В моём сердце, так глубоко...

1494 год. Болгария -Дорогая, ты же понимаешь, что лучше он, чем какой-нибудь пьяница, не находящий себе места в обществе? - темноволосая женщина положила тяжелую руку на хрупкое плечо дочери и слегка сжала. Из голубых глаз высокой девушки текли горячие слезы, криков отчаяния уже не было слышно, а эмоции на молодом лице не появлялись последние несколько дней. Отчаяние и страх стали полноценной частью жизни совсем еще юной девушки Одна из служанок затягивала шнур на белом платье Петровой, говоря той успокаивающие слова. Но разве простые слова помогут в таком случае?.. -Да, мамушка. Я всё понимаю. - дрожащим голосом проговорила шатенка. - будь добра, позови Катерину. -Милая, она.. - такие же светлые глаза старшей Петровой забегали по помещению, пытаясь найти поддержку или ответ на вопрос младшей дочери. - она... -Она снова не хочет приходить. Или отец подбирает ей нового ухажера? Со мной всё гораздо проще, не так ли? - голос девушки всё так же дрожал. Женщина поджала губы и убрала руку с плеча дочери. -Меделина, там уже всё готово, выходи! - послышался крик из главного зала, где и будет проходить главная церемония. Наконец к ней пришло осознание, что буквально за дверью находится конец ее жизни и начало бездушного существования. Девушка набрала побольше воздуха в легкие и маленькими шажками пошла к алтарю. Там уже стоял высокий мужчина в красивом церемониальном костюме. Длинные каштановые волосы, черные глаза и кривая ухмылка. Он показался Меделине уверенным и спокойным, будто не женится прямо сейчас на первой встречной. Меделина остановилась перед ним и заглянула в темные глаза напротив. Разница в росте оказалась не маленькой, она ниже практически на голову. На самом деле, брюнет показался Петровой вполне симпатичным. Но озвучивать, и даже думать об этом она не смела. Дело ее личных принципов, которые она не смеет нарушать. Колу девушка очень даже понравилась. Он мог смело назвать ее красавицей, но такие грустные глаза слегка отталкивали. Улыбка отражала не счастье и радость, а печаль и тоску. Он понимал, что сейчас эта особа винит во всем именно него, но Майклсону все равно, как и всегда. Они рассматривал друг друга, пока на фоне звучал быстрый и слегка грубоватый голос мужчины, читающий заранее подготовленный текст. Ближе к концу этого "рассказа" появилась миловидная блондинка несущая деревянную шкатулку. Ее синие глаза бегали по лицу Петровой, изучая каждый изгиб и отличие от других. -Прошу вас, одеть друг другу кольца. - проговорил мужчина. Кол первый потянулся к шкатулке и распахнул ее. Там лежали два наикрасивейших кольца. Более маленькое, с прозрачно-голубым камешком, а второе побольше с янтарным камнем. Красота украшений удивила даже него, ведь за свою долгую жизнь Кол поведал не малое. Майклсон подхватил женское колечко и надел его на безымянный палец Меделины. Шатенка в свою очередь аккуратно взяла мужское кольцо и повторила действия мужчины. Сразу же после этого их попросили закрепить брак поцелуем. Вернее сказать, приказали. Меделина продолжала стоять, как вкопанная и ждала реакции будущего мужа. Майклсон подался вперед и коснулся сухих губ будущей жены. Он определенно не был готов к такому повороту событий, но Клаус пообещал, что когда девушка умрет, то Кол снова будет "свободной птицей". А на стороне вампиров окажутся странники. В свою очередь, Петровой никто ничего не сказал. Просто сообщили такую ужасную, для нее, новость и даже не дали выбрать. Хоть такого она и ожидала от бесчувственного отца. И теперь, с этого самого момента, Меделина Петрова, стала Меделиной Майклсон. 