не|помнишь.
29 октября 2023 г., 12:04
— Подкупить меня решил? — смеется Миклашевская и берет чашку горячего чая из рук Некрасова, — Причем за мой же счет.
— Не угадала, — присаживается на диван с точно таким же напитком, — Такого чая у тебя в меню точно нет, — обжигает язык, — С Китая привёз.
Девушка закатывает глаза на очередные глупые шутки друга и отодвигает документы в сторону, так как неуклюжесть её может сыграть не в нужный момент.
— Фу, — морщится, пробуя заваренный, — Что это такое?
— Всмысле «фу»? — вскидывает брови, — Пей, пей. Расслабишься.
После этой фразы девушка чихает, на что Андрей лишь улыбается, убедившись в подтверждении своих слов. Молодой человек просто-напросто решил заехать на работу к подруге с целью распутать свои мысли, однако, Миклашевская не нанималась психологом. Точнее, сексологом, правильнее будет сказать в таком случае. Парень мучал её своими постельными рассказами и спрашивал совета «по-женски», чем только смешил девушку. Уже несколько раз она просила его уйти с глаз долой, но тот накидывал историю за историей, препятствуя спокойной работе в тишине.
— Не расслабляет, — хмурится, — Почему без сахара?
— Потому, что я не люблю сахар, — жмет плечами, — Могла бы и спасибо сказать, а то я десять раз переделывал из-за своей короткой памяти.
— А Паша на что? — спрашивает про бармена.
— Думаешь, он знает, что такое Пуэр?
— Что такое Пуэр? — интересуется, откладывая чашку.
— Селина, — вздыхает, — Не делай вид.
— Я правда впервые слышу.
— Он как планчик, — улыбается, пропевая строчку из знакомой песни, — Идет как надо, за стаканчиком — стаканчик.
Непонимающий взгляд подруги заставил всё же подробнее рассказать о сортах такого чая и «разгоняющих» эффектах. Миклашевская было думала, что тот её разыгрывает, но позже, пошарившись в интернете, обомлела, отставив напиток подальше от себя. Парень хохотал на высказывания о законодательстве и вреде наркотических веществ. Доказывал, что это не наркотик, и что в стране такая самодеятельность разрешена. И все же, Селина отказалась от распития такого «яркого» питья, сославшись на дорогу домой. Андрей лишь цокнул, поняв, что блондинке ничего не объяснишь, поскольку её ангельская позиция всегда стоит на своём. Далее, гость продолжал свои великие темы, вновь затрагивая самые низы, от чего мозг Миклашевской уже плыл. Сколько же можно её использовать в качестве слушателя! Буквально вчера она разговаривала с Сережей, пытаясь помочь расставить ему правильные приоритеты в жизни. Комик знатно напился, но всё же услышал слова девушки и поблагодарил за такую дружескую помощь и любовь к ближнему.
— Всё-ё, перестань, пожалуйста, — воет белокурая, — Тебе, что, никуда не нужно сегодня?
— Куда мне еще сливать эту энергию? — раскидывает руки, — Ты меня хотя-бы слушаешь и поддерживаешь, — задумывается, — Поддерживаешь же?
— Почему бы тебе не обсудить свои эротические достижения с мужским полом? — возражает, — Меня напрягает картинка в моей голове из-за твоих рассказов.
— Эй, эй! — смеется, — Даже не думай! — ставит пустую чашку на стол, — А с кем мне говорить-то? Деткович улетел, да и он сам-то в этом не помощник. Марк всё за чернилами своими сидит, а Кирюха…
— Стоп, — жестует, — Надеюсь, с ним вы ничего не обсуждали?
— Нет, спасибо, — усмехается, — Я бы сейчас совершенно по-другому на тебя смотрел, — идиотская улыбка, — Так, вот, Кирюха после операции отмакает. Костян со своей тусует, а другие вообще такие темы осуждают! Что за порядки?
— Что за операция? — воспроизводит произнесенные слова.
— Ой, блять, — морщится, вспоминая боль, — Аппендицит вырезали. Жуть полная.
— Какой ужас! — волнение, — И как он сейчас?
— Ну-у актриса, — мотает головой, — Долго будете притворяться?
