Огоньки Хелоуина

Огоньки хелуина мерцали всему городу с небесного свода, будто подавая какой-то код азбукой морзе. — Гарри, говорю же тебе, мне кажется, что это правда! — Кажется? Перекрестить. А я в это не верю. — Ей Мерлин! Да ты даже послушать не хочешь что-ли? Гермиона, скажи ему! — Гарри, давай выслушаем этого балбеса, он же не отстанет. — Ладно, валяй. Такое чувство, будто тебе конфет полтонны насыпят за рассказ. — Да ну тебя! – сконфузился только обрадовавшийся победе Рон, ведь у него было меньше конфет, чем у всех остальных, однако он тут же стал оживлённо повествовать. – Мне братья старшие рассказывали, что где-то в нашем лесу Запретном есть арка, которая показывается прохожим только в Хеллоуин. Говорят, что если пройти сквозь неё, то можно в другой мир попасть. Ну, где можно и призрака, и вампира встретить, и кого ещё может. Думаю и зомби тоже. — Но это же опасно! – вскрикнула Гермиона, яростно зыркая на рыжего. — Ну... Может быть. Зато весело! — Лес Запретный вообще-то! – не унималась девушка. — Вот именно, Рон. Хотя мне идея сбежать отсюда нравится. Тем более нам и идти не так далеко прийдётся, вон там можно свернуть и быстро до леса добраться. – задумчиво произнёс Гарри. — Мистер Кидала. – прокомментировала Грейнджер. — И тебе страшно хорошего вечерочка. Спустя пять минут Гермиона уже бежала за этими двумя по крайним дорогам деревни к лесу, потому что оставлять этих аболтусов нельзя, лес потом от них спасать прийдётся, ещё с лесной депрессией и апатией ей не хватало разбираться. Они прошмыгнули мимо домиков, освещающих разноцветными окнами улицы города в кусты, по которым можно было незамеченными пройти к лесу. Идеально круглая луна только увеличивала ощущение волшебства и особенности этой ночи. И вот Грейнджер не заметила, как стала соучастницей несанкционированного внедрения в чертоги леса. Ребята дошли уже даже до озера и хотели было расстраиваться и возвращаться с печальными минами, чтоб точно насобирать больше всех конфет за "страшный видок", и даже начали данный план, но поняли, что потерялись, третий раз выходя обратно к озеру. А потом, когда они бессовестно потеряли даже пруд, появилась она. Арка грустно застопорилась перед их взором. Казалось она всего пять секунд назад преспокойно прогуливалась аристократической походкой по старинной как жизнь линии времени, а тут вдруг её взяли и кинули в будущее, чему она была явно крайне не рада. Лимон, зачем-то увенчивавший её, укоризненно поглядывал на неудачливых путников, а сама арка вроде даже тихонько пыталась дотянуться до них своими скрюченными, покарёжеными и ржавыми от времени и дождей арматурами, которые совершенно странно торчали из её боков и верхушки. Изначально при слове арка у Гарри вставал перед глазами образ белой круглой мраморной и несомненно элегантной архитектурной единицы, и хотя с мрамором он вроде угадал, то уж лимон и квадратная форма свода двух прямоугольных недоколонн в планы не входили. Как и табличка: Dambledor A.P.W. — Рон... Может пойдём обратно, а? — Неа, Герм. Зря шли что ли? — Между прочим это называется синдромом незаконченного дела! Это когда ты продолжаешь делать что-то только из-за того, что уже потратил на это дело силы или материальные блага. Но часто люди ошибаются, продолжая тратить время на заведомо провальное де... Гарри? Ты чего? — Не нравится мне этот лимон... Он на меня криво смотрит как-то... — Гарри, заканчивай в гляделки с овощами играть, пошли на приключения! – ткнул рыжий Поттера в бок и они медленно двинулись сквозь арку. — Между прочим, лимон не овощ, а... — Герм, заткнись уже, а? — Рон, это действительно грубо. – Гарри укоризненно зыркнул на друга, потом кисло перевёл взгляд на лимон, как вдруг ему померещилось, что вдали, на грани понимания что-то блеснуло