использовали аммиак, который как моча воняет. Ну или как вариант хлорку, вроде это хлор, растворенный в воде, Маномото-чан. Он и сейчас продается, но слишком ароматизирован. В кабинете химии сейчас должен быть Мезуми-сенсей, он в это время дня довольно сонный, а шкафчик с реактивами закрывает позже. Попробуем с ним заговорить. Если он заболтается с тобой, то я подойду к шкафчику. Если со мной, то Маномото-чан надо будет постараться. А если поймают, просто говорим, что хотели опыт провести. Учителем химии в их школе был Мезуми-сенсей, довольно высокий парень с лохматыми волосами, не так давно окончивший институт, очень любящий химию, свою жену и ребенка, которому не было еще и года. Собственно, последний часто и был причиной, по которой Мезуми-сенсей, и так с утра выглядевший не вполне проснувшимся, по вечерам выглядел совсем сонным. — Ну, ладно, — не стала спорить Рифу. На уроках химии она появлялась, но ничего не понимала и делала все от нее зависящее, чтоб от химии быть как можно дальше. И от учителя химии тоже. Мотояма-кун поздоровался и смог-таки занять Мезуми-сенсея разговором о процессе изготовления мыла в бронзовом веке и о расшифрованном шумерском рецепте, которому чуть ли не пять тысяч лет и как шумеры могли дойти до своего производственного химического процесса. Мезуми-сенсей даже на несколько минут оживился и перестал выглядеть таким сонным. Рифу сделал несколько шагов. Заниматься заимствованием реагентов она вообще не горела желанием, но если уж Гила поручила, это все равно лучше, чем разговаривать с учителем. Она посмотрела на открытый шкаф и поискала английские буквы, обозначающие хлор. Мотояма даже на бумажке ей написал на всякий случай. Ага. Отдельно стоял небольшой пузырек. Правда, кроме обозначения «хлор» там было что-то еще. Ну да неважно. Мотояма разберется. Увидел, что Рифу возвращается, Мотояма свернул разговор. — Ладно, мы, пожалуй, пойдем, Мезури-сенсей. И да, я согласен: то, что римляне получили мыло благодаря их йокаям или богам места, крайне забавно. Они с Рифу вышли из кабинета, и нервная Рифу почти начала бежать, когда спокойно и размеренно идущий Мотояма схватил ее за руку. — Идем медленно и спокойно, Маномото-чан. Не бежать, Маномото-чан. Все хорошо, Маномото-чан. Вот туда. — Мотояма потянул Рифу в закрытое пространство под лестницей. — Вот — вытащила та пузырек. — Этого хватит, Мотояма-кун? Смотри тут же написано хлор, это же тот символ, что ты мне показывал: первый как в английском «Кошка», а второй просто палочка. Правда, тут еще один, на «н» похоже… — Этот еще один ничего особого не значит, все хорошо, Маномото-чан! Этого вполне хватит, Маномото-чан! Отлично постаралась. Маномото-чан! — сказал Мотояма, убирая в карман небольшую бутылочку с плотно закрытой крышкой, на которой было написано «HCl». — Это то, что нужно, Маномото-чан. Улыбку отвернувшегося Мотоямы Рифу не увидела.
