Молчание не перекричать

Самое ненавистное чувство в мире — когда просыпаешься от громкого рингтона на телефоне. — Какого хуя? На часах было всего двенадцать дня. Какой ужасный человек решил разбудить в такую рань, да еще и после похмелья. На экране телефона высветилось «Менеджер Со», и все стало на свои места. — Какого хуя? — Это я у тебя должен спрашивать, Ли. Ты почему не написал, добрались вы или нет. — Случились технические шоколадки. Ты по этому звонишь ни свет ни заря? — Минхо переворачивается на живот, уткнувшись лицом в подушку. — Это тебе не шуточки, вдруг что-то случилось по дороге? У вас не волшебный водитель, на чудо-машине. — Случись что-то, ты бы узнал это из новостей. А раз их нет, значит, и нет беды. Хотя одна все-таки была. — Ли не знает, зачем он это сказал. Теперь расспрос затянется, и от него уже не уйти. Дурья бошка. — Что случилось? Давай по порядку, я жду. — было слышно, что Со поменялся в голосе. Он стал более строгим и требовательным. А что должен сказать Минхо? «Наш любимый начальник заглянул поздравить меня» или «Великодушие нашего начальника не знает границ»? Нет уж, увольте. Ли Ноу был недоволен Баном еще с первой встречи. А после сегодняшней ночной выходки его — так тем более.

***

Когда Ли зашел в дом, желание выкинуть этот пакет в мусор росло в геометрической прогрессии. Было такое чувство, будто над ним поиздевались. Но главный вопрос оставался неразгаданным: откуда Бан знает, когда у Минхо настоящий день рождения? Решив отложить всю эту неразбериху до утра, Ли поднялся к себе в комнату. Сейчас для него важно завалиться в теплую кровать и поспать часов, желательно, до пяти тысячелетий. Даже желания в душ идти не было — настолько он устал от сегодняшнего дня. Поэтому поставив пакет с подарком на прикроватную тумбочку, он взял со стула домашние вещи и переоделся. Вернувшись к кровати, что-то все-таки потянуло его в сторону пакета. Он не стал заглядывать туда, а просто засунул руку, нащупывая. Там была, видимо, записка и что-то еще непонятной формы. Парень достал сначала сам подарок. Каково было его удивление, когда он увидел в руке просто обычную свечу. Она была в форме ананаса, но бежевого цвета. Минхо не знал, как реагировать. Он не был придирчив к подаркам — ему было, откровенно, наплевать. Но почему-то сейчас это било по самолюбию. Кинув свечу на кровать, он вытащил записку. Его глаза быстро пробежались по красиво выведеным буквам. Будь у него возможность видеть себя со стороны, он бы, наверное, заметил, как с его ушей идет дым, а лицо приобрело красноватый оттенок. Почему-то его злость достигла апогея. Он настолько разочаровался в этом человеке, что не пойдет с ним на контакт, даже если попросит сам Чанбин. Минхо схватил свечу и пошел в сторону своего стола. Открыл нижний ящик и кинул ее туда. Посмотрев еще раз на записку, он порвал ее на части и кинул к свече. Развернувшись на пятках, он вернулся к кровати и лег, накрывшись одеялом с головой. В голове так и крутилась фраза, написанная на бумажке: «Эта свечка валяется у меня с университетских годов. Не знал как от нее избавиться. С днем рождения, Ли Ноу» Засыпал он проклиная весь мир, а особенно Бан Кристофера.

***

— Да так, ничего такого. Просто приезжал наш любимый начальник урод, — Минхо перевернулся на бок, чтобы его было лучше слышно. — Поздравил, если это можно так назвать. — Так, это же хорошо? Не вижу проблемы. Или он что-то сделал? — Да вот я даже и не знаю. Подарил свечку в виде ананаса и записку. — тяжело вздохнув, Ли все-таки поднялся, принимая сидячее положение. — Не говори мне только, что она бежевого цвета? — вот это прикол жизни. Значит, Чанбин тоже о ней знает. Изумительно. — Чего молчишь? — Сам попросил не говорить, а потом задаешь такие тупые вопросы, — хотелось уже закончить этот разговор. Возможно продолжить спать дальше, если Минхо, конечно, уснет. Завтрашний рабочий день никто не отменял. А он слишком убит, чтобы хорошо выглядеть. — Все, давай. Кладу трубку. Со не успел ничего сказать, как Ли уже сбросил. Если мужчина так хочет узнать об этой свече, пусть звонит другому оператору. Зачинщику плохого настроения у Ли Ноу. Этот мужчина последний в списке тех, о ком парень хочет думать. Устало потирая глаза, которые до последнего отказывались открываться и созерцать этот мир, он плюхнулся обратно головой в подушки. Сон начал накрывать его поновой, даваясь забыться. Но в его комнату ворвались, во-первых — без стука. А во-вторых, в момент когда Ли засыпает. Человек, видимо, смерти ищет. Парень ставит все свои зубы на то, кто это мог быть. — Минхо… — но не тут-то было. — Феликс? — какого было его удивление, что в комнате стоял не взъерошенный Хван, а напуганный Ликс. — Что случилось? — Там Хенджину плохо. Я уже не знаю что делать. Минхо выдохнул настолько громко, что Ли младший аж дернулся. Что ж за напасть? Не видать ему свое выспавшееся лицо. Поднявшись с постели и взяв с собой телефон, он жестом указал Феликсу, чтобы тот вел его. До комнаты Хвана оставалось не меньше пяти шагов, но уже на таком расстоянии стоял штырь перегара. Минхо поморщился от этого. Принц много выпил, не