Обнуление(Null)

Наступила ночь, когда Адам остановил их свирепый марш-бросок. Члены Белого Клыка были близки к обмороку и с трудом ставили палатки, но никто не сомневался в необходимости заданного им темпа. Между ними и Chivalric Arms было много километров, и они уже не могли разглядеть огромные клубы дыма, которые поднимались позади них. Жон с трудом пытался поставить палатку при слабом освещении. К счастью, великодушный фавн помог ему, используя своё ночное зрение, пока Жон возился с тяжёлыми вещами. — Спасибо, — сказал он, когда палатка была поднята. — Серьёзно, спасибо. — Без проблем. — Фавн хлопнул его по плечу. — Мы все заодно. Сколько они уже вместе? Неделю? Две? Мне казалось, что этого времени недостаточно, чтобы создать такое товарищество. Однако он сражался с ними, а они — с ним. Он доверял Адаму, сёстрам, Блейк и даже медику Фитчу. В свою очередь, они доверяли ему. Общие враги. А может, это были просто узы, скрепленные кровью. Так вот какими были команды охотников? Отец... Жон закрыл глаза. Вздохнул. Пусть всё идёт своим чередом. Адам был занят, помогая организовать периметр, и не хотел, чтобы его беспокоили, когда вся группа так измотана. Он понятия не имел, где Блейк. Наверное, отдыхает перед ночным дежурством. Вместо этого Жон направился к медицинской палатке, стукнув кулаком по деревянному столбу, вбитому в землю снаружи, который служил не более чем средством оповещения о своём присутствии или необходимости оказать первую помощь. Откинув заслонку и войдя внутрь, Фитч бросил на него быстрый взгляд, а затем снова повернулся к сёстрам. — Они до сих пор без сознания, — доложил он. — Скорее всего, их усыпили в ответ на ваше нападение на комплекс, так что они должны быть без сознания какое-то время. Они живы-здоровы, — решил он. — Здоровье у них не очень. У меня не было времени проверить, пока мы шли, но, судя по цвету кожи и весу, я готов поставить на недоедание и наличие дефицита. Главный из них — витамин D. — И что делать? — Нужен солнечный свет. Ну, и сказался недостаток продуктов, таких как морепродукты, но я не думаю, что трудно понять, что это в данном случае. К счастью, всё это можно исправить в Менажери. У нас в Менажери не так уж много всего, но солнечный свет и рыба есть в изобилии. Жон улыбнулся и подошёл, а Фитч освободил для него место между кроватями Хейзел и Джейд. — Это хорошо. Спасибо, что присматриваешь за ними. — Это моя работа. И у меня есть сестра, — добавил он. Больше ничего не нужно было говорить. — В общем, теперь ты спас четверых. Осталось двое, не так ли? — Осталось трое. Моя мама и две сестры — Эмбер и Сейбл. А Сафрон уже в Атласе. В безопасности, если верить новостям. — Он не хотел верить после того дерьма, которое она наговорила в последнее время. Насколько он знал, её могли держать в плену и в качестве рупора, используя для угроз Терру, Адриана или кого-то ещё. — Буллхеды не сходятся, — сказал Фитч. — А? — Буллхеды, которые улетели из тюрьмы, где содержалась твоя первая сестра. Один остался в Атласе, один в Вакуо, двое в Мистрале — вот эти двое — и трое в Вейле. Это пять Буллхедов на трёх человек. — Я знаю. Я просто предполагал, что запасные будут убегающими исследователями или солдатами. — Он провёл пальцем по щеке Хейзел, нежно обращаясь к старшей сестре, с которой раньше постоянно ссорился и препирался. — В конце концов, это не имеет значения. Если есть хоть какой-то шанс, я найду их. Трое из пяти отправились в Вейл. Это значит, что крупный комплекс находится там. Если кого-то из них там не найдём, я отправлюсь в Вакуо, а потом в Атлас. Фитч пожал плечами. — Вполне справедливо. Но сначала мы отправимся в Менажери. Ты не против? — Да. Не очень