голубым. В голову сразу пришла картинка с голубыми блуждающими огоньками из книжки, прочитанной когда-то от скуки в библиотеке города. Тогда он сидел в кресле и наслаждался свободными минутами в атмосферной комнате. В книжке, на последней странице объяснялись цвета, так что теперь Гарри знал, что окружает его смесь из муреновых, бордовых и коричнево-рыжих цветов. Впрочем, его тогда больше интересовали пылинки, кружащиеся в лучах солнца и яркие отблески на картинках. Гарри вернулся в реальность от тычка в бок. — Алё, инопришеленец, вернись в тарелку летающую, ато без тебя отчалим. Естественно, Рон повёл их к огонькам. А у Грейнджер и Поттера просто не было выбора. Точнее был. Как там говорится... Точно! — Или идём или гадость! — Очень смешно, Рон... Между прочим высока вероятность, что мы сегодня, как говорит Гарри, "шикуем". И то, и другое получим. Уизли только отмахнулся. Чем сильнее они приближались, тем яснее становилось, что им не померещилось. А если им и мерещилось, то мерещилось не хило так, будь здоров так мерещилось. Спустя несколько минут Герми ушла куда-то правее, сказав, что увидела среди синих сполохов кого-то знакомого. Уизли побрел куда-то левее, по той же причине. Так как опасностью от голубых бесформенных огонёчков не пахло, то Гарри не стал их догонять, заворожённый моментом. Тем более что он ещё во время их гляделок с лимоном решил, что наверное он отключился где-то и сейчас просто видит очень реалистичный сон. Вдруг его кто-то позвал по имени. Он было подумал, что это Герми, ведь не Рон же его женским голосом зовёт, хотя кто его знает. Но когда его позвали снова, а потом ещё, и ещё, то он понял, что это явно не его подруга. Он пошёл на голос. И тут, среди бесформенных светилочек он увидел силуэт. Женский. И, что настораживало, будто бы смутно знакомый. — Кто вы? — Гарри! Ну наконец! Иди сюда, мой малыш. — Как вы смеете? Я... Кто вы? — Ну Гарри, неужели ты родную мать не узнаёшь? – поприветствовал его мужчина, образовавшийся из ближайшего огонёчка. — М... Мама? – Гарри неверяще оглядел становящиеся всё чётче светящиеся голубоватые фигуры, которые всё сильнее походили на его родителей, по крайней мере если судить по старым фотографиям. – Папа? Родители! На глаза навернулись слёзы. Где-то на полке в его маленькой комнатке стоял старый альбом. В нём отец учил его ходить, мастерил для него игрушки, мама готовила, качая его на руках. Но самой любимой фотографией для Гарри была та, на которой мама папе завязала множество маленьких смешных хвостиков и они вместе, втроём, смеялись с того, как его попытки изображать серьёзность терпели фиаско. А теперь... Он видел их, но прикоснуться не мог. Они будто дали ему ложную надежду на хорошее. На появившегося дядю Сириуса он даже внимания не обратил. Ноги подкосились, он сел, обняв свои колени, и дал себе расплакаться. Кто-то погладил его по плечу. Он со злобой посмотрел на того, чья рука лежала на его плече и обомлел. Нет... Не может этого быть! Только не он! — Проф..?. Нет! Только не... Если они все мертвы, то... Нет!!! — Гарри? – Снейп даже отшатнулся от агрессивного юноши, если миражи вообще умеют отшатываться, но сразу продолжил –Ты... Прости, я понимаю, что увиденное в хижине тебя шокировало, но... Ты должен меня отпус... — Что вы мелите?! Какая хижина? Вы не можете! Я не могу ещё и вас потерять! И что вообще на вас? – Гарри обвёл взглядом странную для нашего времени мантию, сияющую на Профе. – Неужели вы решили приодеться вампиром перед смертью? Прекрасное время нашли для косплея! Так, если вы посмели откинуть копыта пока мы тут гуляли, то я вас силком с того света вытащю! И никакие клыки вам не помогут! Что за профессора пошли, на пять секунд оставить их нельзя! – ворчал Гарри, всё отчётливее переходя на бег. Если