удивительно, что стоит такой аромат. Зайдя в комнату, в которой невозможно было дышать, Ли сразу пошел открывать окна настежь. Хван лежал на кровати не шевелясь, но как только услышал шорохи, сразу подал признаки жизни. — Ликсиии, мне нужно… Помоги пожалуйста. — Феликс подошел к Хвану, помог ему подняться. Тот сразу схватился за голову, держа ее. Кружится. — Куда ты хочешь? — Мне в туалет, я сейчас… Феликс держал парня очень крепко. Как какую-то драгоценность. Минхо, поняв, что им нужна помощь, схватил Хвана с другой стороны. Им пришлось действовать быстро, потому что рвотные позывы у парня только усиливались. Они практически бежали в ванную. Зайдя в нее, двое парней буквально кинули Принца к унитазу. Тот в последний момент успевает наклониться вниз. Опустошить желудок ему нужно было. Поэтому Минхо рад, что у него была рвота. Это должно облегчить его состояние. Но позвонить Чанбину стоит. Пусть тот напрягется и привезет какие-то лекарства. Феликс аккуратно держал волосы Хенджина, нежно поглаживая по спине. Ли Ноу что-то подметил в этом жесте, но с мысли его сбил четвертый человек, оказавшийся в комнате. Как они его не заметили? — Ночка, вижу, выдалась интересной. — подавший голос парень, стоя, облокотившись о раковину. На нем не было одежды, кроме полотенца, небрежно повязанного на бедрах. Капли воды стекали с вишневых волос, струились по его подтянутому телу. На ребрах виднелась цветная тату в виде двух вишен, поверх которых красовалась надпись: «Если жизнь кислая, как вишня — вкуси ее со всей силы». Интересная татуировка. — Черри? Прости, мы не знали, что ты здесь. — Феликсу стало неловко от сложившийся ситуации. — Все окей, не парьтесь. Ему, — высокий парень кивает в сторону Принца и капли с его мокрых волос упали на бежевый кафель, — Нужнее, чем мне. Я все равно уже заканчивал. — Красивое тату. — Минхо всегда любил татуировки. Особенно красиво выполненные. Тату Черри была настолько реалистичной, что казалось, будто это настоящие две вишни. — Спасибо. Парень вышел из ванной комнаты. Минхо не знал, что с ним не так. Конечно, он мало что знал о тех, кто жил здесь, кроме этих двоих. Но другие хотя бы шли с ними на контакт, даже если вынужденно. А Черри избегал общения, похоже, со всеми. Их троицу — тем более. Впрочем, Ли не может его судить. Когда-то, он и сам был таким. До того как забрал его Со и пока две надоедливые копны волос не стали его вечными сопровождающими. — Джинни, тебе уже лучше? — Феликс аккуратно поднял голову Хвана, который просто завис над унитазом, проверяя, не потерял ли тот сознание. Увидев в ответ положительный кивок, младший чуть расслабился. — Я позвоню Чанбину, ты сможешь его помыть? — получив в ответ негромкое «ага», Минхо вышел из ванной комнаты, попутно набирая номер менеджера. Получив указания от Ли, мужчина пообещал быть в течении сорока минут. Пока их горе алкоголик принимал водные процедуры, Ли Ноу решил сделать ему супчик от похмелья. Эту стряпню он мог, наверное, готовить с закрытыми глазами. Опыт прошлых отношений давал о себе знать. Как раз, пока он закончит, парни выйдут и Чанбин приедет. Правда, проблема была в том, что половины нужных ингредиентов не было. Хотя это мелочь. Любую на свете вещь можно заменить. Так ведь? Когда двое парней зашли на кухню, их пленил приятный аромат говядины и бульона. Желудки пробудились от запаха, дав о себе знать голодным урчанием. Ли ухмыльнулся, говоря им о том, что осталось подождать несколько минут и можно будет садиться за стол. Лицо Хвана уже было более свежим, но отечность и мешки под глазами все еще выдавали признаки гулящей ночи. Минхо последний раз попробовал суп на вкус, довольно кивнул самому себе и разлил его по тарелкам. В это время в доме стало шумно. — Где они? — Со прошёл мимо кухни, не замечая, что кто-то есть. Но, уловив запах еды, резко остановился и вернулся обратно. Вот вы где! — Никто даже не пошевелился. Уже привыкли к громкому и непоседливому менеджеру. — Что вы тут едите? — Тебе не положено. — специально громко отсербывая с ложки, сказал Минхо. — С чего вдруг? — Мы тут лечим от похмелья, а ты как огурчик. По этому в пролете. Чанбин подошёл ближе к столешнице, за которой сидели парни. Он поставил небольшой пакет на стол. Там, Ли был уверен, помимо таблеток было что-то из фруктов или еды. Со принялся разбирать пакет. Достал таблетки, набор фруктов и бульоны быстрого приготовления. Начал хозяйничать, как у себя дома. Налил в стакан воды, доставая таблетку из пачки, и положил её около Хвана. — Выглядишь паршиво. Будто тебя гуси гоняли всю ночь. — Может, ты хотел сказать, что он сам выглядит как гусь? — Минхо чуть не подавился супом. Конечно, как не подавиться от двух пальцев в рёбра. Поражало больше всего то, что это сделал Феликс. — Ты какого хера? — Хенджину сейчас не до твоих шуток. — в голосе не было злобы, он говорил обычным тоном, просто пытаясь избежать колкостей в сторону и без того уязвимого Хвана. — Спасибо, Ликси. Но не волнуйся, — голос был хриплый и тихий, — Я ему потом припомню. — Будто с бесом разговариваю, ей-богу. — Мы привыкли уже с тобой разговаривать. — насколько бы плохо не