— Я серьезно не знала, Андрей, — хмурится.
— Получается, он зря сторис постил, — хохочет молодой человек, — Не знаю, нормально, вроде. Но в больничке вид у него был, как у дождевого червя, — шутит, — Сейчас дома отлёживается.
— Ему хотя-бы кто-то помогает?
— Шо ты меня спрашиваешь? — возникает, — Хотели, но этот козел сказал, что он пока еще дееспособный и всё в таком роде.
Когда Некрасов вновь завёл свою шарманку, директорша засела в поисковых запросах и медицинских сайтах. Из всей этой темы она знала только слова «аппендицит» и «аппендикс», а также, что его вырезают. Вычитала о питании, которое должно состоять из жидкой или натертой пищи. Постельный режим, анальгетики, отсутствие физических нагрузок. Малая удивилась тому, что Незборецкий ни разу не пожаловался ей о своём здоровье, потому как девушка давненько разблокировала его. Не о чем говорить, если даже об операции она узнала от другого человека, и то, спустя некоторое время. Миклашевская запереживала, теряясь в строках об осложнениях, трудностях без помощи кого-либо и повышении температуры. Директорша просто уверена в том, что никакие рекомендации парень не соблюдает, и о питьевом режиме можно было даже не думать. Молодой человек иной раз забывал поесть, а тут целое расписание! Пара безумных картинок, что попались ей на глаза, и в белокурой проснулась жалость. Помнит, как музыкант частенько переносил все болезни на ногах, ведь больницы для него — табу, как и для Селины. Всегда пил свой лимонный порошок, что находил в аптеках, и делал вид, будто ему стало лучше.
Наконец, Некрасов уехал по своим делам, оставив директоршу дорабатывать начатое. Однако, блондинка четко сменила курс своих планов, и, убрав документы в стол, решилась на своё отважное дело. Несмотря на все издевательства со стороны Белого, в девушке всё же осталось что-то человеческое. Между тем, набирая нужные продукты в магазине, малая отчетливо предстала перед судом своего разума. Совсем это ничего не значит — обычная человеческая помощь. Селина вообще решила, что, если парень окажется в полном поряде, то она просто оставит привезенное ему и ретируется к себе в дом. Как же нелегко себя обманывать! Отвлеклась на его любимый шоколад и взяла две шутки — себе, и, собственно, «больному». В любом случае его можно будет оставить на потом.
Сама белокурая тоже чувствовала себя не очень. За рулем машины частый кашель мешал и отвлекал от дороги, заставляя девушку невольно шмыгать носом. Не лучшая, скорее всего, идея — ехать к Незборецкому, будучи самой болеющей. Не хватало еще обвинений в осложнении после операции в виде ОРВИ. И все же, температуры она не чувствовала, да и зависать в бывшем доме долго тоже не собиралась. Её, в целом, одолевала мысль о причинах такого воспаления и длительность терпения Белого. Наверняка он мучался, или же, наоборот, резкая боль сбила его с ног. Даже представлять страшно!
Припарковавшись у знакомых ворот, девчонка выходить не спешила. Неизвестный автомобиль, что казался явно дорогим, стоял заведенным возле входа и моргал фарами. Перебирала марки машин друзей в своей головной библиотеке, дабы согрешить на друзей. Малая прищурилась, когда с участка вышла посторонняя женская фигура. Девушка с короткой стрижкой обернулась на припаркованную, стараясь рассмотреть сквозь тонированное стекло хоть кого-нибудь, но лишь хмыкнула и уселась в свою тачку.
Миклашевская мотнула головой, стараясь развидеть увиденное. То ли она уже плывет от своего графика, то ли дама эта была уж очень похожа на неё внешне. Смешил тот факт, что даже одеты они были практически одинаково — брюки и объемный свитер.
Отойдя от своего изумления, директорша резко посигналила в виду того, что незнакомка чуть не наехала на рыжего, который выбежал за пределы территории. Когда чужая машина, наконец, покинула поле зрения белокурой, та призадумалась. Веяло неприязнью и вопросами: действительно ли она сейчас нужна Незборецкому, или того уже во всех смыслах утешили и пожалели? По крайней мере, девушку «успокаивало» одно: половой покой на две недели в качестве реабилитации. Точнее, это она вычитала в интернете, а соблюдал ли молодой человек эти правила — неизвестно. Фыркнула на саму себя, подумав, что переживать ей и в общем-то не за что. У музыканта давно своя личная жизнь, а у неё своя. Но только один факт чужого женского присутствия выводил её из себя. Было славно, когда она об этом не знала, а заставать кого-то в «расплох» в её планы не входило.