приятно, но Адам прав, что это лучший вариант. Эти люди из Chivalric Arms будут ожидать, что мы отправимся прямо в Вейл. — Атлас тоже, и, возможно, Кроу. Может, охотник и предупредил их о преследователях, но он всё ещё оставался охотником. — Меня вполне устроит Менажери, если только нам не придётся задерживаться там слишком долго. — Риск невелик. Сиенна предпочитает, чтобы Адам был в поле. Сомневаюсь, что она захочет вас разделить. Нет смысла нарушать то, что работает. — Это было облегчением, поскольку, даже если бы он чувствовал, что может работать с кем угодно, он бы предпочел сотрудничать с Адамом и Блейк. — Но сначала у нас ограбление. — Да. Ограбление поезда с прахом, верно? — Что-то вроде этого. Адам расскажет больше. — Фитч встал, чувствуя, что отвлёкся. — Я пойду перекушу. Присмотри за ними. — Жон кивнул, благодарный за возможность побыть с ними наедине. Уходя, Фитч закрыл за собой створку палатки, предоставив им возможность побыть наедине. Девушки вели себя тихо. Мирно. А вот видят ли они сны — это уже другой вопрос. Он взял каждую из них за руку и подержал, стоя между ними и размышляя, что же ему делать, если вообще что-то делать. Ближе всего к тому, чтобы утешать их, он был, когда похлопывал Джейд по спине после тяжёлого разрыва. Мама или папа справились бы с этой задачей лучше. — Я здесь, — сказал он, надеясь, что они услышат его. И когда вы проснётесь, вы уже не будете в этих клетках. Лаванда и Коралл ждут в Менажери. Вы сможете гулять с ними под солнцем, ловить рыбу и подружиться со всеми фавнами. Вам там понравится. — Он усмехнулся. — Блейк говорит, что там лучшие пляжи. Представьте себе, что вы сможете загорать и купаться каждый день. Это... Это будет здорово. Всё было бы иначе. Он скучал по Анселю, по их дому, по маленькому озеру, куда родители возили их в летние месяцы. По игровым автоматам, магазинам и даже по дурацкой школе. Ничего из этого уже не вернётся, не станет прежним, но они смогут начать новую жизнь. — Нам придётся начать все заново. Новые друзья, новый дом и новые достопримечательности. Всё будет не так, как раньше, но... но всё будет хорошо. Вот увидите. — Он крепче сжал их руки. — А когда все соберутся, мы устроим папе достойные похороны. Я обещаю.

/-/

Охранники Винтер опустили оружие. Дым, тошнотворный запах праха и тел, витавший в воздухе, ясно давали понять, что они больше не нужны. Лицо Винтер скривилось, но она удержалась от рвотных позывов, а дышала через рот, выходя из летательного аппарата на обугленную траву, и Кроу Бранвен был рядом с ней. — Чтоб меня, — прошептал охотник. — Они не шутят. — Нет. Они не шутят. Надежды поймать Жона и Белый Клык на месте преступления больше не было. Над площадкой продолжал клубиться дым, который и привёл их сюда, но теперь он был тускло-серым, больше похожим на серебристый туман. Костры потухли, по крайней мере, несколько часов назад. Количество топлива говорило о том, как долго это продолжалось. Как и в Атласе, объект был взорван. И снова документация внутри была уничтожена, лишив Атлас возможности найти доказательства, хотя, с точки зрения Белого Клыка, они должны были посчитать, что это стоит усилий, чтобы устранить любую возможность завершения исследований Обнуления. Джаспер сняла шлем и бросила его на землю. Задыхаясь, она зажала рот рукой, и её вырвало. Бранвен язвительно улыбнулся лейтенанту, а затем посмотрел на Винтер, как будто это была обида на неё. — Не привыкли к подобным сценам? — Напротив, я уже видела такую смерть, — ответила она. — И тогда Белый Клык тоже был замешан. Мою тетю казнили. — Винтер не почувствовала торжества ни в резком вздохе Кроу, ни в быстром и шёпотом произнесённом извинении. — Я бы предложила