Черный воск и осколки зеркал

Мотоцикл несся по практически пустым дорогам ночной Москвы со звонком ревом, который лишь слегка приглушали шлемы. Олег крепко держался руками за талию старшего и ловил откровенный кайф. От высокой скорости адреналин бегал по горячей крови заставляя сердце биться чаще, хотя, возможно, оно наровило выпрыгнуть из груди вовсе не от адреналина. Медиум чувствовал как к нему тянется поток энергии старшего, мягко обволакивает и затягивает в себя без остатка, а юноша даже не подумает сопротивляться. Он полностью растворился в этом парне, позволил себе отдаться чувствам с головой и был так чертовски счастлив этому. Рядом с этим чернокнижником, Шепс чувствовал себя обычным влюбленным мальчиком и, это так приятно грело душу. Дима смог подарить ему те чувства и ту жизнь, о которой он мечтал, пожалуй, с тех самых пор как узнал о своих способностях. Огни города давно их оставили и, мотоцикл рассекал по загородной трассе. Спустя минут 15 Матвеев убавил газ и начал искать место на широкой обочине, чтобы припарковаться. Дорога была асфальтированная, но каких-то оградок или светоотражателей уже не было, даже фонарей стало меньше. Рядом с одним из них парень и припарковался, после снял шлем и потряс головой, приводя волосы в порядок. Как же Олегу нравилось, когда старший так делал, он так же снял шлем и слез с мотоцикла, потягиваясь. - Так, а зачем мы сюда приехали? - Шепс улыбнулся и, когда старший закинул рюкзак на плечо, притянул его к себе одной рукой, аккуратно обнимая. - Ритуалить,- посмеялся чернокнижник и поцеловал парня в щеку, вставая на носочки,- Я без этого не могу, к тому же молодой месяц сегодня, хочу воды заговоренной набрать. Можем даже погадать на новый лунный цикл. - Я почему-то абсолютно не удивлен. Ну, пойдем, чертенок. Медиум обвил руками талию парня и довольно улыбнулся, когда тот крепко обнял его плечи. В воздухе приятно пахло подсушенными луговыми травами и ночной свежестью. На небе практически не было облаков, так что можно было спокойно рассмотреть некоторые созвездия вместе с острым и тонким полумесяцем. Матвеев мягко обнимал его плечи и стоял так близко. Его улыбка сейчас сверкала ярче звезд, а глаза затягивали в себя, как две черные бездны. И все-таки ночью любая магия становится сильнее. Как и чувства. Шепс не смог отказать своему желанию и наклонил голову, мягко касаясь его губ своими. Чернокнижник только увереннее ответил на поцелуй, как большие ладони слегка сжали талию, притягивая ближе к широкой груди. Олег шикарно целовался. Уверенно сигнал то верхнюю, то нижнюю губу, иногда нежно проходят по ним языком. Старший мягко, но ощутимо укусил его за губу, прежде чем отстраниться, после чего довольно улыбнулся. Им не нужны были слова, они видели и чувствовали нити, которые все теснее связывали их сердца вместе. - Может все-таки пойдем, малыш? - С хитрой улыбкой прошептал брюнет. - Какой я тебе малыш? - Только посмеялся Шепс, опуская взгляд на на довольное личико парня. - Самый настоящий. И только мой. Тихо смеясь и разговаривая о всяком, парни двинулись по лугу дальше от дороги, в поисках наилучшего места для ритуала. Фонари давно остались позади и теперь путь им освещали только звезды. Когда глаза привыкли к темноте, идти стало гораздо легче. Оба прекрасно ориентировались во мраке. А Олег и вовсе был уверен, что, рано или поздно, у Матвеева глаза начнут светиться, как у кота. Они прошли небольшую рощицу и перешли грунтовую дорогу, которая, видимо, вела в ближайшее село. Парни прошли к очередной лесополосе и нашли небольшую опушку. Недалеко слышалось журчание небольшого ручья, кроме стрекочущих насекомых. Немного притоптав сухие листья под собой, Матвеев расстелил темную ткань и присел на землю, скрестив ноги и попутно