было Хвану, кто он такой, чтобы отказывать себе в подколах. На всю кухню раздавался смех менеджера и Феликса. Их всегда забавляло то, что Принц считает Ли Ноу бесом, дьяволом или исчадием ада. Называйте как хотите. Он был любой тварью, хоть как-то связанной с кипящей пучиной. На самом деле, так никто не считал. Ну, почти никто. Признаки черта в Минхо были, и даже в изобилии. «Он, видимо, непосвящённый чёрт», — так говорил всегда Хенджин, объясняя неполную силу и власть демона в парне. Менеджер, не сумев побороть любопытство, заглянул в кастрюлю, откуда шёл приятный запах. Кажется, удача на его стороне — там оставалось буквально на одну порцию. Будто почувствовав чей-то взгляд, мужчина обернулся. На него смотрел Ли Ноу. Увидев, что на него смотрят в ответ, парень кивнул, давая понять, что он может себе налить тоже. Лицо менеджера мгновенно изменилось — зарождающиеся морщинки исчезли с всё ещё молодого лица. Лёгкая улыбка тронула губы Минхо, когда тот смотрел на него. Когда Со подсел к остальным, Минхо заметил кое-что. Они завтракают вместе. Как будто они семья. И всего хватает. Заботящийся, вечно как родитель — Чанбин. Старший и серьёзный из братьев - Минхо. Средний, самый придурковатый - Хенджин. И младший, тихий и спокойный - Феликс. Да нет, бред какой-то. Они и на семью-то не похожи, а уж о какой-то схожести между ними и речи быть не может. Минхо точно не хотел бы таких братьев. Правда ведь? — У меня есть новости. Одна плохая, вторая хорошая, — менеджер окинул всех взглядом. Возможно сейчас не лучший момент, ведь Хван вообще не соображает. Но лучше сразу, чтобы было время обдумать, — Это добровольно-принудительно. Увы, в этот раз я не смогу отказаться. — и смириться с фактом, что выбора не было изначально. — Выкладывай, не томи. — Ли Ноу уже не нравилось то, как звучало начало. — Наш уважаемый Кристофер решил дать вам проекты. Очень крупные. Вы будете работать с лучшими партнерами в порноиндустрии. — Чанбин замолчал, предвкушая реакцию парней, особенно старшего. — Но? — Но он будет участвовать в процессе съемок. У каждого лично. Вас раскидают по парам — это будут парные проекты. Ли Ноу громко бросил ложку в бульон, откидываясь на спинку стула. Он зол. Они только вроде как отвоевали личное пространство в работе, а теперь снова начинается одна и та же пластинка. Заело этого Бана или что? — Минхо, дорогой, я представляю, что каждый из вас сейчас чувствует. Но он наш босс, я не могу сказать ему «нет». — Уебанский он босс, вот кто он. Минхо поднялся из-за стола, подошёл к окну и выискивал глазами хоть что-то. Если бы сейчас сюда зашёл Бан, ей-богу, парень бы налетел на него, и ему было бы всё равно, какие последствия последуют. Он зол. Ему всё равно на зрителей, всё равно, кто будет находиться на площадке. Он порно-звезда, на которую по ночам дрочат миллионы. Если к ним добавится ещё один - Минхо будет плевать. Но его бесит то, что это будет именно Бан Кристофер. Почему? Потому что он смотрит плотоядно, выедая ложечкой каждую выпуклую часть его тела. Ли не любит таких: напыщенных, уверенных в себе обмудков, которые пальцем поманят — и все у их ног. Бан смотрит так не только на него — парней это тоже касается. Никто не сомневается в том, что Хван очень любвеобилен и кокетлив. Это знают все, но мало кто догадывается, что это всего лишь маска. Его хотят заполучить, как элитную проститутку с улицы Красных фонарей. А получают только плевок в ноги и облизанный средний палец. А Феликс? Это всего лишь образ наивного мальчишки, который просится на ручки к папочке. Многие думают, что доминировать над ним будет проще простого. Но маленький имеет зубки и очень острые. Поэтому лишний раз никто не подходит к нему, предлагая взять в рот большую «соску», — боятся, что откусит. . — Мальчики, я правда очень сожалею. Я не могу помочь в этом, извините, — Чанбину действительно было жаль. Он не знал, как выразить это словами. Понимал, что сейчас подставляет их, не выполняя обязанности менеджера. — Я подвёл вас в этот раз. — Что? Чанбин, ты о чём? — Феликс не был согласен с мыслями мужчины. — Мы не виним тебя, правда же? — Да, ты не виноват, что он не понимает по-нормальному. Минхо? — Хван повернулся к нему. Тот всё так же стоял, лицом к окну. Его спина была напряжена — это было видно невооружённым глазом. Парень тяжело вздохнул и опустил голову. — Да, Бинни, они правы, — Ли повернулся к ним, уже не таким злым взглядом. — Ты не можешь отвечать за поступки этого человека. Мы верим, что ты сделал всё возможное, чтобы этого не произошло. Так что не кори себя. Чанбин не знал, как реагировать. Радоваться со слезами на глазах за то, что его не обвинили, или продолжать настаивать, что он плохой менеджер. Ответ был очевиден. Он всегда доверял своим парням, каждому в этом доме. Он сам их выбрал, и не было причин сомневаться в их действиях. Только доверие порождает дальнейшее развитие в любых отношениях. — На такой случай у нас всегда есть пирог в холодильнике, — Феликс поднялся со своего места и направился за десертом. — Ну, кому чаю? Все согласились на десерт. Ничто так не сближает, как беседа, за чашкой чая со сладким.