прочесать помещение, но уверена, что мы ничего не найдём. Более того, мне не нравится связанный с этим риск. — Похоже, всё это место может обрушиться на наши головы. — согласился Кроу. — Может быть, если бы у нас было больше времени и инженеры с Атласа, чтобы укрепить его. Хотя смысла в этом немного. Они бы не стали тратить на это время, если бы не хотели уничтожить все документы. — Он провёл рукой по лицу. — Не могу поверить, что парень на такое способен. Возможно, он зашёл дальше, чем я думал. В кои-то веки она не нашла в себе сил не согласиться с ним. Объект был разрушен, земля разрыта, обнажился металл и коридоры, хотя и заваленные обломками. Большая часть прилегающей территории была разорвана на части взрывчаткой, но не это привлекло их внимание. За пределами объекта, у входа, но на поляне, находилась большая почерневшая масса, которая все ещё тлела. Тела. Они вытащили тела и сожгли их. — Это не обычная практика Белого Клыка, — сказала она. — Даже в худшем случае они оставляют после себя тела. Я находила похороненными хороших людей. Просто, признаю, но даже яма в земле и положенная на неё винтовка лучше, чем это. — Если бы это был погребальный костер, она могла бы смириться, но эти тела были навалены бессистемно, буквально сложены друг на друга и подожжены. Тела сжигали, но не с такой интенсивностью, как здесь. Было добавлено топливо. — Зачем? В чëм смысл? — Передать сообщение? — предложил сержант Кардамон. — Они — Белый Клык. У них уже есть дурная слава. — Не от них, а от парня. Твой оловянный болван может что-то понять. Это может быть посланием для всех, кто работает с этой вашей группой. Предупреждением. Мог ли Жон Арк сделать это? Хотя ей хотелось сказать "нет", очевидный ответ был "да". Он явно был тем, кто первым выбрал объект, а с Белым Клыком у них было достаточно сил, чтобы вытащить все тела. И мотив тоже. Но насколько он действительно был гражданским? После того как его пытали и подвергали экспериментам, что можно сказать, если бы он не сорвался совсем? — Нам придётся исследовать тела, — сказала она, ненавидя эту мысль, даже когда произносила её. — Э-э. Ну это ваша забота. Я не подчиняюсь твоим приказам. Верно. Он не был обязан выполнять её приказы. — Я не знала, что ты такой брезгливый. — Я не... ах. Ладно. Давай покончим с этим. — Он подошёл к костру, а Винтер последовала за ним, качая головой и пряча лёгкую улыбку. Слишком легко. Улыбка угасла через мгновение, в основном когда она оказалась в пределах досягаемости и больше не могла игнорировать запах горящего жира и дымящейся кожи. Никогда ещё она не была так благодарна за то, что её униформа требует перчаток, как в этот момент. Вдвоем они начали оттаскивать тела, к ним присоединились сержант Кардамон и Джаспер, как только она взяла себя в руки. Никто не разговаривал, пока они вытаскивали тела и укладывали их на спину бок о бок. Чем глубже они забирались, тем более неузнаваемыми становились тела, некоторые обгорели до такой степени, что уже не выглядели людьми. Не раз ей приходилось останавливаться, чтобы сделать несколько глубоких вдохов. То же самое происходило и с остальными, даже Кроу пришлось отойти, чтобы вдохнуть чистый воздух. Час. Им потребовался целый час, чтобы разобраться с павшими, и это не считая тех десяти или около того, что они оставили позади. Трудно было даже предположить, что их было десять. Масса почерневших обрубков и пепла была слишком неразличима и слиплась в одно ужасное месиво. Как только они закончили, сержант и лейтенант оправдались тем, что охраняли периметр, и поспешили прочь, несомненно, чтобы поблевать в кустах. Винтер очень хотелось, чтобы она могла присоединиться к ним. — Я проходил