зажигая свечи. Младший присел рядом на корточки. - Ты бы предупредил, я хотя бы свечи с зеркалами тогда взял. - Я сомневался, ехать или нет. Предчувствие какое-то хреновое было утром, но блин, такую ночь упускать - грех, я считаю. Разложив на ткани свечи, старший мягко улыбнулся и вытащил из рюкзака свою книгу. Он достал небольшую серебряную фляжку у которой открыл крышку и вылил остатки воды на землю, тихо приговаривая слова молитвы, а после очищая сосуд над огнем. - Наблюдать за тобой - одно удовольствие.. - Хех, можешь не только наблюдать. Не хочешь немного энергии этого места взять? У меня вроде было с собой зеркало, должно подойти. - С радостью. Но в следующий раз предупреждай, я тоже подготовлюсь. - Как скажешь, мои вещи в твоем распоряжении, а я пойду воды наберу. Вроде недалеко отсюда ручей должен быть, раз его слышно. - Только в воду не свались. - Не переживай, я аккуратно. С этими словами чернокнижник довольно улыбнулся, после поднимая в руки свою книгу и вместе с сосудом и одной из свечей, и направился в сторону ручья, обходя деревья. Небольшая фигура чернокнижника быстро скрылась за тесно расположенными стволами, вскоре даже шуршание листьев от его шагов пропало. Медиум же решил не терять время зря и достал из рюкзака старшего одно небольшое квадратное зеркало, очень похожее на те, что обычно использует он. В воздухе быстро появился запах жженых трав. Медиум смотрел сквозь пламя от тлеющей полыни в зеркало и неспеша тихо читал заговор. Важно было, чтобы в отражении ярко сверкал полумесяц, благо ветви деревьев не закрывали его. Почувствовав, как энергия медленно стекается в место ритуала, он взял травы в левую руку, а в прав свечу и пламенем белой свечи начал запечатывать энергию лунного света в зеркале. Светлая энергия мягко проходила через его тело, усиливаясь от его врожденного дара и скапливалась в зеркальном сосуде. Когда сосуд стал полон, Олег поднял голову и расслабил плечи, глубоко вдыхая свежий воздух и позволяя себе насладиться этими мгновениями. Энергия мягко пульсировала вокруг, слегка щекотала легкие вместе с прохладным ночным воздухом. Парень закончил читать наговор и затушил свечу, после осматривая свое зеркало. Довольный работой он собирался уже убрать его в рюкзак, но краем уха услышал шаги за спиной. Шепс не успел обернуться, как по голове пришелся резкий удар чем-то тяжелым. Парень рухнул на землю, хватая воздух и корчась от боли. Виски запульсировали, а рука машинально прикрыла место удара. Последнее что почувствовал медиум, прежде чем потерять сознание - что-то мокрое под пальцами, видимо, собственную кровь. Уже провалившись в бессознательное состояние он едва смог уловить низкий хриплый голос: "Сатанисты гребанные". *** Матвеев сидел у довольно широкого ручья и, набирая студеную воду во флягу, держал над ней горящую свечу, приговаривая заговор на молодой месяц. Мягкий свет от яркого месяца и россыпи звезд рябью расходился по быстрому потоку, наполняя воду своей энергией. Ночь и лунный свет всегда легко уводили чернокнижника в транс. Он давно набрал полную флягу и просто опустил ладони в холодную воду, глубоко вздыхая и поднимая глаза на небо, позволяя лунной энергии наполнить его через студеный ручей. Парень закончил практики с водой только, когда руки уже начало покалывать от холода. Глянув время на экране телефона, он слегка опешил. Матвеев просидел у ручья 40 с лишним минут, а когда вернется к Олегу будет и целый час. Внезапно в груди что-то укололо. Пока он был занял практикой это ощущение не могло пробраться ему под ребра, а теперь неприятно скребло. Чернокнижник стряхнул воду с рук и вытер их об свои штаны, после собрал свои вещи и направился обратно через лесные заросли к их месту. Его магический барьер, поставленный Олегом