Gli amanti e la Ruota della Fortuna

Сжимаю в руке розу с ядом,

И взор мой, плененный, сбит с толку.

      Длинные улицы. Живописные картинки перед глазами, мелькающие то тут, то там. Крики чаек и морской бриз, щипающий лицо мелкими крупицами соли. Улыбка сама по себе ползет на лицо, заставляя глаза сощуриться, когда она видит пробегающих мимо детей. Кажется, маленькие дети гнались за несчастной чайкой, что жила свободой. Что им сделала бедная, вольная птица? Может, утащила кусок свежего хлеба или рыбину? Оставалось только догадываться где-то в пучине мыслей и смеяться при виде этой милой картины.       Дети скрываются за ближайшим поворотом, практически сбивая с ног несчастную цветочницу. Она грозно что-то кричит вдогонку маленьким шкодам и головой недовольно качает. Как хорошо, что эти совсем нехитрые игры не повредили ее товар. Многочисленные глицинии, азалии… и многие другие прекрасные растения устроились в тележке женщины, как будто это их родная среда обитания.       Они взрощены кропотливым трудом улыбчивой дамы и каждый из них индивидуален по-своему. Каждый чем-то цепляет взгляд прохожих.       Девушка наблюдала за происходящим, медленно прогуливаясь по мощеным улицам. Люди вокруг приветливо улыбаются и машут руками. Она безумно сильно любила свой дом и с удовольствием помогала окружающим.       Громкие голоса жителей Регало наполняли улицы жизнью, окрашивая разными оттенками: кто-то спешил в порт, чтобы отправиться в длинное путешествие; кто-то зазывал туристов в магазинчики. Вокруг суета, свойственная только территориям вблизи моря.       Регало полностью окружен морем, как и положено было острову. Рукой было подать до Италии, всего пару часов ходу по воде. Идеальное место, чтобы отдохнуть от привычного, наскучившего обыденностью, мира или отправиться в романтическое путешествие с тем, по кому сердце сгорает в долгосрочном приступе любви.       Иногда туристы называли их дом «Остров Любви». Было ли это из-за здешних красот или атмосферы — непонятно. А может и все сразу играло огромную роль. Как-то не до подобных мыслей было, да и Дарию это особо не интересовало.       Ей совсем недавно исполнилось восемнадцать лет. Романтика не интересовала девушку, она для неё как оковы вольной птице — в тягость. А вот поиск нового оружия, которое она спрячет за пояс строгого костюма — еще как.       Или очередные тренировки в компании Лааны, ее кузины. Девушка превосходила ее по всем фронтам, поэтому Дария каждый раз оказывалась носом в песке тренировочной площадки, пока девушка восседала сверху с непроницаемым лицом.       Конечно, самолюбие гордой дочери главы мафии было задето, но злиться на девушку не получалось долго. Они все детство провели бок о бок, учились секретам владения оружия и пекли лимонные пироги вместе с матерью Дарии. На языке неожиданно появляется вкус цедры и сладость. Как давно это было… Они уже не те дети с наивным взглядом и громким смехом. Отчасти становилось грустно, но девушка понимала, что по другому не могло бы быть. Рано или поздно всё должно было измениться.

У каждого из них появились свои обязанности и работа.

