Кажется, навсегда

Без двух дней тринадцатилетний Натаниэль сидел рядом с четырнадцатилетним Кевином, удивленно смотря на него. Рико не было, потому что его позвал Тетсуи, а Жан остался в их комнате с Натаниэлем. – Что? – переспросил Веснински, все так же удивленно замерев. – Ты никогда не слышал про поцелуи? – со смехом сказал Дэй Натаниэль нахмурился. Он знал, что это такое, но вживую не видел никогда. Старшим Воронам было запрещено иметь любые отношения, а четверо детей про них и не думали вовсе. Но Кевин сказал, что старшие занимаются гораздо более серьезными делами, чем поцелуями. Натаниэль не понял, про что он, но не переспросил. Дэй сказал, что восемнадцатилетняя первокурсница Тэя Мулдани обещала его научить этому. И для этого нужно было уметь целоваться, чего Кевин не умел, поэтому решил практиковаться на его друге. – Господи, ты что, даже порно никогда не смотрел? – Кевин вздохнул, увидев непонимающий взгляд Натаниэля, – Это когда люди занимаются сексом на камеру. Мне Рико показывал. А, секс. Да, Веснински, вроде, знал что это такое. Было смутное представление, это было чем-то запретным, ведь когда он в пять лет спросил у Мэри, - кто-то из гостей его отца сказал что-то подобное, - она избила его, приговаривая, что секс - отвратительно. Это слишком ярко отпечаталось в памяти ребенка. Вспомнив это, Натаниэль отшатнулся от друга, испуганно расширив глаза. Осознание того, чем собрался заниматься Дэй с ним и с Тэей накрыло его с головой. – Нет, Нат, стой! Мы не будем заниматься сексом, я просто хочу попробовать тебя поцеловать. – Ладно? – это звучало как вопрос, но Натаниэль тут же успокоился, ведь это казалось безопаснее секса. Кевин приблизился, накрывая его губы своими. Так они простояли почти пять секунд, пока сам Дэй не отдалился. – Я.. кажется, я понимаю, почему старшие занимаются этим, – медленно сказал второй номер, прикрывая штаны руками. – Глупое занятие, – Натаниэль пожал плечами, – просто прикладывать губы к губам? Экси гораздо интереснее. – он вышел из комнаты, оставив удивленного и немного разочарованного Кевина одного. **** Натаниэлю пятнадцать, Кевину шестнадцать. Второй почти каждый день скрывается в комнате Веснински и Моро, проводя время вместе под неодобрительные звуки со стороны Жана. Он не был гомофобом, да и парни не встречались, но он боялся за них. Ведь разгневанный Рико накажет всех, кто знал, что его партнер сбегает к другим, а не к Тэе, как думал тот. Старшекурсница Тэя Мулдани была их близкой подругой и отличным прикрытием. Несколько лет назад они с Дэем переспали, но это не помешало их сближению с Натаниэлем и общей дружбе. Накрытый одеялом Веснински лежал на Кевине, а тот, в свою очередь на диване. Образовав своеобразный бутерброд с Жаном под боком, они втроем смотрели недавний матч между Троянцами и Черепахами. Обычно второй был заинтересован в любой теме, касающейся экси, но когда на его груди лежал предмет его обожания с четырнадцати лет, то можно было и отвлечься. Рыжий голубоглазый парень слишком выделялся среди толпы Воронов, при каждом его пронзительном взгляде Кевин застывал, а сердце начинало бешено стучаться, грозясь выпрыгнуть в ту же минуту. Он был чертовски идеальным. Покусанные пухлые губы, аккуратный веснушчатый нос, подтянутое тело… Натаниэль лежал на Кевине, будто они были созданы друг для друга, их тела складывались в одно целое, а руки Дэя как всегда покоились в непослушных кудрявых волосах. О да, Кевин был влюблен по уши. Наверное, об этом знали все, кроме Веснински и Рико. До вечерней тренировки оставалось еще несколько часов, а домашние задания у обоих были сделаны, ведь следить за успеваемостью было необходимо для всех Воронов. Итак, оставалось время для отдыха, чем все и занимались. Натаниэль устроился удобнее, уткнувшись носом в толстовку Дэя, а Жан, поймав красноречивый взгляд, пробормотал какую-то тупую отговорку и скрылся за дверью. Кевин, аккуратно подняв руку, выключил матч, который никто не смотрел. Тут же его друг вопросительно поднял голову, оказавшись в опасной близости. – Кев? – прошептал заспанный Натаниэль. В ответ послышалось сдавленное мычание, – знаешь… Парень