как-то неприятно давил на легкие, а плохое предчувствие только усиливалось. Значит ли это, что с Шепсом что-то случилось? У них была особая связь и такие ощущения точно появились не просто так. Дима тяжело выдохнул и ускорил шаг. В воздухе приятно пахло магией и свежестью чистого загородного воздуха. Делая несколько шагов через разросшиеся корни ближе к их опушке, парень ожидал увидеть огни свечей и почувствовать мощное энергетическое пламя Олега от его работы. Однако энергетики медиума он не почувствовал, даже когда уже начал приближаться к опушке, где оставил его. Свечи потухли, а вокруг была тишина, только ветки хрустели под ногами и кое-где пищали насекомые. - Олег? Матвеев быстро обогнул последние тонкие деревья и подбежал к расстеленной ткани. Свечи потухли и попадали, чаша была перевернута, а заговоренное зеркало лежало на сухой траве. Сердце в груди у парня неприятно сжалось, а в голове крутился лишь один вопрос: "какого черта здесь произошло?". В воздухе все еще витал едва уловимый запах жженой полыни, однако младшего Шепса и след простыл. Чернокнижник привел на корточки, приводя вещи в небольшой порядок. В нос ударил легкий запах крови и по телу прошла дрожь. Нет, Олег точно не отошел прогуляться, здесь что-то случилось. Дима сел на землю и зажег свечу, после чего взял заговоренное зеркало. Через него всегда можно посмотреть последние яркие события, которые сохранились в отражении. Парень начал мысленно прокручивать нужные слова, упорно вглядываясь в отражение через пламя свечи. Вокруг стало холоднее. Фигура чернокнижника в отражении стала расплываться и на ее месте появился силуэт, уж очень похожий по телосложению на Олега. Со спины к нему подошел кто-то второй, с размаха ударил по голове чем-то вытянутым и Шепс в отражении упал. Разглядеть лицо силуэта в зеркале сейчас было невозможно, но это не значит, что Матвеев не сможет его найти. - Подонок.. Тихо процедил парень и откинул зеркало на ткань, после недовольно фыркнул. В голове были только нецензурные мысли, которые чернокнижник смог унять, только когда перевел взгляд на чистое небо. Мягкий, но холодный свет россыпи звезд и острого полумесяца падал на его лицо, передавая часть энергии этой прекрасной ночи. В груди укололо от чувства вины. Ведь это он привез сюда младшего, чтобы попрактиковать, а после оставил одного. Самое неприятное - Олег ведь точно скажет, что никакой вины чернокнижника здесь нет, и, скорее всего, будет прав. Чтож, даже если он не виноват, кому, как не Диме все исправлять? Он не собирался прощать каких-то поехавших деревенщин за то, что они обидели его младшего. Матвеев открыл свою книгу на нужной странице и достал из кармашка сумки лезвие. Сделав порез на двух пальцах, он размазал кровь по странице с фотографией и начал вслух читать наговор. Ночь вокруг стала сгущаться, ветер шелестел опавшими листьями, а мягкий и приятный до этого лунный свет теперь стал холодным и опасным, словно лезвие ножа. Легкая вибрация прошлась по земле, отвечая на призыв чернокнижника о помощи. Чужое присутствие он заметил сразу, но продолжал читать, чтобы выбрать именно ту нечисть, что точно сможет помочь. В нос ударил запах кладбища, а после послышались фантомные хихиканья каких-то тварей. Но мелкие лесные черти быстро отказались от сделки. После Диму едва не уронило на землю. Невысокий, темный силуэт, будто сотканный из дымки, с хищным оскалом и горящими красными глазами появился прямо перед ним. «Знаю, куда забрали. Дай мне крови и я отведу» Сверкая зубами, тот засмеялся, ожидая ответа. Он походил больше на змею, хотя когтистые лапы у него были. От нечисти пахло смертью и мертвечиной, а один взгляд огромных четырех глаз заставлял ноги дрожать. Тот хотел приблизиться к чернокнижнику, но недовольно