Hasnuts

В мире часто происходят какие-то перемены. Конечно, что-то остается неизменным и повторяется изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год. Это становится рутиной в скучной жизни каждого человека. Но если смотреть на нее под другим углом, то можно увидеть во всей пелене белый просвет — цель, к которой хочется стремиться, время от времени узнавать что-то новое и подниматься на одну ступеньку выше. И с каждым разом блеск от того самого просвета будет все ярче отражаться в глазах. ~01.09.23. Поместье «Альт»~ Шторы распахиваются и второе, что проникает в комнату, следом за женщиной в бежевом халате, это свет. Утренний свет золотистого солнца, которое, в отличие от кое-кого, вставать не ленилось, хотя оно даже не опаздывало на первосентябрьскую линейку. Лучи падали прямо на белоснежное одеяло, под которым, ежившись и упрямо не хотя выходить из убежища, прятался… — Антон! — женщина поставила руки в боки и осуждающе вперила взгляд в сына, как будто бы он мог увидеть ее сквозь толстую ткань одеяла, — Ты встанешь сегодня?! У тебя есть один час до начала! Один, Антон! А ехать до школы полчаса! — Чт…э-э-э… Кого… ЧАС?! — отбросив часть своей сонливости и теплый кокон, он так и упал с кровати, взял телефон и удостоверился в правоте матери, которая гордо сложила руки на груди и посмотрела на парня с поднятыми бровями, мол «А я говорила!». Ничего больше не говоря, он выбежал из комнаты и направился по длинному коридору прямиком в столовую. Не забуду упомянуть, что семья у Шастунов (такова была их фамилия) была не большая и состояла из двух человек, с которыми вы уже познакомились. Но несмотря на это, денег у них было более, чем достаточно, а, проще говоря, Майя Олеговна занималась крупным и приносящим большую прибыль бизнесом по производству музыкальных инструментов. Собственно, поэтому Антону с самого его детства было интересно заниматься музыкой. Его инструмент — гитара, а, как известно, именно она привлекает взгляды девушек (это и было основной причиной в выборе музыкального пути). Когда он с шумом влетел в пункт назначения, он чуть не врезался в горничную Лену, мирно переносящую поднос с чаем из кухни на огромный обеденный стол. Она так напугалась, что уже с трудом удерживала всю конструкцию на руках. Антон успел подхватить и ее, и поднос, ловко поставить на стол рядом с порцией своего завтрака. Домработница покраснела и промямлила что-то вроде «извините» и «я такая неуклюжая», но Шастун отмахнулся рукой от этой ситуации и быстро сел за стол, не оставляя себе время на объяснения юной работнице, что если на нее налетел монстр, спешащий на первое сентября, то вполне нормально, что может пол дома развалиться, не то, чтобы поднос с чаем. Девушка немедленно убежала, а Антон принялся забрасывать в себя еду, порой забывая жевать. Когда с этим было покончено, он выкрикнул в сторону кухни «спасибо», а через пять минут уже надевал уродский галстук поверх выглаженной рубашки какой-то из домработниц (Антон был уверен, что это Инна Романовна — любимая мамина работница, которая для Шастуна стала уже как нянька, ведь в этом доме она работает дольше, чем парень живет на свете). Он попытался расчесать вьющиеся волосы, но закончилось это дело застрявшей в шевелюре расческой. Откуда-то материализовалась Майя Олеговна (знак спасения) и вытащила ее, поправив рубашку и завязав правильно галстук. — Иди уже, чудо, — усмехнулась мать и снова сложила руки стопочкой, — Григорий ждет тебя на улице. — О’кей. Пока, мам, — старшеклассник помахал рукой и побежал к черному мерседесу, возле которого стоял мужчина в солидном черном костюме — он был водителем и телохранителем, но вторая его должность почему-то еще не разу на деле не проявлялась. Может потому, что не отчего защищать? Да, так оно и есть. Вообще Григорий добродушный, когда дело не касается работы. Антон пулей запрыгнул в блестящий автомобиль, и мужчина, сев следом за пассажиром, надавил на газ. ~01.09.23. Лицей №13. Кабинет директора.