Инъекция

      - Н-не надо… Пожалуйста, – голос Изуку дрогнул, а на его глазах выступили слезы, когда он почувствовал, что рука предшественника легла на его член, чуть сжимая у основания.       Он почти не мог двигаться, стоя на коленях на небольшом возвышении в Пустоте. Его руки и ноги были прикованы, не давая возможности оказать сопротивление. Его грудь была обнажена, так же, как и остальной корпус, а минуту назад его трусы также соскользнули со своего места.       Изуку знал, что это может случиться, но до последнего надеялся, что до этого не дойдет. Его тело и «Один за всех» перестали гармонировать друг с другом, после того, как Шигараки, одержимый Все за Одного, попытался вырвать причуду из него.       Из-за того, что у него не было собственного фактора причуды, силе было не за что зацепиться, чтобы вернуть прежнюю синхронизацию. И поэтому необходимо было принудительно восстановить связь, взяв за основу что-то другое. Иначе последствия могли быть какими угодно и переломы вероятнее всего оказались бы наименьшей из его проблем. Изначально его просто сковали ментальными цепями в надежде, что связь со временем восстановится сама, но этого не произошло.       - Прости, Девятый, так надо, – прошептал Первый в его волосы, в то время как Третий готовил инъекцию.       Изуку не знал точно, что это за вещество, но уже точно знал, что оно с ним сделает. Им нужно было, чтобы он тоже достиг пиковой стадии и излился в Пустоту. Но поскольку его разум сопротивлялся происходящему и не желал этого, то вся операция была под угрозой. Это должно было заставить его кончить в независимости от его воли.       Изуку дернулся в сдерживающих его оковах, когда почувствовал, что предшественник поднес небольшой шприц к основанию его члена и начал медленно вводить в его тело вещество. Закончив, Третий осторожно растер его член, чтобы быстрее распространить средство по каждой его клетке, прежде чем отступить в Пустоту.       Изуку заскулил, ощущая жжение, по его щекам заструились слезы. Все внутри него противилось тому, что, как он знал, было не предотвратимо для него. Он боялся, что ему причинят боль, и пытался всеми силами не допустить этого, однако понимал, что абсолютно беспомощен.       Мягкие руки коснулись его лица, чуть стирая мокрые дорожки. Моргнув, он увидел перед собой Седьмую.       - Все будет хорошо, малыш. Попробуй хоть чуть-чуть расслабить тело. Мы не хотим, чтобы тебе было больно, – негромко заговорила женщина.       - Я… Я не могу… Я… Мне страшно, – срывающимся голосом пробормотал мальчик, дрожа.       Он испуганно дернулся, когда Первый опустил руку ему на копчик. В глазах Седьмой была теплая грусть, когда она подсела чуть ближе и заглянула в глаза мальчика.       - Я не причиню тебе боли и даже не прикоснусь к тебе там, – тихо сказала она. – Ты веришь мне?       Изуку, всхлипнув, кивнул, не в силах отвести взгляд. Женщина наклонилась чуть ниже.       - Тогда не сопротивляйся. Позволь мне действовать самой.       Седьмая осторожно вплела пальцы в волосы мальчика и, чуть притянув его к себе, коснулась губами его губ. Изуку слабо пискнул, и она послала ему телепатическое сообщение: «Не сопротивляйся, малыш. Просто расслабься и дыши через нос. Это не больно.»       Она долго и вдумчиво скользила языком по его губам, стараясь не действовать резко и грубо, чтобы не оттолкнуть мальчика. Только почти минуту спустя она позволила себе зайти дальше и протолкнула кончик языка в его рот, делая поцелуй более чувственным и глубоким. Одновременно она опустила другую руку чуть ниже и легким невесомыми движениями начала оглаживать один из сосков мальчика.       Сердце Изуку замирало от действий женщины. Они не были навязчивыми и постепенно подводили к мысли о том, что он действительно может ей доверять, что она не причинит ему боли. Его мышцы немного расслабились, и он почувствовал, что жжение препарата тоже начало угасать, сменяясь не слишком навязчивым теплом.       Первый почувствовал, как напряжение в теле мальчика немного ослабло и удовлетворенно кивнул. Теперь у него была некоторая надежда на то, что происходящее все же не превратится в откровенное насилие. Потому что последнее, чего он хотел добиться, это спасения тела преемника ценой его сломленной воли.       