Исследовательская работа

— Боже, — Лилия со вздохом опускает кружку на блюдце, переводя всё внимание на Кейтера, — дорогуша, что-то случилось? Ты сам не свой сегодня. Юноша удивлённо моргает, приподнимая бровь. Он поджимает губы, обводя взглядом товарищей за столом. Калим, до этого активно рассказывающий, как прошла недавняя вечеринка, замолкает, напоследок издавая любопытное «О?!» — Неужели я такой очевидный? — Кэйтер неловко смеется, накручивая на палец рыжую прядь. Он не уверен, что его переживания это подходящая тема для чаепития их клуба, но раз вопрос уже поднят, терять особо нечего. Проблема, на самом деле, ужасно прозаичная и глупая. Профессор Трейн, к большому сожалению юноши, выяснил, что вот уже месяц его занятия посещали клоны. Естественно, эта новость тут же дошла до Риддла. По общему соглашению старосты и преподавателя было решено, что на ситуацию закроют глаза, если Кейтер сможет принести полностью оригинальную исследовательскую работу о каком-то виде магических существ. Доклад должен включать в себя как можно больше уникального материала, начиная от редких обычаев и традиций, известных только представителям вида, и заканчивая анатомическими особенностями конкретного индивида. И с одной стороны, так ли это сложно? В их колледже учится множество удивительных созданий. Феи, русалы, зверолюди. Он мог бы просто подойти к кому-то и расспросить его как следует, естественно за небольшую плату. Он знает, где учится, никто здесь не оказывает услугу просто так. И наверное это было самой трудной частью. Кого попросить? Русалов? Они все в Октавинеле, с вероятностью 100% Азул узнает об этом и запишет Кейтера в свой список должников. И если хотя бы намек на это дойдёт до Риддла, Даймонд будет носить ошейник до конца своих дней. Зверолюдей? Без обид, но они его пугали. Никогда не знаешь, как парень с генами, допустим леопарда, отреагирует на просьбу изучить его культурные обычаи и анатомические особенности для доклада. Загрызут ещё. Феи же… — Это всё учёба, Лилия-чан… Не буду вдаваться в подробности, но я крупно влип и чтобы разобраться с этим, мне нужно расспросить кого-то из студентов об очень… личных вещах… — Кэйтер вздыхает, пальцы нервно постукивают по краю кружки. — Разве это проблема? Я могу помочь! Мне нечего скрывать от друзей! — Калим широко улыбается, после отпивая свой чай. Это какой-то новый сорт, который ему прислали из дома недавно, поэтому он принёс его, чтобы они вместе оценили, что он из себя представляет. — Это была бы замечательная идея, но ты человек. А мне нужен кто-то более уникальный, понимаешь? Вроде зверочеловека или русала, или– — Феи, да? — прерывает Лилия, тихо посмеиваясь. Ох уж эти дети, всё время ходят вокруг да около, — дай угадаю, ты хочешь попросить кого-то из Диасомнии, но тебе неловко? — Кейтер слегка кивает, продолжая накручивать прядь на палец. Такими темпами он выйдет отсюда с кудрями вместо привычных прямых волос. — А ты как всегда видишь меня насквозь. Я хотел расспросить Маллеуса, но… Для доклада нужна, кхм, анатомическая информация, — юноша закрывает лицо ладонью, издавая то ли рык, то ли стон полного бессилия. — И в чём проблема? Вы же встречаетесь, да? Если бы мне нужно было написать подобную работу, я бы в первую очередь обратился к своему парню, — Калим вопросительно наклоняет голову к плечу, не совсем понимая, что не так. — Ох, дорогуша, мне кажется я догадываюсь. У вас ещё ничего не было, я прав? — Лилия закрывает рот ладонью, удивлённо распахивая глаза. Ну надо же, эти дети более целомудренные, чем он думал. — А? Ты имеешь в виду секс? Не могу поверить! Вы вместе уже сколько? Полгода? — блондин чуть ли не подпрыгивает, через стол наклоняясь ближе к Кейтеру. Юноша мечтает, чтобы барабаны из дальнего угла комнаты упали ему на голову и закончили его мучения. — Вообще-то восемь месяцев. Но это не важно, боже! Ааргх, можем мы не обсуждать мою сексуальную жизнь? Пожалуйста? Я не хочу настаивать на этом, а Маллеус не предпринимает никаких шагов, — парень всё ещё закрывает лицо ладонью, яркий румянец расползается по щекам и шее. — Как будто есть что обсуждать! Ох, дорогуша, я не хочу встревать в ваши отношения, но… Вы оба мне дороги, поэтому я скажу кое-что. Эта исследовательская работа твоя идеальная возможность, — Лилия хлопает ладонью по столу, заставляя всех присутствующих подскочить. По ощущениям даже инструменты