через деревни, уничтоженные Гриммами, через целые поселения, и всё это было как-то не так ужасно. — Кроу вылил выпивку на руки, оттирая себя от грязи. Он был не единственным, кто видел такие деревни, и, если честно, память изменяла ему. Винтер была уверена, что на самом деле деревни были гораздо хуже, но трудно было вспомнить об этом, когда перед тобой сейчас — запах смерти в ноздрях и обугленный человеческий пепел на кончиках пальцев. — Это плохо, — деревянно согласилась она. — Вот что я тебе скажу. Если желаешь, можешь передохнуть. Я только осмотрю их и сделаю снимки. Генерал Айронвуд и оперативники смогут пробить их по базам данных без нашей помощи. — Нет, я останусь. Худшее уже позади. Лучше довести дело до конца. — Он достал свой свиток. — Я помогу. Ты дашь мне номер, куда их послать? — Да. И спасибо тебе, Кроу. Я ценю твою помощь. — По крайней мере, на это время они оставили в стороне своё соперничество. Он пробормотал в ответ что-то вроде недовольства, которое испытывают мужчины, когда их хвалят. По крайней мере, те, с кем она привыкла иметь дело, — военные. Винтер взяла одну сторону тел и принялась за трудную задачу — сфотографировать каждое из них. Лица некоторых ещё можно было смутно различить, но другие были уже слишком далеки. Они делали снимки, не смотря ни на что, в надежде, что их можно будет занести в каталог. Заявления о пропаже людей можно будет сверить с ними и отследить. Оперативники будут знать, что делать, и можно будет составить более полную картину. В процессе работы она заметила одну вещь: раны. У всех без исключения были пулевые ранения. Странно. Или нет? С возможностями Обнуления огнестрельное оружие стало более эффективным, возможно, даже лучше, чем клинковое. Нетрудно было представить, что Таурус отложит меч, если сможет сделать каждый выстрел смертельным. Однако раны были слишком однообразны. Всегда один выстрел в грудь — иногда попадались и другие, которые явно бы уже убили человека, но всё равно — один выстрел. В центр груди. Уверенность. Они расстреляли все тела, чтобы убедиться, что ни один из них не выжил. Мысль об этом была жуткой: один или двое притворяются мёртвыми и смотрят, как их товарищей вытаскивают и пускают в них пулю, зная, что твоё время скоро придёт. — Я не нашёл ничего полезного, — сказал Кроу, подойдя к ней сзади и протягивая свиток. — Никаких документов, никаких опознавательных значков, знаков или чего-то ещё. Либо все они уничтожены, либо Белый Клык потратил время на их уничтожение. С её стороны всё было точно так же. Винтер взяла его свиток и начала переносить изображения на свой, размышляя о возможных последствиях. Одно дело, когда Белый Клык пришёл сюда и убил всех этих людей, но совсем другое — лишить их опознавательных знаков. Разве что они намеревались посеять смуту, чтобы проникнуть в ряды вооруженных сил. Это было бы проще, если бы люди оставались неучтенными. — Генерал Айронвуд увидит общую картину, если она есть. — Много веры для старого робота. — Он заслужил её. — В отличие от того, за кем следовал Кроу, подумала она. Озпин мог быть хорошим человеком и директором Бикона, но она не понимала, почему генерал Айронвуд так верит в него. Всякий раз, когда она пыталась спросить, он просто говорил, чтобы она доверяла его суждениям. Ей было неприятно осознавать, что существует информация, которой ей не доверяют настолько, чтобы посвящать в свои дела. То, что Кроу знал об этом, расстраивало ещё больше. — Мы больше ничего не можем здесь сделать. Белый Клык уже давно ушёл. — Да. Но куда? Некоторые из этих Буллхедов отправились в Вейл. Не буду врать. Мне не нравится мысль о том, что парень отправится туда. У меня там племянницы. — Моя сестра