— Ты мой маленький! — тискает рыжего, шерсть которого была мокрой и прохладной, — Скучал по мне?
Мелкие капли дождя стали падать на её разбросанные по плечам локоны, потому, недолго думая, девушка все же приняла решение зайти в дом. Схватив под руки кота и небольшой пакет, Миклашевская тихо зашла на участок, заметив, что свет на первом этаже горел практически везде. После одного возразительного «мяу» белокурая приказала домашнему вести себя потише, поскольку дверь была открыта. И даже тогда, когда девушка шумно прошлась по коридору, встретить её никто не соизволил. Раздевшись, директорша пошагала на кухню, где на столе удивилась маленьким упаковкам с яблоками, апельсинами и другими различными фруктами. Банальная приятность для больного. Только, вот, проблема в том, что всё это ему нельзя, а измельчать Кирилл их вряд-ли будет. Рядом красовалась бутылка дорогого шампанского, которое, вероятно, принесла тоже та девушка, похожая на неё саму.
— И чего я так заморачивалась, скажи мне? — шепчет коту, что обнюхивал её ноги, — Или алкоголь разрешен? — задумалась.
В целом, длинноволосая подумала, что это совсем не её дело. Мало-ли к чему это было подарено. Вдруг, молодой человек помог в чем-то этой даме или же она просто решила его «порадовать». Однако, шлейф женских духов заставил лишь поморщиться и чихнуть про себя. Заглянула в холодильник и тут же хмыкнула. Ничего не меняется! На полках лежало совсем не то, что требовалось: ни приготовленной еды, ни овощей, ни соков. Быстренько разобрала пакет, решив, что неплохо было бы и приготовить что-нибудь, дабы тот не угробил своё здоровье до конца. В моменте, вновь заговорившись с котом, рыжий убежал в одну из комнат, приоткрыв дверь пушистыми своими лапами. Миклашевская решила проследовать за шерстяным, задумавшись над тем, почему Белому плевать на то, что кто-то находится в его доме. Двери разве не учили закрывать?
В обычной, гостевой комнате сопел музыкант с включенным на фоне телевизором. Девушка на такую странность выгнула бровь, сообразив, что тот, вероятно, не смог подняться на второй этаж и улечься в спальную. Свет включать не стала — лишь убавила звук на экране и приблизилась к лежащему, на лбу которого выступила испарина. Рядом, на тумбочке, лежали известные антибиотики и пирометр, цифры которого остановились на последнем измерении — 38.9. Таким инновациям Миклашевская не доверяла, но безумно хотелось ей проверить температуру спящего прямо сейчас, между тем, малая вспомнила, что прибор этот издавал слишком громкий звук при измерении, потому отреклась от таких действий. По старинке, убрав волосы назад, аккуратно прислонила свои губы к коже Незборецкого. И, то ли её тело было охлажденным из-за улицы, то ли парень был чересчур горячим. Тем не менее, будить она его не собиралась, а лишь накрыла вторым одеялом, прочитала названия лежащих лекарственных коробочек и вышла за пределы комнаты вместе с котом.
Девчонка искренне надеется, что все это время он придерживался хоть каких-нибудь рекомендаций. Закатала рукава и приступила к варке картофеля, перед этим поставив на огонь куриный бульон. Старалась делать всё максимально тихо, заглушая мяуканья кота очередным кусочком мяса для него. Настроения, как такового, не было, а при виде болеющего блондина оно и вовсе упало. Чем он питался всё это время? Наверняка совершенно ничего не ел, если уж на второй этаж подняться ему было сложно. Переживания и различные плохие мысли душили, мешая привычной готовке. Еще и кашель этот проклятый! В абсолютной тишине, без какой-нибудь мелодии на фоне, думки Миклашевской ретировались от одного к другому. Отвлекаясь от произошедшей «беды», стала фасовать свои размышления о работе, но и там ничего хорошего не придумалось. С Быстрецкой они вновь отдалились, общаясь исключительно по рабочим моментам. Не от кого заряжаться энергией и теплом, кроме как вечного Андрея, частенько зависающего в клубе.
