Падение с небес

— Куда мы? — только и выдохнул Хан, едва поспевая за Минхо. Настроения куда-то идти не было. Он предпочёл бы просто побродить по прогулочным местам Третьего уровня, чтобы привести мысли в порядок и приготовиться к самому страшному. Но у Ли Ноу были совсем другие планы. — В клуб. — Зачем? — изумился Джисон. — Я говорил, я не люблю эти капсулы, мы ж не просто так всегда поздно возвращаемся. Ну и чтобы ты увидел, что это такое, — усмехнулся Минхо. — Третий уровень – центр ночной жизни. Нигде больше ты не увидишь таких заведений и такого уровня свободы, как тут. Кто-то скажет, что свобода здесь граничит с распущенностью, но я скажу… плевать, кто и что там говорит. Перед возвращением в свою золотую клетку, тебе стоит отпустить себя хотя бы разок. В жизни хотя бы раз следует сотворить что-то безумное! — Но я не… Джисон хотел возразить, воззвать парня к разуму и избежать визита в пугающее заведение, но Минхо очень быстро завёл их в нужное здание, где обнаружилась огромная толпа молодёжи. Оказавшись в этой безумной суматохе, Хан уже не мог ничего сказать и только тревожно перехватил руку Минхо на своём запястье, чтобы не потерять его хватки. Разделиться в этой толпе было бы чревато. Как оказалось, вся эта толпа стояла в очереди на вход в клуб, коих в здании был по меньшей мере десяток. Какие-то располагались чуть выше и имели вполне конкретные тематические направленности, а какие-то были очень закрытыми и посещали их только избранные. Всё это Хан услышал из чужих разговоров, пока они дожидались своей очереди. Лишь когда они с Минхо максимально приблизились ко входу в клуб, он отвлёкся от чужих реплик и смог вспомнить про своё положение. — Подожди, но как меня пустят? У меня нет айди, они не смогут проверить мой возраст! — прокричал старшему на ухо Джисон. — Именно поэтому здесь и такая большая очередь. Ты же не думаешь, что все в этой очереди совершеннолетние? — лукаво улыбнулся Минхо. — Это место популярно среди тех, кому не нужно лишнее внимание. Попасть сюда могут все желающие, так как всегда есть возможность договориться. — Но разве это законно?! — изумился Хан. — Хани, твоё нахождение на нижних уровнях в целом незаконно. Так какая разница?! — усмехнулся Ли и потянул Джисона за собой. Они наконец-то смогли миновать двери и поравняться с андроидом-вышибалой. Это был здоровый робот-гуманоид с искусственным интеллектом, которого можно было бы легко принять за человека, если бы не полностью механические руки и шея. С давних времён компаниям, производящих таких служебных роботов, запретили делать их чрезмерно «человекообразными», так как возникла большая проблема в психологическом восприятии этих роботов людьми. Стали учащаться случаи патологической привязанности к машине. Робот-вышибала таких чувств не вызывал, напротив, его грозный вид даже немного пугал. — Айди, — человеческим низким голосом скомандовал он. — Без проблем, но моему другу нужно пройти незамеченным. Нельзя, чтобы про этот визит как-то узнали на его работе. Всё необходимое возьмите с моего счёта. Хорошо? — Минхо послушно повернулся к роботу затылком и чуть наклонил голову, чтобы открыть место, где вживлялся чип айди. Вышибала на его запрос ничего не ответил, только просканировал взглядом нужный ему чип, и когда глаза его мигнули голубоватым светом, он шагнул чуть в сторону, пропуская парней к двери. — Заходите, — коротко буркнул он. Пройдя небольшой тёмный коридор, Джисон вслед за Минхо вышел в главный зал клуба. Это было огромное помещение с высокими потолками, которые тянулись на несколько этажей вверх. Танцпол на верхних этажах в основном размещался по краям, но на каждом этаже имелся небольшой стеклянный мостик, идущий ровно через центр. Клуб был залит огнями светомузыки, которые окрашивали всё в помесь голубого и пурпурного. Музыка почти оглушала, вокруг витал странный дымок и необычный запах, которого Хан не знал, но радовало то, что в целом было не так уж тесно. Джисон даже смог среди толпы разглядеть, где стоял островок с баром и диванчики для отдыха. Минхо сразу же потянул его к бару, и, найдя свободный уголок, они смогли перевести дух от первого