Догони меня

Состояние Хана можно было описать, как довольно нервное. Он даже наплевал на услуги такси и поспешил домой пешком. Параллельно этому парень успел написать лучшему другу: Хан Джисон: Приходи ко мне через минут сорок, есть о чем поговорить Друг ответил практически сразу, поскольку находился в режиме онлайн. Он был в общежитии и заканчивал домашнее задание, что казалось действительно редкостным поступком для художника. Хван Хёнджин: Ты меня пугаешь, что случилось? Минхо набил морду тому ублюдку? Хан Джисон: Да. Жду тебя. Студент был полон серьёзности, в тот момент крайне тяжело ощущался весь вихрь в голове, хотелось разобрать всё по полочкам. Из-за ускоренного шага вспотели подмышки и спина, Джисон брезгливо подумал о том, что стоило принять душ до прихода друга. К своему удивлению, он прибыл к дому за десять минут. Одежда казалась мокрой, не с самым приятным запахом. Прямо на ходу, Хан расстегивал белоснежную некогда рубашку и затем бросал её на пол. За ней пошли и брюки, нижнее белье. На стиральной машинке оказались все кольца, серьги и часы. Когда парень почувствовал сильный напор горячей воды, то чуть ли не застонал от удовольствия. Она помогала расслабиться и на пару мгновений отпустить переживания. После душа парень надел одну из любимых пижам в нежном голубом оттенке и принялся убирать лежащие на полу вещи. Послышался звонок в дверь. Джисон бегом закинул одежду в корзину для грязного белья и поспешил открыть дверь. Хёнджин оказался не с пустыми руками. — Ты зачем бутылку вина взял? — Недоуменно поинтересовался Хан, когда пропустил друга внутрь квартиры. Тот выглядел довольно напряженным, со сведенными бровями к переносице. Хван повернулся к студенту и выпустил нервный смешок. — Я перепугался! Это антистресс! — Немного громковато произнёс художник. Он небрежно разулся и теперь кроссовки валялись в противоположных углах друг от друга. Хёнджин расслабленно выдохнул и быстро проскочил на кухню. Помимо вина у парня был ещё и большой пакет из фастфуда. Хозяин квартиры направился за Хваном, скрестив руки. Теперь он не понимал, кто больше волновался и по какому поводу. — Помой руки сначала, — спокойно сказал Джисон, когда заметил, как парень начал искать бокалы в шкафчике. Хёнджин глаза закатил, но послушался, однако очень быстро вернулся, продолжая организацию вечера. — Что купил? — С любопытством спросил Хан и заглянул в пакет. Ничего примечательного не нашлось: обычные бургеры с картошкой и коробочка со стрипсами. — Да вот вычитал, что к говядине подойдет каберне совиньон, будем пробовать, — ответил Хван. Хан на это лишь по-доброму улыбнулся и уселся напротив друга. Когда вся еда была распакована, а бокалы наполнены алкоголем, студент начал диалог. — Мне неловко в этом признаваться, — медленно начал Джисон. Ему и вправду было стеснительно говорить о каких-то чувствах к Минхо, когда он всё время отрицал и даже с отвращением отзывался о парне. Хёнджин пошире раскрыл глаза от предвкушения и наклонил корпус, чтобы хорошенько всё расслышать. — Наверное, у меня появился интерес к Минхо…как к парню, — издалека, начал Джисон. Художник в ответ хитро и победно улыбнулся, он, как знал, что всё так сложится! Хан глаза закатывать не стал, но взгляд всё же отвел на собственный бокал, дабы не встречаться им с другом. — И час назад мы должны были переспать, но именно в тот момент я осознал свои чувства и поэтому свалил, — признался студент. — Ты бросил его со стояком в штанах? — Вечно Хёнджин уточнял не совсем то, что действительно важно, чем на пару секунд развеселил друга. Посмеявшись, Джисон надул щеки и опустил голову, он даже не знал, что ответить. — Ладно, окей, что ты планируешь делать? — Вкинул ещё один вопрос Хван. Студент