зашипел, чувствуя как его обжигает барьер защиты. - Свою кровь я больше не дам, а вот чужую - запросто. «По рукам» Матвеев быстро запихал вещи в сумку, оставив в руке лишь свою книгу, чтобы не потерять связь с нечистью. Он закинул рюкзак на плечо и быстрым шагом направился следом за скользящей между деревьев нечистью. В темноте хорошо были видны его светящиеся глаза, но чернокнижник старался не отставать и выйдя к грунтовой сельской дороге почти побежал за бесом, который вел его к окраине деревни. Редкие фонари и огни из окон небольших коттеджей слепили глаза, после долго пребывания в темноте. Нечисть рассмотреть становилось только сложнее. В какой-то момент парень упустил беса из виду и начал оглядываться по сторонам, пока не оказался у чего-то ветхого заборчика, который едва был ему по пояс. Внезапно на плечах оказались когтистые лапы, что сильно сжали, но, обернувшись, парень увидел беса рядом с пеньком, на котором явно рубили деревья. В пень был воткнут топор и нечисть провела по рукояти извилистым хвостом, после мерзко захихикала и направилась дальше. Дима долго не думал, перелез через заборчик и взял топор в свободную руку, после чего побежал за нечистью. Остановились они только у какого-то заброшенного храма, который был довольно далеко от дороги и остальных домов. Нечисть сидела у входа, не в силах ступить на землю, что сохранила еще остатки святости. Тот хихикал, обвиваясь вокруг чернокника, опутывая его тьмой и смрадом. «Учти, не дашь мне крови - возьму ее у твоего дружка» - Только тронь! Думаешь я не в состоянии изгнать тебя? - Нахмурился Матвеев и сжал в руке топор. «у насссс сделка» Тяжело вздохнув, тот скинул рюкзак на землю, убрал внутрь книгу и направился ко входу в серый, обветшалый храм. Кажется, даже крестов вокруг не было, да и сила этого места практически не ощущалась. Чтож, значит то, что будет дальше, сложно будет назвать богохульством.

*** Олег очнулся от резкого холода, когда на его лицо начали лить воду из какой-то бутылки. Едва придя в себя, он начал сыпать ругательствами, пока не получил ботинком в живот. Мозг после пробуждения вообще мало что понимал, а голова все еще дико болела. Держать глаза открытыми было проблематично, веки упорно пытались снова слипнуться. В ушах почти звенело от кучи голосов и звуков. Только спустя минут 20 медиум все же смог более или менее нормально оценить ситуацию. Его руки и ноги были связаны, он лежал на грязном деревянном полу какого-то храма, если судить по потрескавшимся остаткам рисунков и куполу. Однако не было свечей, не пахло ладаном и кроме потрескавшихся фресок здесь не осталось ни иконы ни креста. Шепс лежал на небольшом подиуме, вероятно раньше в его центре стояла молельня, но теперь здесь лишь пустота и запах пыли, от которого хочется чихать. Медленно парень перевернулся на другой бок и наконец смог увидеть своих похитителей. Один мужчина лет под 50, двое молодых парней, может совсем немного старше него и какой-то дедушка. Вид старика сильно отличался, он был одет в довольно простые, потрепанные вещи, которые не жалко носить на даче. Остальные же были в черных рубашках и в целом, проблем со вкусом не имели, а на мужчине и вовсе сверху был белый жилет с какими-то узорами. Он косил под священника? Олег не понял этого и лишь пытался понять смысл их разговора. Дедушка в панике указывал на Шепса и пытался что-то объяснить младшим, его нехотя выслушали, а после двое молодых вывели его из храма. Мужчина в жилете, тем временем, увидел что медиум очнулся и недовольно сплюнул на пол, после направляясь к нему. - Знаешь, сколько сатанистов мы уже перебили, мальчишка? Ритуалы.. Практики.. Жертвоприношения.. Вы ведь все просто мошенники нагло обманывающие наивные души,- Он говорил натянуто спокойно, даже