~ В то самое время возле стола директора стояли трое ребят: два парня и одна девушка. -Одиннадцатый класс, значит, да? — обратился пожилой человек, как раз сидящий за этим самым столом, — Боюсь, почти все классы переполнены. Вы точно записывались в эту школу? Все трое переглянулись, хотя и не знали друг друга. У всех было одно выражение лица: что происходит? -Да, я точно знаю, что именно сюда меня зачислили, — сказал первый. Он выглядел очень опрятным для мальчика: волосы были уложены, форма в точности совпадала с костюмом какого-нибудь начальника, в руках был кожный чемодан, на запястье стильные ролексы, да и в принципе он был очень симпатичным (довольно редкая комбинация черных волос в сочетании с голубыми глазами), — Мой отец здесь работал. Директор немого удивился тому, что мальчик в таком дорогом одеянии может быть сыном учителя. Но тут на него свалилась мысль. — Напомни мне свою фамилию? — Попов. Мужчина вконец убедился, что перед ним стоит сын бывшего директора. Он был уважаемым человеком, который, к тому же, был очень богат и вел второй бизнес параллельно со своей и без того достойной должностью. Старик, не думая не минуты, занес парня в список лучшего класса школы, хотя тот был итак с избытком. Парень по фамилии Попов понял, почему он так резко поменял свое решение, но без вопросов директор не остался. — А эти люди смогут попасть вместе со мной? — спросил он. Конечно слабо верилось, что он когда-либо сможет подружиться хоть с единой душой, он решил рискнуть. Не смотря на свою небольшую социофобию, перед приемом у директора ребята немного разговорились и посмеялись над тем, в какую ситуацию их угодило. Девочка и парень слева от него ошеломленно покосились в сторону симпатяги. — К сожалению, я отправлю их в класс, где учеников не хватает, — отчеканил мужчина. — Почему же вы не можете отправить туда и меня? — парень еле заметно вскинул бровь, почти не меняя свое каменное выражение лица, но все же уголки губ немного дернулись вверх — возможно он намеревался задобрить старика. — Вы действительно этого хотите, Попов? — Безусловно. ~01.09.23. Лицей №13. Школьный двор.~ Через тридцать минут они уже подъезжали к черным воротам лицея. Конечно, раз уж деньги позволяют, Майя Олеговна отдала сына в самое престижное учреждение в Санкт-Петербурге, в котором Антон учится уже одиннадцатый год. Он так и не повзрослел за это время (характером (с виду не скажешь, что он все еще в школе учится)). Вокруг крутились дети из младших классов и школьники постарше. Шастун уже видел свою параллель, когда, распрощавшись с Григорием, зашел на школьный двор. Девочки из одиннадцатых классов кокетливо хихикали в знак приветствия, и Антон всякий раз стоил им гримасы истинного мачо, и да, среди женского пола он был популярен, знал всех и вся, кто был в этой школе относительно давно или с самого первого класса сопровождал его. Таких было совсем мало, так как много кто уходил, на место них приходили новички, и так из года в год. Самое смешное, что в класс, где учился Антон, набрали детей с самым низким уровнем знаний — круглых отличников не водилось. Поэтому рейтинг класса был самый минимальный, да еще и поведение хромало. Так что все старались не попадать в 10 «Б». Так, стоп, уже 11. Но не суть. Кстати говоря об старичках легендарного класса бунтарей: Антон прямо сейчас завидел двух своих дружбанов, с которыми он видится, кажется, уже целую вечность. Серега и Димка направлялись к Шастуну с ехидными улыбками. — Чего это мы опаздываем, Антонио? — Дима в шутку состроил лицо истинного недовольства, как будто бы он совсем забыл о манерах. Друзья всегда подшучивали над парнем о его положении, ведь по стереотипам дети олигархов должны быть элегантными, тактильными батанами. Но Антон был полной противоположностью этого, и, скорее всего поэтому он сейчас смеется в компании этих двух самых родных ему придурков. — Да, неужели Гришка не позаботился о нашем принце? — Серега подхватил мысль Димы мимолетно, но затем сразу перевел тему, не желая останавливаться на этих банальных подколах, а задать более интересный вопрос, — ты уже видел новеньких? — Что? Нет, Серж, я только приперся. — Вот мы тоже никого еще не увидели. Может все поняли, что в нашу шайку лучше не соваться? — предложил Дима с некоторой гордостью. — Хм, а классного нам заменили-то? — Приколись, никого не нашли! — Серега гортанно и очень забавно рассмеялся, отчего и двое других присутствующих переломились напополам в немом хохоте. ~01.09.23. Лицей №13. Школьный коридор.