jjk headcanons

Сатору Годжо — Посмотрите на моего мальчика! Он выглядит прямо как я. Что за сердцеед вырастет! — нахваливает мужчина своего двухлетнего сына, Кенджи Годжо. — Тору, хватит говорить так, будто он станет бабником. Сатору поворачивается к тебе с громким пыхтением, широко раскрывая глаза, что заставляет вашего малыша захихикать. — Как ты могла сказать такие слова рядом с ним? Не слушай мамочку. И твой папа никогда не был таким! Никогда! Кенджи совсем не понимает что происходит, он просто смеётся над своим отцом. — Я надеюсь, что он не станет королевой драмы, как ты. И да, ты был бабником до того, как мы сошлись. Уже забыл, как сначала целовался с моей подругой, а через 10 минут лез ко мне? Сатору был настоящей угрозой в колледже. Каждый раз, когда ты вспоминаешь то, что сказала ранее, он говорит: — Агх.. Это всё Сугуру! Он заставлял меня выпивать, хотя я не любил алкоголь. И это оправдание Годжо говорит всегда. — Оставь это для кого-нибудь, кто тебе поверит. Кенджи, не будь как папочка, когда вырастешь. Хорошо? Твой супруг знает, что это шутки , но не удерживается и стонет от ощущения, будто ты против него. — Хорошо, мама! Папочка — бабник. Бабник, бабник, бабник, — ваш малыш даже не подозревает, что говорит такие некрасивые слова про папу. И это забавно. — Папочка кто? — ты, конечно же, поощряешь сына. — Бабник! — выкрикивает он с улыбкой на лице. Сатору хмурится, теряя улыбку. — Полагаю, вся моя семья ненавидит меня... Никто меня не любит, — твой муж громко вздыхает, чтобы вы обратили на него внимание, но это не помогает. Он садится в угол, начиная хныкать. — Хнык-хнык. Кенджи подбегает к папе и гладит его по голове. — Не плачь, папочка. Ты не бабник, ты папочка. Сатору громко всхлипывает, слыша слова сына. — Правда?! — спрашивает мальчика, вставая рядом с ним. — Да, папочка крутой! Твой муж улыбается, поднимая и подкидывая в воздух сына. Маленький беловолосый мальчик кричит, пока папа ловит его. И, наблюдая за этим, ты не можешь отрицать, что все проблемы в ваших отношениях стоили того, чтобы увидеть это. Сугуру Гето — А затем монстр съел двух сестер, которые не засыпали во время сказки на ночь... — Так-так... Думаю достаточно сказок на ночь от папы, — говоришь, провожая девочек до кровати. Ханна выглядит напуганной, в то время как глаза Каны сияют от любопытства. — Ахх, Мамочка! Самое интересное началось! — хныкает Кана. Ты знаешь, что она хочет послушать выдумки Сугуру, которые одновременно пугают Ханну, почти заставляя её плакать. — Я знаю, милая, но не думаю, что Ханне нравится эта история. Девочкам по 6 лет и они полны энергии в любое время. — Ну же, любимая. Позволь мне рассказать Кане продолжение, — Сугуру повторяет тон своей дочери, зная, что ты сдашься.   — Ладно, но ты должен извиниться перед Ханной, посмотри на неё. Твой муж смотрит на младшую двойняшку и чувствует вину за то, что напугал её так сильно. Он любит рассказывать страшные истории и мифы своим дочкам, как когда-то делал его отец. Он всегда считал их супер интересными. — Ханна, папа извиняется. Я не хотел пугать тебя так сильно. Давайте я расскажу вам другую историю? Девочка, как и ты, смотрит с некоторым сомнением, но Сугуру улыбается вам. Он знает, что ты доверяешь ему, поэтому, одаривая его строгим взглядом, целуешь в лоб и говоришь: — Не задерживайся, я жду своих обнимашек. Он ухмыляется, целуя твою руку. — Конечно, дорогая. Девочки воркуют от ваших романтических жестов, они считают их очень крутыми. — Девочки, у вас есть мягкие игрушки? — спрашивает Сугуру их, и они дружно кивают, ожидая его сказки. Твой супруг рассказывает про принцессу, ожидающую помощи. Её давно потерянная сестра приходит, чтобы спасти от страшного дракона, и после этого они счастливо живут вместе. — Будто история про нас с Ханной! Я дралась со страшным драконом, а Ханна была принцессой, — взволнованно говорит Кана. Иногда Сугуру вспоминает двух девочек, которых он когда-то воспитывал. Ему интересно, как у них дела сейчас. Они, вероятно, уже очень выросли. — Я действительно хотел, чтобы ваша мама позволила назвать вас Нанако и Мимико, — шепчет он с улыбкой. Кана удивленно смотрит на него, потирая глаза, а Ханна уже спит. — А? — Ничего, малышка, спокойной