2012 год. Мистик-Фоллс Темноволосая девушка проходит по всему темному помещению и усаживается за барную стойку. В воздухе витает запах алкоголя, а вокруг крутятся не трезвые подростки. Она поджимает губы и переводит взгляд на далеко не симпатичного бармена. Парень лет семнадцати старательно натирает бокалы белым полотенцем. -Мэтт Донован. – вслух читает девушка и заглядывает в глаза школьника. – Мэтти, будь добр, бурбон. – слащавым голосом проговорила голубоглазая и растянула пухлые губы в улыбке. Эта улыбка очаровала не одного мужчину, чем не могла не гордиться ее обладательница. Блондин отвлекся от своего «важного» занятия и взглянул на клиентку, делая вид, будто не наблюдал за ней с самого прихода. Мэтт закинул полотенце на плечо и гордо вскинул голову, наблюдая за девушкой сверху вниз. Учитывая размеры этого городка, он может смело сказать, что видит ее впервые. Это одновременно настораживает и притягивает. -Я бы не дал вам и восемнадцати Мисс. В нашем штате действует закон, что продажа алкоголя только с двадцати одного. – бармен поставил обе руки на стойку и слегка наклонился вперед. Шатенка ни капли не стушевалась, а продолжала смотреть прямо в его глаза. Так прямо и бесстыдно. Девушка закатила глаза и аккуратно разместила локти на столешнице. Она вгляделась в голубые глаза Донована и ее зрачки начали стремительно менять свой размер. То же происходило у парня. -Мэтти, бурбон, пожалуйста. – спокойным голосом проговорила она. Нотки недовольства просачивались в ее речи, ведь с Донован оказался слишком скучным и занудным. Такие не в ее вкусе. -Да, конечно. – блондин, как завороженный принялся выполнять заказ. В это время гостья скрестила руки на груди и принялась про себя читать названия напитков за спиной Донована. Мартини, Бурбон, Виски..да, она появится здесь еще не раз. От весьма увлекательного занятия ее отвлекли быстрые и беспокойные шаги. Кто-то направлялся к ней или кому-то рядом. -Меделин? – удивленно произнес мужской голос за спиной. Смятение быстро отошло на второй план, когда в голове всплыли картинки из прошлого, будто из другой жизни. Ехидная улыбка расцвела на лице девушки, как бы она не старалась ее скрыть. -Стефан.. – слащаво протянула шатенка. Она медленно обернулась к стоящему за спиной молодому человеку. Он ни капли не изменился, разве что сменил стиль. Меделин сразу же припомнила речи, которые говорила о нем ее сестренка. Если верить словам Катерины, то перед Меделин сейчас стоял бы принц, а не простой парнишка. Эта мысль заставила Меделин посмеяться, чем она определенно точно смутила Сальваторе. Его брови характерно опущены вниз, а зеленые глаза прожигают ее голубые. Кажется, Стефан чем-то недоволен, но говорить не спешил, вместо него это сделала Меделин. -Не мою ли сестренку ищешь? - проводя кончиком языка по верхнему ряду зубов, поинтересовалась девушка. Смотреть на недовольного Стефана одно удовольствие. -Заткнись. – рявкнул Сальваторе, чем привлек внимание многих посетителей. – где Клаус? Преспокойное выражение лица Меделин сменилось на удивленное, и она резко подскочила со своего места. Даже на каблуках она оказалась на несколько сантиметров ниже Стефана, но даже это не мешало ей чувствовать свое превосходство. Ее челюсти плотно сомкнулись, а под глазами пробежали черные вены. 1494 год. Болгария Меделина возвращается в свою комнату и аккуратно усаживается на старую скрипучую кровать. Она скидывает незаурядные ботинки и поджимает ноги к груди, сминая хлопковое платье. Ее глаза стали стеклянными, а губы еще сильнее пересохли. Петрова попыталась стянуть с пальца чертово кольцо, но что-то не дало этого сделать. Она попробовала еще и еще. Все попытки оказались безуспешными, что заставило панику захлестнуть ее полностью. Из голубых глаз уже ручьем лились горячие слезы, обжигающие фарфоровую кожу. Утирая их, она чувствовала новый поток, символизирующий горечь и утрату своей прошлой жизни. Совсем детской и невинной. Она винила всех, за то, что позволили такому случиться, за то, что не остановили отца. Она опустила голову на согнутые колени и безмолвно рыдала. Меделина и не заметила, как прошло немало времени. Сквозь собственные рыдания она слышала шаги и скрип двери в ее спальню. -Здравствуй, Меделина. - послышался спокойный мужской голос. Петрова подняла голову и столкнулась потухшим взглядом с чистыми голубыми глазами. Блондинистый мужчина присел на корточки перед девушкой. - меня зовут Никлаус Майклсон. Думаю, ты понимаешь, что мой брат не легкий человек, его сложно понять и принять, но вот тебе совет от меня. Забудь о нем. -Твой отец поставил нам условие. Это кольцо ты не снимешь, пока не умрешь. Как только твое сердце окончательно остановится, Кол будет свободен, а на нашей стороне останутся странники. Ты можешь выбрать, либо умереть сейчас, либо довериться мне. - продолжал он, донося, кажется, слишком много информации до неокрепшего мозга. -Никлаус, я..