~ Сквозь открытые окна проникало солнце, дул теплый ветер. Трое учеников вышли из кабинета и направились к лестнице. — Ты сын Сергея Попова? — не выдержав, спросила девушка. Парень поймал себя на том, что не изучил внешность своих спутников. Личность, задавшая вопрос, кажется, немного волновалась. Она была брюнеткой с очень прямыми волосами. Он подумал, что на ее ресницах была тушь, но если вглядеться, то можно убедится в том, что они совершенно естественны, просто густые и темные. Глаза карие, а еще от нее веяло еле заметным запахом кофе. Ногти были тоже совершенно естественно отрощены, а вся одежда на ней и соответствовала форме, и как-то отличалась. — Да, так сильно похоже? — улыбнулся он. Даже и в мысли не приходило, как это непросто — общаться. — Очень, — вмешался второй третий участник «банды новичков». По нему было видно, что он тоже хотел принять участие в разговоре. Этот школьник был примерно роста Попова — высокий, с русыми волосами и карими глазами, правда не такими темными, как у девочки. — Как вас всех зовут? — перевела тему она. Видимо она любила быть интузиасткой в знакомствах. — Я Паша, — сразу ответил русый парень, поправляя воротник рубашки, которая все равно окончательно и бесповоротно измялась, и лучше от этого его действия не стало. — Я Арсений, — скопировал Попов, и оба мальчишки замолчали в ожидании того, что и их симпатичная собеседница представится. — Во как, очень приятно, я Аделина. Будем знакомы? — она вела диалог весело и нисколько не сомневаясь в своей речи. Затем уверенно подошла и пожала руку каждому, смешно качая ее вверх-вниз. На лицах всей троицы была улыбка, и они вместе отправились искать 11 «Б», в который их всех благополучно зачислили. ~01.09.23. Лицей №13. Школьный двор.~ На заднем дворе дети мешались со взрослыми в поиске места, где мелом была начерчена цифра и буква своего класса. Повсюду стоял шум и гам, слышался детский смех, крики, удолбанские песни в честь этого удолбанского праздника. Антону никогда не нравились линейки, потому что очень уж утомительно стоять и глазеть одиннадцатый раз на то, как первоклашки рассказывают очередные стихи, какие-то семиклассницы выходят с очередным танцевальным номером, который остается неизменным из года в год. На то, как ведущие засыпают комплиментами учителей… И это все по мере того, как твои ноги медленно превращаются в вату от долгого стояния на оном месте. И начал весь этот ужас происходить не в воспоминаниях Шастуна, а наяву. Все уже разбрелись по местам. В остальных классах пришло много родителей, сопровождающих каждый своего ребенка и держа за него огроменные букеты цветов. Чем старше класс, тем меньше их стояло позади учеников. Так что у нашего было три-четыре человека. Раздался голос учителя по русскому, которая лучше всего умела выражать свои мысли и говорить красивыми предложениями на мероприятиях. А дальше включилась одна и та же заезженная пластинка. Сережа ржал со всего, что происходило, а Дима и Антон ржали с его ржача. Это длилось целую вечность, и почему солнце еще не закатилось? Шастун повернулся назад, чтобы поглазеть на него, а заодно и на подросших за лето одноклассников. Но тут его внимание привлекли незнакомые лица. Их было двое…а, нет — трое. И все походили на его ровесников. «Все же новички сеть» — ухмыльнулся про себя Антон, и сразу отвернулся, как только какой-то из них пацан заметил на себе взгляд кучерявого. Он пихнул локтями Димку и Серегу, которые тыкали пальцами на что-то и буквально ухохатывались. — Э, ты че… ебаный