Голова Незборецкого гудела. Разомкнул веки от частых спазмов внизу живота и сразу же приподнялся с целью выпить обезболивающее. Не помнит, на каком конкретно моменте он уснул. Как бы то ни было, радовало то, что теперь Кирилл находился один дома. Рассказы Алисы о своих концертах никак не отвлекали, а только тяготили, от того он и впал в спячку, вероятно, еще на первой истории. Ничего интересного в её повествованиях Белый не видел. Это ведь не директорша, у которой одна ситуация краше другой, да и слушать её всегда было приятно и завлекательно. Стёр ладонью пот со лба и попытался встать в кровати, придерживаясь за бок. Швы будто стянули всю кожу, потому казалось, что разойтись они могут при любом неправильном движении. Музыкант вообще пожалел, что встал, но умыться было единственным его желанием, хоть и дрожь по телу знатно одолела его. Открыл дверь и тихо вздохнул, увидев женское тело, что крутилось у плиты с собранными волосами. Даже в том факте, что Алиса готовила на его кухне, не находил он и капли приятного. Ему совершенно ничего не хочется — только побыть в тишине.
— Разве тебе не нужно домой? — облокачивается о дверной проём, всё также придерживаясь за живот.
Ослабленный голос испугал блондинку. Повернулась к нему всем корпусом, выключив плиту, и как-то виновато улыбнулась в ответ. Кирилл, увидев девушку, вскинул брови и легонько встряхнул головой. Досадные галлюцинации подбили его дух окончательно.
— Что-то мне совсем плохо, — трет глаза рукой, — Надо поменьше пить колёс.
Парень проследовал в ванную, всё также потирая лицо. Капли воды стекали по его ресницам, стараясь привести в чувство. В зеркале на него смотрел будто совершенно другой человек. Через силу принялся обрабатывать «рану», заклеивая специальным медицинским пластырем. Помнится, что такие галлюцинации у него уже были в подростком возрасте при случайном передозе анальгетиков. Но не до такой же степени! Вероятно, тому нужно было еще немного поспать, хоть и слабость слегка ушла на второй план после такого четкого видения.
Проделав все махинации, поковылял обратно, вновь обернувшись на кухню. Ну вот же она! Стоит в своем белом свитере и спокойно пьет кофе из той же чашки. И рыжий рядом сидит, непременно ожидая нового куска вкусного.
— Как ты думаешь, — остановился на пол пути, — Через какое время проходят галлюцинации?
Девчонка опешила. Поставила чашку на столешницу и четко всматривалась в бледного музыканта. Казалось, что хуже уже некуда.
— А что тебе мерещиться? — взолнованно.
— Тебе лучше не знать, — поправляет футболку, вздыхая, — Спасибо, кстати, за фрукты, — «подползает» ближе к кухне, — От алкоголя, пожалуй, откажусь.
— Пожалуйста, — хмыкает, — Но это не моё, — отпивает кофе, — Тебе их другая девушка привезла на черном Крузере.
Незборецкий нахмурился, подошел к малой, что наглаживала кота, и прикоснулся к её руке.
— Фух, блять, — отлегает, — Уже думал в дурку звонить, — проходится рукой по волосам, — Настоящая, значит.
— Серьёзно? — смешок, — Тебе стóит поесть.
— Не стóит, — морщится, — Не могу.
— Так нужно, — убеждает, — Уже все готово. Кушай хотя-бы частями, пожалуйста, — ставит перед ним натуральный сок, — И пей много воды.
Пока Миклашевская рассказывала все вычитанные рекомендации, Незборецкий призадумался и лишь глупо улыбался из последних сил. Заприметил лежащий на столе шоколад и проелозил его по поверхности, двигая ближе к себе, но женские пальцы остановили его самодеятельность.
— Я не уверена, что тебе можно шоколад.
— Уже прошло много времени.
— Ты вкурсе, что нужно месяц сидеть на правильном питании?