Сейчас же он позволил себе поверить в то, что этот процесс будет восприниматься мальчиком хотя бы с принятием и смирением. На то, что он сможет стать желанным, он даже не пытался надеяться, потому что знал, что этот выбор отнюдь не был добровольным со стороны Девятого, его ему навязали обстоятельства. И все же он не торопился, позволяя Седьмой психологически подготовить мальчика, действуя на свое усмотрение.       Изуку немного потерянно вздохнул, когда почувствовал, что женщина чуть отстранилась, разрывая поцелуй, но все еще касаясь пальцами его груди, успокаивающе поглаживая.       - Все еще боишься? – мягко спросила она, глядя в глаза преемника, тот кивнул, и она чуть наклонила голову на бок – Ты можешь понять, чего именно ты боишься?       Первый почувствовал, как мышцы мальчика снова напряглись. Изуку чуть закусил губу, снова ощутив жжение, и рефлекторно дернулся, пытаясь что-то сделать с этим. Рука Седьмой легла на его щеку, возвращая к себе внимание.       - Не надо. Не фокусируйся на этом чувстве, и тогда оно не будет жечь, – негромко сказала она, поглаживая его скулу. – Лучше подумай над моим вопросом и попытайся сформулировать свои опасения словами. Может быть мы сможем снять хотя бы их часть.       Изуку обмяк, пытаясь последовать совету женщины и подумать. По крайнем мере, жжение действительно чуть отступило, хоть и не исчезло полностью.       - Я… - наконец заговорил он – Я не знаю, что будет. Я боюсь, что будет больно.       Взгляд Седьмой смягчился, она легла рядом и погладила рукой грудь мальчика.       - Только совсем чуть-чуть, в самом начале. Пока не получится добраться до нужной точки. Но Первый будет действовать очень осторожно, и если у тебя получится расслабить мышцы, то боль будет не сильнее легкого дискомфорта. Потом боли не будет, останется только тепло и, возможно, даже удовольствие.       Она помолчала несколько мгновений, давая возможность мальчику обработать информацию, затем заговорила снова.       - Возможно, мы могли бы полностью обезболить процесс, введя тебе анестетик, но мы не хотим этого делать, потому что не хотим, чтобы ты потерял возможность чувствовать и хорошее. И кроме того, твои ощущения могли бы служить Первому ориентиром, чтобы он случайно не навредил тебе, все же сильная боль – это признак опасности, а действовать ему придется наощупь. Также мы не уверены в том будет ли тебе психологически комфортно, не имея возможности ощущать то, что происходит с твоим телом. Однако, если ты думаешь иначе, то мы можем сделать это.       Изуку неуверенно повел плечами, его взгляд упал на оковы на его руках.       - Можно их снять? – тихо попросил он, на его глазах снова выступили слезы – Я понимаю, что должен пройти через это. Но я не хочу быть настолько очевидно пойманным в ловушку. Пожалуйста…       Седьмая мягко улыбнулась и, сев, убрала держатели с его запястий, сейчас они действительно были уже не нужны. Изуку никак не мог избежать дальнейшего. Это было известно всем, включая его самого. Мальчик, всхлипнув, прижался лицом к ее груди, вцепляясь пальцами в плащ. Она мягко огладила его волосы и спину.       - Расслабься, малыш. И тебе не будет больно. Если тебе что-то нужно от меня, чтобы сделать это, просто скажи.       - М-можете перебирать мои волосы? – сдавленно попросил Изуку, его тело начало дрожать.       Седьмая осторожно провела рукой по его лопаткам и мягко запустила пальцы в его кудри, перебирая их. На несколько минут в комнате установилась тишина. Первый не двигался, терпеливо выжидая, пока Девятый хоть чуть-чуть успокоится и ослабит напряжение.       Наконец он почувствовал, как мышцы мальчика стали дрожать чуть меньше, его дыхание также пришло в относительную норму. Дав ему еще пару минут, он очень медленно и осторожно позволил своей руке начать движение и, соскользнув между ягодиц мальчика, вновь замереть на месте, касаясь его прохода.       Изуку вновь задрожал, его тело обрело максимальную чувствительность. Он отчаянно попытался найти способ переключить внимание на что-то еще, вцепляясь крепче в плащ Седьмой. Неожиданно он почувствовал, как пальцы ее второй руки вновь коснулись его груди, поглаживая соски.       - Все в порядке, – прошептала женщина. – Если будет больно, просто скажи. Тогда Первый даст тебе небольшую передышку, чтобы твое тело смогло адаптироваться и болеть перестало. Хорошо?       - Д-да, – сдавленно прошептал Изуку, сжимая свою хватку.       