ночи, — укладывает её в постель и нежно целует в лоб. — Спокойной ночи, папа, — говорит она, зевая, и Сугуру направляется к тебе. Чосо Чосо прикусывает губу, смотря вниз на сына, больше похожего на тебя по его мнению. Его зовут Рюджи, ты позволила ему дать имя сыну. — Я не хотел разбивать её, — хныкает мальчик отцу. Чосо питает слабость к своему сыну. Он напоминает ему о младшем брате Юджи. — Я знаю, но что мы скажем маме, когда она вернется домой? Рюджи случайно разбил твою любимую керамическую кружку. Чосо не уверен, на что подписался, когда ты забеременела от него, но точно не на это. Твой муж и сын вечно получают от тебя. Каждый раз, когда с Рюджи что-то происходит, то, по твоим словам, это всё из-за того, что Чосо плохо присматривает за ним. Но правда в том, что Рюджи попадает в неприятности, даже если его отец хорошо наблюдает за ним. — Ээ... Мы можем сказать, что она стояла на краю стола, а я проходил мимо и зацепил её. Тогда мама сама будет виновата в том, что оставила её там. Чосо улыбается своему десятилетнему хитрюге. Он понимает, что врать плохо, но если ты услышишь, что действительно произошло, то будешь сильно ругаться. На самом же деле Рюджи играл на кухне, несмотря на то, что ты запрещала ему делать это множество раз, и уронил кружку на пол. — Хорошая идея. Не хочу слышать крики мамы и спать на диване снова, — он вздрагивает от осознания, что придется спать на узком диване, вместо тёплой постели с тобой. — Ты напоминаешь мне своего дядю Юджи, — говорит, ероша волосы сына. — Вы с мамой постоянно говорите так, и я не понимаю это плохо или хорошо. — Зависит от обстоятельств. Юджи разносторонний, — хихикает Чосо. Сын приобнимает его. — Люблю тебя, из тебя выходит хороший папа. Твой супруг не знал, насколько нуждался в этих словах. Тоджи Фушигуро — Перестань пинать свою маму, сопляк, — говорит Тоджи твоему увеличившемуся животу. Он вопросительно смотрит на тебя, когда ты пялишься в ответ. Его изумрудные глаза бросают вызов твоим в игре в гляделки. — Что с тобой такое? Ты угрожаешь нашему неродившемуся ребенку? За твоим вопросом следует хихиканье. — Показываю соплякам кто здесь главный. Он выдыхает и выпячивает грудь, а ты находишь всё это нелепым. И этот мужчина — отец девочек. Даже его старший сын Мегуми считает своего папу клоуном. До смерти Цумики у вас было 3 дочери. Тоджи думает, что ваш ещё неродившийся ребенок будет мальчиком, но ты втайне мечтаешь о девочке, просто чтобы у твоего мужа не было маленького сына, которым можно командовать. Мегуми приезжает примерно дважды в месяц, чтобы навестить маленьких сводных сестер. Тоджи всегда окружен девочками, поэтому ты любишь шутить над ним: "Девочки преследуют тебя, куда бы ты ни пошел". А он всё время злится на это, будучи таким наивным: "Как я уже говорил...." — Папа!! Мои волосы!! Фушигуро вскакивает с дивана по первому зову дочки. Он направляется в её комнату и видит растрёпанную косичку. — Что случилось, куколка? — спрашивает, расплетая прическу, чтобы переплести. — Юи испортила мою косу!! Забрала резинку и убежала в свою комнату!! — она визжит из-за проступка старшей сестры. — Правда? Я поговорю с ней после того, как переделаю прическу. Он аккуратно переделывает косичку, соблюдая определенный узор. — У меня есть зеленая резинка. Она подойдет? Девочка спокойно вздыхает. — А голубая? Тоджи щёлкает языком. — Я могу взять её, если ты подержишь конец косички, — говорит, и она охотно выполняет его просьбу. Всё-таки её любимый цвет — голубой. Девочка улыбается, когда папа возвращается с резинкой её любимого цвета. Он крепко завязывает косу. — Хорошо, а теперь я пойду поговорю с Юи. Нами качает головой, расчёсывая волосы куклы. Тоджи появляется рядом со своей старшей 4-летней дочерью, изображающей ссору кукол: "Какова была причина?!!" — кричит слова первой куклы Юи. "Причина была!" — говорит вторая кукла. Твой муж закатывает глаза, его дочь чересчур много смотрит телевизор с тобой. — Извините меня, Карди Би, но почему вы украли резинку у вашей сестры? — он ставит руки в боки и прищуривает глаза, чтобы казаться авторитетным. — Чтоо? Папа, ты знаешь её? — спрашивает она, будто её отец — первобытный человек. — Тск, я не