— Не начинай, — фыркает, вздрогнув от внезапного спазма, — Мне еще полгода в костюме деда ходить.
— Кстати, физические упражнения не помешают, — старается улыбнуться, — Через некоторое время.
— Это ты мне намекаешь, что я жиром заплыл?
— Это о твоей реабилитации, — вздыхает, — Как так вышло?
Честно говоря, Незборецкий заебался рассказывать одну и ту же историю, однако Миклашевской он совсем не прочь был повторить еще раз. Её жалостливый взгляд будоражил внутри нечто иное, неописуемое. Никаких издевок, лишних упреков и тому подобного. Кириллу в миг стало приятно, что девушка до сих пор переживает за его состояние, из-за чего желание побыть в одиночестве в миг улетучилось. Разговаривали они, к сожалению, только на тему операции и реабилитационного периода, а парню так хотелось послушать её разного вида истории!
— Написано, что можно, но только… — вычитывает про шоколад, после чего Белый сразу же закидывает три дольки сладкого, — Немного. Блин, Кирилл! — хмурится.
— Извини, — говорит с набитым ртом, — Но это прекрасное чувство.
— О, сейчас, — уходит в комнату и возвращается с пиромитром, пикая его в районе лба, — Ты горишь!
— Потуши, — безразлично говорит парень, понимая, что от понижающих его уже тошнит.
— Тебе смешно? — выковыривает белую таблетку из блистера, — Пей.
— Нет, Селин, я уже правда не могу, — мотает головой, — Пока я могу разговаривать и соображать, то все хорошо.
— Ты думал, что я не настоящая, — складывает руки на груди, — Это твоя девушка приезжала? — неприметно начинает разговор, — Мне показалось, что мы с ней похожи, — говорит чуть тише.
Незборецкий, чтобы хоть чем-то занять себя от такого вопроса, всё же кладет жаропонижающее на язык и проглатывает, запивая соком. Кости, на самом-то деле, ломало дико. Потому, парню безумно хотелось прилечь обратно на кровать.
— Могла бы сразу с жены начать, — усмехается, — Знакомая барабанщица.
— Ясно, — отвлекается на плиту, закрывая эмалированную крышкой.
— Вот, что тебе ясно? — вздыхает.
— Ничего, Кирилл, — жмет плечами, — Я тебе ничего даже не сказала.
— По одному твоему слову всё понятно.
— Ты чего? — выдавливает улыбку, — Можешь сказать правду. Кир, я… — паузирует, вытаскивая слова из мрачной зоны разума, — Я не буду мешаться.
— Какая ты ласковая стала, — всё же медленно вышагивает в комнату, пока девушка плетется за ним с недопитым стаканом сока, — Может, мне почаще в больницы попадать, чтобы так всегда было?
— Сплюнь, дурак, — девушка чихает.
— Видишь, — посмеиваясь с болью, — Правду говорю, — аккуратно присаживается на край кровати, — Не мешалась ты мне никогда, — продолжает тему, — По-моему, всё в точности наоборот.
В своем объемном свитере с собранными волосами она смотрелась настолько мило, что прямо сейчас бы Незборецкий задушил её своими объятиями. Между тем, сил хватало только на сдавленные слова, которые, наверняка, вновь принесут ей дискомфорт. Потому, о любви парень больше не заикается, а лишь медленно ложится обратно, потирая лицо.
— Вот, — малая ставит на тумбу баночку с детским пюре, — Хотя-бы это.
— А с чем? — смешливо корчит лицо.
— С бананом, — улыбается, — С овощами мне не нравится, поэтому взяла только фруктовые.
— Как мило с вашей стороны, — принимает положение «полулежа» и хватается за живот от резкой смены позы.
— Тебе помочь? — брови её сложились домиком.
— Это будет перебором, — смеется, — Я еще многое могу!
— Потом покажешь, — распускает волосы, взъерошивая для объема, — В общем, на кухне всё для твоего питания. Обязательно поешь, пожалуйста, — Незборецкий лишь улыбчиво закатывает глаза, открывая банку, — Кота я покормила. Свет выключить?
— Не понял, — хватает ложку, — Ты вот так меня оставишь? — раскидывает руки, — Холодного, голодного и мертвого?