впечатления. Джисон не переставал озираться по сторонам. Остров бара стоял по центру этого огромного клуба и имел квадратную форму, благодаря чему он мог работать сразу в четыре стороны. Однако в центре этого островка имелось странное полупрозрачное строение в виде трубы с голубоватой подсветкой, которое тянулось до самого потолка. Как оказалось, бармены его использовали для транспортировки коктейлей на верхние этажи, где люди могли свободно подойти и взять заказ. — Мне нельзя пить, — сразу же предупредил Джисон, когда Минхо пару раз стукнул по столешнице бара и ровно из-под его руки возник голографический образ одного из напитков. Ли его смахнул в сторону, пролистывая каталог разных коктейлей и лёгким нажатием по голограмме выбрал бокал ядовито-розового напитка, украшенный лаймом. — Какой же ты правильный. Тебе самому от себя не тошно? — цыкнул он, смерив Джисона снисходительным взглядом. — Я и так ем крайне вредную еду! Как мне потом ежемесячный биотест проходить?! — Подумаешь над этим, когда будешь менять мои органы на биологические, — незамедлительно ответил Ли Ноу, выбрав ещё один странный коктейль. В отличие от первого, тот был в меньшем бокале и представлял собой смесь фиолетовой и ядовито-голубой жидкости, которая почти светилась в темноте. Увидев этот напиток вживую, Джисон невольно насторожился. Флуоресцентная жидкость не внушала никакого доверия, но именно её Минхо подвинул Джисону поближе, а сам с большим удовольствием отпил розового. — Выглядит страшнее, чем есть. Попробуй, он очень сладкий, ягодный, и довольно лёгкий, — стараясь звучать мягче, чем прежде, попытался уговорить его Ли Ноу. — Если совсем боишься, завтра купим тебе алковыводящую таблеточку. Никакие тесты не заметят, что ты что-то пробовал. Ну же! Хоть раз в жизни позволь себе не думать о завтрашнем дне. Джисон с трудом верил лукавым словам, но он разок слышал про такого рода препараты. С их помощью можно было избавиться от практически любого токсина в организме, но то, что они не оставляли след, было неправдой. Небольшой послед можно было обнаружить по косвенным признакам. — Прекрати надо мной экспериментировать! — устало выдохнул Джисон, понимая, почему Ли Ноу проявлял такую настойчивость. Он всё так же продолжал развлекаться, и Джисон был для него подопытным хомяком. Но Джисон соврал бы, если бы сказал, что никогда не хотел вытворить что-то безбашенное. — Я показываю тебе реальный мир, а не экспериментирую, не наговаривай! — нарочито серьёзно ответил Ли, но после не сдержал усмешку и вложил бокал с голубой жижей Джисону точно в руку. — Давай, на брудершафт. Джисон даже и не понял, что от него требовалось, поэтому Минхо самостоятельно перехватил его руку в кольцо своей руки, а второй направил напиток Джисона в направлении его рта. Нехотя, Хан всё-таки отпил пару глотков и поморщился от непривычно горького вкуса напополам с ягодным соком. Минхо же осушил свой бокал за один раз и с блаженством на лице причмокнул, словно выпил что-то невероятно вкусное. — Ну как, живой? Мир не раскололся на части от твоего безумства? — усмехнулся Ли. — Не такой уж он и сладкий. Твой кажется слаще, — неуверенно признался Хан. — Хорошо, тогда повторим. Только наоборот, — качнул головой Минхо и в пару движений заказал новые бокалы. Когда коктейли уже были поданы, они ими поменялись, и на этот раз Джисону пришлось выпить розовый экземпляр. К его удивлению, розовый цвет никоим образом не отражал внутреннего наполнения коктейля. Он был преимущественно цитрусовым с ананасовым привкусом, и он действительно был менее сладким, чем синий. Но сам того не заметив, Джисон выпил и второй бокал. Минхо был очень собой доволен. Эффект от выпитого Хан смог ощутить лишь спустя время, когда Минхо его вытащил на танцпол. Странное ощущение лёгкости внутри притупляло чувство стыда за неловкие движения и размывало изображение перед глазами. Минхо вёл его в танце и периодически что-то говорил на ухо, но Джисон почти не понимал его слов. Ему было одновременно и весело и ужасно непривычно, словно тело кардинальным образом изменило свои свойства. И когда уже третий раз за пять минут он успел