слишком, явно пытался показать свое превосходство. Только на Шепсов такие вещи никогда не действуют. - Сектанты здесь только вы. Я медиум. И я никогда в жизни никого не обманывал. Воткнуть нож в спину - это по вашей части,- Олег растянул губы в наглой улыбке. Его глаза сверкали холодной уверенностью. Он перевернулся на спину и смог сесть. Пусть парень и был связан, казалось, будто он здесь контролирует ситуацию. Этот внутренний огонь заставил мужчину заметно опешить. - Ты еще смеешь скалить зубы?! Вы лишь наглые обманщики! Лицемеры! Все ваши трюки противоречат любому здравому смыслу. - Знаешь, если у тебя не хватает мозгов что-то понять - не значит, что это что-то плохое. Медиум посмеялся, а после получил удар по лицу и снова упал на пол, кашляя и недовольно что-то бормоча, снова чувствуя гудение в голове. Перстни с руки старшего неприятно отпечатались на смуглой щеке. Мужчина схватил его за волосы и поднял, заставляя посмотреть в налитые кровью безумные глаза. Рану на голове вновь начало жечь и Олег сжал зубы, выдавая болезненное шиперние. Морщины на его лице прибавляли ему лет, а от кожи неприятно пахло чем-то мерзким, смешанным с дешевым парфюмом. Хотелось поскорее оказаться дома, в объятиях его чернокнижника, как недавно утром. Интересно, Дима уже вызвал полицию? С его способностями он должен найти его довольно быстро. Мысли о парне приятно успокаивали сердце и придавали уверенности. - Никто не найдет тебя здесь, дьявольское отродье.. Ты получишь то, что заслужил - наказание за свою ложь. - Я. Никому. Не врал,- Прожигающий ледяной взгляд светлых глаз, заставил мужчину ослабить хватку и он бросил юношу обратно на пол. - Ты примешь наказание, хочешь ты этого, или нет. Я здесь истина. Я решаю. Я мщу за обманутых. - Ты лишь ебанутый недолюбленный чудик, который возомнил себя чем-то великим. На деле ты лишь никому не сдавшийся кусок говна! За свои слова Шепс быстро поплатился, получив пинок в живот, затем еще один, который выбил остатки воздуха. Мужчина окликнул одного из парней и тот принес ему изящный кинжал. Старший пнул медиума снова, переворачивая на спину, а после наступил на грудь, выдавливая болезненный крик. - Я вырежу твой лживый язык, щенок. И все будут только рады твоей смерти,- С безумным оскалом протягивал слова мужчина и уже замахнулся кинжалом. Внезапно в главную дверь храма ударили с диким грохотом. Затем еще раз. Еще. Казалось, будто обе двери сейчас сорвет с петель и двое парней подошли ближе ко входу. Двери резко распахнулись от удара ногой невысокого брюнета. Матвеев, пряча топор за своим бедром уверенно вошел в храм и, увидев Олега, растянул губы в довольной улыбке. - Я это забираю,- Он кивнул на медиум и усмехнулся, наблюдая за ошалевшими взглядами. "Да откуда столько наглости в этом каротышке?!" так и говорили они. А брюнет только и делал, что прожигал этих идиотов темными глазами. - Ты быстро, чертенок,- Отозвался со своего места Шепс, не в силах сдержать довольную улыбку. Он лежал на деревянном подиуме слева от входа, а рядом стоял тот самый мужчина с кинжалом в руке. - Руки от него убрали. - Чего вы стоите? Хватайте его! - Огрызнулся мужчина на своих подчиненных, которые растерянно переглядывались. Один из парней надел кастет на руку, а другой достал нож. Они приближались к чернокнижнику осторожно, так как не знали, что еще он может выкинуть. Дима держал топор у самого лезвия и, когда парень с кастетом оказался слишком близко, увернулся от его руки и отпустил рукоять, крепко перехватывая топор поудобнее и замахнулся, нанося мощный удар по плечу. Тот громко закричал, чувствуя как треснула кость, отдавая резкой дикой болью, а кровь быстро стекает по рукаву. Чернокнижник должен был ударить с другой стороны, почему именно по правой