Апельсины, смерть и нежность

Ни единое существо в мире не сможет понять, что оно или кто он до тех пор, пока не останется в одиночестве. *** Двадцатилетняя Ненси Хойнг стояла в коридоре в то время, как мысли снова атаковали ее до такой степени, что пришлось потерять сознание. Она в очередной раз рухнула в обморок, профессор Снейп в очередной раз отнес ее к себе в подвал, откачал зельями, а затем, также - в очередной раз, выгнал прочь, когда девчонка попыталась хоть как-то заговорить с ним. - Никогда, слышите, мисс, никогда не приближайтесь ко мне. Прочь из моей комнаты, вам явно уже гораздо лучше. - Профессор! - Я сказал - прочь! - он вскочил со своего прикроватного стула, - Я не виноват, что пророчество явилось Альбусу только сейчас, а не девятнадцать лет назад, и я вынужден вас тренировать и заниматься заклинаниями, но, - он процедил следующие слова сквозь зубы, - ваше психическое состояние доверьте кому-нибудь другому. - Северус, черт возьми. - она взвизгнула, набросилась на него и стала лупить маленькими костлявыми ладошками по его плечам и груди. - Ненавижу, ненавижу тебя! - Депульсо максима! - Ненси отлетает в сторону и ударяется спиной о книжный шкаф у входа в комнату. - Ненавижу. - последний раз шепчет она и убегает, ощущая боль по всему телу. Как он может быть таким хладнокровным и жестоким в её отношении? Она сидела, поджав колени на холодных камнях Астрономической башни. - Я умоляю тебя. Я больше не могу так, услышь меня, ты же все видишь, все знаешь, я умру, Северус, но не оставлю своей привязанности к тебе. Чертов упрямец! Неужели ты и вправду такой каменный и бездушный человек? - она рыдала, терзая себя и проклиная все на свете. Я все равно вернусь и попробую снова. Если потребуется - хоть четыреста, пятьсот, тысячу раз. Ведь люди и цыган закидывали камнями, но те, такие же загнанные и отчаявшиеся, как и их скотина, упорно возвращались. Сзади послышались быстрые шаги. - Мисс Хойнг. - мантия Снейпа развевалась на бешеном сквозняке и ветру, направляясь в сторону Ненси. - Встаньте с пола, черт возьми, встаньте! - он поднял ее за локти. - Что вы делаете? Сколько можно? - он замолчал на несколько секунд. Ненси ничего не понимала. Она хотела прижаться к нему и убить в тот же момент. - Я.. старался. - заговорил он снова. - Я так старался не замечать тебя, маленькая ведьма. Что ты делаешь со мной? - его голос стал заметно тише, тело девчонки вздрогнуло от перепада громкости. Она смотрела ему в глаза, а затем сжалась каждой мышцей лица и бесшумно зарыдала, похожая на ребенка, которому отказали в покупке сладостей. - Я прошу тебя. - его голос задрожал, и он отвёл взгляд в сторону ветра. Глаза его были красными и влажными. Ненси стояла с опущенными руками и ничего не могла сделать. Она просто выдавливала из себя тысячи слез и тысячи тонн накопившейся боли. Он дотронулся большими пальцами до ее плеч. В груди что-то жгло, болело. Ненси не выдержала и со всей силы прижалась к нему лицом, телом, руками и плечами, скуля еще больше и цепляясь за его пиджак пальцами. *** Сырой и противный воздух сразу ударил ей в нос и она сморщилась, быстро отходя ото сна. В тот день она не хотела ничего, кроме как умереть и оказаться в раю, где этот сон с моментом ее жизни повторялся бы снова и снова, ведь она готова была чувствовать эту боль бесконечно, чтобы потом растворяться в его объятиях раз за разом. Возьми себя в руки. Тебе надо выбираться и найти его. Ты же не сдалась, не так ли? Прошла неделя. Неделя пыток, уже более редких и коротких, неделя одиночного отбывания дней в камере, за стеной которой было так тихо, что Ненси подумала, будто Беллатриса умерла. Ее не особо волновал этот вопрос. Ненси Хойнг думала о побеге. Дни проходили занятиями тем, чтобы придумать план. К ней перестали приходить охранники, кто-либо еще, ее оставили совсем одну. Только два скрипа двери и две плошки с кашей в день. Теперь уже никаких