      Лаана все чаще задерживалась в своем кабинете, разбирая горы бумаг, которые будто не собирались кончаться. Дария патрулировала территории и тоже разбиралась с бюрократией. Взрослая жизнь настигала их стремительно и неотвратимо, почти наступала на пятки.       Патрулирование — не самое легкое занятие, но прямая обязанность подразделения Мечей. Главе не обязательно выходить вместе со всеми, но девушка предпочитала не отсиживаться, пока остальные работают. Статус дочери главы Тарокко не освобождал ее от ответственности. Наоборот, накладывал все новые обязанности, которые почти не давили на хрупкие женские плечи.       Однажды ей придется возглавить дом семьи Аркана. Это неизбежное событие, о котором она предпочитала не задумываться. Отец полон сил, мать подле него светится ярче сверхновых звёзд. И все, казалось бы, шло куда лучше, чем могло бы быть. Только проблемы неизбежно появлялись на ее пути, как трудные препятствия и сбивали с толку.       Девушка лишь грустно вздыхает, пока ее воспоминания возвращаются к детству и домику, скрытому пышными кронами деревьев. Лучшее время в ее жизни.       — Bambina, ты сегодня мрачнее, чем обычно. Хотя куда уже хуже? — Дария вздрагивает, когда слева от нее доносится знакомый хриплый голос. Легка на помине. Всегда появляется тогда, когда ее не зовут.       Платиновое каре, строгий пиджак, что небрежно расстегнут. Его лацканы сверкают серебристыми витиеватыми узорами — ручная вышивка, специально выполнена по заказу их mamma. Все это прекрасно сочеталось с фиолетовым галстуком, который завязан в виде банта поверх белоснежной рубашки. Повязка на правый глаз, которая скрывала шрам от боевого ранения и незрячий глаз оттенка горького шоколада.       А еще не одобряемый дрожащими родителями пирсинг. Papà был крайне недоволен старшей дочерью, но настолько же сильно ее любил, что лишь ворчал при виде девушки.       Да и не правильно было отчитывать ее на виду у подчиненных. Глава Монет, как никак. Нужно было поддерживать имидж.       — Сестра, ты могла бы не пугать меня? И вообще, где ты потеряла свою la moglie? Вы же словно попугаи неразлучники. — губы девушки изгибаются в саркастичной улыбке, после чего она получает подзатыльник от девушки. — За что?!       — За твой длинный и острый язык, bambina. Мы с Лисой не жены, а просто подруги.       — Скажешь об этом вновь, когда прямо у меня на глазах начнешь раздевать ее взглядом. — младшая глаза закатывает, отходя от девушки на пару шагов. В самый раз, чтобы не получить в очередной раз по своей голове. А ведь рука Киры уже тянулась к блондинистой макушке.       — Не было такого. И вообще, когда ты придешь в «Исида Регало»? Мишель слишком сильно хочет взять реванш. Да и Виолетта тоже спрашивала — блондинка хмыкает, видя недовольное лицо младшей сестры, будто ту заставили съести кислый лимон.       Было очевидно, что сестра пыталась как можно скорее увести тему от ее предмета воздыхания. Каждый раз происходило одно и то же: Дария подкалывала любимую сестру и та спешила перевести стрелки на что-нибудь другое. Сменить тему, чтобы только не касаться запретной темы даже словом.       Так даже было лучше. Младшая плохо разбиралась в чувствах и межличностных отношениях, от того и не смогла бы помочь сестре мудрым советом, который решил бы все её проблемы, убрав мелкие морщинки. Тут бы в своих собственных бесконечных проблемах разобраться, чтобы больше не тяготили молодой разум.       -Ты же знаешь, что это ничем хорошим не закончится. Виолетта снова будет бушевать, а Мишель обидится на проигрыш. — Дария разводит руками в стороны, мол, это же очевидно, и смотрит на старшую сестру с доброй усмешкой.       Подруги сестры — шебутные девушки. Громкие и совершенно бестактные. Но с ними было интересно проводить время, забывая о всех заботах, которые преследуют днями и ночами. Обсуждая душевные волнения, Дария понимала, что она не один на один со всеми невзгодами. При всей их дурашливости, девушки могли дать хорошие советы и выслушать, не перебивая и не требуя ничего взамен. В отличии от Киры, у которой проблем было вагон и маленькая тележка.       Спасибо хотя бы за то, что в их семье принимали однополые отношения и об ориентации старшей дочери Аркана знали все, кому не лень. Никто не осуждал, не порицал. Какая разница, с кем свяжет свою жизнь Кира? Какая разница кого любить, когда главным считается счастье близкого человека?       Девушки обожали азартные игры, в которые каждый раз оказывается втянута младшая. И совершенно не важно, что из-за La Ruota Дария каждый раз одерживала победу, сияя своей прекрасной, широкой улыбкой.       — Ты слишком самоуверенна, — Кира головой качает. Вот всегда младшая была такой.       — Потому что я лучшая. Это констатация факта.       — Подвинься, место лучшей занято мной. — глаз, что не прикрыт повязкой, суживается.       — И это говорит носитель Аркана «Отшельник»? — Дария фыркает, отворачиваясь от сестры.       Порой они вели себя как дети, препираясь по пустякам. Но это явно лучше, чем девушки бы грызлись за место под отцовским крылом.       Кира изначально не предъявляла намерений стать mamma семьи Аркан. Ее устраивало место главы подразделения Монет: финансовые расчеты, ведение бизнеса их рода и планирование бюджета. Хотя, возможно, это занятие не совсем подходило темпераментной и взрывной gatto bianco.       Но самой Кире нравилось копаться во всех этих расчетах: так она успокаивалась и отвлекалась. Так она чувствовала себя собой. Именно поэтому девушка была лучшим вариантом на этот пост. Не было человека, который бы так хорошо и с таким удовольствием выполнял бы столь скучную работу.       Дария же была свободолюбивой и подчиняться чужим приказам была не намерена. Именно поэтому стать главой семьи — это то, что подходило ей. Роль, что точно была уготована ей еще до рождения.       — У papà есть важное объявление. Так что, если ты не хочешь накликать гнев на свою полупустую голову, то явись к шести домой, bambina, — Кира шутливо откланивается младшей, от чего бант на шее забавно дергается.       — Ты слишком часто общаешься с крестным.       — Алессандро есть, чему научить меня. В конце концов, он прошлый глава Монет. А тебе бы не мешало хоть изредка обращаться к mamma. — старшая головой качает, тихо вздыхая.       — Лучше съесть цикаду, чем обратиться к mamma. — Дария ежится, крутит головой из стороны в сторону.       — Что, бьет по гордости?       — Не только по ней. Себе дороже.       И тут было сложно не согласиться. Мать их была женщиной строгой и достаточно серьёзной. Много требовала и воспитывала их еще с самого детства, как маленьких солдат семьи Аркан.