Он ощущал, как предшественник поглаживает его анус, покрывая его какой-то смазкой, которая чуть холодила кожу и заставляла ее покрыться мурашками.       - Я начинаю, – тихо предупредил мужчина, и Изуку почувствовал, как усиливается давление на его колечко мышц, пока они не поддались, пропуская что-то внутрь его тела.       Тело мальчика выгнулось с болезненным стоном, когда Первый протолкнул в него первую фалангу. Чтобы расслабить его, он провел пальцем другой руки вдоль его позвоночника. В это же время Седьмая мягко приподняла голову мальчика и снова вовлекла его в осторожный поцелуй, преследуя ту же цель.       Наконец судорожно сжавшиеся мышцы ослабили напряжение, и Первый протолкнул палец глубже. Мальчик заерзал, пытаясь отстраниться, но оковы, которые все еще оставались на его ногах, не дали ему этого сделать.       - Еще один шаг, – пообещал мужчина. – И тогда боль уже не будет терзать тебя.       Изуку захныкал в губы Седьмой, но все же постарался расслабить мышцы и позволить Первому войти еще чуть глубже. Толчок во что-то заставил его испуганно вскрикнуть, но уже секунду спустя страх и тревогу смыла мощная волна тепла. Его тело обмякло безо всяких команд.       - Вот так… Хороший мальчик, – прошептал Первый, почувствовав, что преемник полностью расслабился. – Теперь будет полегче.       Мужчина продолжал осторожно двигать пальцем в теле подростка, пока не торопясь добавлять следующий. Он хотел, чтобы мальчик привык к этим ощущениям и снова восстановил свою веру в то, что ему не причинят боли.       Изуку отстраненно чувствовал, как его тело чуть содрогается, когда предшественник проталкивал что-то внутри него чуть глубже, утыкаясь в преграду. При этом каждый такой толчок прогонял по всем его мышцам волну тепла, которая удерживала их в расслабленном состоянии. Но вместе с тем больше всего он хотел, чтобы это все наконец осталось для него в прошлом… Сдавленные слезы заставили его чуть всхлипнуть.       - Пожалуйста… - прошептал он – Я хочу, чтобы это все закончилось. Так быстро, как это возможно. Прошу…       Первый вздохнул и, протянув руку, чуть погладил волосы мальчика.       - Хорошо. Я тебя услышал, малыш. Я постараюсь не затягивать, но из-за спешки может снова стать немного больно. Тебя это устраивает?       - Да, – хрипло выдохнул Изуку, закусывая губу в попытке сохранить хотя бы остатки контроля над своим телом.       Первый кивнул и вновь предварительно зацепил чувствительную зону мальчика, чтобы заставить его мышцы расслабиться, прежде чем осторожно начать проталкивать внутрь второй палец, расширяя проход.       Изуку слабо заскулил от несильной боли, которая пришла в ответ на действия предшественника, глубже зарываясь в объятья Седьмой в поисках поддержки. Женщина перестала гладить его соски и теперь чертила какие-то узоры пальцем на его обнаженной спине.       - Все хорошо, малыш. Просто постарайся поддерживать мышцы в расслабленном состоянии, – негромко прошептала Седьмая в волосы мальчика.       Хриплый полувздох полустон вырвался из груди Изуку, когда пару минут спустя вторжение в его тело еще усилилось. Его мышцы бесконтрольно дрожали, а в нижней части живота начал потихоньку собираться жар. Как будто Первый протолкнул внутрь него тлеющий уголек.       Мужчина почувствовал, что мальчик чуть заерзал на месте, что-то явно беспокоило его.       - Что-то случилось, малыш? – негромко спросил он, продолжая несильно проталкивать три пальца внутрь тела преемника. – Что не так? Больно?       - Г-горячо… - прохрипел Изуку.       Мгновение спустя его тело конвульсивно выгнулось, вырывая стон из груди, когда Первый на мгновение усилил давление на что-то внутри него. Жар в животе вспыхнул сильнее, словно еще один уголек добавился к тому, что уже тлел там.       Мужчина улыбнулся и осторожно огладил ладонью спину и ягодицы преемника, успокаивая. После этого он аккуратно провел кончиком пальца по члену мальчика, тот мгновенно отреагировал на контакт, заставив подростка захрипеть сквозь стиснутые зубы.       - Это нормально, малыш. Это значит, что мы движемся в верном направлении, – прошептал он. – Скоро все закончится.       Судя по тому, как мальчик расслабился после этих слов, это было именно то, что он хотел услышать. Первый позволил себе еще немного накрутить жар в теле преемника, прежде чем негромко обратиться к нему.       - Малыш, вот что сейчас произойдет. Я ненадолго выйду из тебя и затем войду снова. Как и в самом начале, это может оказаться немного больно для тебя. Я буду действовать медленно и осторожно, и я хочу, чтобы ты давал мне знать, когда будешь чувствовать в себе достаточно сил, чтобы расслабить мышцы и пустить меня глубже. На этот раз я не буду искусственно ускорять процесс, потому что спешка может причинить тебе вред. Это будет последним таким этапом для тебя. После этого я только поведу тебя к финишу и все это закончится. Хорошо?       Изуку только кивнул, чувствуя, как то, что давило на него изнутри, медленно вышло наружу, оставляя после себя немного непривычную и прохладную пустоту. Седьмая погладила его по волосам и отстранилась, растворяясь в тенях.       Вскоре после этого он почувствовал, как рука Первого поднырнула ему под грудь, приподнимая так, что он оказался почти прижат спиной к груди мужчины. Одновременно с этим он ощутил легкое давление на чуть напряженное колечко мышц, притаившееся между его ягодиц.       - Осталось немного, – негромко произнес предшественник, обнимая его. – Сейчас мне нужно, чтобы ты расслабился и помог мне. Помни, я действую вслепую, и я не знаю, что именно ты чувствуешь, поэтому мне понадобится твоя помощь, чтобы достичь результата, причинив тебе как можно меньший дискомфорт и боль. Просто говори, если тебе понадобится время, чтобы немного привыкнуть, и я сразу же остановлю движение вперед и дам тебе его. Договорились?       - Да, – тихо выдохнул Изуку и почувствовал несильный толчок, заставивший его анус открыться для повторного вторжения.       Боль обожгла его мышцы, вынуждая их сжаться, хрип все же прорвался сквозь его стиснутые зубы. Он почувствовал, как мужчина остановил движение и начал мягко поглаживать его грудь и волосы успокаивающим жестом.       На этот раз в него пыталось протолкнуться что-то значительно большее по размеру, чем раньше. С сильным запозданием пришло осознание того, что это было. Жар смущения опалил его щеки от того, что до этого подобная деталь упорно ускользала из его понимания, а дыхание резко участилось, предвещая панику.       - Ш-ш-ш, пожалуйста, успокойся, малыш, – мягкий шепот предшественника наполнил его уши. – Все будет хорошо. Постарайся расслабиться.       Первый осторожно переместил одну руку пониже и погладил собственный член мальчика. Он надеялся, что тот препарат, который они ввели ему чуть ранее, поможет его телу переключить внимание и сместить угол зрения, с которого Девятый воспринимал происходящее. Это сработало, постепенно его дыхание стало чуть менее паническим, а мышцы чуть расслабились.       - Я могу продолжить движение? – негромко спросил Первый и, получив сдавленный кивок, совершил еще один осторожный толчок, входя глубже.       Изуку чуть заскулил сквозь стиснутые зубы, раздираемый противоречиями.       С одной стороны, он начал бояться того, что подобный совместный опыт навсегда изменит отношение Первого к нему, а он вовсе этого не хотел.       С другой, вторжение в глубины его тела вызывало дискомфорт, и какая-то часть его хотела отодвинуться подальше и избежать дальнейшего углубления.       С третьей, он действительно хотел, чтобы это все наконец закончилось, чтобы он смог попытаться забыть этот опыт последнего часа, хотя и не был уверен в том, что у него это получится.       С четвертой, Изуку чувствовал, что именно сейчас начинает проявлять свое действие вещество, введенное ему Третьим, разжигая пламя в нижней части его живота и рождая отчаянное желание его потушить. Но пока он ничего не мог сделать, чтобы достичь этой цели.       Первый заметил, что мальчик начал дрожать и на его глазах выступили слезы. Мужчина осторожно прижал его к себе покрепче, стирая пальцами капли.       - Осталось совсем немного, малыш, – мягко пошептал он. – Скоро все закончится и, если ты хочешь, мы сможем сделать вид, что этого никогда не было. Я не хочу, чтобы ты сейчас волновался о последствиях. Просто продолжай движение к финишу. Возможно, после этого тебе уже не нужно будет беспокоиться о чем-либо, все сложится само.       - Хорошо, – слабо выдохнул Изуку, несмотря ни на что он все еще безгранично доверял предшественнику. – Можете продолжать… Я… Я выдержу.       Первый тепло улыбнулся и аккуратно поцеловал мальчика в висок, постаравшись вложить в этот простой жест максимальное количество любви и заботы. И видимо тот почувствовал это, его мышцы вновь смогли расслабиться. Поймав момент, мужчина протолкнул свой член внутрь преемника почти наполовину, а затем снова остановился, чтобы дать ему привыкнуть.       - Скоро будет видна финишная прямая, – пообещал он мальчику, который сдавленно заскулил от новой вспышки боли.       - М-мы можем выйти на нее за один шаг? – дрожа, спросил Изуку, с трудом переводя дыхание.       - Думаю да, – ответил Первый несколько мгновений спустя. – Но это может оказаться довольно болезненный шаг. Ты готов к этому? – мальчик кивнул и тот переплел руки перед его грудью в замок – Хорошо. Тогда держись и постарайся не вырываться, даже если тебе покажется, что это единственное, чего ты желаешь.       Изуку скованно кивнул, хотя его пульс участился от слов предшественника. Более сильный толчок заставил его вскрикнуть, когда член мужчины вошел в него до предела. Боль и жар одновременно вспыхнули внутри него, проносясь ураганом по всему телу и вызывая сверкающую темноту перед глазами.       Прошло некоторое время, прежде чем он снова начал чувствовать руки предшественника, скользящие по его телу в попытке принести облегчение и снизить боль. Негромкий голос мужчины наполнил его уши.       - Вот так. Все хорошо. Осталось совсем чуть-чуть. И все закончится.       Изуку тихо заплакал, опираясь головой на плечо предшественника. Он… Он так устал от этого, но это еще был не конец. Он знал это, потому что ему были известны условия, на которых Первый пытался связать его тело с «Одним за всех».       Мужчина чувствовал, как напряжены мышцы преемника и видел, как дрожат его судорожно сжатые губы, рядом с которыми блестели дорожки текущих слез. Очень осторожно он повернул лицо мальчика к себе и медленно склонился над ним.       - Позволь мне немного помочь тебе расслабиться, – прошептал он, прежде чем накрыть губы Девятого аккуратным поцелуем, почти сразу проникая внутрь его рта.       У Изуку уже не осталось сил ни на удивление, ни на смущение, ни тем более на сопротивление, поэтому он покорно позволил предшественнику действовать на свое усмотрение. Поцелуй Первого отличался от поцелуя Седьмой, который она подарила ему уже кажется целую вечность назад. Но он был не менее нежным и осторожным. Постепенно он чувствовал, как напряжение и боль медленно начали покидать его мышцы.       Первый аккуратно и несильно сжал член мальчика, проводя от основания до головки и одновременно совершая первый осторожный толчок. Спина мальчика выгнулась, а сквозь губы, которые он все еще накрывал своими, прорвался сдавленный стон, к счастью уже не содержавший в себе примесей боли.       Разорвав поцелуй, он осторожно прижал мальчика к себе свободной рукой, выступая для него опорой, и начал повторять те же действия снова и снова, очень медленно повышая интенсивность и силу.       Изуку чувствовал, что его мышцы мелко дрожат, подаваясь навстречу движениям Первого и позволяя ему делать буквально что угодно. Ему казалось, что каждый толчок прогоняет по его телу волну жара и одновременно подливает масла в тот огонь, который уже бушевал внизу его живота, грозясь спалить все дотла. Хрипы и стоны вырывались из его груди, царапая горло, словно в попытке исторгнуть это пламя через рот также, как когда-то делал его отец в далеких и смутных детских воспоминаниях.       Развязка наступила внезапно, заставляя огонь опалить каждую клеточку его тела, полностью останавливая течение мыслей в его голове и вырывая из реальности.       Первый почувствовал, как мышцы мальчика судорожно сжали его член, в то время как сам Девятый содрогнулся от накрывшего его с головой оргазма. Сперма вырвалась из него бурным потоком, оставляя того полностью опустошенным. Мужчина чуть сжал свою хватку на его теле и кончил следом, завершая его соединение с «Одним за всех» и смывая все следы препарата, которые еще оставались в теле преемника.       Оковы окончательно упали с мальчика, когда Первый осторожно вышел из него и аккуратно опустил его на пол, нежно сжимая его в руках. Девятый с трудом поднял на него мутные глаза, и он невесомо поцеловал его в лоб, убирая мокрые от пота кудри с его лица.       - Вот и все, малыш. Все закончилось, – негромко прошептал мужчина, глядя в глаза преемнику. – Теперь можешь отдохнуть. Засыпай. Все будет хорошо.       Изуку робко позволил себе улыбнуться, прежде чем позволить усталости и темноте взять верх и увлечь его в пучину сновидений. Все действительно закончилось. Слава богу…