оступиться на ровном месте, Минхо со смехом перехватил его за руку и вывел к краю танцпола, где размещались диванчики со столами. — Доза у тебя, конечно, детская. Вот что значит – чистый организм, — хохотнул Ли Ноу, усаживая пошатывающегося Джисона на диванчик. Тот удовлетворённо вытянулся на сидении и гуляющим взглядом прошёлся по соседним столикам. Везде сидели небольшие компашки людей, а столы были уставлены несчётным количеством бокалов и рюмок. За одним столом он даже увидел кальян, который друзья раскуривали по очереди. Тогда-то он и понял, откуда в клубе эта странная дымка с непонятным запахом. Он хотел было спросить у Минхо стакан простого сока, чтобы унять жажду, как соседний диванчик в считанные секунды оградился чёрными стеклянными стенами, выросшими из пола, и всё происходящее за стеклом стало приватным. От внезапности произошедшего, Джисон даже вздрогнул. — Это что? — на чистых эмоциях воскликнул Хан, указывая на образовавшийся по соседству стеклянный куб. — Приват-зона. Если хочешь немного отдохнуть от людей вокруг или тебе нужна тишина, можно активировать приват-режим. Штука не из дешёвых, но иногда можно себе позволить, — пояснил Минхо, вплотную придвинувшись к Джисону. Тот продолжал внимательно разглядывать стеклянный куб, который отражал происходящее вокруг. Он всё пытался понять, возможно ли что-то разглядеть внутри, но стекло казалось абсолютно непроницаемым. — Мы с этой стороны ничего не видим, но вот они нас очень даже хорошо видят, — словно прочитав его мысли, добавил Минхо. — Хочешь тоже такое попробовать? Вопрос казался вполне невинным и простым, но дыхание, коснувшееся его уха, заставило Джисона невольно насторожиться. Из-за помутившегося рассудка, он с трудом анализировал происходящее, но внутреннее чутьё почему-то подсказывало, что было в этом предложении что-то опасное. Словно там было двойное дно. Он так ничего и не ответил, только сверлил Минхо внимательным взглядом, а тот в несколько нажатий по столу активировал такой же приват-режим, что и у соседнего столика. В считанные минуты их окружили стеклянные стены, а сверху проявилась лазерная крыша, которая одновременно выполняла роль подсветки и препятствовала проникновению звуков снаружи и изнутри. Джисон всмотрелся в проявившуюся «крышу» и неспешно перевёл взгляд на Минхо. Они остались наедине вдвоём. — Всё, теперь мы можем наблюдать за этим аквариумом, — довольно подтвердил Ли Ноу, удобно развалившись на диване. — Так это мы скорее в аквариуме, а не они. Они на свободе, — заплетающимся языком возразил Джисон. — Какая у них свобода? Они все там скованы правилами и условностями, а мы тут вне всей этой системы. Хан долго пытался осознать сказанное Минхо, так что и не заметил, как к их столику принесли новые напитки и даже кальян. Официант прошёл в их приват-зону через небольшой проход, который раскрывался лишь с одной стороны куба. На этот раз Ли Ноу заказал цветные шоты, что стояли в две линии по шесть штук. Количество их даже немного пугало. — Ты хочешь меня убить?! — изумился Хан. — Нет конечно, — усмехнулся Минхо, уже пробуя кальян на вкус. — Только споить и растлить, не более. Джисон на такую откровенность не смог среагировать ничем кроме немого шока. С одной стороны, он сомневался, что Ли был способен на такую подлость, но с другой тот говорил всё так серьёзно, словно это было чистой правдой. Он невольно взглянул на людей, что танцевали критически близко к стёклам их куба. И пусть Джисон знал, что снаружи их никто не видит, изнутри это знание начинало подвергаться сомнению. Создавалось впечатление, что все всё видят. — Да шучу я, расслабься уже, хорошо?! Сегодня твоя ночь свободы, будет только то, чего ты хочешь. Вот, попробуй лучше. С моими лёгкими тебе такое даже безвредно, — Минхо вложил в руку Джисона трубку кальяна и убедился, что тот вдохнул дым полной грудью. Будь у Джисона биологические органы, он бы наверняка закашлялся, но механические органы давали некоторые преимущества. Хан об этом не знал, так что затянулся ещё несколько раз до головокружения. Это определённо было лучше алкоголя, хоть и ощущалось очень странно. Минхо за ним наблюдал