на бег можно переходить, то он перешёл на самый быстрый темп бега, когда понял, что не может найти друзей. Сердце отплясывало танго. Тело прошил озноб. И тут он заметил арку. Она хорошо пряталась за мельтешащими повсюду огоньками. Гарри вылетел из неё, споткнувшись о свою же ногу. Его подхватили. — Гарри? Ты чего такой? И где ты был всё это время?! Мы тебя искали, думали уже копам звонить. – отчитывал Рон, помогая встать на ноги. — Да. А я говорила, что магии не существует и что тут опасно! Ладно, пошлите обратно. Только ты скажи всё-таки, чего ты там увидел, что так бежал. И как ты так тихо умудрился двигаться. – как обычно требовательно сказала Гермиона, будто напоминая про срочный отчёт, требуемый начальством на завтра. — Ага! Тебе на мировой конкурс по бесшумным падениям из паранормальных арок надо. Ничего не понимая, Гарри медленно побрёл за друзьями, придумывая новую историю на ходу. На последок обернувшись, Гарри глянул на лимон. Он мог поклясться, что тот ему подмигнул! Ему точно нужно в психушку... Тут он вспомнил про Снейпа. Закончив ложный рассказ, он стал напряжённо обдумывать случившееся в арке, шагая настолько быстро, что друзья за ним еле успевали. На бегу он достал телефон, набрал Снейпа. Он не отвечал. На третий раз тоже. В пятый раз сбрасывая гудки он уже стоял. Пальцы ослабели. Чтобы не уронить телефон он сунул его в карман. Тело сковывало странное ощущение страха. Воздух будто выбило из лёгких одним точным ударом. Нет! Вдруг в теле будто взорвалась колба с адреналином. Он вновь подорвался и с большей скоростью стартанул, не зная куда бежит, лишь отмечая что под ногами уже началась кладка плитки, а значит где-то вокруг мерцают разноцветные окна первых домов. Гермиона и Рон, только начавшие нагонять Поттера, увидев, что тот опять ускорился, одновременно махнули на него и пошли шагом, наслаждаясь звёздным небом. Они могли бы бежать за ним и дальше, но знали, что тот вряд-ли что-то объяснит в таком состоянии, так что смысла спешить не было. И хелуинские огоньки светили им двоим с высот неба.

***

Северус сидел дома, смотрел в окно и снова пытался настроиться на прежний лад работы. Но... Этот мальчишка вечно всё портил. И ведь... Ну не мог он не собалезновать человеку, родители которого мало того, что были ему хорошо знакомы, небезразличны, так ещё и не существовали больше, кроме, наверное, только обрывков воспоминаний. Однако он давно понял, что дело не только в сопереживании. Как только он увидел его... Он никогда не верил в любовь с первого взгляда. И теперь не верит. Это не любовь, это издевательство. Его будто прошило электричеством такой силы, что он не представлял, как вообще тогда остался на ногах. Часто в таких случаях говорят, что чувствуют себя снова молодыми юношами, что руки снова потеют рядом с этим человеком. Но у него оказалось не так. Он будто почувствовал, что-то вроде вдохновения, простого желания всегда быть рядом, но больше всего его просто тянуло к нему. Все мысли вертелись только вокруг этого нерадивого очкарика. Он даже не мог сказать почему. И когда он узнавал его ближе, то ему казалось, что он, Северус, когда-то, очень давно, даже раньше начала этой бренной жизни, где-то в тёмной сверкающей бесконечности звёзд уже знал его. Он пытался отрицать, потом сдерживался, но когда тебя с неимоверной силой тянет к кому-то, когда абсолютно все случайности снова приводят тебя к одному и тому же человеку, а вселенная будто так и кричит тебе - "прекрати сопротивляться"... Ему казалось, что он пытается ускользнуть от него по беговой дорожке, которая с каждым его шагом становится только быстрее. И ведь сам Гарри был вроде как против, и Северус был против, да даже присловутое общество по головке их бы не погладило, причём ни по одной, ни по... Чёрт.