отзываются тихим гудением. — Лилия прав! Без обид, но твой парень немного э-э-э… Не от мира сего. Кому-то из вас нужно взять инициативу в свои руки! — Калим подхватывает энтузиазм Лилии, ускоряя кончину Кейтера. Ему кажется, что у него скоро пар из ушей пойдёт от стыда. — Честно, как бы сильно я не любил Маллеуса, он буквально мне как сын, в данном вопросе он никогда не сделает первый шаг. И дело не в том, что он не любит или не хочет тебя. Но, увы, я воспитал его как джентльмена. Поэтому он никогда не будет настаивать на чем-то подобном, а учитывая, что жизнь фей длиннее, чем человеческая, восемь месяцев для него едва ли долгий срок, — мужчина поддерживающе сжимает руку юноши, пытаясь показать ему, что в данном вопросе ему не о чем переживать. Ему безумно хочется помочь младшему, хотя бы словом. — Думаю, ты прав. Вы оба, на самом деле. Мне нужно взять дракона за рога и поговорить с ним, — Кейтер посмеивается с собственной шутки, стараясь расслабиться. Ничего страшного же не случится, верно? *** В комнате Маллеуса как всегда полутьма, тяжёлые занавески плотно закрывают широкое окно. Хозяин спальни расслабленно сидит на небольшом диванчике у кровати, длинные пальцы лениво перебирают чужие рыжие пряди. Юноша рядом усердно записывает полученную информацию в толстую тетрадь, иногда останавливаясь, задумчиво прикладывая ручку к покусанным губам. Наконец, Кейтер заканчивает, устало выпрямляясь. Парень широко потягивается, откидываясь на мягкую спинку. Рука в чёрной перчатке покидает его волосы, перемещаясь на острое плечо, подбадривающе сжимая. — Как же я устал. Эта исследовательская работа у меня уже поперёк горла стоит, — юноша наклоняется к чужому плечу, тяжело выдыхая в бледную шею. — Если бы ты ходил на лекции, этого бы не произошло, — Маллеус посмеивается, целуя рыжую макушку. Ему не нужно видеть чужого лица, чтобы чувствовать, как юноша надувает губы, хмуря брови. — Неужели? А не ты ли звал меня на прогулки во время этих самых лекций? Бери ответственность! — Кейтер возмущается, но не поднимает головы, наоборот глубже зарываясь в чужую шею. — Именно этим мы тут и занимаемся, разве нет? Думаю я отлично загладил свою вину, — Маллеус обнимает его крепче, щекой прижимаясь к чужим волосам, вдыхая привычный запах. До того, как они начали встречаться, он думал, что юноша пахнет чем-то сладким, вроде апельсиновых пирожных. Что было бы неудивительно, учитывая количество угощений в их общежитии. Поэтому, когда он впервые крепко обнял третьегодку, он был слегка шокирован пряным ароматом специй, перемешивающим с цитрусовым запахом чужих рыжих прядей. Это было воистину неожиданное открытие. — Ещё нет. Если бы мне нужны были только культурные особенности, я бы обратился к Лилии, — Кейтер говорит тихо, но наконец выпрямляется, вставая перед диванчиком, напротив парня. — О? И что же ещё ты хочешь узнать? На этот вечер я только твой, — Маллеус улыбается, отрываясь от спинки. Это наверное единственный раз в жизни, когда он смотрит снизу вверх на кого-то, а не наоборот. Даймонд нервно кусает нижнюю губу. — Ничего такого, всего-лишь анатомические особенности. Ну, допустим твои рога и подобные отличия от человека, — третьегодка снова начинает накручивать прядь на палец, стараясь успокоиться. Юноша напротив тихо смеётся, перехватывая чужую руку и помещая на свою голову. — Вперёд, ты можешь делать со мной что захочешь, — зелёные глаза хитро блестят, наблюдая за румянцем на щеках парня. Ещё чуть-чуть и даже буби на его щеке нельзя будет различить. — Эта фраза звучит очень двусмысленно, ты в курсе? — бледные пальцы осторожно ощупывают острые кончики, медленно спускаясь по витиеватым стволам к основанию. Маллеус довольно щурится. — Ммм, значит я всё сказал правильно, — он ластится к чужим ладоням, Кейтеру кажется, что ещё немного, и он начнёт мурчать, прямо как кот. Чувствительное место, да? — То есть ты не против, если мой, кхм, осмотр, приведёт нас к, чтож, — юноше становится слишком неловко заканчивать это предложение. Боже, он ведёт себя как девственник, хотя это едва ли так. — К сексу? Даймонд, я буду только рад, — парень перемещает чужую ладонь подальше от одного из рогов, оставляя мягкий поцелуй на костяшках. Кажется, у Кейтера кружится голова. — Приятно слышать, — юноша широко улыбается, перенимая чужую игривость, — тогда начнём. Обе руки возвращаются к рогам, осторожно поглаживая. Пальцы