Цена отказа (Закончен)

      — Генри, я хочу новые шторы, — девушка подошла к стоящему спиной мужчине и погладила по плечам, — ты такой напряжённый, давай я сделаю тебе массаж, — её ладони скользнули вниз по спине, задевая чувствительные точки, — или, может быть, пойдём в спальню, — барышня прижалась к нему грудью, руками обвивая тело, пробираясь к ремню на штанах. Мужчина тяжело вздохнул и позволил ей расстегнуть ширинку. Но, в последней момент, не дал запустить руку дальше, ловя её своей широкой ладонью.       — Элизабет, подожди, — Генри развернулся и сглотнул, смотря в её глаза, — нам надо поговорить.       — Я думаю, что это может подождать, — девушка привстала на цыпочки и прикоснулась к его губам, — позже поговорим.       — А как же шторы? — спросил он её в самые губы, аккуратно обнимая за талию.       — Да фиг с ними, со шторами, — прошептала барышня, углубляя поцелуй.       — Стоп, что-то не так, — хлопнул в ладоши Энрике, — хотя вы оба, вроде бы и молодцы, но я не чувствую между вами искры, — режиссёр почесал лоб и встал с кресла, — Элли, к тебе претензий нет, а вот к тебе, Том, — мужчина прокашлялся, — есть.       Они репетировали уже третий день, пытаясь найти хоть одну сцену, которая устроила бы режиссёра, но он постоянно был хоть чем-нибудь да недоволен. Особенно часто Энрике высказывал свои претензии Хиддлстону. И вот уже в который раз, Томас чувствовал себя не в своей тарелке. Он никак не мог понять, что же именно не устраивает в его игре.       С девушкой он познакомился и сразу же нашёл общий язык. Она оказалась простой, интересной и привлекательной, так что любовные сцены и не только, играть было достаточно легко и комфортно. Но, что бы актёр не делал, слышал только критику в свой адрес.       — Перерыв на кофе, — скомандовал режиссёр и вышел из комнаты.       — Не расстраивайся, Том, — Элли подошла к партнёру, — по мне всё отлично, — поддерживающим жестом похлопала по плечу.       — Ну, раз Энрике не нравится, то…       — Он режиссёр, — перебила его актриса, — ему, конечно, виднее, — пожала плечами, — может быть эта роль не твоя? — спросила таким тоном, что Хиддлстон невольно задумался, — в любом случае мы попробуем ещё раз.       Но сколько бы они не пробовали, Энрике постоянно что-то не нравилось. В итоге, когда все уже устали, режиссёр махнул рукой и попросил закончить, перенося репетицию. «Быть может, завтра? " — произнёс он на прощание.       Том вышел со студии с поникшей головой, невольно вспоминая слова Уайт о том, что он бездарность и плохой актёр. А вдруг она была права? Хиддлстон остановился и замер, кладя руку себе на грудь. Никаких других кандидатов на эту роль не было, а значит и Чарли была ни причём, ведь ему уже не первый день давали шанс подготовиться и попробовать ещё раз. Но у него не получалось. Вывод напрашивался сам собой. Он действительно не способен на большее.       Решив извиниться перед барышней за свои слова, актёр взглянул на часы. Время ужина. Возможно, девушка сейчас была в кафе. Грустно улыбнувшись, Том побежал в заведение. Но, как же он разочаровался, когда не обнаружил её за излюбленным столиком.       — Позвоню, — он хлопнул себя по джинсам, но не обнаружил там телефона. Вздохнул, вспоминая, что перед сценой со шторами, вытащил его и положил на стол.       До студии Том добежал очень быстро. В кабинете у режиссёра никого не было, а телефон Хиддлстона преспокойно лежал там, где он его оставил. Сунув его себе в карман, актёр вышел и уже собирался уходить, как услышал приближающиеся голоса. Оба он узнал. Быстро спрятавшись за стоящую неподалёку ширму, Томас прислушался.       — Ну, не мучай уже его, — женский голос несомненно принадлежал Уайт, — позвони и скажи, что он тебе не подходит.       — Ладно, — они остановились прям около его укрытия и мужчина почти перестал дышать, — сходишь со мной на ужин? — прошептал режиссёр, но Томас отчётливо расслышал слова.       — Нет, Энрике, только то, о чем мы с тобой договаривались, — ответила Чарли, — и то, только после того, как ты лишишь Хиддлстона работы, — Том сжал кулаки и скулы. Значит, это всё было подстроено? Значит, Энрике на самом деле не был недоволен его игрой, просто это был такой план. Он сам должен был убедиться в том, что он никудышный артист. И надо сказать, у них почти получилось его в этом убедить. Томас хотел тут же обнаружить себя и высказать всё им обоим. Но, сдержался, не собираясь унижаться. Он не позволит, чтобы его растоптали, выгнав с проекта, Том сам от него откажется. Сам позвонит Энрике и скажет, что ему предложили более выгодный контракт. Благо, тут ничего подписать актёр не успел, а значит и платить неустойки не будет.       Пока он приходил в себя от услышанного и придумывал план, заговорщики закончили и, попрощавшись, разошлись. Из-за ширмы Том вышел красный, словно рак. Быстро достал телефон и накатал сообщение режиссёру, пока тот не унизил его своим отказом. После этого, актёр быстрым шагом добрался до выхода из здания и выскочил на улицу.       Он заметил её сразу. Чарли была одета, как и в последний день их встречи. Девушка стояла на тротуаре и рылась в своей большой сумке. Томас не стал церемониться и, подлетев к ней, грубым движением развернул к себе. Смотря в эти оленьи глаза, ему хотелось своими руками её придушить. Томас сжал скулы и угрожающе навис над барышней. Ноздри его в гневе раздувались, грудь высоко вздымалась и вообще, вся его поза говорила о том, что он просто в бешенстве.       — Отпусти, — видимо, он сжал её руку слишком сильно, даже не заметив этого. Надо отдать ей должное, она совсем не испугалась и смотрела с вызовом, нагло ухмыляясь, — отпусти, — повторила Чарли и Томас ослабил хватку, но пальцы с локтя не убрал.       — А папа знает, каким именно образом ты добиваешься своего? — начал он сразу без приветствия, — каким именно способом?       — О чем ты говоришь?       — Милая, — съехидничал он, — я всё слышал, я стоял за ширмой, — Уайт прищурилась, но сдаваться не собиралась.       — Во-первых, ни тебя, ни отца это никак не касается, — девушка всё же вырвала свою руку, — это вообще-то, моё дело, а во-вторых, Том, иди к чёрту!       — А если отец узнает? Ты не думаешь, что это будет позор для всей вашей семьи.       — Ничего позорного в этом я не вижу, я всего-навсего пользуюсь, чем могу, — она пожала плечами, — так что, уйди с дороги, если вообще хочешь ещё работать в Лондоне! — Уайт совершенно не боялась его, она открыто угрожала актёру, смеясь ему в лицо, да ещё и оказалась продажной девкой. Томасу стало противно, что он вообще к ней прикасался. Мужчина скривился и оценивающе взглянул на неё сверху вниз.       — И как давно ты расплачиваешься тем, что у тебя под юбкой? — он сам не верил, что способен спросить такое, но всё же, любопытство перевесило и Том спросил.       — Не думаю, что мои стринги кому-то нужны, — съязвила она, кажется не понимая, куда он клонит. Точнее не думала даже, что кто-то будет её обвинять в таком!       — Я не о твоём нижнем белье! — тихо сказал Томас и облизнул губы, — а о том, что под ним, — Чарли залилась краской и открыла рот от удивления, — получается, чтобы лишить меня ролей, ты уже переспала с четырьмя режиссёрами? А теперь ещё… — он замолк, получая от неё звонкую пощёчину.       — Да как ты смеешь! — на их ссору уже начали заглядываться прохожие, — у меня хватает мозгов пользоваться другими методами, — прошептала она, а Хиддлстон, потер щеку и вздохнул. Он. Неправильно. Всё. Понял. Хотя это было не так важно, ведь он, наконец-то, удостоверился, что не получал работу из-за неё, — не подходи ко мне, иначе я тебя засужу, — угрожающе прошипела она и резко развернувшись, шагнула на проезжую часть, прямо под колёса движущегося автомобиля. Её настолько обидело его заявление, настолько она была в шоке, что просто не успела сообразить что творит.       Хиддлстон отреагировал мгновенно. Он своими длинными руками резко схватил её за талию и притянул обратно, разворачивая её к себе лицом.       — Что ты делаешь? — рявкнул он, — жить надоело? — он увидел испуг в янтарных глазах и выругался. Барышня, оказавшись в объятиях, как ей казалось, врага, который спас ей жизнь, положила свои руки ему на грудь и судорожно сглотнула. Всю её спесь как рукой сняло.       