***

Утро не сулило ничего хорошего. Солнце за окном пыталось обмануть, обещая легкий день, но Ли знал — впереди сплошная головная боль. Сегодня Чанбин должен узнать все тонкости нового проекта, который выдумал Бан. Минхо молился всем богам, в которых даже не верил, чтобы этот человек не выкинул очередную гениальную идею. Конечно, парень справится с чем угодно, но лишний раз пересекаться с высшим начальством в сложных условиях — удовольствия мало. Когда их машина подъехала к офису, Ли увидел знакомую черную Maserati. Она плавно вырулила из-за угла и заняла парковочное место, на которое уже нацелился их водитель. Мужчина выругался себе под нос, резко затормозив — ремень безопасности дернул Ли вперед, но не дал впечататься лицом в панель. — Простите, — буркнул водитель, уступая место черному зверю, который победно катился дальше. Ли только усмехнулся. Ну конечно. С этим человеком придется работать. Сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, парень подумал: "Он ведет себя как ребенок." Ли был уверен, что, если встретит его сейчас у лифта, Бан зайдет первым и оставит остальных ждать. Главное — важной шишке успеть, остальным можно и подождать. Попрощавшись с водителем, Минхо направился в сторону входа. Он даже не взглянул на черную машину — демонстративно. Пусть мистер Бан подавится собственной важностью. Минхо знал, что тот видел его в машине, но не собирался давать повода для очередных игр. "Посмотрит — и пусть. Никогда в жизни не обернется." До кабинета Ли добрался спокойно. Анна, всегда сидящая за стойкой, поприветствовала его с привычным теплом: — Кофе? — Нет, спасибо, — тактично отказался Минхо. Кабинет был пуст. Ли занял место у окна. Если что, можно сразу выйти в него. Мысль была не шуткой. Со скорее поймает его за шкирку, чем даст спрыгнуть, но сидеть спиной к двери, когда войдет Бан, Ли не собирался. Ручка двери опустилась. Минхо вздрогнул, инстинктивно посмотрев на звук. «Бан.» Чанбин бы влетел с порога, а этот — заходит медленно, вальяжной походкой. Красивый, но не в душе. Увидев, что Ли смотрит на него, Бан ухмыльнулся. — Какая честь видеть вас здесь, Ли Ноу, — он захлопнул дверь и уселся напротив. — Очень рад встрече. — В экстазе, — кошачьи глаза смотрели из-под лба. Если бы он был кошкой, когти бы уже были наполовину выпущены. Бан усмехнулся. Они могли бы обмениваться сарказмом до бесконечности — и никто бы не вышел победителем. Было весело наблюдать за тем, как Ли Ноу вспыхивает как спичка при виде него. Эта враждебная аура была кормом. Таким вкусным, что мужчина не мог не позволить себе полакомиться. Игра продолжилась бы, но в кабинет влетел Со. Швырнув стопку бумаг на стол, менеджер был явно не в духе: — Какого лешего Крис? — Что на этот раз? — Бан не отрывал взгляда от Минхо. — Какая яхта? Съемки на ней не будет. Можешь хоть кого притащить туда, но только не Ли Ноу! Минхо напрягся. «Яхта?» Значит, съемки на воде. Открытое море, ни клочка суши вокруг. Сердце застучало в висках. — Почему? — Бан, конечно, заметил реакцию парня. — Потому что он не умеет плавать! — выпалил Со и тут же осекся, понимая, что сболтнул лишнего. Ли сжал кулаки. Со это не простится. — Вот в чем дело, — в голосе Бана скользнул азарт. Там прыгали черти в огне. Был запал. Если бы кто-нибудь принес спички, там бы все сгорело. Но было там еще что-то, — Но Ли Ноу ведь профессиональный актер. — он сделал акцент на последнем слове, выделяя его и показывая этим, что не соглашается со своими словами, — Профессионализм — это преодоление страха. Если работа ему дорога, конечно. — слизь лилась из его уст, не давая возможности выплюнуть ее. Играл на тонких струнах Ли, пытаясь хоть одну, да оборвать.   — Нет, — вмешался Со. — Я запрещаю. Меняешь локацию или съемок не будет. — Чанбин! — Ли прервал его, холодно глядя в глаза менеджера. — Я сам решу. Если мистер Бан так настаивает, кто я такой, чтобы отказать? Ведь Кристофер сомневался в нем и прямо указывал на это. Было видно, что он знал о том, что Ли не умеет плавать. И догадаться, кто мог ему об этом рассказать, не так уж и сложно. Это был не Чанбин, который случайно проговорился. Та самая эмоция, которую парень не разгадал, когда Бан посмотрел на него после того, как Со озвучил его фобию. Это было знание — подтверждение факта, который он знал. Бан ухмыльнулся. Он думал, что ведет игру. Минхо был уверен: он выиграет этот раунд. — Ли Ноу, нет! — Чанбин, я сказал "да". — Вау, какой властный. Ты актив или пассив? — Бан с усмешкой потёр подбородок. — Агрессив. — В смысле? — брови нахмурились, от непонимания. — Пошел ты нахуй. Тишина, остро режущая слух. Бан не менялся в лице, Ли смотрел прямо в глаза, Чанбин замер, растерянно переводя взгляд с одного на другого. Минхо не собирался подстраиваться. Он - или такой, как есть, или никак. Прошло несколько минут. Наконец, Бан встал, поправил пиджак и взглянул на часы. — Отлично. Чанбин, я пришлю расписание. Ах да, еще один твой парень будет участвовать в сьемках. — Кто? — Черри. Смышленый, мне понравился, — бросив взгляд на Ли, Крис отсалютовал и вышел. После ухода Бана никто не решается нарушить тишину. Словно слова - это спусковой крючок, который активирует механизм неизбежных событий. Но молчать больше невозможно. Минхо теперь хотя бы знает, что представляет собой проект их гениального босса. Яхта. То, что он не умеет плавать, — чистая правда. Но как это связано с работой, остается загадкой. Он не боится воды. Часто ездит на море, купается, но никогда не заходит глубже, чем по грудь. Позволяет себе шалость в виде захода по шею. Но это если уж прям сильно хочется. Вода манила, но всегда напоминала о двух вещах: ты либо тонешь, либо держишься на плаву. Минхо относился к первой категории. Когда-то вода его отвергла, не дала шанса остаться на поверхности, и в итоге предложила утонуть. С тех пор