мучений. Впрочем, на это грех жаловаться. Тем днём Ненси увидела в окошке бьющуюся от ветра и залезшую между прутьев ветку. Она разглядывала еще около часа. Часть природы была теперь рядом с ней, в этом темном, продрогшем, сыром и омерзительно-холодном месте. Еще не совсем понимая, чего она хочет, Ненси забралась на стол и потянулась к окошку, чтобы оторвать веточку. Все, что было связано с природой, Ненси понимала с самого детства. Как-то раз, в приюте, где она жила с рождения и до поступления в Хогвартс, мальчишки-одногруппники умертвили маленького снегиря. Она не знала, как ему помочь. Она плакала так по-детски и с таким взрослым пониманием, что ее слезы, капающие на еще теплое тело птицы, заставили его вновь задышать. Она никогда не забывала этот случай. Природа дарила ей единственное успокоение, которого она не ждала ни от чего больше. - Помоги мне и на этот раз. - шептала Ненси, сидя на все еще ледяном полу камеры. - Как угодно, но помоги, мы ведь одно с тобой, веточка. Она отыскала крошечный камень и принялась добывать огонь. Не без помощи магии, конечно, но у нее получилось. Энергии ушло немало. - Прости меня за смерть, надеюсь, ты принесешь мне помощь. - она сожгла ветку на камне и от нее остался пепел. - Если очень постараться, - лепетала Ненси про себя, - из пепла можно сделать порох, наделив его особыми свойствами, главное, чтобы было что-то рассыпчатое, правда ведь, Ненси? И камин не нужен. Ты делала уже так однажды, когда тебе нужно было апарировать из запертого госпиталя, в тот день драки с Малфоем, так, теперь сделай это еще раз. Она дождалась ночи. Порох для апарирования был у нее под матрасом. Убедившись, что все шорохи утихли и можно заняться делом, она начала думать о месте назначения. Да, хватит только на пару метров, совсем немного крупиц. - Тогда через эту стенку. Ее закружило в воздухе и через секунду она почувствовала свежий воздух, даже не успев еще открыть глаз. Девочка оглянулась. Вокруг было слишком темно и тихо, кажется, это был лес. Точно не Запретный, его она узнает по каждой травинке и запаху. Да и вряд ли Воландеморт основал бы свою базу так недалеко от Хогвартса. Свобода. Главное, не облажаться и поскорее свалить отсюда. Во впадине, за стенкой невысокого с одной стороны построения, в соседней камере она услышала скрежет, а затем отчаянный скулёж. Только не испорть мне всё именно сейчас своим шумом.. Ненси прошла около двух километров, ночь только начиналась, по ее подсчётам - было около часа. На одной из опушек она собрала несколько палок и по старой схеме добыла такого же пороха для апарации. Она не могла с точностью знать, зачем делает это, но, получив достаточно пороха и рассчитав все несколько раз, Ненси вернулась обратно к тюрьме. Стоит ли? Только бы тебе это не обернулось скорейшей смертью. Но отвечать на вопрос "зачем" будешь потом. Ненси подошла к окошку камеры Беллатрисы, до которого доставала только рукой, подтянувшись на носочках, и поскребла о железные прутья ногтями. Отвратительный звук. Реакции не последовало. Она опустила руку и поскреблась по камням. - Кто здесь? - послышался очень четкий, но очень тихий шепот. Ненси услышала, как ведьма забралась на стол и вцепилась пальцами в прутья. - Не поверишь, но прошу тебя, заткнись и реши - хочешь сбежать или гнить дальше в камере. Беллатриса не была глупой. Даже ее неадекватность, пусть и не всегда, но в самые важные жизненные моменты отходила на второй план, и в этот раз она тоже не стала закатывать истерик. - Как ты это сделала? - Уверена, что мне стоит присесть и рассказать тебе сказку, как птичка выбралась на волю? - огрызнулась Ненси, оборачиваясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху. - Протяни мне хотя бы палец через прутья и мы апарируем, я достала порох. Два раза предлагать не буду. Беллатриса протянула ей руку и Ненси, не с особым желанием, ухватилась за несколько ее пальцев и прошептала: - Запретный лес.