руке? Он левша или просто кривой? - К-какого хуя?!,- По его щекам катились слезы, он буквально рыдал от боли, стараясь хоть как-то пережать рану целой рукой. Парнишка с ножом заметно опешил, услышав крик товарища, но, посчитав что незнакомец отвлекся, напал на него сзади, намереваясь приставить лезвие к горлу. Матвеев обернулся с хищной улыбкой, наотмашь ударяя топором. Парень увернулся, но с трудом, после перехватил нож и быстро накинулся на чернокнижника снова. - Осторожно! - Крикнул Олег, дергаясь на полу и снова пытаясь встать, но мужчина притянул его за волосы и посадил на колени, приставляя кинжал к горлу. Только Диме не нужны были подсказки, пусть удар топором занимал больше времени, но уворачивался он довольно ловко. Поймав момент, он перехватил правой рукой запястье парня и скрутил руку, сжимая пальцами кость на запястье и заставляя выронить нож. Тот вскрикнул и пнул брюнета по колену, отчего он потерял равновесие и упал. Однако оба были в зоне досягаемости друг друга, тогда Матвеев сжал топор и ударил. Парень явно ожидал удара, но с другой стороны, так как в попытке увернуться он врезался топором прямо в живот и рухнул на пол, сжимая руками рану и продолжая сыпать чернокнижника проклятиями. - Г-гандон! Да ты кто вообще нахуй!? - Продолжал он, пока Матвеев поднялся на ноги и сжимая свое оружие замахнулся снова. Помимо истошных воплей храм наполнил звук ломающихся костей и отслаивающейся плоти. Матвеев наносил удары снова и снова, по животу, груди, голове и лицу. Он не разбирался куда бил, лишь посмеивался и продолжал наносить удары, пока, оставшийся в живых, парень с ужасом и криком наблюдал за этим зверством. Те куски плоти уже мало было похожи на человека, кровь растеклась огромной лужей и оставила пятна на обуви и одежде чернокнижника. Пара капель даже были на лице. Тот опустил топор спустя еще с десяток ударов и, тяжело дыша, внезапно тихо и низко засмеялся. Это уже явно был не просто человек. Оторвавшись от остатков тела несчастного парня он уверенным шагом направился к Олегу. - Ни шагу,- Сурово предупредил мужчина, надавливая лезвием на горло медиума,- Ты ведь не хочешь, чтобы твой друг заляпал полы кровью? Только увидев взгляд чернокнижника, мужчина едва не выронил кинжал. Глаза Матвеева были не просто темными, они были чернее ночи, потемнели даже белки, а дьявольский оскал не сходил с его лица. Шепс лишь улыбнулся, он давно хотел увидеть своего старшего одержимым. Возможно, это очень странное желание, но бесы никогда не творят то что хотят, они лишь усиливают пороки, которые уже есть в человеке. И сейчас он видел своего чернокнижника с гипертрофированными маниакальными наклонностями. Этот парень прекрасен в любом состоянии. Одним своим видом он довел мужчину до дрожи и несвязанного бормотания. Внезапно Дима выронил топор и согнулся, падая на колени и начиная кашлять. Боль в груди распирала настолько, что, казалось, он выплюнет свои легкие. Жжение отдавало по всему телу и в какой-то момент стало трудно дышать. А Олег все кричал его имя и звал, помогая ему вернуться в свое тело. С очередным кашлем изо рта чернокнижника посыпался черный песок, а глаза уже намокли от всего этого. Несмотря на то, что он выходил из легких, он был сухим, отчего доставлял еще больше боли, пока парень, оперевшись руками о пол, чтобы не упасть, продолжал кашлять. Спустя несколько секунд, когда на полу образовалась приличная кучка, его глаза вернулись в прежнее состояние, а парень наконец-то глубоко вдохнул, стараясь отдышаться и унять боль в груди. По полу храма прошла ощутимая дрожь, а стены затрещали, кажется где-то начала осыпаться краска. Песок начал шевелиться, будто несуществующий ветер закружил его в вихрь, и спустя пару мгновений песчинки начали распадаться на