Две "девушки"

Чонин стоит посреди коридора своего офиса и усиленно пытается понять, в какой момент времени Сынмин всё-таки уломал его на игры с переодеванием. На нем длинный парик с челкой и фиолетовой прядкой, а вместо привычной белой рубашки — желто-зеленый вязаный свитер. Эти вещи Чанбин с удовольствием (читай как с предвкушением представления) передал другу, а второй парик, чуть светлее и с вьющимися волосами, отдал Минхо, который тоже проиграл какой-то спор. Сейчас уже и не вспомнить, потому что в них вчера была тонна алкоголя. Работники офиса удивленно переглядывались, шептались, проходя мимо «девушек», но ничего не говорили. И никто не узнавал в Чонине лучшего сотрудника месяца, а в Минхо единственного и неповторимого хакера компании. Перед людьми предстали две красотки, одна с очаровательными лисьими глазками, а вторая с милыми хмурыми бровками и чуть надутыми губами. — Ну что, пойдем? — в голосе Минхо послышались нотки неуверенности и страха, поэтому Чонин удивлённо посмотрел на старшего. Что ж, этот постыдный номер стоит исполнить хотя бы для того, чтобы увидеть залитые стыдом щеки Минхо-хена. — Пойдем, — горло Чонина внезапно пересохло, а кулера с водой поблизости не наблюдалось. Как всегда, третий этаж обделен. Когда две «девушки» двинулись вперед, за дверью кабинета, где работали стажеры, послышались еле сдерживаемые смешки. Обернувшись, Чонин увидел Чанбина, который одной рукой держался за косяк двери, а другой прикрывал рот, чтобы не засмеяться в голос. Сынмин стоял рядом и улыбался — наверняка радовался, что не ему краснеть перед Чаном и Джисоном. Пройдя в конец коридора, Чонин уставился на табличку «Директор Бан Кристофер Чан», да так и застыл. Голова вспотела; парик, казалось, нещадно жал; а свитер колол грудь, потому что под ним ничего не было. Чан наверняка и не помнит, кто Чонин такой. Для него он один из многих, придет и уйдет, никто даже не заметит. И почему именно директор пришел в голову тем двум балбесам, которые, посмеиваясь и шушукаясь, все ещё подглядывали из-за двери. Минхо повезло куда больше, ему достался жизнерадостный, немного легкомысленный Хан Джисон, который выполняет какую-то работу с бумагами — кто-то вроде главного помощника директора. — Ты идешь? — Минхо занес кулак, чтобы постучать. — Ага, — сдавленно ответил Чонин, и дверь перед ним распахнулась. На «девушек» вмиг уставились две пары глаз. Кристофер сидел в кресле, спина как всегда ровная, в руке ручка, а на столе аккуратная стопка бумаг. Джисон развалился на небольшом диванчике у стенки, застыл с приоткрытым ртом — явно что-то говорил директору или праздно болтал. — Здравствуйте, вы кого-то ищете? — Чан поднялся со своего места, склоняя голову в приветствии. Джисон последовал примеру директора и тоже вскочил с насиженного места. Чонин почувствовал, как ладони вспотели, а одинокая капелька пота катилась по спине. Он всегда трепетал перед Кристофером, потому что от директора исходила аура силы. Куда бы он ни пошел, у всех на устах господин Бан. — Дамы? — позвал Чан, отчего Чонин чуть дернулся. — А, да… Нам нужен, — начал нервно Минхо, который первый отмер, а его рука метнулась к волосам, чтобы поправить выбившуюся прядку. — Точнее, мне нужен господин Хан, а мой… моя подруга ищет вас, директор Бан. — В таком случае, прошу тебя, Джисон, выслушать нашу клиентку в своем кабинете, — Чан перевел взгляд с «девушек» на помощника, который уже целую минуту разглядывал Минхо, то скользя взглядом по фигуре, то изучающе всматриваясь в лицо. — Да, разумеется, — Джисон прошел к «клиентке». — Я, случайно, вас не знаю? Вы очень похожи на одного моего нелюдимого коллегу. Минхо чуть воздухом не подавился, а лицо так и пошло еле заметными красными пятнами. — Нет, не знаете, но я сестра одного сотрудника, — нашелся Минхо. И да, Чонин сразу говорил Сынмину и Чанбину, что Минхо тут давно работает, и его могут узнать, но тем двоим было все равно, лишь бы получить зрелище. — Точно! Ли Минхо! Вы очень похожи, вот только у вашего брата вечно хмурое лицо. Симпатичное, конечно, но хмурое, — Джисон от радости аж подскочил. — Пойдемте в мой кабинет, пойдемте, — причитал