Её трясло, Томас чувствовал это. Слезы скатились по щекам, и актёру стало стыдно и неловко.       — Нам надо поговорить, — сказал он как можно мягче, — согласна?       В это момент из автомобиля, что только что не сбил девушку, выскочил мужчина, с огромными, словно блюдца, глазами.       — О, Боже, Чарли, прости, ты в порядке? — оказалось, что это её водитель, — мистер Хиддлстон, спасибо, Чарли, если с тобой всё хорошо, нам надо ехать, отец ждёт.       — Да, Джон, — еле выговорила Уайт, не отрываясь от глаз своего спасителя, — спасибо, — одними губами проговорила она и выпуталась из его объятий, — Том, — он нехотя разжал руки и отодвинулся, чувствуя холод, — прости, меня ждёт отец… и я… Мне надо идти, — он мотнул головой, смотря, как водитель, аккуратно придерживая барышню за талию, ведёт и открывает двери. Прежде, чем сесть в машину, Чарли оглянулась на актёра. Тот стоял, засунув руки в карманы, и не сводил с неё глаз.       Он вдруг резко сменил приоритеты. Пять минут назад он сам был готов сделать с ней что-то, а сейчас с сожалением смотрел, как она уезжает. Им непременно нужно было поговорить. Он обидел её, причём не единожды, он оскорбил её сегодня, предположив чёрти что, он был, в конце концов не прав. Мысленно ударив себя по лбу, Том достал мобильный, нашел нужный контакт и написал несколько строк.       Чарли немного пришла в себя и позвонила Энрике.       — Всё отменяется, — проговорила она тихо, — не звони Тому, пусть…       — А ты знаешь, — перебил её режиссёр, — Хиддлстон сам отказался от роли, — девушка прикрыла глаза и откинулась на спинку, — так что, не знаю, что там у вас произошло, но ты мне должна.       — Хорошо, — только и смогла вымолвить барышня, прежде чем положить трубку.                    ***       После всего, что произошло, Хиддлстон решил немного пройтись. Он шёл, оглядываясь по сторонам и рассматривая прохожих, пока ноги не вывели его к тому самому кафе. Том зашёл, сел за свободный столик и сделал заказ. Странно было, но он точно больше не чувствовал гнева на Чарли. После того, как он увидел её в критической ситуации, он понял, что это кем-то сильно обиженная девочка, которая прятала своё истинное лицо за маской стервы, готовой идти по головам, ради своих собственных амбиций. На самом деле, он почувствовал её слабость, что она показала ему, совершенно того не желая. Неизвестно, что Чарли сделает, когда поймёт свою оплошность. Поэтому, им нужно было поговорить, и чем раньше, тем лучше. Хиддлстон хотел извиниться и уверить её, что он никогда не будет пользоваться этой информацией.       Дождавшись ответа на своё недавнее сообщение, Томас удовлетворённо кивнул и ответил коротким — «спасибо».                         ***       На следующий день, ровно в два часа мужчина зашёл в это же заведение, уверенно уселся за нужный столик и сделал заказ, сказав, чтобы салат принесли, когда придёт Чарли. Так же, он спросил, какое вино она предпочитает и попросил принести и его. Себе, актёр заказал стейк с овощами и тоже бокал вина.       Через пятнадцать минут дверь в кафе открылась и внутрь зашла она. Томас не моргая смотрел на её сегодняшний образ — джинсы, кроссовки и джемпер кремового цвета. Барышня, сделав несколько шагов, заметила за столиком совсем не того человека, с которым вчера договаривалась о встрече, и замерла на несколько секунд, но после того, как он улыбнулся ей своей самой тёплой и очаровательной улыбкой, двинулась вперёд. Актёр встал и помог ей сесть, отодвигая стул.       — Привет, — тихо сказал он, пожимая её ручку.       — Том? — барышня не знала, как реагировать, но всё же улыбнулась в ответ и махнула головой, — привет, но я тут жду кое-кого.       — Ты уже дождалась, — Хиддлстон вернулся на своё место и сел, придерживая рукой галстук, ведь сегодня он надел на себя синий костюм и белую рубашку. Пиджак он уже снял до этого, а рукава на сорочке начал закатывать, не отрывая глаз от только что пришедшей собеседницы.       — Серьёзно? — Уайт засмеялась, — Элизабет Олсен, я полагаю? — она сглотнула, видя его вены на руках, а он лишь смущённо улыбнулся.