тоже будет учиться в Биконе. — Он выглядел удивлённым этой новостью, за что она его не осуждала. — Об этом ещё не объявлено. — Хм. Буду знать. Не могу не сказать тебе, Винтер, что я волнуюсь за девочек. У нас также скоро фестиваль Вайтела. Для Белого Клыка это было бы самое подходящее время заявить о себе, не так ли? Представляешь, если они нанесут удар? — Их бы убили, — ответила она. — Атлас отвечает за безопасность. Амити будет в безопасности. — Видишь, я бы поверил, если бы не одно обстоятельство. — Он махнул рукой в сторону тел. — Тот факт, что Обнуление делает всю эту охрану практически бесполезной. Если бы он захотел, то мог бы убить всех охотников. Просто идти с поднятой аурой и стрелять в каждого, кто подойдёт достаточно близко, чтобы потерять свою. Винтер бросила на него острый взгляд. — Думаешь, он смог бы! — После того, как увидел это? Это же бойня. Не думаю, что убийство может его обеспокоить. Нет, в этом не было смысла. Но что-то все же не сходилось. — Я не уверена. Кроу замялся. — Что это значит? — Ничего. Или, по крайней мере, ничего, что я могу сказать. — Отдав ему свиток, она отвернулась от тел. — Лучше подождать результатов расследования. Он ещё не в Вейле, и я не уверена, что он сможет отправиться туда немедленно. Он только что спас ещё одну сестру, по крайней мере. Его первой обязанностью будет доставить её в безопасное место. — Менажери, — сообразил Кроу. — Это единственное место, куда он мог их отправить! — Он резко побледнел. — Нет. Скажи, что вы не... — Мы никого не посылали в Менажери. — Ладно. Круто. Я на секунду испугался. — Кроу хрипло застонал, сложив руки на коленях, но она не могла винить его за облегчение. Поначалу эта идея казалась ей очевидной, и она уже говорила об этом Айронвуду, предлагая собрать сестёр, чтобы обезопасить их, но генерал решительно отверг её. Жон уже был готов убить, чтобы освободить своих сестёр. Как далеко он зайдёт, если Атлас снова захватит их? Это было плохо, этого нельзя было отрицать, но если бы он действительно захотел, Жон мог бы отправиться в Атлас и устроить резню. Он умрёт, уничтоженный силой оружия, но неизвестно, сколько вреда он сможет нанести своей "лебединой песней". Или, что ещё хуже, он может полностью посвятить себя Белому Клыку, отбросив свои цели ради того, чтобы причинить Атласу как можно больше вреда. Мысль о том, что Адам Таурус будет иметь под своим контролем полностью лояльное и послушное Проявление Обнуления, заслуживала внимания. Поместье Шни пало бы в считанные дни, и вполне возможно, что и Атлас тоже. Это могло показаться крайностью, но, учитывая всё военное оборудование Атласа, не составит труда взорвать ракеты или запустить их в себя. Предотвращением этому служили уровни безопасности, сотни солдат и множество специалистов — всё это мало что значило против двадцати опытных оперативников Белого Клыка и человека, который мог отключать и включать Проявления по своему желанию. Атлас уже находился под прицелом. Не стоит усугублять ситуацию, снова преследуя его сестёр. — Мне придётся доложить об этом Озпину, — сказал Кроу. — В конце концов, он собирается приехать в Вейл, и старик должен знать. Если парень найдёт... — Он оглянулся на тела. — Я не уверен, что мы можем позволить себе так легко расправиться с ним. — Ты бы убил его? — спросила она. — Если бы стоял выбор между ним и моими племянницами. Да. А ради своей сестры? — Если бы он приставил пистолет к её голове, — ответила она, — но не раньше. Жон Арк пока не виновен ни в каких преступлениях. Кроу разразился смехом. — Ты серьёзно? После того как увидела это!? — Он побледнел, заметив её выражение лица. — Ты серьёзно? Чëрт возьми. Я знал, что ты негибкая, но это