старикан, который не знает мемы. А теперь ответь на вопрос. Юи закатывает глаза. Ты говоришь, что она нахваталась этого у него. — Если так хочешь знать, то мне нужна эта резинка, чтобы заплести хвостик Спринклз. Спринклз — собака, которую Тоджи не собирался дарить своим девочкам, но не удержался и купил. — Ты могла бы попросить другую у меня или у мамы, а не воровать у сестры. Она отрицательно качает головой, и Фушигуро даже представить не может, о чём она сейчас думает. — Папа, тебе не понять! Это должна быть именно эта резинка! — Почему именно эта? Она молча отворачивается и бормочет что-то, что едва можно разобрать. — Говори, принцесса. Она насмехается, вздыхает и скрещивает руки у груди. Какая дерзость! — Спринклз думает, что Нами очень крутая, поэтому она хочет вещь Нами. Тоджи понимает, что его дочь использует собаку, чтобы сказать, что действительно думает о сестре. Юи не нравится говорить это напрямую. — Ты уверена, что именно Спринклз так думает? — он хочет, чтобы она открылась ему. — Наверное.. Я думаю, что Нами очень крутая, — шепчет девочка, и Фушигуро ухмыляется. — Думать, что твоя сестра крутая — нормально. У папы не было хороших братьев или сестер, только надоедливые кузены. — Май и Маки круче тебя, папа! Не раздражай! Мужчина удивленно приподнимает брови, ухмылка всё ещё на его лице. — Хорошо. Если я не крутой, то, думаю, больше не буду угощать сладостями, если мама запретит их есть. Маленькая Юи ахает, вскакивая, словно ракета, и подбегает к своему отцу. Она обнимает его ногу, маленькая голова смотрит вверх. — Я шутила, папа. Ты очень крутой. Пожалуйста, не наказывай меня! Тоджи улыбается, поднимая свою маленькую доченьку и щекочет её. Она кричит, чтобы он остановился. — А? Не слышу, что ты говоришь. — Нами, помоги!! Через секунду Нами атакует папу в игривой манере: "Отпусти мою сестру!" — Хорошо, хорошо. Тоджи опускает Юи, пока она кричит ещё больше: — Мама!! Помоги!! — Тоджи, поставь её на пол, — говоришь нерешительно. — Она уже на полу. Вверх ногами. Кенто Нанами — Видишь, ты начинаешь в этом разбираться, Хиро, — Кенто мягко подбадривает сына, с трудом справляющегося с домашним заданием по математике. Ты пыталась помочь ему, но он кричал, что во всех твоих словах нет смысла. И, конечно, ты кричала в ответ, позволив эмоциям взять над собой вверх. Кенто вмешался, чтобы вы не оторвали друг другу головы. Помимо этого крики ещё и разбудили малышку. Ты слышала её плачь. Спустя час ты тихо зашла на кухню, крепко прижимая к груди семимесячную малышку. То, как твой муж помогает сыну, согревает сердце, но при этом ты испытываешь чувство вины за то, что накричала на него. Ему всего 12 лет. — Хиро, могу я поговорить с тобой, милый? — спрашиваешь мягко. Они оба поворачивают головы, слыша твой голос. Мальчик кивает, и ты глубоко вдыхаешь. — Я извиняюсь за то, что накричала на тебя. Я не хотела. Его взгляд смягчается, как и у Кенто. — Я тоже извиняюсь, мама. Я первый начал, а ты просто пыталась помочь мне. Нанами улыбается, подбадривая, и ты подходишь ближе к столу. — Нужно будет просить папу помочь в первую очередь. Я не хороша в объяснениях, — Хиро смеётся вместе с тобой, а Нанами поглаживает твою щеку. — Хоть объяснения и не твоя сильная сторона, но ты всё ещё хорошая мама, детка. Хиро кашляет и изображает тошноту, когда отец называет тебя «деткой». Он ненавидит, когда вы становитесь такими сентиментальными. Ты наклоняешь голову, чтобы поцеловать пальцы мужа. Как и ожидалось, Хиро закрывает глаза и говорит ещё больше возмущений. — Тише. Когда-то ты найдешь свою любовь, и вы будете прямо как мы с мамой, — говорит Кенто, закатывая глаза, и ты хихикаешь. Несмотря на то, что у вас бывают разногласия, вы миритесь в конце дня. Маленькая девочка тихо сопит, и Нанами протягивает руки, чтобы взять её. — Она только поужинала, поэтому может заснуть прямо на тебе, — предупреждаешь, но его это совсем не волнует. Если она заснёт на нём, то ты просто наделаешь большое количество фотографий. Хотя ей всего 7 месяцев, она уже папина доченька, как и Хиро. Ты не возражаешь, но иногда немного завидуешь, что тебе приходится делить своего мужа с детьми. Кенто очень хороший мужчина, поэтому ты не можешь винить их.