мне страшно, но я хочу доверять тебе. Ты выглядишь..честным человеком. - грустная улыбка промелькнула на лице девушки. Она видели в нем якорь, что сможет вытащить ее из пучин страданий. На отчаянный шаг Меделина не смогла бы решиться самостоятельно, а он сможет. И она в этом уверена. Майклсон поднялся на ноги и протянул руку шатенке. Меделина рукавом вытерла слезы и схватилась за протянутую ладонь. Никлаус оказался немного ниже брата, поэтому Петровой было не особо сложно осмотреть его лицо. -Ты только не пугайся. И не рассказывай никому. Пусть это останется нашей с тобой тайной. - лицо блондина резко побледнело, а под глазами образовались черные вены. Зрелище оказалось не просто не приятным, а ужасным. Меделина вздрогнула и хотела отойти, но крепкая рука мужчины схватила ее и притянула ближе к себе. Никлаус прокусил своё запястье и поднес его к губам девушки. Просто глядя на это она почувствовала неимоверную боль, но Майклсон этого, кажется, не разделял. Петрова пыталась увернуться или закричать, но получался только глухой крик, который вряд ли кто-то услышит. Когда железный привкус образовался во рту, шатенка смогла увернуться от хватки светловолосого и закричать. В комнату сразу кто-то вбежал и освободил голубоглазую от крепкой хватки. Она сразу схватилась за правую руку и отдернула рукав белого платья. На всём предплечье красовался синий след от мужской руки. Меделина подняла голову и увидела беловолосую девушку, нависающую над Никлаусом. -Ты что сделал?! - закричала блондинка. Майклсон поднялся на ноги и выставил руки перед той. Блондинка выглядела разъяренной и готовой убить то существо, что сейчас стояло перед Меделиной. -Ребекка, Кол этого заслуживает. Может поумнеет. - поправил одежду блондин. Его сестра успокоилась и отошла к стене, откидывая прядь волос с лица. Меделина уставилась на Никлауса с испугом в глазах. На лице Майклсона внезапно появилась мерзкая ухмылка и он налетел на шатенку. Хруст. Боль. Темнота. 2012 год. Мистик-Фоллс -Откуда ты его знаешь? – грубо спросила девушка. От услышанного имени ноги стали подкашиваться, а руки трястись как у наркомана, но Стефану об этом знать не нужно. -Ему что-то нужно от Елены Гилберт. Она..двойник твоей сестры. – объяснился Сальваторе. – в общем, Роуз сказала, что он первый вампир. Это правда? Я ей не верю. Зеленоглазый не отводил взгляда от старой знакомой. Он понимал, что она не простая жертва обстоятельств, как он сам или его брат. Эта девушка что-то знала и вероятнее всего, имела общие дела с самим Майклсоном. -Она оказалась права. – осматривая помещение, проговорила Меделин. Она и сама не понимала, зачем вообще отвечает на глупые вопросы Сальваторе. -  и не вздумай, Стефан, переходить ему дорогу. Он убьет сначала всех твоих родных, а после и тебя. Не вздумай, понял! – шепотом крикнула шатенка. Девушки коснулась красивого украшения на своем пальце. Витиеватое кольцо с лазурным камешком оставалось столь же прекрасным, как и в тот день, когда только оказалось на ее пальце. В горле образовался ком, а глаза начали жутко гореть. Уверенность медленно сходила на нет, но Медс держалась до последнего. Она попыталась стянуть кольцо с безымянного пальца, но неведомая сила не позволила. Вот уже больше полувека не позволяет. -Ты как-то связана с ним? – блондин склонил голову ближе к лицу Петровой. Ее голубые глаза забегали по полу, давая понять Сальваторе, что ответ точно положительный. – как вы связаны? -Тебе какое дело? Защищай копию Катерины, пока можешь. – шатенка наконец смогла совладать с собой и резко вскинула голову, заставляя Стефана выпрямится. – до встречи, Стеффи. Пирс молча обошла мужчину и модельной, отработанной годами, походкой направилась к выходу. На улице уже давно стемнело. Фонари начали медленно зажигаться, освещая пустую площадь города. Меделин откинула вьющиеся волосы себе за спину и поспешила в ту сторону, где пару часов назад купила дом.