Миклашевская ставит руки в бока и смеется с этого манипулятора.
— Я могу тебе еще чем-то помочь?
— Можешь, — зачерпывает ложкой сладкое, — Честно говоря, мне очень приятно, что ты решила приехать ко мне. Но не стоило этого делать, как ты любишь говорить, — усмехается.
— Чем помочь? — игнорирует, переспрашивая.
— Мне грустно.
— Сплясать?
— Можно было бы, — улыбается, — Я могу выбрать вид танцев?
— Ты не меняешься, Кирилл, — вздыхает, — Нет, я не буду раздеваться.
— Я даже об этом не думал, — надувает щеки, — Это еще раз подтвержает мою теорию! Но, извини, малышка, пока я не сильно дееспособен в этом плане.
— Боже мой, — мотает головой, смотря время в телефоне, — Я пошла, — ретируется к залу.
— Я так и знал, что ты со мной ради секса, — смеясь, выкрикивает, чем снова вызывает боль, — Да стой ты! Ладно-ладно! Прости меня за все мои шутки в твою сторону. Пойдет?
— Я просто еду домой, — вскидывает брови, — Это не зависит от твоих шуток.
— Побудь со мной, Селин, — вновь удивляет своими словами, — Если я тебе не противен.
По сути, Миклашевская и не торопилась домой. Вновь она обманывает саму себя. Кто там клялся, что надолго не задержится в этом доме? Признается самой себе, что всё же скучала по этому идиоту. Между тем, думает, что, если Незборецкий решит снова задевать её нелепыми фразами, то она уж точно больше не появится в этом месте, так еще и кота с собой заберет!
Всё же сжалилась и хотела было прилечь на другую сторону кровати, но голос молодого человека заставил её повременить с этим действием.
— Курить хочется, — завывает.
— Попробуй не думать об этом, — жмет плечами, — Это опасно.
— Спасибо, гениальная моя, — саркастирует, — Уже можно.
— И что мне сделать-то?
— У тебя, случаем, не завалялась дудка?
— Дудка, — смеясь, повторяет, и все же удаляется из комнаты.
Незборецкий был несказанно рад принесенной электронной сигарете, и дымил, что есть мочи, пока, в конце концов, не отобрали. Двое решили посмотреть очередное юмористическое шоу, чтобы хоть как-то развлечься. Точнее, инициатива исходила от Селины, дабы тот, наконец, замолчал, и в нем окончательно сел генератор рандомных шуток. Миклашевская, несмотря на свой плотный свитер, закуталась в одеяло и устроилась поуютнее, внимательно вникая в телевизор, а вот Белому этого было мало, потому тот не переставал бубнить, комментируя просмотр. И все же, когда белокурая смеялась, парню будто-бы становилось легче, хоть даже простое лежание доставляло ему дискомфорт в связи с состоянием здоровья. Музыкант даже не доел жидкое питание, зато пару раз накормил девушку с ложки. А когда и Селина говорила что-то смешливо-глупое, то тот сразу хватался за живот и пытался смеяться в себя. Не помнится двоим, чтобы они когда-то так атмосферно лежали и смотрели что-нибудь по телевизору. Вечер казался простым, но таким насыщенным, от чего Миклашевскую по-тихой стало клонить в сон.
Из-за истории, что рассказывал юморист в передаче, Незборецкий вспомнил точно такую же ситуацию с девушкой, и, далее, те стали перебирать воспоминания вместе.
— Согласна, — поддакивает, смеясь, — Дэвид тот еще персонаж.
— Мне больше нравилось твое прежнее место работы, — вздыхает, — Там было лучше.
— Мне тоже так казалось, — подбирает рукой голову, — Но нужно двигаться вперед, а не стоять на одном месте. Нельзя жить в прошлом.
— Можно, — поворачивает голову к ней, — Мне там больше нравится. Там спокойнее.
— Угу, — как-то грустно кивает и переводит тему, — Именно поэтому, ты мне разнес кабинет тогда?
— Ты меня выбесила, — возражает, — Меня можно понять.
— Ой, ты меня всегда бесил, — смеется, — И ничего же не случилось!