неопределённо пожал плечами, чуть поджал губы. — Я так долго его отталкивал и все это видели… И правда считал, что он мне не нужен, — напряженно сказал Джисон. Если так задуматься, то его сдерживало только общественное мнение и прошлое собственное. Было бы странно начать встречаться с Ли после всего пережитого? — Какая разница кто что думает, Джисон? Мне казалось, что ты всегда выше этого. Если Минхо всё ещё испытывает к тебе чувства, а они у тебя тоже появились, почему бы не попробовать? И давай ешь, я зря что ли купил? — От такой поддержки в груди потеплело. Хван был прав на миллион процентов, но почему-то студент боялся себе признаться в этих мыслях. — Ладно, — кратко ответил парень и сделал глубокий глоток вина. В горле приятно обожгло, а солёная картошка только добавила дофамина. Стало совсем приятно и хорошо, Хан попытался размять плечи и даже застонал от удовольствия. — Ну что? Любовь-морковь теперь? Когда ему скажешь? — Хёнджин с огромным аппетитом поглощал бургер и успевал накидывать один вопрос за другим. Здесь Джисон всё-таки закатил глаза цвета карамели и пробубнил: — Мне надо какое-то время набраться смелости, — Хван удивленно посмотрел на него в ответ. — Тебе? Смелости? Ты меня с собой перепутал? — Парень был убежден, что уверенность в Хане была вместо крови. Весь его образ, мышление и характер всегда полны какого-то величия и безумной харизмы. Может не такой, как у Минхо или Йеджи, но она просто другого толка. Джисон поднял одну бровь и хохотнул, парень не понимал, почему друг так возносит его. — Поверь, я довольно ранимый, просто не показываю этого, — разоткровенничался студент. Хёнджин же промолчал, он перешел к поеданию картошки и других снэков. В следующую неделю Минхо не проводил эфиров, скорее всего в связи с ранами на лице. Он полностью занялся предстоящим концертом. Как Джисон случайно узнал, активист вместе с Феликсом сами должны были участвовать в одном из танцевальных номеров как дуэт. Почему-то студент обнаруживал множество новых фактов о Ли, вероятно Хан стал больше обращать на него внимание, что и служило главной причиной. Например, что тот всё время находился где-то неподалеку и наблюдал за ним с доброй улыбкой и глазами-полумесяцами. Что Минхо на переменах любил подымить сигаретами или электронкой вместе с Феликсом и выглядел при этом чертовски горячо, особенно, когда надевал черную рубашку. Или из милого, что активист обожал уличных животных и, не удержавшись, трепал их за ухом, а иногда покупал корм. А ещё он писал многие сообщения с восклицательными знаками и благодаря этому они окрашивались в какой-то яркий эмоциональный всплеск. Ли Минхо: Доброе утро! Как спалось? Удивительно, но такие сообщения теперь теплом отзывались в груди. Джисон постепенно стал отвечать более развернуто, намного дружелюбнее, чем когда-либо до этого. Они не обсуждали тот вечер, но, наверняка, активист заметил изменения в поведения студента и невероятно радовался. Посередине недели ребята случайно столкнулись в столовой. Хан сидел в окружении друзей, с появлением первокурсников, их стало как-то больше одного. Теперь помимо Хёнджина периодически составляли компанию Чонин и Сынмин, а иногда и Юна. Она всё-таки пошла тогда в кино и их отношения с Кимом приняли новый оборот. — Можно к вам, ребят? — С яркой улыбкой спросил Ли. Он стоял вместе с Феликсом и Йеджи. Стол был продолговатым и в целом, довольно вместительным. Хёнджин вопросительно взглянул на Джисона и тот удовлетворительно кивнул, мол, да, согласен. Это заметили Сынмин и Юна. — Конечно, хён! Давайте подсаживайтесь, — одобрительно произнёс Ким. Когда парень узнал о том, как за него заступились старшекурсники, то растерялся и почти заплакал от признательности. Он чувствовал