нахмурился, будто бы отгоняя ненужные мысли, а затем покачал головой и вновь улегся на широкую грудь сокомандника. – Ты что-то хотел? – Кевин вновь запустил руку в чужие волосы. – Мне кажется, что я хочу тебя поцеловать, – не поворачиваясь, тихо сообщил Натаниэль. Из Дэя будто выбили весь воздух. Он замер, не дыша, и, думая, что ему послышалось. Это не может быть правдой. Третий никогда не был заинтересован в этом, они выяснили еще три года назад. Наверное, он был гетеро, но… Нет, ему послышалось. – Что? – тупо переспросил тот. – Я знаю, это глупо, но я действительно хочу тебя поцеловать, – рыжий поднял голову, глядя замершему Кевину в глаза. – Я.. ты.. блять. – Выругался он, а затем притянул к себе не успевшего расстроиться Натаниэля. Их губы соприкоснулись, а зрачки резко расширились. Кевин мечтал об этом три года, сразу же после первого поцелуя. Ему было мало. Сейчас двое уже не глупые дети, они целовались по-настоящему, по-взрослому. Интересно, где Натаниэль только научился.. Тут же отбросив эту мысль, Дэй обхватил лицо парня, углубляя поцелуй, и, вызывая сдавленное мычание. Веснински оперся на локти, крепче впиваясь в чужие губы. Они находились слишком близко, создавая одно целое, являясь продолжением друг друга. Через несколько минут, наконец оторвавшись друг от друга, красный Кевин смущенно отвел глаза от не менее красного Натаниэля. – И что теперь? – хрипло прошептал Дэй. – Я в этом не разбираюсь, – пытаясь восстановить дыхание, ответил тот. – Блять, я… – это было самое необдуманное решение за всю жизнь. Но в то же время, наверное, самое лучшее, – давай встречаться? – Если под «встречаться» ты имеешь ввиду ходьбу за ручки, как в слащавых фильмах, то… – Натаниэль не закончил шутку, резко став серьезным, – я согласен. Но котиком называть тебя не буду, это выше моих сил. – Как скажешь, зайчонок, – усмехнулся Кевин, за что получил подушкой в лицо и еще серию поцелуев. *** Прошел месяц после восемнадцатилетия Натаниэля, а у парней сорвало крышу, как выразился любезный Моро. У Кевина с первым курсом стало гораздо меньше времени, он постоянно разъезжал с Рико на съемки и интервью, но практически каждую свободную минуту он тратил на Натаниэля. Удивительно, как слухи еще не дошли до Мориямы. Их первый раз прошел слишком хорошо. Они были буквально созданы друг для друга. Да и первый год Кевина, как студента, был последним годом Тэи, так что парни действительно собирались оторваться. Секс в прачечной под звуки стиральных машин? Легко. Отсос в библиотеке? Несколько раз. Кровать Натаниэля? Кровать, стол, диван. Спрятавшись в шкафу от Рико? Кевин кончил три раза. В душевой Воронов? Ночные тренировки были не только на корте. Казалось, они перепробовали все, что могло разнообразить их половую жизнь в Гнезде. Кевин безумно любил Натаниэля. То, как он стонал, выгибался, краснел, стоял на коленях, да и буквально все остальное, сводило с ума. Он был идеальным. Их отношения были идеальными. Но не все вечно, правда? Рико узнал. Узнал и сорвался с цепи, избив Кевина до полусмерти и сломав ему руку. Пока тот не добрался до остальных, его забрал Тэцудзи, но сломанного уже не починишь. Кевин дошел до комнаты Жана и Натаниэля, а после потерял сознание. *** Прошел год после того, как Дэй очнулся в квартире его отца. По рассказам привез его рыжий парень, значит это был Веснински. Год Кевин не мог связаться ни с кем из Гнезда. После дебюта Натаниэля, они с Жаном везде светились только вдвоем, что и понятно, учитывая парную систему Воронов. Смотря каждое интервью, Кевин замечал синяки, привычно скрытые тональными средствами. Веснински стал чаще горбиться, а на матчах почти черные круги под глазами делали его похожим на зомби. Первое время Дэй не справлялся совсем. Бесконечную тревожность и панические атаки заглушал только алкоголь, которого со временем становилось все больше. Каждый матч Воронов, где хотя бы на секунду показывали Натаниэля, сводил на «нет» все терапии, проведенные с Бетси Добсон, командным психологом Лисов. Второй год начался легче. Помогла сделка с Эндрю Миньярдом и сама компания Монстров. Полностью погрузившись в экси и учебу, Кевин