пытливым исследовательским взглядом, а потом и вовсе прижал к груди Джисона свою ладонь, желая почувствовать вибрацию работающих лёгких. Хана такое только жутко смутило. — Эй, я не соглашался на твои извращённые предложения! — попытался отшутиться он, но Минхо был сосредоточен. — Ты так настойчиво ищешь в моих действиях подвох, что мне начинает казаться, что именно ты хочешь чего-то извращённого, — фыркнул Ли, убирая руку от его груди. — Несмотря на то, что эта модель экспериментальная, она показывает себя довольно стабильно. Интересно было бы глянуть на твои показатели, но чисто визуально и на ощупь, лёгкие работают ровно и без сбоев. Это радует. Кстати, я говорил? Они требуют обслуживания хотя бы раз в год. Если будешь курить, то проверять их стоит три-четыре раза в год для замены фильтров. — Звучит так, будто я теперь машина, — нахмурился Хан. — Частично так оно и есть, — Минхо откинулся на спинку дивана и мягко наклонил голову, не отрывая от него взгляда. Его глаза продолжали скользить по груди Джисона, и тот под действием этого магнетического взгляда стал покрываться мурашками. Музыка, что приглушённо звучала снаружи, и люди, что танцевали всего в нескольких метрах от них, не давали ему толком расслабиться. Желая сбросить с себя тонкую паутину смущения и неловкости, Хан поднялся на ноги и приблизился вплотную к стеклу, отделяющему его от танцующих. Те продолжали ритмично двигаться под музыку иногда обращая взгляд на стекло, но Джисон надеялся, что дело было в зеркальном отражении, а не в том, что они видели его. В голове царил странный вакуум, тело было мягким и парящим, но ноги, к счастью, не подводили. На фоне этого было сложно осознать, что ты частично стал роботом. Роботы не имеют слабостей. — Порой мне кажется, что весь этот путь бессмысленен, — тихо, словно по секрету признался Джисон, продолжая смотреть на происходящее за стеклом. После всего выпитого его сердце требовало честности. — Почему? — так же тихо спросил Ли Ноу, и позади Хана послышалось движение – Минхо сместился почти на самый край дивана, поближе к нему. — Я так и не придумал, как попасть на Пятый уровень. Единственный вариант – обратиться к охране напрямую, я думаю. А это значит, что все всё узнают. И тогда… я даже не знаю, что делают в таких случаях. Может быть, выгоняют с Пятого уровня, а может и сажают… — Не могут тебя посадить за то, чего ты не делал. Не сам же ты решил пожертвовать органы. Ты жертва. — Родители наверняка будут убиты горем. Бракованный сын, — усмехнулся Джисон. — Большая часть современных людей бракованные в таком случае. Ну, погрустят немного, да смирятся. Этот путь не бессмысленен хотя бы потому, что ты за эти дни увидел и узнал больше, чем за всю свою жизнь. Джисон почувствовал, как его пальцев коснулась чужая рука, и всего через мгновение Ли Ноу вынудил его развернуться к нему лицом, крепко удерживая его за запястье. Он послушно сделал шаг и оказался лицом к лицу с Минхо, только тот продолжал сидеть на диванчике и смотреть снизу-вверх. Взгляд его был абсолютно чистым, трезвым, словно он не выпил и шота. И по непонятной причине Джисону хотелось запустить свою руку в его волосы, не отрывая взгляда от тёмных глаз и точёного лица, освещённого лишь красными неонами. Хан и опомниться не успел, как его рука без команды осуществила тайное желание. Он зарылся пальцами в волосы на чужой макушке, наслаждаясь поразительной мягкостью. К его удивлению они не испортились после воздействия такой серьёзной химической обработки, как покраска краской-хамелеоном. На мгновение ему даже самому захотелось попробовать сменить свой стиль. Может быть, ему пошёл бы синий? Ли Ноу не воспротивился этой странной ласке, его губы только полусмущённо растянулись в улыбке. — Я увидел и попробовал многое, но не всё, — сам не зная для чего, произнёс Джисон. Тело его вдруг обдало жаром. Глаза Минхо, казалось, потемнели полностью. — Если хочешь, я покажу всё. Это будет самым сумасшедшим случаем в твоей жизни. Не боишься? — удивительно серьёзно произнёс Минхо, сместив свои руки на бёдра Джисона. Крайне медленно поглаживая их, он продолжал гипнотизировать Хана