— Случилось, — усмехается, — Время настолько быстротечно, — подводит к итогу, — Только недавно тебя сторожил в лесу, пока ты ходила «по делам», а уже вот как оно.
— Ты вгоняешь меня в тоску, — переворачивается на живот, болтая ногами, — Я не люблю ворошить воспоминания.
— Это называется «скучать», — улыбается, — Возьми на заметку.
— Спасибо, — саркастирует, — Не знала.
Диалог их приостановился. Девушка отвернулась от телевизора, и, подложив ладони под щеку, прикрыла глаза. Парню было безумно интересно узнать, что у неё сейчас в голове, но залезть к ней в разум он, к сожалению, не может.
— Не спать! — пугает, от чего девушка подрывается.
— Дурак, — слегка ударяет ему по ребрам, от чего тот кряхтит, — Ой, прости, пожалуйста! — стыдится, — Я забыла!
— Всё, — откидывается обратно, — Ты меня убила.
— А чего ты пугаешь? — злится, вновь падая на кровать, — Я же слушаю.
— Ты сопишь.
— Мне не дышать? — смеется, — И вообще, я жду пока ты уснешь.
— Я не могу спать без тебя, — спокойно говорит, — Постель холодная.
— Поверю тебе, — щурится, — До этого же спал как-то.
— Вот именно, что «как-то», — восклицает, — А мог с тобой, — какого-то черта, после этих слов, Миклашевская умиляется, — Меня даже твоя мама больше любит, чем тебя.
— Тут уже не буду спорить, — поднимается выше, слегка касаясь виском мужского плеча, — Я спать уже хочу, Кирилл.
— Спи.
— Я жду, пока ты уснешь, — волосы её ложатся на парня, — Потом поеду домой.
Незборецкий лишь цокает, но всё же замолкает из-за первой тактильности спустя такое долгое время. Однако, теперь Селине стало скучно, потому та решила донимать его своими нелепыми вопросами.
— И чего ты замолчал?
— Селина, — смеется, — Ты удивительная девушка.
— Врешь, — показательно вздыхает, — О чем ты думал, когда влюбился в меня?
— В первый или во все следующие разы?
— В первый, — незаметно улыбается.
— Вспомнить бы, — трет лицо руками, — Мы тогда в Лодзь ехали, вроде, — задумывается, — Не знаю. Подумал, что ты очень рассудительная. Мысли твои завлекали продолжать разговаривать с тобой. Мне нравилось, что ты улыбалась мне даже тогда, когда я нёс чушь.
— А когда ругались?
— О-о, — хохочет, — Лучше не спрашивай. В последние разы хотелось задушить тебя, — неприятные воспоминания, — Я же, блять, как выяснилось, хуже твоего бывшего.
— Опустим этот момент, — ёжится, — Это было глупо.
— В другие разы никогда не думал о тебе плохого, — мотает головой, — Меня даже прикалывала твоя злость.
— Спасибо, очень приятно, — хихикает.
Внезапно, шерстяной друг, что запрыгнул с пола, неудачно приземлился прямо на свежие швы парня. Его спасение, что одеяло смягчило этот неожиданный «удар» исподтишка.
— Какой же ты козе-ел, рыжий, — рукой легонько толкает кота, чтобы тот прошел дальше, — Мстишь в самые неподходящие моменты.
— Не обзывайся, — приподнимается с целью пройтись пальцами по шерсти.
— Селин, — также привстает на локтях, — Спасибо, что пришла.
— А я помню, как мне было неловко гасить свою влюбленность, — продолжает тему, — Тогда думала, что ты до сих пор встречаешься с Ри.
— И все?
— Нет, конечно, — улыбается, — Ты показался таким добрым и отзывчивым человеком, — закусывает губу в улыбке, — Еще эти вечные шуточки твои. И мое сердце расстаяло, — смешок.
— Показался? — также касается шерсти.
— Оказалось, что ты такой и есть, — вздыхает, — Строгий тогда, когда это нужно. Вспыльчивый, да, но у всех есть скелеты в шкафу, — ложится обратно на живот, подкрадываясь еще ближе, — И ты, действительно, не виноват в том, что произошло между нами.