себя по гроб обязанным за такую оказанную доброту, хоть и истинная причина скорее крылась в отношении Хёнджина к Чонину. Минхо наглым образом уселся между Джисоном и Хваном, но второй был вовсе не против, его больше волновал Ян, сидевший по другую руку. Парень с любопытством осматривал новоприбывших и ощущал легкое волнение. — Не хватает только Чана и Чанбина с Черён, да? — Со смехом сказал Феликс. Он намекал на тот самый вечер посвящения в первокурсники. Ребята сидели почти тем же составом. Хан незаметно цокнул, он всё ещё не переваривал Феликса и сплетника Чана. Хван приподнял один уголок губ, посмотрев на реакцию друга. — Слушайте, скоро будет концерт в честь сорокалетия нашего факультета. Мы с Феликсом будем выступать, не хотите прийти поддержать? — Перешел сразу к делу Минхо. Вероятно, что он подсел именно с целью приглашения. Ожидающий взгляд направился прямиком на Хана, хотя вопрос был для всех присутствующих. Джисон приподнял брови и округлил глаза, он не особо горел желанием идти, хоть и испытывал симпатию к активисту. — Ну, это не студенческая весна… — промямлил Хёнджин где-то сбоку. Всё-таки, не зря они были лучшими друзьями, их вкусы в подобных мероприятиях были схожими. — А я пойду! Чонин, ты тоже? — Вдруг громко и отчётливо сказал Сынмин. Юна тоже поддакнула и сказала, что обязательно придёт. Йеджи усмехнулась реакции подруги и довольно на неё взглянула, Хван было бы скучно сидеть одной в зале и ждать номер Феликса. Ян же перевел взгляд на своего парня. Тот выглядел немного забавно с недовольным выражением лица, он был словно субтитры, полнейшая искренность. — Мне надо посмотреть расписание, но, наверное, я смогу, — с большим сомнением произнёс Чонин, он буквально выдавил из себя эту фразу. Последнее слово было сказано и вовсе шепотом. Хван ободряюще сжал его ладонь под столом и положил на собственное бедро. — Ну, так что? Хан, пойдешь? — Спросил Феликс. Он прямо-таки чувствовал отсутствие симпатии студента к себе и наслаждался этим. «Ведь понимает, что я не хочу идти. Чёрт, ещё и Минхо так смотрит» — раздраженно подумал Джисон. Ли действительно продолжал сверлить его взглядом полной надежд. — Если Чонин сможет, то и я, — выкрутился из ситуации Хан. Ян быстро бросил на него шокированный взгляд карих глаз. В ответ Джисон неловко наклонил голову чуть в бок, мол, извини. — Хорошо, будем верить, что оба будете, — даже с несколько агрессивной ноткой сказал Минхо. Он настолько хотел видеть Джисона на концерте, что даже скорее испытывал злость, чем грусть при таком ответе парня. На том и решили. В день мероприятия оба Ли слегка ощущали волнение, это был их первый перфоманс в текущем году. Активисты оделись в синие полосатые костюмы-тройки, сидящие идеально по телу, благодаря одной девушке из студенческого совета. Рюджин занималась шитьем ещё со школы и прекрасно справлялась со своим делом. Зал был полон как никогда ранее, ведь все знали, что два самых популярных парня вновь окажутся на сцене. Помимо них, людей ещё интересовали прогулы от лекций, на которые деканат закрывал глаза. Хёнджин категорически отказался идти, чем тормозил Чонина и Джисона, однако Ян знал, что находился в каком-то смысле в долгу перед Минхо, и совесть не позволяла, не показаться в актовом зале. Соответственно и Джисон автоматически примыкал к дружеской компании. Само собой сложилось так, что на третьем ряду, предварительно забронированным Йеджи оказались сама рыжая красавица, её подруга Юна, Сынмин и Чонин с Джисоном. В зале было душновато, шумно и беспокойно, но позже всё утихомирилось из-за потухшего света. Все прожекторы были направлены на сцену. Ведущим мероприятия оказался какой-то третьекурсник, один из членов совета. Джисон практически уснул и