немного нелепо. Я понимаю, что его довели до крайности. Поверь, я это понимаю. Он жертва, и то, что случилось с его семьей, не что иное, как зло, но это не делает его лучше. Отплатив злом за зло, ничего не исправить. — А убить его как дикого зверя? — спросила она. — Разве это не добавляет третьего зла? — Ты не называешь это злом, когда усыпляешь опасное животное. Это необходимость. — Я пока не уверена, что эти действия необходимы. — Что-то не давало ей покоя, но она не могла понять, что именно. Послание, тела или просто приложенные усилия. Возможно, это имело бы смысл, если бы исследователи убили сестёр, содержащихся здесь, — такую возможность она даже не хотела себе представлять, — но кроме этого? Это не имело смысла. — Генерал Айронвуд хочет, чтобы он был жив, — сказала она. — Это всё, что имеет для меня значение. — Верно. Будет лучше, пока в опасности будете только вы. — Кроу прошел мимо неё, не оглядываясь. — Только не жди, что я ничего не сделаю, если он появится на фестивале Вайтела. Он подвергает опасности мою семью, и я с ним разберусь. — Я думала, он тебя напугал, — сказала она ему вслед. — Ты сказал, что он может убить тебя. — Может. И, чëрт возьми, может. Но, скажу тебе сейчас, Винтер, мысль о том, что я могу потерять своих племянниц, пугает меня гораздо больше. — Не обращая внимания на Буллхед, доставивший их, Кроу Бранвен вошёл в лес и скрылся из виду. — Мне следовать за ним, мэм? — спросил Кардамон. — Нет. Пусть уходит.

/-/

— Не могу поверить, что это действительно ты. Жон не шевелился, пока Джейд проводила руками по его лицу, удивляясь тому, что он действительно здесь. Она выглядела такой маленькой и хрупкой по сравнению с тем, какой была раньше. Джейд и Хейзел были ужасными близнецами, неразлучными и шумными, постоянно ругающимися, сорванцами и проказницами с волосами, выкрашенными в зелёный и синий цвета соответственно. Сейчас волосы уже отросли, и учёные, конечно, не заботились о моде, обрезая их волосы и облачив в белые халаты. Это придавало им вид фей, что в сочетании с бледной кожей и костлявыми запястьями делало их неземными. Но всё это было неправильно. Они должны были быть в кожаных брюках, сапогах на высоком каблуке и говорить о мальчиках или о том, как сделать новый пирсинг так, чтобы мама не заметила. Они должны были ругаться и проклинать, а также обижаться, когда Сафрон отчитывала их за это. Близнецы, находившиеся перед ним, настолько отличались от тех, к которым он привык, что видеть их было больно. — Это я, — прошептал он. — Я здесь. Я вытащил вас. — Нас спас наш младший брат, — сказала Хейзел. В отличие от Джейд она слишком устала, чтобы сидеть, но прижимала его руку к его боку, словно боясь, что он может убежать. По крайней мере, её отказ признать свой страх больше соответствовал её характеру. — Что случилось с тем слабым братишкой, которого я раньше дразнила? Он умер. Его замучили до смерти. — Наверное, он вырос, — солгал он. — Кто-то должен был что-то сделать, и я был первым, кого освободили. И мне помогли. Сильно помогли. — Я всё ещё не уверена, что это не сон. Или кошмар. Я не знаю, что это может быть. Пожалуйста, не надо давать мне ложных надежд... — Он заставил Джейд замолчать, закрыв ей рот рукой, сжав его мягко, но достаточно сильно, чтобы она почувствовала это. Чтобы иметь доказательство. Её глаза увлажнились, и слезы потекли по его пальцам. Ему было неприятно видеть их такими. Он никогда не видел их такими. Никогда! Будь прокляты эти ублюдки. Будь проклят Атлас. Будь они все прокляты! — Я сказал, что я здесь, и я здесь. Сомневаюсь, что твоё воображение способно придумать такую глупость, как мое присоединение к Белому Клыку. Я даже не фавн. — Он мягко