он старался держаться подальше от ситуаций, где можно оказаться на дне — в любом смысле. И сейчас есть ощущение, что нырнет он хоть раз, больше вынырнуть не сможет. Это касалось не только воды, но и всего остального. Работа нависала над ним грозовой тучей. Шторм приближался, и он знал, что берегов не останется. — Минхо… — Я в порядке, Чанбин. Не стоит, все нормально. — а сам сидел перебирал пальцами край рукава, не поднимая глаз. Выглядело нервозно. Менеджер вздохнул, не пытаясь спорить. Чанбин знал: в голове Ли слишком много вопросов, на которые он ищет ответы сам. В его сознании темно и пусто. И этот груз Минхо не собирался перекладывать на кого-то еще. Сколько бы Чанбин не разговаривал с ним, пока Ли сам не захочет, парень этого не сделает. Это понимали все и по этому лишний раз не лезли. — Милый, мне нужно уйти. Можешь оставаться здесь сколько захочешь. — Со быстро собрал все нужные документы и сложив их аккуратно в дипломат, двинулся на выход. — Анна будет в офисе до вечера и всегда к твоим услугам. — Да-да, я понял. Спасибо. — Не заставляй нас волноваться, ладно? Ты всегда… — Да, Бинни, я знаю. Еще раз спасибо тебе, но я правда в порядке. Чанбин кивнул, больше для себя, чем для парня, который даже не взглянул на него. «Ты же не в порядке». С этой мыслью Чанбин вышел из кабинета, оставив Ли в одиночестве. Душа болит из-за него, неспокойно. Дурная у него голова, сделает еще небось что. Но надеется на благоразумие, что не станет ничего делать. Все было слишком тихо. Первая мысль, пришедшая в темную голову — открыть окно и выйти. Любимая фраза Минхо гласит: «Первая мысль — лучшая мысль». Что в принципе, он и делает. Открыв окно, парень выглянул наружу. Город шумел: машины сигналили, люди громко разговаривали, кто-то злился, кто-то смеялся. Все спешили, заботясь только о своих делах. Как можно жить, не задумываясь о прошлом и будущем? Ли взялся за раму и ловко залез на подоконник, свесив ноги наружу. Конечно мыслей выпрыгнуть у него не было, с чего бы. Это было его когда-то любимым занятием — выходить таким образом на улицу. Когда-то еще до переезда, в его доме не было балкона. Тогда он тоже сидел на подоконнике, глядя на город и выкуривая сигарету за сигаретой. Парень мог застыть в одном положении на несколько часов. Ему нравились вишневые сигареты — сейчас таких уже не найти. Он мог выкурить три-четыре штуки подряд. Но зависимость так и не появилась. Он курил, чтобы отвлечься от мыслей и почувствовать хоть что-то — пусть даже это был просто вкус дыма. Теперь же любая сигарета оставляла лишь привкус горечи. Иногда тошнота накатывала так сильно, что Минхо выбрасывал пачку со словами: — К черту. Завязываю. Но потом все началось снова. Сила воли? Нет, это точно не про него. Город продолжал жить своей жизнью. Минхо смотрел вниз, раздумывая, как бы все сложилось, выбери он другой путь. Может быть, работал бы в офисе, строил карьеру, жил с женой и ребенком. Но эта картинка была чужой. Такой жизни хотела для него семья, но не он сам. Он плевал на эти мечты. Минхо выбрал свой путь и ни разу об этом не пожалел. Даже если бы пришлось прожить все заново, он выбрал бы ту же дорогу — со всеми падениями и взлетами. Это его работа, его место. Там где он сейчас находится, он куда более счастлив, чем может себе представить. Ведь только благодаря тому, через что прошел, он сейчас является тем, кем его видят. И ему чертовски это нравится и устраивает. Но обманывать он может только себя или таких же дураков как и он сам. Не подстраивайся под судьбу подстраивай судьбу под себя! «Живи с пустым сердцем», - так он всегда говорил. Это значило — без сожалений и без груза на душе. Так легче. — К черту всё. Минхо затянулся в последний раз и выбросил окурок. Он сделает эту работу идеально. И если его босс-кретин решил проверить его на прочность — пусть жалеет.

***

Пожалеет как раз таки походу Минхо. Разных размеров яхты покачивались на воде. На воде. Вот и погибель. Чайки кружили рядом, то и дело прерывая тишину своими криками. Двое парней уже были на месте встречи — немного раньше, чем планировалось. Лучше прибыть заранее и успеть, чем опоздать и облажаться. Минхо молча наблюдал за Черри, который за несколько минут успел познакомиться с рабочей бригадой. Те ждали их уже на месте, когда они прибыли. Такие как Черри нравились людям, это было очевидно. С такими как Ли Ноу работать никто не любил. Ну и катись оно всё в Тартар. Минхо было плевать. Нравиться он должен не им, а зрителям — и с этим проблем не возникало, судя по статистике просмотров и запросов с его именем. Стоя чуть в стороне от остальных и затягиваясь сигаретой, Ли не сразу заметил, как за его спиной возникла фигура мистера Бана. — Мне показалось или котенок собралсч деру дать, м? — голос был приятный, даже слишком. Минхо не понял, что обожгло его сильнее — сам шепот или осознание того, кому он принадлежит. — Когда кажется — креститься надо, — спокойно ответил Ли, скручивая окурок так, чтобы остатки табака высыпались на землю. Он повернулся, встретив взгляд Бана прямо, без единого проблеска страха. Подчинишь? Конечно же, нет. — Укротить, нельзя помиловать, — усмехнулся Бан, разворачиваясь к остальным. — Запятую, думаю, ты сам знаешь, куда ставить. Увидев сегодняшнего главного зрителя, все резко оживились и ринулись в сторону яхты, на которую указал господин Бан. Она была немного больше других, как выяснилось позже, в ней были две каюты, из-за которых она и показалась таковой. Одну выделили для Ли Ноу и Черри, вторую для их партнеров в съемке. Сборы не заняли много времени. Им нанесли легкий макияж, делая акцент на щечки и носы, придавая якобы "загар". Волосы уложили легкими волнами, придавая таким образом миловидный вид. Они правда стали как молодые ю́нги только прибывшие обучаться морскому делу. Но, на деле, как им объяснил