пожирающим взглядом. — Я не боюсь тебя, — выпалил Джисон смело. Дыхание его потяжелело. Решение уже было принято – всего раз в жизни он позволит себе абсолютное безумие. Только бы не думать о том страшном, что должно было произойти при переходе на Четвёртый уровень. — В таком случае, я могу сделать кое-что? — тише, чем прежде, уточнил Ли мягко. Он не настаивал, руки его по-прежнему покоились у Джисона на бёдрах и не смели сдвинуться куда-то ещё. Но Джисон хорошо понимал, что тот имел в виду. Интимное предложение заставляло его тело покрываться мурашками от предвкушения. Эта смесь страха и любопытного желания по-настоящему сводила с ума, поэтому Хан словно в бреду облизнул пересохшие в секунду губы и согласно кивнул, давая зелёный свет для чего-то совершенно нового для себя. — Напоил, теперь можно и совратить, — отшутился Хан нервно, пытаясь скрыть волнение. Минхо встретил его реплику с лукавой улыбкой, которая делала его удивительно похожим на змея-искусителя. Ещё пару раз огладив бёдра Джисона, он сместил свои руки вверх, проникая пальцами под худи и невесомо касаясь кожи, а потом уверенно опустил их к паху. Распаляющее поглаживание сквозь штаны заставило Хана на пару секунд забыть, как дышать, так что он как рыба на суше только и мог бессмысленно хватать ртом воздух. Внутри него боролось два противоположных желания: остановить происходящее и прижаться к рукам Минхо ещё теснее. Словно прочитав его мысли, Ли Ноу усилил давление рук, едва Джисон начал твердеть, но очень скоро переключился на ширинку. Спустив штаны на десяток сантиметров вниз, Минхо задрал худи вверх и прижался губами к его торсу. Невесомые поцелуи то и дело сменялись влажными касаниями языка, и путь их неумолимо вёл вниз. Совсем скоро Минхо коснулся ткани белья. Джисон смотрел сверху вниз и не мог поверить в то, что видели его глаза. Ещё утром он и представить такого не мог. Всё казалось реалистичным сном, горячей галлюцинацией, что возникла на фоне выпитого алкоголя. Руки его крепко вцепились в худи, удерживая, чтобы та не мешала Минхо, но пальцы покалывало желанием снова коснуться волос Ли Ноу, что в свете неонов казались почти чёрными. Минхо был увлечён влажными поцелуями сквозь бельё, из-за которых у Джисона натурально начинало плавить мозг. Он не прекращал ласкать парня и рукой, поглаживая уже хорошо различимый контур возбуждённого члена. У Джисона от этих движений искры из глаз летели, и только почти ощутимое присутствие толпы вокруг не давало в полной мере отдаться ощущениям. Хану по-настоящему казалось, что их все видят. — Чёрт, может, не стоит? Нас точно не видно? — едва слышно просипел он, не в силах контролировать голос. Он то и дело поднимал взгляд на танцующих вокруг, и казалось, что некоторые почти целенаправленно смотрели в их сторону. Вот только Минхо этот лепет лишь позабавил. Коротко усмехнувшись, он вцепился в резинку трусов Джисона и потянул их вместе с штанами вниз. Почувствовав долгожданную свободу, Хан удовлетворённо охнул, но тут же запаниковал. Он испуганно дёрнулся, едва Ли Ноу попытался поймать его эрекцию ртом без помощи рук, так что тот получил неловкий удар головкой по щеке. И пусть из-за случившегося у Джисона чуть в глазах не потемнело от стыда, возбуждение продолжило нарастать в геометрической прогрессии. — Не, не надо, — почти проскулил он, пытаясь остановить Ли Ноу, но тот только перехватил обе его руки и всё-таки сделал задуманное. Без капли сомнения он взял его член в рот сразу почти на всю длину и замедлился, давая привыкнуть к ощущениям. Джисон едва не поперхнулся воздухом. Рот Минхо был жарким, он одновременно обжигал и дарил блаженство. Язык его был юрким и мягким, одного его ощущения хватало, чтобы Джисон начал бояться финишировать чересчур рано. Влажно, тесно, горячо, просто невыносимо. И как он умудрился жить без этого столько лет?! Хан то и дело пытался выпутать руки из чужого захвата, но Ли не позволял. Он только ритмично двигал головой, увеличивая глубину, пока его идеальный нос не стал касаться лобка. — Чёрт, они видят. Ох, боже, — беспомощно подвывал от удовольствия Джисон. По правде говоря, он не мог толком