Хан, уводя «девушку», а Минхо обернулся на Чонина, бросая прощальный взгляд, в котором было намешано столько эмоций, сколько в жизни он не выдавал. Младший лишь подбадривающе улыбнулся, хотя у самого нещадно крутило живот. — Что ж, как к вам обращаться, и по какому вопросу вы к нам пожаловали? — Чан выглядел чуть взволнованным, что не делало ситуацию для Чонина спокойнее. Видя замешательство старшего, становилось в несколько сотен раз хуже. — Я… эм… Ян Чон… Ян Чонми, — выдал наконец Чонин, умирая со стыда. Как только он вернётся к Сынмину, то разобьёт его любимую кружку, к которой он так бережно относится. — Я бы хотел… -а узнать о разных пакетах услуг, которые может предложить ваша компания. И желательно, чтобы вы сами все предоставили, — пришлось постараться, чтобы лицо приобрело чуть надменное выражение, которое говорит: «я тут сучка». Ведь только такие девушки просят самого директора рассказать о каких-то жалких пакетах услуг. — Конечно, я сейчас дам вам прочитать краткую информацию по каждому пакету услуг, а далее вы выберите те, что вас заинтересуют, — дежурно ответил Кристофер, вот только взгляд все время возвращался к Чонину, будто лаская парня. С чего бы директор так заинтересовался невзрачным стажёром? — Хорошо, — свой голос Чонину показался сдавленным, далеко не женским. Пока Чан копался в бумагах, Ян внимательно следил за движениями его рук, за крепкой спиной, мускулы которой были видны даже через ткань рубашки, так некстати не прикрытой пиджаком. У самого тело горело от того, насколько близко он сейчас к предмету воздыхания, что они в данный момент одни в кабинете и могли бы… нет, не могли бы. — Вот, держите, — и перед Чонином оказалась книжечка. Ему, конечно, ничего из этого не нужно, но раз начал играть, то необходимо довести игру до конца. Кристофер внимательно смотрел на изящные длинные пальцы Чонина, как они перелистывают страницы, поглаживая гладкую бумагу, а Ян плавился от осознания этого. Он чувствовал теплое дыхание рядом и пристальный взгляд. Проорать бы благим матом, но нельзя. Секунды складывались в минуты. Перед глазами Чонина все плыло, даже буквы танцевали причудливый танец, что не сложишь в нормальные слова. Температура в комнате значительно выросла, хотя это только для Чонина, который тянул время, чтобы сделать вид, что его интересуют услуги компании. Когда парень подумал, что больше не выдержит и рухнет в обморок, Чан отмер, задавая вопрос: — Что-то заинтересовало, госпожа Ян Чон… Чонми? Чонин поднял взгляд, удивляясь, почему директор запнулся на его имени. Такое простое, первое, что в голову пришло. А потом он просто ткнул в тот пакет услуг, который был в данный момент открыт. Все равно он больше ни ногой в этом образе сюда. — Вот это выглядит многообещающе. — Чудесно! — Чан хлопнул в ладоши. — Я выдам вам полную версию, а вы прочитаете и примите решение. — Хорошо, — на большие предложения у Чонина не хватало голоса. Он почти проглатывал последние слоги, дивясь, как смог выдать длинное «многообещающе» ранее. Кристофер вновь отвернулся к бумагам, а Чонин уже, наверное, десятый раз за день умирал от счастья и стыда одновременно. Это же надо так попасть. С одной стороны, невообразимо смущающий наряд, а с другой — время наедине с тем, кого даже в мыслях боязно назвать своей мечтой. Наверняка проницательный Сынмин знал, что Чонин по уши влюблен в директора Бана, вот только решил показать это в своей излюбленной манере — постебаться над другом. — Вот, это все бумаги, — Кристофер резко обернулся, отчего Чонин закашлялся, потому что в ту самую минуту он неотрывно пялится на одну аппетитную пятую точку директора, что обтянута идеально выглаженными брюками. — С-спасибо, — Ян молился всем богам, чтобы Чан не увидел, как трясутся его руки. — Что же, тогда жду вас как можно скорее, — Кристофер улыбнулся, являя взору Чонина очаровательные ямочки на щеках. Директор положил огромную ладонь на спину «девушки», когда «та» встала со стула, и проводил до двери. — До встречи, госпожа Чонин. Ян молниеносно обернулся, но Бан уже закрыл за собой дверь, оставляя парня в недоумении. Директор назвал его по настоящему имени? Да не может такого быть, ослышался наверняка. С чего бы господину Бану помнить молоденького новенького сотрудника, который пока стажируется в компании? Чонин, залитый краской от корней волос до пят, медленным шагом направился в свой кабинет. Он ощущал жар на щеках и фантомное прикосновение большой руки. Она была теплая…