режиссер, они будут играть роль избалованных мальчишек, решивших отдохнуть посреди океана. А двое других мужчин, будут их прислугой. Черри и Ли расположили на носу яхты. Минхо лег на полотенце животом вниз. Всем находившимся в близком к нему доступе, был открыт вид на его обтертые маслом, упругие ягодицы в бикини и не менее притягательные бедра. На нем так же был короткий топ в полоску. Парень поднимает икры качая ими, как радостная девчушка. Режиссер показывает палец вверх, переключаясь на Черри. Парень тоже ложится на полотенце, расположенное рядом с Ли, только уже на спину. Он без майки, с открытой подтянутой грудью и красиво выведенной тату, что тоже не может не радовать глаз. Вишневые волосы отдавали розовинкой на солнце. Парень был в шортах, хоть и довольно коротких. Режиссер хлопает в ладоши, что означает чтобы все заняли свои места и приготовились. — Итак, девочки, — произнеслось в громкоговорителе, — Вы устали от солнца, и Черри, в поисках развлечения, замечает самую обычную, но в данный момент привлекательную, позу Ли Ноу. Камера. Мотор. Минхо оставался в своей позе, медленно покачивая ногами, но ощущал чужой взгляд на себе. — Ты всегда был таким притягательным? — слышится сбоку, и холодная ладонь опускается на его бедро. Холод резко контрастировал с горячей кожей, но Ли даже не дернулся. Он медленно поворачивает голову к Черри, ловя его взгляд, и с легкой насмешкой отвечает: — Может, ты просто раньше был слеп? Черри ухмыляется, а его рука с бедра смещается чуть выше, сжимая ягодицу. Минхо делает вид, что не замечает, не показывает, что холодная рука доставляет дискомфорт. Хотя внутри все сжимается от легкого раздражения. Он знает, что на камеру это выглядит эффектно, и играет до конца. Закусывает губу, стреляя взглядом из-под ресниц. Черри наклоняется ближе, приподнимая пальцем подбородок Минхо. — Слишком красиво, чтобы игнорировать. Смотрит ненасытно на губы, проводя большим пальцем по ним. Минхо сам сокращает между ними расстояние и целует. Они целуются нежно, причмокивая губами. Языки сплетаются в непонятных узорах. Черри начинает постанывать, сжимая крепче руку на ягодице Ли. Последний издает стон, будто ему приятно. В этот момент поцелуй перерастает в хаотичное действие. Они не то целуют, не то кусают. Черри наваливается сверху, переходя поцелуями к шее. Руки уже блуждают по всему телу, поглаживая, а в некоторых местах легонько щипая. Красноволосый задирает топ Ли к верху, открывая вид на красивую грудь и на затвердевшие розоватые ореолы сосков. Он кусает один из, а второй оттягивает пальцами. Ли дает ответную реакцию, немного приподнимая грудь, постанывая и закусывая губу в который раз. В воздухе повисает напряжение, которое чувствуют все, даже те, кто стоит за кадром. Но режиссер не останавливает. Это именно то, чего он добивался. Минхо позволяет разыграть сцену до конца, сохраняя в голове мысль: "Главное — держаться на плаву". Два мужчины появляются в кадре неожиданно, словно материализовавшись из тени. Они одеты в идеально выглаженные костюмы официантов, в руках — серебристые подносы с аккуратно разложенными фруктами и холодными напитками. Их появление нарушает интимный момент на носу яхты. Черри и Ли медленно отстраняются друг от друга, словно нехотя, но не подают виду, будто что-то необычное только что произошло. Мужчины ни слова не говорят, их лица остаются бесстрастными, как и положено слугам. Они молча ставят подносы на небольшой столик рядом с полотенцами, слегка кланяясь в знак уважения, и уже собираются удалиться. Все идет по банальному сценарию. — Останьтесь, — неожиданно раздается голос Ли Ноу. Он лениво поднимает голову, чуть прищурившимь от солнца. Рука Черри все еще лежит у него на бедре, и он делает вид, что этого не замечает. — Вы ведь здесь, чтобы обслуживать нас, не так ли? — Ли смотрит глазками бусинками. Ну сокровище. Многие в этот момент задаются вопросом: «Почему он не может быть таким в обычное время?». Мужчины переглядываются, но быстро возвращают взгляды в пол. Один из них отвечает ровным голосом: — Конечно, господин. Мы к вашим услугам. — Отлично, — Ли приподнимается на локте, не поправляя топ, который слегка задрался. — Тогда налейте нам что-нибудь прохладное. Черри усмехается, проводя пальцами по спине Минхо, и добавляет, лениво растягивая слова: — И, может быть, составите нам компанию? Режиссер, наблюдая за происходящим через объектив, довольно улыбается. Камера продолжает фиксировать каждый жест, каждую мимолетную эмоцию. Напряжение нарастает, превращаясь в едва уловимый электрический заряд, пропитывающий сцену. Мужчины ставят перед ними бокалы с ледяными напитками, и один из них, медленно подняв глаза, ловит взгляд Ли Ноу. Минхо смотрит прямо, с вызывающей ноткой, словно проверяя его реакцию. — Что ж, — Ли берет бокал, приподнимает его, словно тост за происходящее, и с легкой ухмылкой добавляет: — Устроим этот отдых незабываемым. Прислуге ничего не остается как остаться на месте. Два хитрых взгляда переглянулись между собой, посылая друг другу ухмылки. Черри опустился поцелуями по подтянутому животу Ли к паху. Ноги сошлись сами по себе. — Ну-ну детка, разведи для меня свои красивые ножки. Минхо молча выполняет просьбу, медленно разводя ноги, не отрываясь от бокала с напитком. Солнце приятно греет кожу, но гораздо горячее ощущается взгляд Черри, скользящий по телу. Съемка идет гладко, без лишней суеты. Черри действует уверенно, но осторожно, и Минхо это замечает — словно напарник прислушивается к малейшим сигналам, избегая границ, которые не стоит пересекать. Ли это даже нравится. Они впервые работают вместе, и все, что было до этого — ожидание и легкое напряжение — теперь растворяется в ритме съемочного процесса. В кадре их задача проста — соблазнить и возбудить двух мужчин, исполняющих роль прислуги. И с этим они