Хотя, любви в ней было не меньше и хватило бы на весь мир.

      Только вот опека и строгие взгляды, иногда, становились тяжелым бременем для младшей дочери и она предпочитала сбегать от настойчивой женщины.       Не зря арканом матери являлось «La Justice». Вполне соответствовало характеру Феличиты.       От мыслей девушку отвлекает сестра, что заинтересованно вглядывается в лицо младшей.              — Передай своим балбескам про собрание. Что одна, что вторая, уже несколько дней не появлялись в поместье. Хотя… Наверное, побаиваются меня и не попадаются на глаза. — самодовольная ухмылка украшает лицо главы Монет, она наклоняется чуть вперед и прячет руки за спину.       — Было бы кого бояться. И это ты мне говоришь про излишнюю самоуверенность, gatto bianco? Просто в отличии от некоторых, они погребены под горой работы. У меня создается впечатление, будто бы ты кроме казино ничем не занимаешься.       Естественно все это — наглая ложь и попытка хоть немного задеть любимую сестру. Они живут на взаимных подколах в сторону друг друга. Для них это лишь разминка уставшего мозга ради того, чтобы не превратиться в жутких, старых снобов.       — Если ты не видишь, что я занимаюсь делами Аркана — не значит, что так оно и есть. Распределение времени — достаточно полезная штука. Начинаешь успевать абсолютно все. Даже доставать тебя, bambina. — Кира щелкает младшую по носу и громко смеется. Издевается, нахалка.       Сестру Дария любит и ненавидит одновременно.

***

      Семья Аркана — организация, под покровительством которой находился остров Регало. Каждый из них несет ответственность за жизни людей, защищает их ценой своей собственной.       Они контролируют торговлю, судебную систему, внешнюю и внутреннюю политику Регало. Хотя остров и входит в состав Италии, но существовал он обособленно. Словно бы маленькое королевство, которое не тронули мировые конфликты и катастрофы.       Во главе организации стоит papà, а сама семья делилась на пять подразделений: кубки, жезлы, монеты, мечи и разведка.       О распределении обязанностей между ними еще стоит поговорить, но это можно отложить на потом. Есть вещи намного необычнее и важнее, требующие больше внимания.       Верите ли вы в магию и мистические явления? А, может, вы считаете, что обладаете необычными силами? Все эти вопросы вызовут у вас некоторое удивление ведь, казалось бы, как связаны между собой мафия и магия? Что удивительно, между ними была прямая причинно-следственная связь.       Не все так просто обстояло с некоторыми членами организации. Они обладали особыми способностями, которые помогали поддерживать мир и спокойствие на острове Регало.       Слышали ли вы о картах Таро? Определенно да. Искусство гадания на колоде карт — это достаточно распространенное занятие среди всех возрастных групп. Кто-то гадает на любовь, кто-то на богатство. Кто-то просто на будущее. Люди всегда хотят знать то, что может произойти с ними. Врожденное любопытство.       Но что, если я вам скажу, что это не просто картинки со смыслом, которые складываясь в пары с друг другом могли трактоваться по-разному? Многие не верят в силу предсказаний колоды карт и относятся к этому с долей скептицизма. Дурачество, да и только.