***

Раздался щелчок двери, а потом Минхо понял, что влип конкретно. Пусть все вокруг говорят, что у него нет чувств, но сам парень-то знает, что они есть. Просто нужно умело ими пользоваться, скрывать, подавлять в неподходящий момент. Но прямо сейчас Минхо готов провалиться сквозь землю, потому что, если секрет раскроется, то болтливый Джисон расскажет каждому встречному поперечному об этой маленькой шалости. И каким бы стойким не был Ли, проблему такого масштаба нельзя бросить в корзину ненужных документов. — Что ж, госпожа…. — Миён. Хан Миён, — выпалил Минхо, а потом лишь подумал, что сказал. — Хан? Разве вы не сестра Ли Минхо? — удивился Джисон, но эта эмоция казалась какой-то фальшивой, будто неумелый актер играет роль, до которой ему не дотянуться. — Ах, да, я замужем, — у Минхо от нервов уже все чесалось, хотя на нем не было того странного желто-зеленого свитера Чонина. Только розовая кофта и широкие штаны, призванные скрыть накаченные ноги. Но это не особо помогало. — Понятно, — и какая-то двусмысленная улыбка на лице Джисона. — Так зачем я вам? А Минхо вмиг забыл все, что нужно было сказать. Но надо выкручиваться, ведь так? — Мне говорили, что вы сейчас свободны и не прочь с кем-нибудь познакомиться, — ну кто тебя за язык тянул, Минхо? От расшалившихся нервов Ли не придумал ничего лучше, чем начать флиртовать — это то, что у него никогда не получалось. Есть лишь природное обаяние и милая кошачья улыбка. — Даже так? — Джисон вскинул брови и прикусил нижнюю губу, медленно подходя к «девушке». — Да…? — неуверенно протянул Минхо, отступая на полшага назад а-ля недоступная красотка. — Прям такие слухи ходят? — Ли не понимал, почему Джисон до сих пор не отпрянул, ведь он никогда ни с кем не флиртовал на работе, даже не допускал такого на корпоративах. — Прямо такие, — чуть увереннее сказал Минхо. Ему начала нравится эта игра. — Тогда почему же ты переоделся в девушку, Минхо? — и все, будто таз с холодной водой окатили на разгоряченное тело Минхо. — Мог просто выйти наконец из своего укромного уголка и спросить у меня лично. Ты же такой прямолинейный и бесстрашный. Минхо застыл на месте, а в горле как будто ком образовался. Джисон догадался, он знает… А какой шум наведёт эта новость во всей компании. Проще сразу уволиться, а не гореть со стыда, пока идёшь по коридорам, полным сплетников. — Чего так затих? Думаешь, разболтаю всем о твоём маленьком секрете? — Джисон не насмехался, он наслаждался смущением старшего. На его красивом пухлощеком лице виднелась улыбка, а глаза так и искрились удовольствием. — Не бойся, я никому не скажу, потому что понимаю твои чувства. — Понимаешь? Какие чувства? — Минхо вдруг испугался. Нет, Джисон не будет болтать о цирке с переодеванием, он сделает хуже — расскажет о влюбленности нелюдимого хакера. Хан только с виду милый и пушистый. — Влюбленность, дурачок, — так по-доброму, а потом смех. Джисон смеется красивее всех. — Влюбленность? — Минхо как попугай повторял слова младшего. Ну точно разболтает об этом. — Да, ведь ты мне тоже нравишься, — Джисон поджал губы, а Ли с минуту стоял, ошарашенный новостью. — Правда, я планировал признаться без парика, но раз так, то могу и себе что-то подыскать. В голове Минхо закрутились мысли и догадки, а потом собрались в единую кучу. Ну конечно, все те знаки внимания от Джисона — это проявление чувств! И как Ли не догадался, что тот утренний кофе не куплен по ошибке, а конфеты на день рождения не приевшаяся сладость. Теперь место страха занял стыд. А Минхо-то думал, что Джисона никто не интересует, тем более не будет интересовать мрачный хакер в дальнем кабинете. — Охренеть, — выдал наконец Минхо, округляя глаза. Что ж, теперь-то Джисон точно не останется в покое, потому что нужно срочно наверстывать упущенное.