сопротивляться. Всё тело ослабело, и только руки покалывало от желания закопаться в чужие волосы, чтобы притянуть голову вплотную. Любуясь, как соблазнительные губы двигались по всей его длине, Хан не сразу заметил, что Минхо стал стягивать его джинсы вниз по ногам. Когда вся ткань собралась на его щиколотках, Джисон смог поставить ноги чуть шире для большей устойчивости. Вот только у Минхо были совсем другие намеренья. Имея свободный доступ к коже бёдер Хана, он вернулся к их поглаживаниям, только уже иначе. Руки, не торопясь, всё больше смещались к внутренней стороне бёдер и промежности, пока Хан не ощутил первое сухое касание меж ягодиц. — Что?! — испуганно охнул Хан и инстинктивно попытался сделать шаг назад, но Минхо мёртвой хваткой удержал его на месте, даже не прерывая своего занятия. — Что ты творишь?! Здесь?! Джисон потихоньку начинал паниковать. Люди, танцующие в считанном метре от них, то и дело кидали в их сторону свои взгляды, и Хан никак не мог до конца осознать тот факт, что их разделяло специальное стекло. Ощущение чужого присутствия никуда не уходило и даже нарастало по мере того, как смелел Минхо. — Прекрати обращать на них внимание. Лучше сосредоточься на ощущениях, — наконец-то прервавшись, посоветовал Ли. Он лукаво улыбнулся и поцеловал Джисону пресс словно в попытке успокоить, но руки его продолжали двигаться по уже каменной эрекции. — Хочешь, зайдём дальше? Я сделаю всё правильно, тебе понравится. Минхо не просто соблазнял, звук его мягкого голоса почти гипнотизировал. Мурашки от его звучания ходили по коже Джисона почти без остановки, вздымая все волоски дыбом. Мысли о будущем, о Пятом уровне, о Марсе и даже о семье растворились бесследно. Он по-настоящему отдался моменту без сожалений. Хану было страшно, но любопытство и алкогольная муть в голове делали своё дело. Несмотря на то, что он так ничего и не ответил, Минхо продолжил своё дело и влажными пальцами принялся ласкать неготовое к вторжению тело. Он не соврал, он действительно действовал удивительно умело. На фоне потрясающего минета, Джисон почти не почувствовал вторжение первого пальца, а потом стерпел и второй. Давление, которое образовалось у него внутри, не приносило большого дискомфорта и даже добавляло ощущениям пикантную остроту. И только когда последовал третий палец, он мучительно простонал, рефлекторно вцепившись в волосы Минхо. — Не сдерживайся, — одобрительно мурлыкнул Ли, лизнув его головку, глядя прямо в глаза. — Чёрт! — сдавленно выругался Джисон и толкнулся вглубь его рта, игнорируя движения трёх пальцев внутри себя. В конце концов, он старался заглушить дискомфорт наслаждением. Однако продлилось это недолго, очень скоро Минхо прервал свою невыносимую пытку и неспешно поднялся на ноги, утягивая Джисона в глубокий поцелуй. Терзая чужие губы, Ли Ноу без всякого стеснения прижался к Джисону всем телом так, что тот мгновенно почувствовал напряжение в его штанах. Это ощущение здорово напугало, ведь он буквально не представлял, что должен с этим сделать, но вида Хан так и не подал. Пусть нерешительно, но он обвил шею Минхо руками и со всем энтузиазмом ответил на ласку. Тело горело, оно требовало тесного контакта, пусть разум и кричал о наличии зрителей вокруг. Руки Ли Ноу продолжали блуждать по его телу пробираясь под худи, то и дело проникая внутрь и просто лаская разгорячённую кожу. Становилось уже чересчур жарко. Не в силах выносить жары, Джисон разорвал поцелуй, рывком снял с себя худи вместе с майкой и с удивлением почувствовал лопатками холодное стекло позади. Он даже не понял, когда они сдвинулись, но Минхо уверенно прижал его к стене, сокращая и без того жалкое расстояние между ним и танцующими людьми. — Ты сошёл с ума! — выпалил Хан, мельком глянув на происходящее вокруг. — А ты нет? — усмехнулся Минхо и резко развернул его к себе спиной. Он прижался к нему, и Джисон сдавленно охнул, почувствовав грудью холодное стекло. Он рефлекторно попытался отстраниться от прохладной поверхности, но в итоге упёрся задом в твёрдый бугорок под ширинкой Минхо. Его поймали. Ли Ноу времени больше не терял, он отработанным движением добавил между ягодиц