Лучшее из зол

— Я сдамся. — Что? — Ки Чоль оборачивается, недоверчиво нахмурив брови. — Кто-то должен помочь решить эту проблему. Я стал причиной этого, поэтому я так или иначе позабочусь об этом. — Голос Сынхо звучит собранно, но Ки Чоль чувствует тревогу другого мужчины. Он кланяется, избегая взгляда своего босса, и быстро уходит, просто желая покончить с этим. Нагло игнорирует призыв начальника и останавливается только тогда, когда чувствует, как крепкая рука сжимает его плечо и тянет назад. — Сволочь, — говорит Ки Чоль сквозь стиснутые зубы. Его глаза ищут эмоции на лице телохранителя. — Думаешь, я просто так отпущу тебя в тюрьму? Сынхо практически чувствует, как гнев охватывает его начальника, рука которого резко сжимает его плечо. — Босс. Он может смотреть в глаза собеседнику лишь несколько секунд, прежде чем снова отвести свой взгляд. Взгляд Ки Чоля становился напряженнее с каждой минутой. Сынхо пожимает плечами, сильная хватка оставляет неприятное покалывание на его плече. — Я позабочусь обо всем, чтобы с тобой или твоей компанией не случилось ничего плохого. Они близко, Сынхо автоматически хватается за сигареты, создавая между ними пространство. Ему становится слишком трудно думать, когда он чувствует запах своего босса. Смесь сигаретного дыма, выпивки и сильного запаха лосьона после бритья растекается в его мозгу, путая мысли. — Взамен… — Сынхо делает паузу, чтобы зажечь сигарету, и изо всех сил старается больше не смотреть на Ки Чоля. Тот по-прежнему наблюдает за ним, сосредоточив внимание на нем и только на нем. — …если мне удастся все уладить, — его глаза снова находят босса, — у меня есть к вам просьба. Торговля с Японией и Китаем. Позвольте мне присоединиться к ней. Глаза Ки Чоля никогда не перестают изучать лицо его телохранителя. Цепочка мыслей уже начинает формироваться. Наступает короткое молчание, Ки Чоль просто продолжает наблюдать. — Тогда я пойду и позабочусь об этом, — говорит другой, одаривая своего босса небольшой улыбкой, и кланяется, после чего быстро уходит. Ки Чоль смотрит вслед уходящему, и теперь его беспокойство достигает предела. Теперь он сам вытаскивает сигарету, закуривает ее и делает глубокий вдох, прежде чем снова повернуться к остальным. Мысли не покидают его все это время. Что, если его арестуют? Есть ли способ обезопасить его сейчас? Он знает Хван Мингю, этого сумасшедшего ублюдка. Что, если он причинит вред Сынхо? Голова начинает болеть, и он решает как можно скорее послать Чонрёля для сбора информации. В голове всплывают воспоминания о том, как несколько дней назад Сынхо лежал у него на коленях, весь в крови, пока Чонрёль ехал в ближайшую больницу.

***

В следующий раз, когда Ки Чоль смог увидеть Сынхо, была уже ночь. Ли Хэрён хотела пойти на свидание с его телохранителем, и от одной мысли об этом у него шли мурашки по коже. С самого начала Ки Чоль заметил, что Сынхо другой, не такой, как все, и теперь он хотел, чтобы тот принадлежал только ему, был только его. Они были бы идеальной командой: Сынхо — верный телохранитель — и он — его могущественный босс, вместе они смогли бы перехитрить и Китай, и Японию. В тот момент, когда Сынхо входит в его кабинет, Ки Чоль чувствует боль в груди. У него все еще слегка припухший глаз и темно-фиолетовое пятно вокруг правой скулы. Порез на его губе тоже не остается незамеченным, особенно когда Ки Чолю приходится заставлять себя отводить взгляд от этих губ большую часть времени. Ки Чоль не знает, как выразить свое беспокойство, поэтому ограничивается коротким: — Ты в порядке? — надеясь, что его глаза передадут все остальное. Вскоре после этого происходит история с Чонбэ. Этот день становится все хуже и хуже, считает Ки чоль.

***

Везде тихо. Чонбэ только что выбежал из его кабинета, Ки Чоль надеется, что тот больше никогда в него не зайдет. Он смотрит на их совместные фотографии, и в его душу закрадывается горечь. Тишину прерывает быстрый стук в дверь. — Кто это? Он молится, чтобы Чонбэ больше не вернулся, у него нет сил снова с ним разговаривать. К счастью, из-за двери доносится другой голос. — Это я, Квон Сынхо. Он чувствует небольшое облегчение, делая глубокий вдох. — Входи. — Вскоре он слышит, как открывается дверь в его кабинет, и перед ним появляется его телохранитель. — Босс. Ки Чоль поднимает глаза и почти сразу же встречается взглядом со своим телохранителем. Только от одного взгляда на которого у мужчины в груди завязывается узел. — Ты, должно быть, расстроен из-за Чонбэ. Я понимаю, что ты чувствуешь, но не стоит ли нам продолжить… — Сынхо замолкает, встретившись взглядом с Ки Чолем. Мужчина делает еще одну глубокую затяжку сигаретой, снова вглядываясь в лицо своего телохранителя. Он не ищет ничего особенного, однако замечает розовую пыль на щеках собеседника. Похоже, следы, оставленные ранее, почти полностью исчезли. Гичоль выбрасывает сигарету и медленно поднимается со своего места, не сводя глаз с Сынхо. Несмотря на то, что тот избегает зрительного контакта, заметно, что он нервничает все больше и больше. От пристального взгляда босса у него слабеют колени. — Есть ли еще кто-нибудь в офисе? — внезапно совсем близко доносится до Сынхо, он почти вздрагивает. Его взгляд наконец поднимаются вверх и встречается со взглядом босса. Они так близко, и кажется, что Гичоль занимает всего его чувства. Все, что он чувствует, — это сильный и опьяняющий аромат, все, что он видит, — это лицо другого, и все, что он слышит, — это чужое дыхание. Ки Чоль наклоняет голову в сторону, уголки его рта медленно поднимаются вверх из-за отсутствия реакции со стороны собеседника. — Хм? А… Нет, мы здесь одни. Сынхо настолько занят попыткой сохранить свой профессионализм, что совершенно не замечает, как босс воркует с ним, наклоняясь еще ближе. — Я думаю, что есть кое-что гораздо более важнее, чем деловые разговоры. Ки Чоль смотрит на другого, снова ища на его лице какую-либо реакцию, неважно хорошую или плохую. В прошлом у него определенно была своя доля романов, как с мужчинами, так и с женщинами. Реакция мужчин особенно сильно может различаться, что придает всему этому некоторую рискованность. Однако Сынхо сейчас не дает ему никакого ответа, ни положительного, ни отрицательного. Кажется, что он застыл во времени, прежде чем снова ответить. — Что вы предлагаете, босс? — В этих словах много настороженности. Их глаза снова встречаются, и Ки Чоль чувствует дрожь в теле собеседника. Он поднимает правую руку и кладет ее на левую руку Сынхо, прямо рядом с тем местом, где должна быть его талия. Глаза другого следят за этим движением, и только когда их глаза снова встречаются, Ки Чоль наклоняется так, что их губы едва ли не соприкасаются.