толкнул Джейд обратно на подушки. — Теперь ложись и отдыхай. Скоро мы отправимся в Менажери. Все трое. Вам там понравится. Лаванда и Коралл уже там, и они подготовили для нас дом. Мы будем ходить на пляж, купаться, ловить и готовить рыбу. Это будет здорово. — А как же остальные? — спросила Хейзел. — Сафрон в Атласе с Террой. Я отправлюсь за ними в последнюю очередь. Я всё ещё ищу Сейбл, Эмбер и маму. Следующим будет Вейл, а потом Вакуо, если я не найду их в Вейле. — Ты не останешься с нами в Менажери? — Я не могу, — сказал он, поглаживая лоб Джейд. — Кто ещё спасёт их? — Белый Клык. Полиция. — Даже когда она это сказала, он услышал дрожь в голосе Джейд. Не плачь. Он не думал, что справится с этим, если она заплачет. — Кто-то должен помочь. Почему это должен быть ты? Почему это должен быть кто-то из нас? Почему это должно было случиться...? Жон прижался лбом к лбу Джейд. Он сам не знал, почему. Это было случайное движение, и оно испугало её так же, как и его, но оно заставило её подскочить, прежде чем она успела заплакать, так что это сработало. Он наклонил голову, чтобы поцеловать её в лоб. Глаза Джейд мгновенно заслезились — так поступал только один мужчина. — Если бы папа был ещё здесь, ничто бы его не остановило. — Он погладил её по щекам, как это делал отец. Кончики его пальцев нащупали слишком много влаги, когда она беззвучно заплакала. — Он бы перевернул Ремнант наизнанку, чтобы найти вас, и ему бы это удалось. Никто и никогда не смог бы его остановить. — Жон... — Но папы больше нет. Он... Я... Я заступлю на его место. — Он сглотнул собственные слезы. — Это то, чего бы он хотел — нет, это совсем не то, чего бы он хотел, но это то, что он бы сделал. Я знаю, что я не отец. Я и на десятую часть не такой сильный, как он. Даже не на одну сотую. — Его голос стал жёстким. — Но я буду стараться изо всех сил. Я... я найду остальных. Соберу вас всех вместе. Мы снова станем семьей. У меня всё получится! — Ты не можешь, — сказала Хейзел. — Они убьют тебя. Ты не сможешь бороться... — Я могу. — Они замолчали, не понимая, что он имеет в виду. Это не было случайностью. Он сказал им, что их спас Белый Клык, потому что не считал нужным говорить больше, но... возможно, так оно и было. — Это... я... — С Лавандой и Коралл было намного легче. Они были там. Они видели. А Корал... она всегда быстро принимала происходящее. Спокойная и собранная. — Я... Закрыв глаза, он выдавил из себя. — Я уже убил много людей. Хейзел затаила дыхание. — Что? — Людей, которые мешали мне. Учёных, которые держали Корал и вас. Они... Они проводили опыты и были злыми. Один из них добивался оплодотворения мамы и хотел сделать то же самое с Корал и остальными вами. Лично. — С их лиц схлынула краска. — И я убил его. Или заставил его убить, но это одно и то же. — Жон, что...? Но... Но ты — это ты! Ты даже драться не умеешь. Отец никогда не обучал тебя. Он вообще никого не обучал. — Мне не нужно тренироваться, чтобы нажать на курок. Это просто. Слишком просто. И мне это не нравится, — быстро сказал он, — Но если это то, что я должен сделать, чтобы спасти вас всех, я сделаю это. — Он ждал их ненависти. Их отвращения. — Мне очень жаль. Я должен... я должен это сделать. И дальше. Джейд выглядела так, будто её тошнит. — Ты убиваешь людей? — Да. — Испугавшись, он отдёрнул руку. — Я пойду. Вам двоим нужен отдых и... — НЕТ! — Джейд в панике вцепилась в его запястье и в форму Белого Клыка. В отчаянии, с явным ужасом в глазах, она прижалась к нему. — Не уходи. Пожалуйста. Не сейчас. Всё в порядке. Мне всё равно, убьешь ли ты, скольких, просто... Я... Не сейчас. Останься. — С другой стороны Хейзел прижимала его руку к своей груди, зарывшись под