движутся ниже, обхватывая бледное лицо. Маллеус придерживает парня за талию, осторожно усаживая на свои бедра, для удобства, разумеется. — Особенность номер один: длинные, витиеватые рога. Гладкие на ощупь, чувствительны к прикосновениям, — Кейтер сокращает расстояние между ними, мягко целуя. Дракония отвечает с энтузиазмом, почти мгновенно углубляя поцелуй. Простое прикосновение губ быстро перерастает во что-то более страстное, третьегодка громко стонет, когда чужой раздвоенный, длиннее человеческого, язык, касается его собственного. — Ммм, постоянно забываю, что ты в какой-то степени рептилия, — Кейтер тяжело дышит, пытаясь выровнять дыхание. Парень под ним крепче сжимает его талию, большими пальцами поглаживая живот через плотную ткань формы. — Значит мне надо чаще тебе напоминать, — звучит ответ между лёгкими покусываниями в шею. Юноша откидывает голову назад, давая больше места. Он слегка ерзает на чужих бёдрах, слыша в ответ приглушённый стон. — Думаю… нам стоит… переместиться на… Ммм… кровать, АУЧ, — Кейтер шипит, после возмущённо хлопая парня по плечу. Маллеус извиняясь зализывает особенно сильный укус. Маленькие капли крови стекают по острому плечу, оставляя яркие пятна на белой ткани расстегнутого воротника. Он подхватывает парня под бедра, намекая обхватить свою талию ногами. Как только юноша чувствует лёгкое давление, он встаёт, в пару шагов доводя их до постели. Третьегодка падает на лиловый простыни с тихим «пуф», тут же стараясь лечь поудобнее, приподнимаясь на локтях. Хозяин спальни какое-то время стоит, просто наблюдая за ним. Рыжие волосы слегка взлохмачены, рубашка расстегнута наполовину. Щеки юноши горят ярким румянцем, а дыхание едва ли похоже на ровное. Губы слегка припухли и покраснели и только одна мысль о том, что это его заслуга, заставляет его гордиться собой. Отличный вид. — Думаю, для твоей исследовательской работы, будет полезно увидеть меня голым. Но, какая жалость, мне так неловко раздеваться одному. Было бы славно, если бы ты тоже избавился от одежды, — Маллеус изображает притворную грусть, тяжело вздыхая и расстегивая жилет. Кейтер тихо смеётся, принимаясь за свои пуговицы. — Справедливо, — мешающая ткань сваливается меньше, чем через минуту, в течении пяти оба парня остаются только в нижнем белье. Третьегодка не успевает оценить представшее перед ним тело, почти сразу отказываясь под ним. Чужие губы снова возвращаются на его шею, оставляя новую порцию то ли поцелуев, то ли укусов. Руки медленно движутся по его груди и бокам ниже, останавливаясь всего в паре сантиметров от задницы. Контраст холодных ладоней на разгоряченной коже заставляет юношу вздрогнуть, — Ммм, стой-стой, у тебя есть смазка? Маллеус щёлкает пальцами где-то в стороне, не отрываясь от чужой кожи. Абсолютно новая бутылка лубриканта падает на простыни вместе со знакомым прямоугольником. Кейтер вкладывает тюбик в чужую руку, пальцами свободной поддевая край боксеров. — Если не знаешь, что делать — скажи, — голос звучит слегка приглушенно, бедро юноши случайно задевает чужую эрекцию, пока он пытается стянуть белье. Сверху доносится тихий рык. — Даймонд, не недооценивай меня, — Маллеус выпрямляется, попутно раздвигая чужие ноги. Крышка лубриканта громко щёлкает, заставляя раскинувшегося на простынях парня вздрогнуть. Старший разогревает смазку на пальцах, после аккуратно направляя первый к чужому входу. Свободная рука успокаивающе поглаживает его голое бедро, помогая Кейтеру расслабиться. Первый палец погружается почти без проблем, третьегодка встречает его тихим шипением. Маллеус даёт ему время привыкнуть, ожидая сигнала к продолжению. Парень слегка кивает, почти сразу чувствуя движение. Юноша над ним осторожно разрабатывает тугие мышцы, чуть позже добавляя второй палец. Так дело идёт чуть быстрее, Кейтер чувствует, как часто меняется угол, будто старший что-то ищет. В затуманенной голове ни одной мысли, осознание настигает третьегодку вместе с резким удовольствием, затмевающим весь дискомфорт. Он громко стонет, впиваясь ногтями в чужую спину. Маллеус удовлетворённо улыбается, продолжая задевать его простату, попутно добавляя ещё один палец. Он продолжает растягивать парня ещё какой-то время, всё также поддерживающе поглаживая голое бедро. Едва ли Кейтеру это необходимо в нынешнем состоянии, но ощущение всё ещё холодной ладони на его коже добавляет к общей смеси