своей слюны и приспустил свои штаны, обнажая уже истекающий смазкой член. Едва он влажно шлёпнул ягодицу Джисона, тот нервно взмолился. Разум его кричал остановить происходящее, но тело жаждало продолжения до самого конца. — Расслабься, я буду аккуратен, — обожгло его ухо чужое дыхание. — Нас видят, — предпринял последнюю попытку достучаться Джисон, прежде чем протяжно простонать от проникающего в него члена. Минхо не обманул: он не торопился, но и не тормозил. Все его движения были выверенными, жаркими и заботливыми. Он исцеловывал плечи Джисона, накрыл его руки, упирающиеся в стекло, своими, переплетая пальцы, и двигался поначалу медленно, не торопясь. Конечно же это давление никак не могло сравниться с пальцами, поэтому Хан крепко зажмурил глаза от дискомфорта. Опаляя стекло своим дыханием, он старался расслабить тело, как ему и было велено. Это получилось сделать только после того, как Минхо начал помогать ему рукой. Чувствуя распаляющие ласки с двух сторон, Хан упёрся лбом в стекло и нетерпеливо всхлипнул. Внутри разгоралось что-то незнакомое, нечто совершенно новое, из-за чего буквально хотелось кричать. Он протяжно простонал, откинув голову назад, пока Минхо продолжал в него вбиваться, и обнаружил под своей макушкой его плечо. Это было безумием. Звук приглушённой музыки, людских восторженных возгласов и шлепков двух тел смешивались в единый звуковой поток, пробирающий тело насквозь. Хан потерял счёт времени и ориентацию в пространстве, даже танцующие за стеклом люди его уже не смущали. Стало удивительно всё равно, видит их кто-то или нет, лишь бы Минхо не останавливался, и нарастающее удовольствие достигло своего пика. В какой-то момент Джисон даже специально стал пытаться поймать чужой контакт глаз, но танцующие и правда были не в курсе происходящего. И когда эта истина достигла его разума, он смог звучно излиться в руку Минхо и на стекло перед собой. Ли Ноу почти сразу же последовал за ним следом.

***

Они выбрались из клуба спустя час, желая наконец-то вдохнуть свежего воздуха. Хан ожидал, что они пойдут в отель, где их ждали зарезервированные капсулы для сна. Но Минхо был разгорячён и пьян, поэтому, взяв Джисона за руку, он потащил его куда-то наверх. Путь их закончился на крыше одного из небоскрёбов, который практически упирался в платформу Четвёртого уровня. Небо было на несколько километров вокруг закрыто плотной металлической крышкой, так что любоваться с этого места можно было только видами Третьего уровня. — Ощущение, что здесь можно просто допрыгнуть до Четвёртого уровня, — пошатываясь от усталости, поделился Джисон. Минхо отпустил его руку практически в тот же момент, как они вышли на смотровую площадку, и сел на пол на приличном расстоянии от края. Его не волновала чистота одежды, он просто облокотился на руки позади себя и удовлетворённо выдохнул. Прохладный ночной ветерок приятно холодил, после духоты клуба. — Самая ближайшая точка. Всего 10 метров до Четвёртого уровня. Но пытаться допрыгнуть не стоит, там защитное поле стоит. Регистрирует все проникновения на раз. Недолго, но тут реально когда-то был лаз, — расслабленно поведал Минхо. — Почему здесь? Пошли поближе к краю, — удивился Хан выбору места отдыха. Ему хотелось сесть и свесить ноги вниз, как он и привык у себя дома. Так можно было гораздо удобнее наблюдать за происходящим внизу, а не где-то вдалеке. Но Минхо пару минут таинственно помолчал и, когда Джисон уже решил, что тот его проигнорирует, смущённо и тихо признался: — Я боюсь высоты. Я к ней не привык. Это было новостью. Джисон только удивлённо охнул, но комментировать признание не стал. Сам он высоты никогда сильно не боялся, но после падения приобрёл некоторую тревожность. Она не мешала ему наслаждаться любимыми видами. И всё же такое признание уязвимости со стороны Ли Ноу отчего-то грело душу. Хан вдруг осознал, что Минхо преодолевал себя, каждый раз, как им приходилось оказываться близко к краю зданий, и делал это потрясающе незаметно. У него и мысли не возникало, что Ли мог чего-то бояться. — И всё-таки ты воспользовался шансом, споил и поимел, — с вытуженным упрёком протянул Хан, завалившись