справляются. Красноволосый медленно склоняется над Минхо, его пальцы неспешно играют с завяз-ками бикини. Легкое движение - и шнурки расползаются в стороны. Черри, не торопясь, стягивает ткань, оставляя Ли обнаженным. Парень видит перед собой среднего размера вставший член. Головка уже сочилась предэякулятом, прося прикоснуться. Черри целует головку члена, вызывая громкий стон у Ли. За тем он берет ее в рот, обводя языком. А потом погружает, насколько может, член в рот. Слюна сразу же стекает по стволу, позволяя лучше скользить. Теперь он начинает сосать. Здесь можно обойтись обычным движением «вверх-вниз». Одной рукой парень помогает ухватить то, что не может ухватить ртом, надрачивая у основания. Второй рукой он проводит по сфинктеру, на который успело немного стечь его слюны. Ли продолжает стонать, поглядывая на мужчин. Буквально через пару мгновений нужно уже будет задействовать и их. Он надеется, что Черри это понимает. — Стоп! — режиссер останавливает процесс съемки. — Мальчики, просто великолепно, оставайтесь на месте, позу не менять. Вы, — мужчина указывает на двух других, — Вам нужно быть в состоянии эрекции, поживее. Двое мужчин скрываются с места съемки и возвращаются через пару минут. За это время двум парням, не смотря на их неудобное положение, быстро поправляют волосы и макияж. Когда все готовы, снова раздается команда «Камера. Мотор». Черри как ни в чем не бывало продолжает сосать и щекотать проход Ли. Тем временем двое мужчин приближаются, ставя подносы неподалеку. Один из них опускается на колено рядом с Черри, второй присаживается чуть ближе к Ли. Их взгляды уже не скрывают желания, и натянутая ткань штанов это показывает. Все это добавляет сцене необходимой напряженности. — Вам не кажется, что нашим господам нужна помощь? — с легкой иронией спрашивает один из них, слегка касаясь плеча Черри. — Возможно, — лениво протягивает Минхо, приподнимаясь на локте и проводя пальцем по выпирающему бугорку. — Если вы достаточно смелы для этого. — О, мы достаточно смелы, — улыбается второй мужчина и медленно наклоняется ближе. В воздухе повисает напряжение, и режиссер позволяет сцене развиваться естественно, давая актерам полную свободу действий. На них смотрят, на него смотрят. В этот момент Ли оглядывается на двух мужчин что стоят неподалеку, но не обращает внимание, взгляд цепляется за того, кто стоит позади. На них не смотрят, на него не смотрят. Это почему-то вызывает агрессию. Чтобы не выйти на эмоции, приходится засмеяться, но так, чтобы это казалось к месту. Почему-то дальнейшие действия происходят как в тумане. Парни раздели мужчин, они оба накачанные, большой член стоит колом. Ли и Черри начинают слегка надрачивать, параллельно берут в рот, чтобы смочить слюной для скольжения. Мужчины придерживают их за волосы, помогая брать чуть глубже. Парни посасывают и отстраняясь смотрят друг на друга, посмеиваются и в моменте берут и меняются местами. Переместившись, Ли помогает Черри снять шорты, спускаясь поцелуями до живота. Двое мужчин наблюдают, поглаживая парней по пояснице, ягодицам и бедрам, надрачивая себе. Когда Ли помог красноволосому стать полностью обнаженным, он опускается, выпячивая задницу к верху, вертя ею, глядя из-за плеча на мужчину. Тот сразу же приподнимается и начинает целовать выставленное перед ним колечко мышц. Ли берет член в рот. Ему даже кажется, что у него вкус вишни. Но интересоваться этим он не будет. Мужчина со стороны Черри тоже присоединяется к ним, он целует парня в плечо. Одной рукой сминая грудь, а пальцы второй засовывая парню в рот. Черри крутит языком вокруг пальцев, проводя между ними, просто посасывает. Мужчина вынимает пальцы и просовывает их между ягодиц, прикасаясь к сфинктеру. Для видео он должен растянуть проход, хотя на самом деле все уже было подготовленно. Два пальца входят свободно. Ли стонет с членом во рту, вызывая вибрацию которая приятно отдает по всей длине. Мужчина с наслаждением вылизывает колечко мышц, что показывают в крупном плане, после чего отодвигается и подставляет член к входу. Минхо сам опускается на член, не чувствуя дискомфорта, потому что тоже был растянут заранее. Мужчина начинает двигаться, крепко держась за Ли. Парень начинает стонать уже на постоянной основе. Второй мужчина тоже вставляет свой член, вызывая стон у Черри. Из-за этого, парень хватает Ли за волосы, делая вид что надавливает на его голову, чтобы взять больше в рот. Минхо подыгрывает и ускоряется. Стоны начинают заполнять уши каждого на яхте. Камера улавливает каждый толчок, каждую слюну стекающую по губам, каждый стон. Смена позы, Ли садится сверху, лицом на всех присутствующих. Черри ложится грудью на полотенце, задница приподнята и левая нога согнута в колене. Одна из приятных поз, но не когда ты лежишь на тонком полотенце, под которым раскаленный и твердый металл. Их начинают трахать в быстром темпе. Черри подмахивает задницей в такт толчкам, прося больше. Минхо думает о том, что если ему больно в колени, то красноволосому приходится вообще не сладко. С этим разберется он потом, а сейчас Ли открывает глаза и сразу же натыкается на взгляд напротив. На него смотрят с каким-то не то презрением, не то агрессией. Но ясно одно, Кристофер Бан чем-то недоволен. Ли Ноу не понимает чем, он ускоряется и насаживается на член еще больше. Его стоны становятся громче. Он трахает мужчину под собой, смотря в глаза своему директору. И ухмыляется. Становится так приятно от выражения лица, смотрящего на него. Что парень не замечает, как кончает. — Остановить съемку. — все повернулись на голос. Кристофер потребовал остановить съемку, что произошло не так? — Господин, но все идет... — Я сказал остановить. На этом съемка прекратилась. Никто не понял, что произошло и по какой причине, никто не знал кого винить. Ли Ноу и Черри пошли в каюту, они не говорили