***

Гарри выбежал на основную улицу города. Всюду прохаживались девушки в косплеях, пышных платьях и, как всегда, ленивые и натянувшие повседневную в большинстве своём одежду парни. В ушах стучала кровь, прилившая к голове. Где-то в дали слышался странный звук. Он подошёл к ближайшей парочке из "вампирки-императрицы" и "смотри, одежда же чёрная, значит сойду за вампира" Девушка нервозно протянула: — Седрик, да ты на вампира похож только из-за своей бледности! Вот сидел бы меньше у компа, вообще бы похож не был бы. Гарри попытался привлечь к себе внимание: — Извините, можете сказать, а что за звук оттуда доносится?... Но его не услышали. — Опять ты про компьютер... Джоу, сколько можно. — Извините... — Ой, здрасьте! А вы зомби, да? – поинтересовалась девушка. — А... Что? Э... Да! Но не могли бы вы сказать, что там за звук такой? — Поттер смущённо ткнул пальцем в сторону. — Этот? О, да, точно. Это сирена! Мне Астория сказала, что там где-то возле паучьего тупика дом горит. Что за люди, совсем за тыквами-фонариками не сле... А Гарри уже и не слушал. Он бежал на знакомый адрес, а перед глазами плыли воспоминания. Большую часть жизни он провёл у Дурслей в Лондоне. Учился он нормально, но хорошей его жизнь точно не была. Но потом, на 17 лет он получил наследство, которое должны были вручить ещё в 16 или тогда уже в 18, но что-то пошло не так. И вот, поняв, что если будет медлить, то эта семейка отберёт все его деньги и нервные клетки, он собрал вещи и двинулся в путь. Узнав окольными путями ещё давно примерную биографию своей жизни, он купил билеты в город молодости родителей и приехал сюда. И теперь он знал, что Лондон вообще не его место, в отличие от этого небольшого уютного городка. Тогда он сдал экзамены заранее, так как программа здесь была легче, поступил за счёт родительского состояния в вуз, к слову, единственный на всю округу, нашёл хороших друзей его же возраста (Герми тоже решила сдать экзамены заранее, а Рон у неё списал приспокойно), и очень странного поклонника. В первый же день, когда он зашёл в аудиторию химического класса (ну и на кой чёрт ему вообще сдалась химия, если он хочет на полицейского, а? Ладно, пару лет придется потерпеть.), то что-то уже было не так. Учитель выглядел ужасно строго, и он уже успел погрустнеть и пожалеть себя из будущего и свои нервы, как их взгляды сошлись. И... Нет, не искра, буря эмоций. Просто... Как будто он всегда его знал, этого человека. Он просто не мог отвести взгляд, хотя не знал на то причину. Это его тогда немного взбесило. А когда они с этим Снейпом стали повсюду случайно друг на друга натыкаться... То в гардеробе, то в библиотеке, то на выходе, то, помилуй Бог, в мужском туалете... Ну серьёзно, как так? И ведь действительно вроде первоначально это случайно получалось! Но потом он стал улавливать странные подвижки. И не то чтобы его это интересовало... к Конечно же нет, ни в коем случае! Но он не мог не заметить что Снейп стал гораздо стильнее одеваться: начал носить кольца, пиджаки, водолазки, так чертовски подчёркивающие его фигуру; потом он стал ещё лучше следить за волосами, вроде даже иногда бегал по утрам теперь, что замечал Гарри, любивший гулять в небольшом скверике и не пропускавший утренние тренировки там же, только уже на внутренней мини-площадке возле внутреннего пруда. И ладно, может человек решил себя в форму привести, но... Но он вечно смотрел на него! Красовался, подстраивался под его тренировки, Поттер мог дать руку на отсечение что это так и есть! Это пугало и приятно будоражило одновременно. Но