что-то до дрожи приятное. Ему кажется, что если Маллеус не остановится прямо сейчас, он кончит от одних только пальцев. И пускай в какой-то степени ему нравилась эта идея, он мечтал об этом последние месяца четыре точно, сегодня этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его желания. На периферии сознания мелькнула мысль, что воздержание сотворило с ним что-то страшное. Наконец парень заканчивает, вытаскивая все пальцы с тихим хлюпом. Кейтер морщится от звука, приподнимаясь на локтях. Ему нужно видеть что его ждёт. Маллеус снимает свои боксеры и честно, это не то, что ожидал третьегодка. Он много всего слышал о парнях-феях и их гениталиях. И про выступы по периметру ствола, и про слишком широкий диаметр. Но никогда в своей жизни он не думал, что вместо всего этого увидит два члена. Ну, век живи, век учись, да? — Ты же не запихнешь в меня оба, да? — юноша поднимается, не отрывая взгляд от неожиданного открытия, — если бы я знал, что дела обстоят таким образом, я бы отделил клона, — бледная рука осторожно двигается ниже, горячие пальцы задевают каждую головку по очереди. Маллеус утробно стонет от долгожданного контакта. — Оставим это на следующий раз, Даймонд. Всё ещё хочешь продолжать? — Кейтер на это удивлённо поднимает бровь, заглядывая в чужие глаза. — А что-то должно меня остановить? По-моему, всё более чем замечательно. — Если ты так считаешь, — теперь очередь старшего подставлять шею на чужое растерзание. Он крепко держится за его талию одной рукой, второй обхватывая два ствола, один из своих и Кейтера, начиная медленно двигать запястьем, вверх и вниз. Третьегодка тихо стонет, опрокидывая Маллеуса на спину. Парень недоуменно смотрит на него, но ничего не говорит. — Хочу кое-что попробовать, — юноша подмигивает, залезая на чужие бедра. Тонкие пальцы слегка дрожат, стараясь как можно быстрее разорвать серебристую упаковку. Кейтер секунду думает, выбирая на какой член надеть презерватив, после раскатывая его по всей длине нижнего. Юноша щедро покрывает ствол смазкой, напоследок пару раз двинув рукой вверх и вниз. Ответный стон туманит и без того пустующую сейчас голову ещё больше. Парень медленно направляет член к своему входу, выдыхая перед тем как направить головку внутрь. Он осторожно опускает ниже, иногда останавливаясь и давая себе время привыкнуть. К его огромной благодарности, Маллеус не делает ни одной попытки двинуть бёдрами вверх и насадить его до конца, крепко сжимая зубы, и придерживая юношу за ягодицы. Кейтер наконец-то добирается до основания, давая себе последнюю небольшую передышку. Он начинает медленно двигаться вверх и вниз, постепенно ускоряясь и задавая удобный темп. Маллеус быстро подхватывает, на полпути встречая его толчки своими. Старший пару раз меняет угол, снова стараясь найти простату. Достижение заветной цели ознаменовывается громким стоном со стороны третьегодки, горячие стенки крепче сжимают чужой член. Дракония начинает вбиваться сильнее, заставляя Кейтера сильнее опереться на его грудь ладонями, чтобы сохранить равновесие. Каждый толчок в чувствительный комок нервов пробивает на дрожь, третьегодка не думает, что продержится долго. — Ммм, М-Маллеус, я близко, — он закусывает нижнюю губу, сдерживая вырывающиеся звуки. — Я тоже, Даймонд, — голос старшего сбит как и его дыхание, обычно бледные щеки покрыты ярким румянцем. Парень сверху пытается поцеловать его, но промазывает, оставляя хаотичные касания губ по всему лицу и спускаясь куда-то к линии челюсти. Маллеус убирает одну руку с чужого бедра, пытаясь обхватить оба члена. Выходит не очень хорошо, но даже этого хватает, чтобы Кейтер кончил с громким стоном. Старший пытается догнать собственный оргазм, вбиваясь чуть сильнее. Горячие стенки судорожно сжимаются вокруг него, почти до боли. Волна удовольствия прошибает его насквозь, острые клыки неосторожно впиваются в чужое бледное плечо. Парень вскрикивает от резкой боли, неосознанно обхватывая его настолько крепко, что Маллеус не уверен, получится ли у него выйти. Кейтер обессиленно слезает с его члена, укладываясь сверху. Он слышит, как быстро бьётся сердце парня под ним, довольно закрывая глаза. Старший мягко перебирает его спутавшиеся пряди, другой рукой поглаживая мокрую спину. — Пожалуй, в исследовательскую работу я запишу только твои рога, — Маллеус в ответ на это только смеётся, обнимая своё сокровище покрепче.