одеяла и обхватив его локоть обеими руками. — Мне всё равно, что ты сделал. Нам все равно. — Хейзел быстро кивнула головой, сжимая его руку. — Ты наш брат. Ты спас нас. Это всё, что имеет значение. Не уходи. — Я должен. Я должен спасти остальных. — Не этой ночью, — настаивала она. — Или сегодня. Ты останешься с нами сегодня? — Адам предложил отдохнуть денёк. Все слишком устали, чтобы двигаться. Я буду здесь весь день. — Хейзел и Джейд расслабились от этой новости, откинувшись на спинки стульев и издав дрожащий вздох. Он понял, что они не хотели, чтобы он уходил. Они были напуганы тем, что теперь останутся одни. Боялись, что они во сне. — Я останусь здесь с вами на весь день и буду спать здесь же. Вы увидите, когда проснетесь завтра, а мы до сих пор здесь. Я хочу вывести вас на улицу. Подышать свежим воздухом и погреться на солнышке. — А завтра? — с тревогой спросила Хейзел. Он ненавидел это. Презирал. Сколько он себя помнил, ни разу Хейзел не казалась такой маленькой. Такой хрупкой. Одно только предположение об этом привело бы к тому, что его взяли бы за шиворот и стали трепать кулаками по волосам, пока он не взмолился бы о пощаде. — Завтра нам, вероятно, придётся отправиться в путь, но вы будете лежать на этих кроватях. Я тоже буду с вами, и вы сможете посмеяться над тем, как я пыхчу, словно старик. — Он усмехнулся, довольный тем, что они расслабились. — Мне нужно кое-что доделать с Адамом и Блейк — я познакомлю вас с ними позже, — но я вернусь, а потом мы поедем в Менажери. Простите, но в ближайшее время вы от меня не избавитесь. — Как долго...? — Джейд улыбнулась. Улыбка была слабой, но в ней была крошечная искорка, которая показалась ему знакомой. Самая нерешительная складка по краям, бедная попытка изобразить усмешку. Сейчас он бы принял её. Он готов принять всё, что угодно. — Думаю, мы можем смириться с нашим глупым младшим братом, если он хочет тусоваться со своими крутыми сестрами. Всё было не так, как раньше, даже близко не так, но они старались. Наверное, было что-то нездоровое в попытках воссоздать то, чего у них больше никогда не будет, но здесь и сейчас он подыграл им. — Вы не будете против, если я стану немного приставучим? Возможно, я даже захочу сдвинуть кровати вместе и спать между вами. — Ты такой ребенок. — Даже когда Хейзел говорила это, он видел явное облегчение в её глазах. Они хотели, чтобы он был рядом, но не знали, как это сказать. Если это так, то ему ничего не стоило изобразить из себя идиота и позволить им дразнить его. Если им так будет удобнее, то это того стоило. — Но ладно. Если ты действительно такой жалкий. — Я действительно такой, — сказал он, придвинул кровати друг к другу и забрался на них. Металлические опоры легко выдержали его вес, а Джейд и Хейзел быстро прижались к нему. Когда они в последний раз делили постель? Когда ему было десять? Он смутно помнил, как в детстве его мучили ночные кошмары и он искал компанию любой сестры, готовой его терпеть. Тогда всё было иначе. Более неохотно. Близнецы не были самыми заботливыми и отзывчивыми из его сестер. Такими были Сафрон и Сейбл. Однако теперь они отчаянно цеплялись за него, зажав между своими телами, словно плюшевого медведя, которого не решались выпустить. — Тебе лучше быть здесь, когда я проснусь, — прошептала Джейд. — Если тебя не будет, если это сон, я никогда тебя не прощу. Это было очень похоже на неё. Колючки и всё такое. Жон захихикал, уже чувствуя, как в голове запульсировали иголки. Он даже не устал, проспав всю ночь, а значит, всё это время будет бодрствовать. Это была небольшая жертва. — Страшно. Тогда я лучше останусь здесь. — Да. — Хейзел прислонилась к его другому плечу. — Так будет лучше.