Вот, что такое настоящая боль

***

  Они были обыкновенными подругами, чьи судьбы в один миг разошлись, как в море корабли. Одна начала общаться с хорошими девушками, которые пусть и вели не самый здоровый образ жизни, но хотя бы не ставили себя выше других, и были добрыми. Вторая связалась с компанией, которая над всеми издевается, ставит себя выше остальных, из-за этого она меняется в худшую сторону.   Первой девушкой оказалась Айыллаана, которая сблизилась с вполне хорошей компанией, в виде Светы, Маши и второй Маши. Второй же оказалась, ранее хорошая девочка, Карина, которая раньше училась на отлично, но в этом году сблизилась с новенькой Верой, потом с Дашей и Дианой.   Ещё год назад, в 10 классе Карина общалась только с Оел, а сейчас с теми, кого называла «самовлюблёнными» и «дурами».   Макарова по правде не была счастлива терять подругу, тем более столь близкую, и столь любимую. Но попытки поговорить с Долиашвили постоянно кончались тем, что в разговор влезали новые «подруги» Карины, а Оел, чтобы не лезть в ссору ибо даже в драку просто уходила, не успев договорить.

***

—Кариш, мы можем поговорить? — Айыллаана в очередной раз подходит к парте шатенки, возле самой Карины сидела Федоренко, — Только без лишних глаз, — кинув секундный взгляд на Веру, добавила Макарова. —Макарова, учти, если сделаешь ей что-то, тебе конец, — хмыкнула Вера, смотря на Карину, которая по всей видимости, собирается отойти с Оел. —Да ничего она не сделает, — улыбаясь ответила Карина, улыбка с её уст в принципе редко сходит.   Девушки отошли в единственное, более менее тихое место в школе, а то есть, в школьный туалет, где никого не было. —Опять будешь говорить, что они на меня хреново влеяют? — оперевшись об стенку спросила Долиашвили, — Оел, я же не маленькая —Знаю, что ты не маленькая, но позволь спросить, — вздохнула Макарова, — Тебе с ними что ли лучше, чем со мной? —А что если да? Что если лучше? Неужели ты прекратишь этот цирк? — Карина изменилась в лице, улыбка пропала, была раздражённость, она опустила взгляд в пол. —Ты с Верой встречаешься? — в один момент, вроде и ни с чего, спросила Оел стоя перед Долиашвили. —Не знаю что ты там придумала, и знать не хочу, — вздохнула Карина. —У вас ничего нет? — уточнила Макарова. —Даже если бы и было, тебе-то какая разница? — шатенка даже не смотрела на собеседницу. —Большая —Почему тебе не похер на меня? — смотря в пол, спросила Карина, чувствуя, что ещё немного и начнёт плакать, сама не понимаю почему, — Всем всегда всё равно, почему тебе нет? —Я люблю тебя, — еле выдала Оел, — Почему ты этого не видишь? —Любишь?... — удивилась Карина, наконец подняв взгляд, уже крассных, от слёз, глаз. —Да, но ты не видишь этого —Как ты можешь любить меня? — её начинало трясти, слёзы всё так же скатывались по щекам. —Тихо, Кариш... — шёпотом продолжила Айыллаана, подойдя к шатенке, обняв ту, продолжает шёпотом, — Я слишком резко высказываюсь, прости...   Долиашвили трясло, она уткнулась в чужое тело, впервые, навероное, за последние 5 лет, она показывает при кому-либо слёзы. Объяснить, почему плачет было сложно. Возможно, она плакала, из-за того, что хоть кому-то к ней есть дело. Может, из-за того, что сделала хреновую вещь, в виде того, что сблизилась с не лучшей компанией. Может, есть вообще левая причина, сама не понимала. —Кариш... Ты как?.. — спустя минуты две спросила Айыллаана, всё так же прижимая Долиашвили к своему телу. —Оел... — Карина отошла от одноклассницы, — Давай лучше после школы поговорим? Сейчас я не в состоянии... —Хорошо, как скажешь...   Карина молча ушла с туалета, а Оел осталась. Ранее, она пыталась с Кариной встретиться после уроков, много раз, но в основном та была «занята». Макарова понимала, что на деле Карина занята либо сигаретами, либо алко или чем-то пожесче. Сейчас же Карина сама предложила после школы встретиться, значит, найдёт время для Макаровой?

***

  Аж вечером Карина написала Оел, чтобы встретиться. Договорились они увидится на крыше пятнадцати этажного дома. И это не удивило, раньше они постоянно там сидели, вид красивый и атмосфера особенная...   Они встретились, начался разговор, Айыллаане сразу показалось, что Карина пьяная. —Ты пьяная? — в один момент спросила Макарова. —Ну выпила немного, с кем не бывает? — улыбаясь сказала Долишвили, — Я тебя, кстати, тоже люблю... —Пьяная, но такая искренняя, что ещё скажешь? —Я связалась с ними, потому, что ты постоянно была с Такаровой и Машами, — пьяная улыбка на лице, хоть говорит не самые веселые вещи.   Карина встала на ноги, и начала ходить по краю, при этом улыбаясь и смотря на Оел. —Кариш, сядь, пожалуйста, — Макарову напрягло поведение пьяной девушки, которая не осознаёт что делает. —Ое-ел, — шатенка протянула «е», — Извини меня... — Карина продолжала ходить по краю, — Правда, прости! Я тебя невероятно люблю! —Кариш... Меня напрягает твоё поведение, — Макарова уже вставала на ноги, чтобы отвести ту от края. —Я тебя люблю, но так нужно, — на последок сказала Долиашвили, и полетела...   Айыллаана не успела, и Карина упала. Упала вниз, с 15 этажа. У Макаровой появились слёзы. Ведь, она могла спасти её! Могла раньше встать, и не дать этому случится.   Невероятно сильная боль, увидеть суицид под действием алкоголя — не самая лучшая картина. Оел стояла на крыше, с глаз текли слёзы, в голове ни единой мысли, слишком больно, чтобы о чём-то думать.   Этот момент, когда она просто не успела, она запомнит на всю жизнь. Раньше казалось, что больно, это когда Карина улыбается Вере, Даше и Диана. А сейчас пришло осознание, что такое настоящая боль.   Оел подошла к краю, посмотрела вниз, уже скорая и полиция возле тела. Да, Айыллаана может надеяться, что та выживёт. Но сука, 15 этаж, какая вероятность?!

***

  Спустя час Макарова точно знала, Карины нет... Её Кариша умерла. У неё на глазах... Её нельзя было спасти врачам, но сама Оел могла! И это сыпало соль на рану.   Там, Карине наверняка проще, там лучшая жизнь... Но это не заставляет Айыллаану прекратить чувствовать боль и вину.   Больно?   Невероятно сильно. Что остаётся делать? Ничего.   Переживёт ли это Оел?   Неизвестно.