никогда его так не "будоражило" как в тот день, а точнее вечер, когда они столкнулись в сквере после школы, разговорились, а потом он положил свою бледную красивую руку на его, изувеченную шрамом, оставшимся с детства от какой-то проделки Дадли. Самое ужасное, что ему понравилось. Казалось это так правильно, что по другому быть не может! Но где-то внутри сидел голосок, нашёптывающий ему, что так нельзя, вы, мол, оба мужчины, да и он явно гораздо старше тебя. И он позже иногда грубил этому безмерно нежному человеку, руководствуясь этим голоском, открывая тёмную и ужасно язвительную сторону личности этого мужчины. Если с ним что-то случится... Я себе не прощю своё же хамство. Ноги донесли его до места происшествия. Он облегчённо вздохнул. В доме икс в окнах тихо плескалась вязкая чернота, как и обычно. Пф, этот ворон даже в праздники свет не включает, что уж там говорить про тыквы-фонари и прочие побрякушки. Но сердце всё ещё предательски щипало, хоть и не с такой уже силой. Ведь он не знает, где же всё-таки горит дом. Только он немного успокоился, как жизнь снова сделала ему подножку. Только подъехавшие пожарники стояли возле дома на Woolfstar стрит. Все самые плохие предчувствия Гарри оправдались. Горел дом семейки Люпинов. Когда он как раз добрался до дома из выхода выводили, хотя скорее выносили, Нимфодору Люпин. Двум пожарникам помощь явно была не нужна. А вот следом за ними выводили Ремуса один пожарник и... Снейп. Вот им помощь была нужна. Ремус, хромая на правую ногу и сильно шатаясь, явно не хотел доверять маленького Тедди кому-то из этих двоих. Гарри пробежал к ним, игнорируя оклики пожарных, к слову, не столь навязчивые. Ремус его сразу узнал, вымученно улыбнулся и отдал тихо плачущего Тедди. — Что ты тут делаешшшь? – тихо прошипел ему Снейп. — Вам помочь пытаюсь. — Тоже мне, спасссатель. — Спасибо, мне правда приятно. На это Снейп удивился, проглотил приготовленные язвительные комментарии и удобнее перехватил Ремуса под руки. Впрочем тот сразу отказался от его помощи и сказал, что дальше ему и пожарника-костыля хватит. — Ремус, я Тедди куда надо устрою, не беспокойся, как поправитесь получите его живого и здорового прямиком на руки. — Спасибо, Гарри. – тихо сказал добродушный Люпин, на котором Гарри заметил игрушечный ободок с волчьими ушками, слегка обгоревший. Да... Это самый печальный косплей оборотня в мире. Гарри тоскливо усмехнулся, сам не понимая зачем, ухватил отчасти свободной рукой руку Снейпа и повёл его подальше от пожарных. Заверив пожарников в том, что как только отнесут ребёнка они поедут в полицию отвечать на вопросы, Гарри повёл всё ещё пребывающего в абстракции Снейпа куда-то в даль. По началу он хотел идти к своему привычному общежитию, но Снейп его переубедил: — Давай ко мне. У вас в общаге шумно и людей много слишком. Не то для ребёнка. Вообще, Гарри хотел отдать Тедди Гермионе с Роном, которые отнесли бы его Молли Уизли, но эта идея мало того, что не напрягала и так нагруженную мамашу, так ещё и нравилась Гарри больше. Боялся он почему-то теперь за Снейпа, хотя вроде бы и зря. Они шли, тихо разговаривали, а огоньки Хелоуина еле слышно шептались о чём-то важном, своим мерцанием смущая безграничную чёрную вселенную. How do you always win? You told the stars to leave And sent there lights of Halloween. I'm finally taking what you always give. (Как можешь ты выигрывать всегда? Убрал в карман звёзд карнавал И пустил хелуинские огни на небеса. Я наконец заберу, что ты всё время отдавал.) (Стих, как всегда, моего авторства ☺️)