***

— Вы серьезно? — Хенджин вытаращил глаза на друзей, а Феликс тем временем заливался смехом у него на плече. — Вы переоделись девчонками, чтобы склеить парней? — Что?! Нет, это было не так! — запротестовал Чонин, сидящий в объятиях Чана. С момента того маленького шоу прошло уже три месяца, а друзья все никак не могут успокоиться. Феликсу и Хенджину, как только те присоединились к веселой компашке, рассказали об этом Чанбин и Сынмин, за что теперь отдуваются главные герои истории. — Я понимаю еще Чонина, но ты, Минхо, куда? — Джини сидел на диванчике, прямо напротив Ли. — Правила спора не рушимы, — пожал плечами Минхо, а потом получил звонкий поцелуй в щеку. — Просто признайся, что очень хотел меня увидеть и склеить, — засмеялся Джисон, уворачиваясь от шлепка по попе. — А вы чего притихли? Не хотите поведать, как такая замечательная мысль пришла к вам в головы? — Чан оторвался от любования Чонином, но из крепких объятий младшего не выпустил. — Как вам сказать, это было не совсем наказание, скорее благословение, — хихикнул Чанбин. — Те ужасные парики, неудобную одежду, полчаса страданий и стыда вы называете благословением?! — взвился Минхо, но Джисон не дал ему вскочить с насиженного места, чтобы как следует проучить негодника. — Да вы бы видели себя тогда! Измученные неразделенной любовью! — Чанбин всплеснул руками, пытаясь наконец донести до двоих недотрог свой замысел. — Ага, Минхо был особенно печальным зрелищем, — Сынмин, до этого сидевший молча, подал голос. — Почему это? — непонимающе уставился на друга Минхо. — Во-первых, ты всегда ходил хмурый, но после встречи или разговора с Джисоном становился до странного милым. Во-вторых, ты всегда запирался в своей каморке и никогда оттуда не выходил, а сейчас хотя бы иногда сидишь с нами, — объяснил Сынмин, будто это самые простые истины, понятные даже пятилетнему ребенку. — Точнее, сидишь на Джисоне, — прошептал Чанбин, но Минхо все равно его услышал за истеричными всхлипами Феликса, пытающегося прийти в чувство после трех минут непрерывного смеха. — Ах ты! — на этот раз Джисон не смог остановить своего парня. Минхо молнией полетел на Чанбина, который, завидев опасность, уже улепетывал из комнаты отдыха. Дверь громко ударилась о стену, да так и осталась открытой, а до ушей доходили крики, ругательства и топанье Бина. Наверное, работники снизу будут проклинать веселую компашку еще очень долго, если уже не начали наводить порчу, потому что парни постоянно затевали какую-то безумную чертовщину. — Иди и успокой свою истеричку, может, к врачу своди, а то он уж больно вспыльчивый, — подтрунивал Чан, пытаясь со своего места понять, не нанесен ли какой ущерб мебели в коридоре. — Очень смешно, директор Бан, — но Джисон все же вышел из комнаты с улыбкой на лице. — Ладно, было очень весело, но мне нужно доделать отчет и отправить пару документов одному из сотрудников на проверку, так что я пойду, — Хенджин хлопнул ладонями по коленям, а потом покинул кабинет. — Я… я тоже пойду, — Феликс утирал слезы, выступившие во время смеха, — а то с вами точно не успокоюсь. Чонин прыснул в кулак. Он уже давно не злился на друзей за то наказание, воспринимая произошедшее как веселую игру, которая привела к самому большому призу в его жизни. — Что ж, голубки, пойду проверять наших неугомонных ребят, а то разнесут половину офиса, — причитал Сынмин, поднимаясь со своего места. — Давай, я не хочу потом платить за поломки, — Кристофер махнул рукой другу, провожая того взглядом. Комната отдыха осталась совсем пустая, не считая влюбленных парней, прижавшихся друг к другу. Чонин полюбил это долгое молчание в крепких объятиях, было ощущение защищенности и уюта, даже какой-то безмятежности. Еще чуть-чуть и он точно заснет на плече своего парня, позабыв о рабочих обязанностях. — Знаешь, а ты мне понравился в том образе, — прошептал Чан в самое ухо Чонина, отчего младший вздрогнул, прогоняя сонную пелену. — Только не вздумай умолять меня надеть парик еще раз, — Ян обернулся на своего парня, подставляя губы под поцелуй. — Вообще, именно это я и планировал, — Чан медленными поцелуями покрывал левую сторону лица любимого, постепенно спускаясь к шее. — Не дождешься, — захихикал Чонин, когда Кристофер потерся носом о местечко за ухом. — Но если сильно попросишь… — Заметано, — Бан облизнул губы, а потом неожиданно для Чонина защекотал бока. Младший залился звонким смехом, стараясь убрать чужие руки, но директор был очень силен и не давал уйти своему чуду. Чонин был бесконечно счастлив, потому что теперь ему не надо искать встречи с любимым человеком. Хочешь ласки и поцелуев — просто постучись в дверь, хочешь весь день провести в постели — просто скажи. Потому что Кристофер готов сделать все, лишь бы его парню было хорошо, лишь бы этот лисенок улыбался почаще. Чонин бесконечно благодарен Чанбину и Сынмину, таким чутким друзьям, которые придумали задание не только ради смеха. Парень понимал, что, в первую очередь, двое хулиганов хотели насладиться зрелищем, иначе не заставили бы наряжаться, но и выгоду для друга тоже извлекли. Чонин бесконечно благодарен жизни, которая подарила столь неожиданный поворот судьбы и самого лучшего в мире мужчину.