Всего лишь сон?

Ночь. Солнце полностью ушло за горизонт, опусташая светлые поляны темной мглой, отемняя всю ромашковую долину вдоль и поперек. Но нашим главным персонажам это ничуть не страшно. Ёжик пришёл на ночёвку к Крошу, для них это очень частое явление: очень уютно находиться в гостях у друга, особенно ночевать там! Ребята обсуждали разные истории, например, про то, как Нюша снова поссорилась со своим надёжным «принцем», Барашем. Про то, как Совунья долгое время не могла найти лампочку, а в итоге она оказалась в доме ворона Кар-Карыча… Весело это обсуждать и давать своё мнение насчёт этих историй, произошедших за целый день. А ещё лучше слушать мнение друга по поводу данных историй. Вот и Ёжик послушно лежал на голубой раскладушке, что Крош в спешке нашёл для гостя. А ещё Ёжик умел хорошо слушать, и комментировать мнение своего друга… Кролик рассказывал историю, не переставая удивляться, «Ну как это, чтобы Совунья что либо теряла? Зачем Карычу нужна была её лампочка?». Ёжик кивал, явно соглашаясь с утверждением друга. Вдруг, речь зашла про железную няню. — Крош, как думаешь, она бы могла вернуться? — Ёжик, не неси чушь, нет конечно! Она же не работает уже! Это же глупая машина, у которой истёк срок годности… Ёжик, кивнув, перевернулся на другой бок. Светильник был окончательно выключен, и весь дом Кроша погрузился во мрак. Уставшие за день ребята быстренько заснули, ожидая утра. Крош проснулся посреди ночи. Что-то не давало ему покоя, ведь на его телефон, что тихо лежал в сторонке и иногда вибрировал, пришло новое сообщение. Телефон снова завибрировал, послав в тихую комнату громкий и звонкий звук уведомления, что разбудил не только Кроша, ну и Ёжика… Крош, спрыгнул с кровати и ловко взял телефон. — Ого, я думал, Пин спит! На телефон кролика пришло сообщение от изобретателя, содержащее в себе странный посыл. «Вы ещё не спите?» (Пин) Крош решил ответить ему, думая, что Пин снова до утра читает «интересные» комиксы с супергероями… «Да вот, не спится, ёжик у меня на ночёвке, круто, да?» (Крош) Вдруг, незамедлительно было отправлено сообщение, от быстроты которого даже ёжик вздрогнул, укотовшись по сильнее в теплое одеяло. «Значит вы одни у себя дома, так ведь?» (Пин) Крош, недоумевая, спросил ёжика: — Ёлки-иголки, ёжик, мне что то не по себе… Пин обычно спит в это время, а сейчас он спрашивает, одни ли мы… Тот, пожав плечами, ответил: — Крош, не беспокойся, может Пина это и правда интересует. Крош шумно выходхнул из себя весь воздух, что забрался в него за весь разговор. Вдруг, кролик уже собирался залезть на кровать, как вдруг снова раздалась вибрация… — Да блин, у Пина что, ночной интерес проснулся? Сейчас посмотрю, что он снова написал,— уставший бегать туда-сюда кролик, снова посмотрел в телефон. — Ёлки-иголки... — Что там, Крош? — ох, ёжик… Крош стал трястись от страха. Его зрачки расширились, став похожими на мячики, а сердце стало биться чаще, словно во время пробежки. Он дрожал, смотря на сообщение от их друга «Пина». Ведь оно точно было не из нормальных. «В общем, ваш Пин хреново уворачивается от ножа… я в него со второго раза попала» (Пин) Крош, в спешке взял телефон, выключил звук на нём и присел к Ёжику на раскладушку… — В-вот... Скажи-же, что это шутка?.. Ёжик, взглянул на экран, и увидел данное сообщение… Через долю секунды, когда Крош уже хотел забрать телефон от глаз Ёжика, вдруг снова звук вибрации, и перед глазами ёжика новое сообщение, что пока не успел узреть кролик. Ёжик протёр глаза, чтобы забыть всё что видел секунду назад… Крош тоже увидел это сообщение, и, кажется, тоже от страха стал «вибрировать» странными мычаниями… Двое друзей стали трястись, словно они были в Антарктиде, или на другой холодной территории. Они увидели фотографию, на которой было бездыханное тело Пина. Из его бледной груди торчал нож, вокруг его груди текла свежая светло-алая кровь, которая вытекала прямиком на пол. Из глаз Пина было видно отражение ни что иного, как железной няни… — Ёлки иголки, ЧТО ЭТО, БЛЯТЬ?! Крош не мог сдержать себя и сохранять спокойную и цензурную речь, когда увидел кровавое тело Пина, вокруг барахла и темноты. Ёжик, повалился на кровать, начав рыдать. Истерить и биться в конвульсиях. Ведь он не понимал, что только что произошло, и где находится настоящий пин… Он зарылся в подушку, словно пытаясь себя заткнуть, и стал вопить, задыхаясь. Крош попытался его успокоить, хотя сам был не в себе: его ноги стали холодные, словно снег, а сам он трясся, пытаясь укрыться в и без того холодное одеяло… Вдруг, пришло новое сообщение. Крош, откинув телефон, прокричал, глотая свои наворачивающиеся слёзы: — ДА ХВАТИТ УЖЕ НАС ПУГАТЬ! Он мельком глянул на сообщение, и на эту ночь ему уже было достаточно. Определённо. «Я иду к вам. Вы будете как он. Такие же» (Пин) Громкий, пронзающий окна крик был слышен на расстоянии наверно, нескольких миль… — А-А-А-А! Ужас и страх охватил кролика, адреналином избивая сердце, которое все трясется. Не останавливается не на секунду. Глаза, моргающие без конца, сомкнулись, давая взору великую и ужасную темноту. На секунду, Ёжик перестал вопить, телефон перестал вибрировать, а сам Крош перестал слышать стуки своего сердца. – Я мёртв?.. – подумал он на секунду, протирая закрытые глаза. От части, это было так, ведь он не чувствовал ничего. В любопытстве и интересе, кролик таки открыл глаза, желая увидеть, почему всё замолчало. Он увидел её. Железную няню, что была в темноте. В бескрайней пустоте, посреди черноты, была она. Никого рядом. Только она и её широкая улыбка. И, кажется, нож в правой руке. Это конец. Нет смысла продолжать смотреть. Крош, откидывается назад, окунаясь в вечную пустоту, бескрайнюю вселенную, которая никогда не кончится. Виднелся мрак. И больше ничего. Да и железная няня куда-то исчезла. Рассудок помутнел. Глаза, автоматически сомкнулись. Крош, перестает чувствовать свое тело, теряя осязаемый ветер, которого, словно, не было. Он просто перестает падать, зависая где-то в пустоте. И снова, темнота. Но сейчас, он не чувствует ничего. Просто тьма и все. Ничего более.