Но.

      Каждый аркан — это живая душа, обладающая своей силой. И он на определенных условиях может дать человеку свои способности.       Душа карты выбирала для себя носителя и заключала контракт.       Двадцать две карты. Двадцать два контракта. Двадцать два избранных человека, которые были избраны Тарокко для защиты остальных людей.       Gli Amanti, La Morte, La Ruota, La Forza… это лишь немногие из старших Арканов, с которыми были заключены контракты.       Не все колоды Таро обладали такой особенностью. Только одна из них несла в себе силы.

Колода, что принадлежала семье Арканов.

***

      — Эй, принцесса! Чего это ты тут одна? Где мелкий телохранитель?       Дария вздрагивает и лицо ее искажается в обреченную гримасу. Как бы она не была привязана к подруге, но порой она была невыносимой и совершенно гиперактивной. Сегодня глава Мечей была не в настроении, чтобы дурачиться и шутить идиотские шутки, что так любила Элиза.       Как хорошо, что ее подчиненные отправились патрулировать Южную часть города, пока она сама пошла предупредить подругу о семейном собрании.       Короткий ежик темных волос, очаровательная улыбка и небрежная форма: мятая рубашка, слабо повязанный галстук апельсинового цвета. Но Элиза не была бы Элизой, если бы выглядела по-другому. Все это было слишком в ее шебутном характере.       Дария небрежный вид девушки не одобряла: сама она всегда ходила так, словно бы только-только отутюжила свой костюм. Спасибо mamma за надлежащее воспитание и привитое чувство стиля.       — Лаана — не мой телохранитель. — Дария качает головой, когда подруга подходит к ней ближе. На ее лице безмятежное выражение лица.       Вот, казалось бы, она не была их кровным родственником, а черты лица Элизы и Киры были чем-то неуловимо похожи. Изгиб губ? Форма носа? Так сразу и не скажешь.       — А мне иногда кажется, что самый настоящий. — девушка закидывает руки за голову и ярко улыбается. Дочь семьи Аркана обреченно вздыхает. — Она практически хвостиком за тобой ходит.       Первое время, когда Дария только получила должность главы Мечей, Лаана практически постоянно была рядом. Кто-то должен был ввести ее в обязанности и помочь в случае чего. Да и с ответственностью кузины было не удивительно, что именно она вызвалась помогать. Хотя, девушки уже не были так близки, как раньше.       Взросление неизбежно подкрадывалось к ним и ломало все то, что с таким трудом было выстроено за долгие годы. Дария чувствовала себя беспомощно и с грустью смотрела на девушку, когда та появлялась в особняке.       — Это просто дружеская поддержка. Меня совсем недавно назначили на должность главы Мечей. Я многого не знаю и Лаана просто помогала мне освоиться.       Элиза хмыкает, но спорить не собирается. Мачете поправляет на своем поясе и вглядывается в нескончаемую границу моря. Вода едва заметно покрывалась рябью — море сегодня было в умиротворенном настроении.        Соленый бриз бьет по лицу почти наотмашь и Элиза блаженно прикрывает глаза. Девушка, кажется, безумно сильно любила море. И на то были свои причины, закрытые от незнакомого людского глаза на несколько замков.       Элиза — член разведки их семьи. Море было ее вторым домом и она и дня не могла провезти вдали от тихого звука, разбивающихся о скалы, волн. Стабильно выходила в морские экспедиции с главой разведки — Мигелем, и являлась его правой рукой, которая знала абсолютно все детали и секреты.       Мигель растил ее с самого раннего детства. Был для неё почти самым родным человеком на этом свете — отцом. Конечно, вольности оставались за закрытыми дверьми, и нежное «отец» тонуло в комнатах, где они бывали только наедине. В конце концов он был не только ее приемным отцом, но и серьезным и строгим начальником подразделения Разведки. Так что, наказания Элиза получала наравне со всеми. И ее это ни капли не обижало: работа есть работа, а семья — это совершенно другое.       — Кира просила передать, что вечером будет собрание старших Арканов.       — Да, конечно, я буду.       — А еще ты снова бегаешь от моей сестры, будто бы она прокаженная. — не без удовольствия подмечает глава Мечей.       Их противостояние со старшей дочерью Аркана было забавным: колкие слова со стороны Киры, возмущенное лицо Элизы, которая пыталась скрыться от пакостной девушки. Глава Монет обожала розыгрыши. Особенно приятно было наблюдать реакцию именно отдельно взятой разведчицы.       Только сама Элиза это воспринимала так, будто бы Кира пыталась ее прибить за ближайшим уголком. От части оно так и было: наличие только одного зрячего глаза не отменяло факта внимательности носителя аркана L’Ermite. Она видела абсолютно все.       — Я не виновата, что Кира выглядит так, будто пристрелит меня за ближайшим углом, а потом скормит моё тело морскому чудищу. — Элиза ежится, отворачиваясь от подруги.       — Ты преувеличиваешь. Просто она с подозрением относится ко всему моему окружению, кроме Лааны.       И Дария не замечает, как после этой фразы подруга сжимает руки в кулаки. Она вообще многого не замечала из-за отсутствия интереса к некоторым сторонам жизни.       И особую неприязнь двух ее близких людей друг другу — тоже.       — Обидно, между прочим. Ладно, не важно. Я приду на собрание без опозданий, можешь не волноваться.       Элиза отмахивается от вопросительных взглядов носительницы Gli Amanti.       