Переигрывает в голове все их с Селиной диалоги о том, что между ними больше нет ничего знакомого. Пускай он знает, что очень скоро белокурая вновь покинет его, но Кирилл действительно сорвал джекпот, поцеловав однажды её губы. Он до сих пор не привык к тому, что девчонка его намеренно не ждёт.
— Никто не виноват, — говорит чуть тише, — Можешь сколько угодно говорить о расставании; что мне не нужно больше стараться для тебя. Правда в том, что я продолжаю любить тебя настолько сильно, что всё остальное становится неважным, понимаешь? — девушка молчит и внимательно всматривается в его губы, — Настолько я тобой брежу, и дело совсем не в температуре, — жестикулирует, — Да, оступился. Сказал тогда полнейшую хуйню, и теперь понимаю, за что ты меня так ненавидишь. Но я пытался, правда, — опускает руки, — Изъездил все дороги от твоего клуба до дома. Только, в любое время, когда бы я тебе не сказал, что хочу все вернуть, ты, как назло, не отвечала, — смотрит в эти изумрудные глаза, — И я понял, что тебе это правда не нужно.
Больно было слушать тяжелые слова его. В конце концов, выдержав паузу, Селина прошептала тихое «нужно» и впилась своими губами в родные, ощущая любовь его солью на устах; ощущая холодными пальцами и дыханием. Один честный разговор однажды может изменить всё. Вновь доверившись ему без капли сомнения, стала засыпать на его плече, пока тот продолжал говорить о великом, заставляя улыбаться и прижиматься сильнее. Поклялся, что будет бороться до конца; что никогда её не бросит на произвол судьбы; и что не позволит больше сорваться на неё ни одним обидным словом. Она так искренне любила, когда Незборецкий держал ее за руку, и называл ее солнцем, а не по имени. Касается нежно женских волос. Белокурая сжимается в комок. Никуда не деться. Три слова, что он искренне произнёс, ей запомнились и попали в сердце. Белому так жаль, что они потеряли столько времени без друг друга. Он не знает, что происходило с ней на протяжении всего времени. Еле выживал без её рассказов о бездельниках на работе. А девушка давно не слышала его пение, что частенько тешилось где-то в глубине души. Теперь всё по-новому. Погрузившись в сон, оба думали — они друг друга больше не бросят, ведь так?
***
— Ты, блять, нашел время, — Белого будит рука друга, — Скоро выходить, погнали. Кирилл, осматривая гримерную, трет глаза и выходит из помещения, думая о времени и излишней четкости своего сорокаминутного сна. Какие-то люди снуют туда-сюда, матерясь и суетясь возле аппаратуры. Заняты были все: Детков, например, спокойно попивал пиво и смешил очередную компанию знакомых; другие — усердно делали вид, что работают. Незборецкий готовился к выступлению, иногда выглядывая из закулисья и пытаясь сосчитать количество человек, что, в принципе, было невозможным. Образ девушки, что приснилась ему некоторое время назад, не давал покоя. Проснулся он с таким чувством опустошения, будто от сердца оторвали кусочек чего-то важного для типичного существования. — Переживаете? — голос сзади заставил вздрогнуть музыканта, от чего тот схватился за «сердце». Перед ним стояла та самая дама из сна: миниатюрная девчонка с кудрявыми, блондинистыми волосами и еле-слышным польским акцентом. Кирилла бросило в жар. Стоял и смотрел на неё, глупо улыбаясь, не сумев выдавить ни слова. Малая подумала, что ей явно не нужно было озвучивать такой глупый вопрос и хотела было уже свинтить. Тем не менее, её спасение, что компанию, наконец, разбавил комик, который всё таскался со своей бутылкой пива. — Нет, Селина, — всё же выдавливает из себя слова, — Больше не переживаю. Миклашевская не припомнит, чтобы та упоминала своё имя. Вероятно, Сергей успел сболтнуть лишнего. — Познакомились уже? — усмехается Детков. — Не совсем, — как-то по-доброму старается улыбнуться организаторша. — Мы знакомы, — надевает на себя мониторы, наблюдая за смешливой реакцией, — Ты просто не помнишь, — паузирует и вздыхает, — Точнее, не поверишь.
Примечания:
концовку могут понять только те, кто читал самую первую часть.