рядом с Ли Ноу. Решив больше не заострять внимание на чужой фобии, он попытался сменить тему. Да, это место имело не лучший вид, но если Минхо тут комфортно, то всё в порядке. Вид всё равно открывался потрясающий, хоть он и был более горизонтальным. Он очень напоминал то, что Хан видел с родного уровня, только всё было куда ближе. Ночь на Третьем уровне была гораздо ярче дня. — Ещё скажи, что ты был против! — усмехнулся Ли. — Всего раз живём, надо брать от жизни всё. Не будь так серьёзен. Хан на секунду задумался и очень быстро пришёл к выводу, что с таким подходом можно взять и что-то нехорошее. Что всё-таки нужны какие-то границы. Но он не стал озвучивать это, ведь произошедшее между ним и Минхо у него язык не поворачивался назвать «плохим». Это было хорошо. Тело до сих пор помнило ту сладкую муку. Он невольно обернулся к Ли Ноу, чтобы взглянуть на его невероятной красоты профиль. Этот момент почему-то хотелось обязательно запечатлеть в своей памяти и пронести через всю свою жизнь. Минхо выглядел расслабленным и умиротворённым, но глаза его явно смотрели в никуда. Он не любовался, он думал о чём-то своём. — Интересно, сколько ещё времени у нас осталось, — озвучил вдруг свой мысленный вопрос Ли Ноу. — В каком плане? — уточнил Хан. — Сколько ещё поколений сможет здесь прожить? Как скоро жители нижних уровней смогут занять ваш уровень Неба? Это ведь когда-то произойдёт. Когда-то вы все соберёте свои манатки и свалите на Марс, а за ваш уровень скорее всего начнётся гражданская война, где победит какой-нибудь мафиозный картель. Они займут Небо и смогут видеть солнце. Недолго конечно, но по крайней мере последние годы жизни этой умирающей планеты, они будут видеть синеву неба. Несмотря на то, что Минхо говорил ужасающие вещи, голос его был ровным. Он озвучил то, что явно было давным-давно в его голове. Он знал: Землю покинут лишь избранные, а остальные будут оставлены на погибель. Но Джисон в это верить отказывался. — Программа «Новая Земля» создана для перемещения всех людей, а не только жителей «Неба»! — возразил он. — Да? Что же тогда они не интересуются нашими показателями? — Минхо скосил на него лукавый взгляд, чтобы увидеть замешательство. Его вопрос ведь и правда заводил в тупик. — Сейчас лишь первый этап, он испытательный. Далеко не все смогут пережить полёт в космос, потому и нужны самые сильные организмы. Но работа ведётся, те, кто уже улетел, наверняка создают технологии, которые в будущем помогут перевезти всех! — продолжал упорствовать Джисон, но в глубине души, он уже знал, что пытался выдать желаемое за действительное. Мир, в котором он родился, оказался куда более жестоким, чем он мог представить. — Ты сам-то в это веришь? Людям «Бездны» уже не помочь. Они уже, — Ли сделал упор, — обречены. И ты же понимаешь, что это ждёт всех, кто живёт с Первого по Четвёртый уровень. Ничего не поделаешь. У кого ресурсы, тот и правит. Глядя на сверкающий город внизу, было сложно поверить, что когда-то это место погрузится во тьму, обветшает и начнёт разрушаться. Что когда-то этот город рухнет, словно карточный домик, потому что некому будет обслуживать его могучие опоры, и что человечество обречено погрузиться в новую войну за последний шанс пожить подольше. Это понимание оседало на языке странной горечью, от которой немело горло. Джисону было сложно принять такое будущее. — Именно поэтому мы должны использовать оставшееся время для удовольствия, тем более, если оно такое безобидное. Прости, если склонил тебя к близости, которую ты не хотел. Возможно, я слишком увлёкся в своём стремлении показать тебе все грани нормальной жизни. Не стоило мне столько пить, — тише, чем прежде, продолжил Минхо. Внезапные извинения заставили Джисона вздрогнуть и ощутить нечто похожее на вину. У него не было цели выставлять Минхо насильником, и тем более у него не было цели добиться каких-то извинений. Он просто шутил и за этими шутками скрывал своё смущение. Ведь, в конце концов, этот парень и правда показал ему совершенно новый мир. — Забей, — спешно выпалил он, но сердце требовало признаться в страшном. — На самом деле это было довольно хорошо.