***

      — Извините, signora, но Лаана сейчас занята. Я не могу пустить вас к ней в кабинет.       — Карло, я не спрашиваю тебя о том, могу ли войти. Я спрашиваю, на месте ли она. Мне не нужно твое разрешение, чтобы посетить кабинет главы Кубков.       Дария недовольно скрещивает руки на груди и смотрит на парня. Тому, очевидно, под взглядом льдистых глаз совершенно не уютно хотя бы потому, что он делает все возможное, чтобы не смотреть на дочь главы семьи Аркана.       Это было забавно хотя бы потому, что Карло был выше девушки почти на две головы и шире в два раза. Видимо, статус дочери Аркана вызывал у него трепет и уважение. Столь избирательное отношение хоть и льстило самолюбию, но чаще всего бесило до бурлящей крови в венах.       Потому что никто не видит в ней отдельную личность. Все видят в ней дочь главы Тарокко и наследницу семьи.       — Но Лаана просила…       — У меня сообщение для нее от papà. Немедленно пусти меня. — Дария начинает раздражаться, руки на груди скрещивает и смотрит практически немигающим взглядом.       Они могли бы припираться еще долго — Дария была поразительно упертой девушкой. Вся в Нову — главу семьи. Но спасение для бедного парнишки появляется прямо из кабинета, в который он так сильно не хотел пускать главу Мечей.       — Я то думаю, что за шум под дверью моего кабинета. Я бы попросила тебя, cara cugina, не повышать голос на моих подчиненных. Особенно, когда они выполняют свою работу.       — Я тоже не просто так пришла сюда. Если бы дело было не важным и его можно было отложить, то я не ругалась бы с твоими подчиненными.       Дария смотрит на серьезное лицо кузины и поджимает губы. Ее глаза были холодными. Когда они так сильно успели отдалиться друг от друга? Почему?       Обида растекалась по телу противной черной и вязкой жидкостью. Чем девушка заслужила такое отношение? Что было не так?       Глаза бегают по чужому лицу, что украшено татуировками: крест на щеке под левым глазом, надпись над той же бровью и небольшой кинжал, что тянулся от виска до угла нижней челюсти. Не вязались эти татуировки с имиджем серьезной и холодной главы Кубков.       Дария вздыхает тихо и отводит взгляд, не в силах смириться с холодом в чужом взгляде, что фантомно колет мелкими иголками нежную кожу. Долгое время только Лаана была рядом с ней и обещала, что останется рядом навсегда, что будет защищать ее.       Но время безжалостно к старым обещаниям, как девушка уже успела понять.       — Карло, когда signora Дария приходит, то просто пускай ее в мой кабинет. Она никогда не станет меня беспокоить по пустякам в рабочее время.       — Как прикажете, signora Лаана.       Карло незамедлительно освобождает путь для Дарии в кабинет начальницы, на что девушка громко фыркает и проходит за кузиной.       Кабинет главы Кубков выглядел, как и всегда, величественно: темное дерево, из которого выполнена мебель, поблескивало в свете солнца; стол у правой стены был массивным, с резными вензелями и удобным креслом. В самый раз для долгой работы, которая неизбежно валилась на коротко стриженную голову Лааны.       Многочисленные бумаги, которые лежат в своем собственном порядке, говорили об огромном количестве работы. Она вообще отдыхала? Дария редко видела ее в стенах главной части особняка, а это значило, что в корпусе Кубков девушка проводила абсолютно все свое свободное время.       Тяжелые шторы темно-синего цвета были разведены в стороны, чтобы пускать как можно больше света. Лаана любила, когда все вокруг озарялось солнечными лучами. Ненавидела темноту пасмурных дней и одиноких ночей еще с самого детства.       Над рабочим столом картина с морским пейзажем — осталась еще от прошлого главы Кубков. Девушка не особо спешила обживать кабинет под себя и оставляла все в таком виде, в каком досталось ей первоначально. Может она не хотела привязываться к чему то?       — Что такого случилось, что ты была готова убить бедного Карло? — Лаана присаживается за рабочий стол, возвращаясь к работе. Чертова трудоголичка.       — Papà собирает вечером все старшие арканы. У него важное объявление. Кира просила передать тебе это, потому что сама не смогла найти тебя.       — И ты не могла это передать Карло?       Глава Кубков даже не смотрит в сторону кузины и продолжает перебирать документы. Казалось, что Дария сейчас раздуется, как воздушный шар и лопнет от неконтролируемого гнева, что огнём по телу пробегает.       — Нет, не могла. Потому что ты погребла себя под работой и я не вижу тебя, Лаана. — в голосе главы Мечей сквозит нескрываемое раздражение. В контроле эмоций девушка проигрывает всем, кто её окружает. Будто это проклятие такое, когда её можно прочесть с первого взгляда как самую простую детскую книгу.       Дария лишь с силой сжимает челюсти, когда не видит ни единой реакции на чужом лице.       — Пора принять тот факт, что мы не дети и у нас существуют обязанности.       — Ты кроме этих обязанностей ничего и не видишь! Даже на тренировки выходить перестала. И все сразу после того, как меня назначили на пост главы Мечей!       Девушка устало трет переносицу, пока Дария в гневной тираде расходится все сильнее и сильнее. Взрывной характер и своенравие она явно получила от mamma Вивиан. Тут и к гадалке ходить не нужно было — все как на ладони. Иногда даже казалось, что глава семьи не papa, а signore Феличита.       — Сейчас грядут не самые легкие времена, cara cugina. Ты сама прекрасно это знаешь. Мое присутствие рядом тебя будет отвлекать. Papà возлагает большие надежды на твое благоразумие и способности.       Это все было ложью. Дария чувствовала это, ведь враньё имело особый запах, от которого, если честно, кружилась голова. Причина была далеко не в том, что ее готовили к обязанностям главы семьи. Не в том, что стало больше дел.