отдалился от всех, встречаясь с командой только попьяне или на тренировках. Ничего лишнего, только профессиональный спорт. *** Вчера прошел первый матч Воронов, который Кевин не смотрел. Кажется, он стал забывать их, сконцентрировавшись на его команде. Несколько часов назад Лисы выиграли матч у Черепах, что вывело их в финал. Вся команда за исключением новеньких собралась в гостиной у Мэтта и Сета, даже Монстры, не отказавшиеся от бесплатной выпивки. Дэй не слушал разговоры остальных, устроившись на диване с бутылкой водки и чипсами. Нахуй полезное питание. – Кевин! – Ники ворвался в комнату, – Там, за дверью, тебя ищет самый горячий парень, которого я только видел! Это твой парень? – У меня нет па…– все Лисы замолчали, когда пороге появилось двое парней. – Он прав, – ухмыльнулся ядовитой улыбкой тот, что ниже. Натаниэль Веснински собственной персоной, – гомосексуализм плохо влияет на репутацию, верно, Дэй? – Что… Что вы тут делаете? – Кевин вскочил и замер, будто увидел двух призраков. – Приехали к своему лучшему другу, Кевин Дэй, – последние слова Натаниэль проговорил медленно, будто проворачивая нож в его груди. Ники и Аарон шумно выдохнули; «ахуеть», остальные, хоть и воздержались от комментариев, но явно были согласны с ними. Только Эндрю выпрямился, готовый в эту же секунду впиться в глотку двум Воронам. – Рико мертв, – бросил второй парень, Жан Моро, не дав Кевину опомниться, – а ты ведешь себя хуже той твари, когда он узнал, что ты трахался не с Тэей. Натаниэль прошел мимо Кевина, обнимая Элисон. Лисы замерли, не находя нужных слов, только Сет Гордон подавился пивом и закашлялся: – Элисон, откуда знаешь этого пи… Ворона? - Солнце, ты так вырос! - Рейндольс подмигнула Веснински, ухмыльнулась и обернулась на Сета, – у нас родители вместе.. вели бизнес, а мы успели позаниматься своими делами. – Эли, – Натаниэль улыбнулся, – тихо. – Вот поэтому мы и расстались! – Мне было двенадцать и мы встречались два дня. Элисон рассмеялась и взъерошила волосы мягко улыбающемуся Натаниэлю, – все, все, не устраиваю цирк, иди. Полностью обескураженные Лисы и не заметили отсутствия Эндрю, Кевина и Жана. *** – Хватит его ломать, – Жан вздохнул, – идем. Нас ждет долгий разговор. Кевин поднялся, а Эндрю проследовал за ним, попутно кивнув Рене. На кухне не было никого, что вполне удовлетворило Моро, но затем он кинул брезгливый взгляд на Миньярда. – Без третьих лиц. – О, нет, мой дорогой француз, я остаюсь. – И ты променял его на… это? – в отвращении сморщил нос Жан. – Я не… Между нами с Эндрю ничего нет. Жан продолжил на французском. – То же самое ты сказал про Ниэля, хотя год назад вы трахались каждые чертовы пять минут. – Все сложно.. – Нет, все, блять, легко! – Моро начинал выходить из себя, – Он устроил тебя сюда, из-за чего его… – он запнулся, – я не в праве это рассказывать. Ты его любишь? – Что? Что он с ним делал? – Кевин замер, глупо уставившись в одну точку. – Ответь на чертов вопрос! – Я… – Натаниэль прервал перепалку, появившись в дверях, – Жан, не надо. Он в порядке, ты сам видишь. Мы уезжаем. – За.. – Веснински сморщился, – Натаниэль, давай поговорим, пожалуйста. – Я уверен, у тебя теперь есть тот, с кем ты можешь трахаться, когда захочешь, – он оскалился в сторону Миньярда, – мне больше не пятнадцать лет, приехать сюда было идеей Жана. – Хах, Киви, забавно? Вороненок считает, что мы трахаемся, – Эндрю определенно был под таблетками. – Я думал, что ты меня ненавидишь, – начал Кевин на французском. – Мне плевать, – Натаниэль прервал его. – Я сбежал, оставив вас обоих там, и я… я не знал как с вами связаться, ведь если бы Рико увидел…. я идиот. – Ты идиот, – подтвердил Жан. – Мог бы бросить меня хотя бы по интернету, а не заставлять переживать чертовы полтора года без единого слова. – Но я не… – Да, ага, иди нахуй, Кевин – Я тебя люблю. – Иди нахуй, – Натаниэль прильнул к губам Кевина, зарываясь руками в его отросшие волосы. Дэй опешил, но ответил на поцелуй, крепко обнимая Веснински. Да, их заставят объясняться перед Лисами. Но сделают ли они это? К черту всех, бывшие Вороны, двойка и тройка наконец-то свободны и нахуй слали Морияма!