поэтому прикрыл веки, стал думать о том, как хорошо было бы уехать куда-нибудь в Нью-Йорк и пить вино в элегантном ресторане. Может быть, в компании Хёнджина или… Минхо? Сердце предательски приятно накрыло чем-то тягучим и горячим. Такая мысль принесла удовольствие, и Хан невольно представил кошачьи глаза напротив себя с этим бескрайним космосом. Любопытно, а Ли бы согласился отправиться куда-то так далеко вместе? Вопрос привел студента в более бодрое состояние, на секунду захотелось найти Минхо в толпе и заново оценить его взглядом. Хан для этого даже вновь распахнул обрамленные темными ресницами глаза и уставился на сцену. Выступала девушка и пела она весьма неплохо, однако Джисону отчего-то не понравилось, и он перевел взгляд на соседей по ряду. Чонин понизил яркость на экране телефона и безостановочно строчил Хвану сообщения одни за другими, впрочем, это было взаимно. Студент мысленно порадовался за художника, всё-таки лучше пары ему не найти. Ян был очень милым, скромным и добрым, то чего порой не хватало Хёнджину с его язвительным характером. Далее шел Сынмин, он нахально положил ладонь на колено Юны, пока та оживленно шушукалась с подругой, обсуждая выступления. Ким сидел довольно тихо, он тоже смотрел на сцену, взгляд полный скуки выдавал его с головой. Ким был неплохой альтернативой Хёнджина, только потрудолюбивее и поактивнее. — Итак, пора повысить градус этого места. Выступление Ли Минхо и Ли Феликса! — Громким возгласом прошелся голос по всему помещению. Ребята тут же встрепенулись, выпрямили спины и слегка сощурили глаза в ожидании. — Ахуеть, — шепотом произнёс Ким. Остальные были солидарны с его мнением, когда двое парней явили свой облик на радость публике. Под жилетками не было рубашек, сам предмет гардероба слегка мал по размеру, но так и задумывалось. Залу открылась прекрасная возможность лицезреть небольшие голые участки кожи груди и живота, однако этого уже хватало, чтобы даже парни вскрикивали: «Хёны, как же вы горячи!», не постеснявшись преподавательского состава, тоже сидевшего в зале. Джисон в изумлении раскрыл карамельного оттенка глаза и не смог отвести взгляда. Активист тоже быстро нашел его в толпе и подмигнул так, что живот скрутило от полыхающих чувств. Заиграла музыка, парни демонстрировали четко отточенные движения, настолько проработанные, словно это был их ежедневный ритуал. Ткань опасно натягивалась на бедрах, в паху, жилетка скользила по плоскому животу. Дуэт Минхо и Феликса всполошил весь зал, то и дело слышались охи-ахи, даже где-то местами стоны. Хан же прекратил дышать на какое-то время, он неотрывно наблюдал за действиями чужого тела. Никогда ранее Джисон не ценил танцы как искусство, не окунался в бесконечную красоту линий построенных танцором. Минхо искусно передвигался по сцене, менял эмоции на лице, передавал определенное настроение. Стоило упомянуть, что Феликс был ничуть не хуже, парни смогли идеально синхронизироваться и создать незабываемую картину. Когда выступление подошло к концу, зрители взревели от оваций. Оба Ли стояли потные, но довольные и несколько раз поклонились толпе. Когда парни ушли со сцены, то ребята стали думать, как бы незаметно уйти. — Предлагаю по одному, Хан-хён, идите первым, — сказал Ким. Джисон сидел у самого края ряда, поэтому он легко согласился и постарался тихо выйти из актового зала. В этот раз не было наблюдательного Феликса, да и вообще, мало кто контролировал передвижения, студенты всё ещё переживали выступление двух самых популярных парней универа. В коридоре дышалось намного легче. Студент с облегчением опустился на ближайшую скамью и принялся прокручивать в голове ранее увиденный танец. Грешно всё-таки утаивать от самого себя, что Минхо Джисону очень