***

Крош проснулся в холоднейшем поту, оглядываясь, и судорожно ощупывая кровать. — ЁЖИК! ГДЕ ТЫ?! Гость, услышав призыв, сразу поднялся на кровать к кролику. Было утро, причем раннее. Лучи только начали заглядывать в домики к смешарикам, все спали. Но не Ёжик с Крошем. Крош понял, что всё что только что было — было его сном… жутким, ужасным, но сном. Тревога стала постепенно испаряться внутри смешарика. — Кошмар приснился?.. — сказал ёжик, давая своему лучшему другу чашку с крепким зелёным чаем, — мне тоже, сегодня, кое какой приснился… Крош не хотел рассказывать свой сон другу. Во сне было уж очень много жестокости, ёжик бы не выдержал. Поэтому, Крош спросил, монотонно беря в руки чай и делая из него короткий, но глубокий глоток: — А, что тебе снилось? Последовал незамедлительный ответ, который, казалось, был таким быстрым, что даже перебивал речь кролика. — Мы были на ночёвке, как и сейчас, и нам железная няня от лица Пина написала, что... ну... отмутузила его, и сказала, что мы следующие… Это всего лишь сон, поэтому нет поводов для беспокойств. Снова, Крош стал трястись… Он выронил из руки чашку чая, который мгновенно разлился прямо на раскладушку, где спал Ёжик, обжигая холодные колени напугавшегося кролика. Конечности, словно, заморозили опавшую на них жидкость, ведь адреналин был сильней. Намного сильней. Но внезапно, в доме Кроша раздался громкий стук, ритмичный и терпеливый, такой, будто незваный гость и не хотел входить. У кролика предательски стали наворачиваться слезы, он укутался в свое одеяло оставив открытую лишь ледяную и мокрую от страха и слёз голову. В моменте, Ёжик, встал с кровати. Подойдя к двери он кинул взгляд на хозяина дома, утвердительно смотря на него, явно желая что-либо сказать. Но мыслей не было. Ведь у кролика снова начались некие судороги, и снова, глаза наполнились пустотой. Было лишь слышно: — Крош, я открою… – после чего, кролик снова впадал в невесомость, растворяясь в пустоте.