и им это не требовалось. Ли пошел первый в душ, то, что он кончил от того что Бан смотрел на него, это очень странно. Парень никогда не испытывал возбуждения от того, что на него смотрят или он смотрит на себя. Это что-то новенькое. Такое не должно больше повториться, только не с этим типом. Приведя себя в порядок, он решает выйти на палубу. Хотя это не лучшее решение, но в каюте будто мало воздуха, а сверху можно хотя бы не задохнуться. Вернувшись на то место, где они снимались только что, там не оказалось ничего из того, что оставалось после их ухода вниз. Минхо решает посидеть на носу яхты, посмотреть на воду которая ведет себя немного хаотично, ударяясь небольшими волнами о яхту. Свесив ноги за борт, он втягивает воздух полной грудью. Он боится плавать, но причина проста, он просто не умеет. Тонуть умеет лучше других, по этой причине, он все не может выплыть на поверхность. — Наслаждаешься видом? Вот на нем что, медом намазано или что? — Почему съемка была остановлена? — вопросом на вопрос. Почему нет? — А что, боишься что виновником окажешься ты? — Бан присаживается на корточки рядом с Ли. Язва бессердечная. — Будь причиной я или кто-то другой, мне плевать почему вы остановили съемку. Бан ухмыляется сам себе, конечно ему плевать, а как иначе. — Ты должен понимать, что остановка съемки, стоит кучу бабла. Не только моего, но и всех работников на этой яхте, — мужчина выпрямляется, неспеша двигаясь прочь. — Так что, если съемка прекращена по твоей вине, то и по твоей вине они не получат свои деньги. Но, думаю ты и так это знал. Ли не знал об этом. Он думал съемочная группа получает деньги как и он, не зависимо от того как завершится проект. Это заставляет задуматься почему практически все отказываются работать с ним. — С тобой отказываются работать не только из-за твоего скверного характера. После этих слов, Бан спрыгнул с носа яхты. В этот момент она качнулась, слишком сильно для маленьких волн за бортом и небольшого прыжка мужчины. За то, этого было достаточно для того, чтобы за бортом оказался единственный человек из всех людей на яхте, который не умеет плавать. — П-помогите! — Ли захлебывался водой. — Человек за бортом! Это актер Ли Ноу! — Помогите ему, я слышал он не умеет плавать! — Господи, где спасательный круг? — П-пожалуй... — Быстрее! Он уходит под воду! Звука прыгнувшего в воду было достаточно, чтобы все замолчали. Кто прыгнул не было видно, ровным счетом как и не было видно тонувшего Ли Ноу. Но вот уже через пару мгновений, пузыри в воде начали исчезать, делая воду снова прозрачной. Как вдруг резко вынырнул Бан Кристофер вместе с Ли Ноу. К этому моменту, к ним уже подбежал капитан яхты и протянул руки, что подхватить Ли, а потом и следом Бана. Минхо был без сознания, капитан встал на одно колено, положил парня спиной на свое бедро, надавливая на спину. Сделал он это для того, чтобы избыточная жидкость вытекла наружу. Ли закашлял, что было хорошим знаком. Капитан вернул его в вертикальное положение и аккуратно посадил, поддерживая за спину. Минхо открыл глаза, перед ним все плыло, нос и горло жгло. — Ты меня слышишь? Все хорошо, жить будешь? — капитан не нуждается в людях, кто пошел ко дну. — Все х-хорошо. Губы посинели, зубы стучали друг о друга. Трясло больше от страха, чем от холода. Ему принесли сухое полотенце, ведь сменной одежды не было. Минхо сразу подумал о том, что сделает Чанбин узнав об этом. А про что конкретно? Про то, что он свалился за борт или за то, что нет сменной одежды? Та за все это. И за остановку съемки тоже. Ведь Бан, кстати. — Кто меня спас? — Господи Бан. Значит его нахмуренные брови, перед тем как он потерял сознание, это было не помутнение. Бан Кристофер спас его? А может это он его скинул? — Как ты упал за борт? Зачем ты вообще находишься так близко к краю, если знаешь что не умеешь плавать? — капитан был зол, это понятно. Но не жертва ли тут Минхо, почему на него накинулись. — Я просто сидел, мне господин Бан сказал пару слов и когда он начал уходить, яхта резко качнулась и я оказался в воде. — Она не могла сдвинуться, меня не было у штурвала. В этот момент раздался громкий смех, больше похож на истеричный. Все обернулись, это смеялся Кристофер. — Яхта загадочным образом решила утопить утопленника. Расскажи кому, не поверят, - мужчина зачёсывает волосы назад, смотря на всех. — Ты – если не можешь уследить за своей махиной, то как ты можешь называться капитаном. Тебе нужно всегда быть около руля и не отходить от него, а если и отходишь, то разве у тебя не должно быть помощника? — все внимательно слушали что говорит директор. Ведь была в этом правда. — А ты, — Минхо знал что это ему. — Какого ты сидишь развалившись там, где тебе не место? Если ты хочешь сдохнуть, то делай это в другом месте и когда меня не будет рядом. Я не собираюсь брать ответственность за твой труп. Все были в шоке от услышанного. Никто и слова не вымолвил в ответ. Капитан вернулся на свое место, а Ли как сидел, так и остался до момента, пока они не приплыли к берегу. Только тогда он сдвинулся с места. Он ушел даже не забрав вещи. Машина уже ждала на парковке. Сев в нее, он попросил водителя ехать не дожидаясь Черри. Пошли все к черту. Что о себе возомнил этот урод Бан Кристофер? Какое он имеет право винить его там, где он был не виноват? Особенно учитывая то, что гребанная огромная лодка двинулась ни с того, ни с сего. Ну правда же, нужно ж на кого-то все свалить, так почему не сделать это на человека, на ком и так свет клином не сошелся. Правильно, пусть так. Почему эта несправедливость так сильно задела что-то внутри, из-за чего слезы обжигают кожу и разрывает изнутри. Нужно попросить Чанбина не разбираться в этом и не заострять на этом внимание. Возможно, стоит вообще прекратить все это. Очень крупная рыба стала у него на пути. На которую сил не хватит.