в рот… — Серый понял намек Антона и повернулся, но не следил за тем, чтобы остаться не замеченным. Шастун развернул его обратно и услужливо захлопнул ему пасть. — Ну ты че, Сереж, как будто новеньких никогда не видел, — отозвался Дима, который слишком уж плохо скрывал интерес к происходящему. — Вы видели какая она сасная?! — полушепотом преувеличено восторгаясь ответил тот. — Кто? — Новенькая. Шастун обернулся и полностью понял друга. Она реально была слишком красивой для этого мира, при этом не имев ни грамма косметики на лице. Прямо сейчас Антону хотелось оказаться на месте парня, который с ней увлеченно перешептывается, скромно улыбаясь асфальту. Он был действительно хорош собой, солиден внешне, так что промелькнула мысль, что у Антона нет не единого шанса против него. Эта девушка-сказка достойна только такого. Интересно, они уже пара? Так, стопэ, о чем он думает тут вообще? А может они брат и сестра.? Ну хватит! Лучше смотри, как второклашка падает, запнувшись о воздух и выронив из рук букет с лилиями. Все оставшееся время парень витал где-то в облаках, и все прошло как-то слишком быстро. Чтобы развеять скучную обстановку, Сережа вымесил недовольство в «пиздец конечно», и они последовали вслед за классом… куда-то. Все почему-то шли к кабинету математики, так как учитель этого предмета была их прошлой классной руководительницей. Но ведь она же отказалась от этого класса? — Я не отказалась от вашего класса, — заявила Галина Евгеньевна, явно подавляя желание сказать «к сожалению», — поэтому я и дальше буду вашим классным руководителем и продолжу вести у вас математику. А теперь… В дверь внезапно постучались и вошел директор. Антон частенько бывал у него, поэтому довольно хорошо знал его внешность и одним из первых встал из-за парты. — Садитесь, садитесь, — небрежно махнул он классу, когда и остальные поняли, какая личность зашла и попытались встать. Тем временем старик подошел к учителю и шепнул ей пару слов. Она немного удивилась и начала рыскать глазами по партам, пока не остановилась на двух партах, за которыми сидели два новых ученика, а сзади них — ученица. Галина Романовна кивнула директору и подождала, когда он выйдет. — Ну что ж, как вы уже заметили, к нам пришло пополнение… Выйдите, пожалуйста. Трое быстро встали и подошли к учителю. Все с интересом смотрели на происходящее. — Извините, я ваших имен не знаю, поэтому я даю вам возможность представить себя самим. Вперед. Шастун заметил, как симпатичный парень с голубыми глазами, который разговаривал с красоткой, побледнел и опустил глаза в пол, будто ища подсказки в линолеуме. Мальчишка по другую сторону наоборот гордо поднял голову вверх. Девочка посередине дала ему знак, чтобы он начинал первым и подмигнула ему. Теперь пришла его очередь, но только краснеть. Шастун тихонько фыркнул (он был уверен, что на его месте вел бы себя достойней). — М-меня зовут Павел. Воля Павел. — Расскажи что-нибудь. Почему перевелся в эту школу? — подбадривала математичка. — Ну-у… — он украдкой посмотрел налево, будто прикидывая, что будет лучше сказать для хорошего впечатления со стороны новенькой, — Я решил, что эта школа мне точно подходит, и меня перевел сюда отец. Он знает, что для меня лучше и готов заплатить любую цену за обучение, — под конец он расхрабрился и сложил руки на груди, а Антон с ужасом представил свою мать. — Теперь ты, милочка, — сообщила Галина Романовна. — Меня зовут Аделина Измайлова. Я перевелась в эту школу по желанию родителей и в связи с переездом, — с ослепительной и доброй улыбкой поведала девчушка и чуть пихнула следующего претендента на монолог. Тот будто вынырнул из мыслей и с напускной уверенностью начал: — Меня зовут Арсений Попов, и я перевелся сюда по просьбе отца, — сообщил он ботинкам. Аделина, почему-то посчитала это повествование незаконченным и прибавила: — Он сын прошлого директора этого лицея, — она гордилась этим так, будто говорила про себя, а Арсений еще сильнее побледнел, когда из глубины класса понеслись единичные «ого» и «о-о-ого». А Шастун опять фыркнул, но теперь громче, и со злорадством наблюдал за реакцией Арсения. — Так, ну все, садимся на места, я вам расскажу о расписании на этот год. Всю эту нудятину, последовавшую позднее, слушать было невозможно, да и расписание нам попалось самое ужасное. В неделе три дня подряд предполагались девять уроков, а остальные два — по восемь. Чокнуться можно в этой школе, сука. После классного часа новичков заваливали вопросами. Дима и Серега активно принимали в этом участие, а Антон гордо стоял в стороне, пока Серый не затянул его в эту кучу малу, впившись в запястье. — Почему вас нет в списках? — Аделина, ты из другого города? — Вы трое знакомы? — А Попов — бизнесмен вроде? — Так-так-так-так-так, — остановила Аделина, — Потише с расспросами. Шастун невольно узнал, что семья Арсения безумно богата, но сдержался от очередного фырчка, ведь и сам был таким же. Причем рассказывал это вовсе не сам Попов, а Измайлова, хотя перед этим удостоверила всех, что вся троица познакомилась сегодня. Паша тоже иногда отвечал на вопросы, а вот богатенький наш оставался скрытной личностью. Большинство вопросов подкидывал Матвеенко (такова была фамилия Сережи), так что Аделина уже насмешливо улыбалась, как только парень открывал рот, что очень льстило ему. — Вы недалеко живете? — через некоторое время почти все ученики разошлись, некоторые подошли к учителю с вопросами. Дима, кажется, тоже хотел подружиться с новыми ребятами, — Мы можем вас проводить. — Я — совсем недалеко, а вот насчет них не зн… — не договорила Аделина, так как ее перебили. — Я живу в доме напротив школы, — с восторгом объявил Воля. — А ты? — Измайлова обратилась к Попову. — Что? А… я… мне нужно к бабушке, она недалеко здесь, а оттуда меня заберут… — Зачёт! — воскликнул Серж. — А меня ты не забыл спросить? — с некоторой обидой дернул бровями Антон. — Да че ты паришься, все равно ведь хотели погулять поле школы! Потом вызовешь свой лимузин, да уедешь, — словесно отмахнулся Матвеенко. — Лады, — как можно неохотнее сказал Шастун и все направились к выходу из школы. За все время прогулки Антон перешагнул через свою гордость и тоже начал общаться то с Пашей, то с Аделиной. Даже у Арсения развязался язык, и он иногда что-то вставлял и улыбался мокрому от утренней росы асфальту. Воля охотно производил на себя впечатление, а Измайлова смеялась над шутками и задавала вопросы каждому. — Антон, ты сам накручиваешь волосы или это от природы? — спросила она, взъерошив кудряшки на макушке Шастуна. Тот, все же, покраснел, и его план — быть крутым и недоступным — тут же провалился сквозь всю земную кору. — Да нет, -беззаботно ответил Антон. — Так «да» или «нет»? — усмехнулась Аделина. — Нет, они…э-э-э…сами, — закончил свою мысль он, очень надеясь, что его поняли, и что он не выставился себя полнейшим идиотом перед этой богиней. И как только Дима и Серега с ней так свободно общаются? Хотя он раньше именно так, как они и разговаривал с поклонницами, со всеми людьми женского пола, но ни один раз не запнулся и не краснел — тем более. — Классно, — одобрил Арсений. У него прическа была немного похожа на Шастуна. — Да вы прям как Инь и Янь, — заявил Дима, сравнивая их двоих. Арсений несмело улыбнулся, а Антон, подобно матери, поставил руки в боки и насмешливо похвастался своим новым прозвищем от друга. Все присутствовавшие хохотнули, а Антон, решив, что раз уж эта компания уже надолго, то почему бы не наладить с ней отношения и не стать центром внимания, рассказывая шутки и различные истории? В этот вечер он понял, что лучше уж быть самим собой, чтобы завоевать сердце девушки, ведь Аделина внимательнее всех (за исключением Арсения) слушала его повествования. Определенно, самого себя не мог доверить этой компании только один человек. Почему-то Шастун даже не почувствовал жалость к нему. «Так Арсений никогда не найдет себе достойную девушку» — философствовал он в своих мыслях. Но ему-то какое дело? У него были большие планы на счет Аделины.