понравился. К маленькой симпатии добавилось уважение, ведь не каждый способен так двигаться, это было достигнуто упорными тренировками. Душа начинала отзываться сомнениями в каких-то негативных аспектах по отношению к активисту. Преимущества наслаивались одни за другими, стирались рамки критического мышления, Ли становился в глазах Хана всё краше и краше. «Розовые очки надевать не буду, но похоже, что он догнал меня и задушил…всем своим видом, чёртов Ли Минхо» — волнительно подумал студент. Он понимал, что отказать активисту ни в чем более не сможет и теперь хотел лишь одного — умиротворения в их отношениях. Ребята продолжали выплывать из двери один за другим. Когда компания снова собралась в один круг, они начали обсуждать, как выманить активистов наружу. — Хан-хён, напишите Минхо-хёну, что мы их ждем, — попросил Сынмин, а Чонин согласно кивнул. Вероятно, танцевальный дуэт должен был в самом конце выйти на поклон, но кого это волновало? Джисон послушался, он кивнул и достал телефон из кармана брюк. Хан Джисон: «Тут все ждут тебя и Феликса. Придёте?» Минхо, почему-то, ответил незамедлительно. Ли Минхо: «А ты меня ждешь?» Джисон закатил глаза. Хан Джисон: «Больше всех» — правда или нет, он и сам не знал. Ли Минхо: «Бегу» Они и вправду выросли из неоткуда буквально на глазах довольно скоро. Уже переодетые, слегка помятые, зато счастливые. Хан провел глазами по Минхо сверху донизу и приподнял один уголок губ. — Можем поговорить наедине? — Тихо спросил студент, когда подошел чуть ближе. Ли, как всегда, засверкал от такого внимания и кивнул. Пока остальные о чем-то шумно переговаривались, парни поспешили завернуть за ближайший угол подальше от лишнего внимания. Когда говорить можно было спокойно, Джисон тяжело выдохнул, нужно было набраться смелости. Ли опирался спиной о прохладную стену и бросал на Хана влюбленные взгляды. Студент, наконец, приблизился к активисту, чуть склонил голову набок. — Минхо, я готов ответить тебе, — тот поднял на него непонимающий взгляд. О чем он говорил? Впрочем, любые слова приятны, если их произносил Хан Джисон. — Да? — Мягко сказал Ли. Хан наклонился поближе, ещё немного и почти бы касался кончиком носа щеки активиста. — Похоже, я влюбился в тебя. Ты мне нравишься, Ли Минхо, — голос почему-то стал каким-то низким, бархатным и полным честности, без обычной грубости и колкости. Рот Ли от удивления приоткрылся, щеки порозовели, как и уши. Джисону он показался произведением искусства, и было бы ошибкой не затянуть Минхо в глубокий французский поцелуй. Он осторожно примкнул к чужим устам, слишком робко, но так чувственно и нежно. Губы парня теплые, мягкие, слегка с горечью от табака. Когда активист прижал студента к себе и поменял их позиции, у Джисона бабочки в животе сделали сальто. Жар от Ли и холод от стены сводили с ума. Минхо был до безумия физически сильным, и быть схваченным в его руках значило таять на глазах. Однако ноги у них обоих подкашивались от чувств, от долгожданной взаимности всё внутри сверкало фейерверками. Неясно откуда, но Хан находил возможность придерживать активиста за спину, пока тот прижимал его к стене и при этом слегка терял координацию и чуть ли не падал на пол. — Мм, всё, тише-тише, ты же сейчас свалишься, — сквозь поцелуй отрезвил студент Минхо. Тот с большим усилием оторвался от манящих губ и туманным взором посмотрел вниз, на собственные ноги. — После танца наверное, ох, — нашел оправдание Ли и это вполне могло быть правдой. Джисон робко улыбнулся и ответил: — Мне понравилось, ты был хорош, — от похвалы Минхо ещё больше покраснел, чем насмешил Хана. Активист неловко закашлялся и сказал: — Спасибо. Так мы теперь встречаемся? — Хан отвел взгляд куда-то в сторону и тихо буркнул: — Да.