«На самом деле я просто боюсь тебя ранить еще больше, чем сейчас. Я слишком слаба и не смогу защищать тебя всегда, bello»

      Область над сердцем начинает сильно печь и Дария еле сдерживается, чтобы не закричать. Стигмата Gli Amanti практически прожигала ее плоть до самых ребер, пока грустное лицо Лааны возникает перед глазами. Мысли, сокрытые от остальных.       Контролировать силы своенравного Gli Amanti у девушки никогда не получалось и аркан всегда проявлял себя в неподходящее время и место. И скрывать это от кузины не получалось. Слишком часто она видела это и уже без труда могла определить, когда Дария лезла в самые сокровенные мысли.       — Ты снова без спроса лезешь в мою душу? — голос главы Кубков приобретает угрожающие нотки и она неосознанно повышает его на пару тонов. — Я же просила тебя!       — Я не контролирую силу Gli Amanti! Хватит кричать на меня!       — Именно поэтому нам лучше не видеться. Я не хочу, чтобы ты наизнанку выворачивала мою душу без моего на то разрешения. Уходи. Я приду на собрание. Лучше занимайся своей работой.       Дария злобно смотрит на кузину, еле сдерживаясь, чтобы не сказать какую-нибудь гадость. Боль до сих пор мучала ее и скручивала внутренности в узлы, чтобы помучать ещё больше, чем есть. Единственное, что она могла сказать в данный момент срывается с ее губ.       — Катись к черту. Chi mangia solo crepa solo!              И этот как никогда подходило к ситуации и описывало все ее чувства. Она на пятках поворачивается в сторону выхода и буквально вылетает из чужого кабинета, громко хлопнув дверью.

***

      Кира громко ругалась себе под нос, пока в толпе пыталась высмотреть макушку младшей сестры. Она ведь обещала не опаздывать. Отец три шкуры сдерет с нее за то, что не уследила за мелкой пакостью. И всем глубоко фиолетово, что Дария уже давно совершеннолетняя и глава одного из подразделений семьи.       Mamma стоит неподалеку, как и всегда в великолепном платье, достойном ее: оно было темно-бордового цвета, прекрасно сидело по фигуре и спускалось практически до самых пят; аккуратный вырез на груди, корсет. Они очень сильно были похожи внешне с Дарией, сама же Кира больше походила на papà: тот же крупноватый нос, разрез глаз и линии улыбки.       — У Дарии явно есть причины, почему она задерживается. Не нервничай.       Лиса аккуратно кладет руку на ее плечо и сжимает. Она рядом, как и всегда. С неизменной мягкой улыбкой на губах, которая успокаивала девушку. Прекрасна, словно азалия, что росла в саду их родового поместья.       — Я знаю, но не могу не волноваться. Ты же сама знаешь, что bambina ищет на свою пятую точку приключения чаще, чем Виолетта проигрывает в казино. — Кира головой качает, прикусывая губу.       — Она не могла их найти тогда, когда пошла в кабинет Лааны. — Лиса вздыхает, поправляя на шее главы Монет галстук. — Возможно, они самую малость могли поругаться.       — С чего бы им ругаться? — Кира вглядывается в зелень глаз напротив, начиная хмуриться. Лиса лишь тихо смеется.       При всей внимательности главы Монет она всегда впадала в ступор, когда нужно было понять и проанализировать взаимоотношения Лааны и Дарии. В конце концов они близкие для нее люди, росли буквально на глазах, поэтому ее несказанная проницательность давала сбой.       — Видимо, ты не видишь происходящих вокруг тебя вещей, mia cara Luna — девушка щелкает по носу свою собеседницу и улыбается. — Но ничего, я дам тебе время понаблюдать и понять происходящее, прежде чем пущусь в витиеватые объяснения о происходящем. Немного терпения. Всегда интереснее все понять самой, чем тебе это преподнесут на блюдечке с голубой каемочкой.       — Это вызов? — обсидианы задорно сверкают в искусственном свете и Лиса начинает смеяться, лаская уши Киры музыкой, что вырывается из чужого рта.       — Можешь воспринимать это именно так. А вот и потеряшка пришла. И, кажется, она в сквернейшем расположении духа. Лучше к ней не лезть и засунуть комплекс старшей сестры поглубже в себя.       Лиса ярко улыбается и подхватывает Киру за локоть, ловко утаскивая подальше от любимой младшей сестры. Конечно, саму главу Монет это начинает возмущать, но девушка настолько ловко маневрирует между людьми, что Кира и сказать ничего не успевает.       — Раз все в сборе, то мы наконец-то можем начать наше собрание.       Громогласный голос главы семьи разносится по залу и все сразу поворачиваются в его сторону.