клубы темного тумана из которого появился змееподобный бес. Нечисть открыла зубастую пасть и захихикала, после мгновенно бросаясь на мужчину и выгрызая из него внутренности. Олег вздрогнул, когда бес пронесся мимо него, а после поднял обеспокоенный взгляд на старшего. Матвеев встал на ноги и преодолевая ломоту в теле подбежал к медиуму, присаживаясь рядом и перерезая топором веревки. Освободив парня, первым делом он обхватил его лицо ладонями, наконец полной грудью вдыхая родной запах, и осматривая ссадину на его губе и синяк на виске. - Прости, что долго,- Все, что успел сказать Дима, прежде чем младший крепко прижал его к себе, за одно утягивая в нежный чувственный поцелуй. - Нужно уходить. Коротко сказал Шепс и поднялся на ноги, после выбегая из храма за руку со своим старшим. Парни еще минут 10 бежали по грунтовой дороге, подальше от этого сумасшедшего места. Наконец, они перешли на шаг, когда Матвеев повел их через лес в сторону дороги, где он оставил мотоцикл. Спрятавшись в глубине леса, чернокнижник почти бросился на шею младшему, крепко обнимая его и прижимаясь к широкой груди. Его тело все еще подрагивало после подселения, но кровь с одежды и лица пропала, будто бес не пожелал оставлять хоть какие-то капли. - Все хорошо, я рядом, чертенок. Спасибо, что пришел, я ждал тебя. Все хорошо,- Продолжал успокаивающе повторять Шепс и гладить по спине своего парня. Тот подрагивал в его руках и явно не собирался отпускать. Невольно, Олег вспомнил тот день, когда к старшему прицепилась мавра. Тревога почти сутки сжирала его изнутри, а сейчас.. Сейчас его Дима почти плакал на его плече, боясь хоть ненадолго отпустить его. Наконец, более или менее успокоившись, чернокнижник поднял мокрые глаза на младшего и погладил его по щеке одной рукой, мягко проводя пальцами по смуглой коже. - Я-я так испугался.. Еще и дверь.. Она была заколочена, другая заперта, а до окон я не доставал.. Я боялся, что не успею.. Боялся, что потеряю тебя.. Я бы не п-простил.. Матвеев не закончил фразу, так как его губы взяли в плен, нежный и сладкий, не давая даже возможности подумать о том, чтобы отказаться. А она и не нужна, ведь старший охотно ответил на поцелуй, прижимаясь теснее к крепкой груди и сжимая куртку на плечах медиума. Сперва Олег целовал чувственно, нежно приминая то верхнюю, то нижнюю губу, мягко проводил по ним языком. После он уверенно прижал старшего к широкому дереву, подхватывая его за бедра, пока тот с охотой обхватил его стройными ножками, и углубил поцелуй, нагло вторгаясь в чужой рот языком и изучая его. Дима не смог сдержать тихий стон и лишь крепче сжал плечи младшего, с удовольствием целуя его в ответ и прижимаясь теснее к теплому телу, слегка выгибая спину, позволяя исследовать себя полностью. Почувствовав на губе нежный укус, он вновь тихо простонал через нос и мягко отстранился, стараясь восстановить дыхание, но не сводя взгляд с серебристых глаз напротив. - Ты так охуенно выглядел.. Готов был порвать за меня.. Я думал прямо там поплыву.. Я так люблю тебя. Черт, как же мне с тобой повезло,- Почти на одном вдохе томно прошептал медиум, давая волю своим чувствам и успокаивая своего чернокнижника. - Сам ты черт, за языком следи,- Растягивая губы в довольной улыбке, тихо посмеялся старший, после чего прильнул к Олегу ближе, потираясь своим кончиком носа о его,- И я люблю тебя.. Очень страшно потерять тебя, малыш. Еще и по своей вине.. Я же привез нас сюда. - Не продолжай. Ты не знал и не мог знать. Это случилось, а значит должно было случиться, понял? - Угум,- Дима ласково улыбнулся и снова нежно поцеловал парня, обвивая его шею руками. На этот раз от отстранились быстрее, и младший поставил его на ноги. - Пойдем. Пора домой, а за одной нужно рассказать Саше. - Пойдем.