"I am tired.." / " Я устал..."

Макака не смог сдержать легкой улыбки. Конечно, Укун надулся бы из-за того, что его бой был прерван. Спустя 500 лет он захотел размять ноги и вернуться в форму, это было так похоже на его Короля - думать подобным образом. Укун бездельничал на своем облаке, наблюдая за драконом, теперь превратившимся в лошадь, несущую монаха. Задаваясь вопросом, почему этот парень присоединился к этому безумному путешествию на запад. В каком-то смысле он понимал мотив монаха, поэтому хотел знать. Но решил, что всегда сможет спросить позже. - Интересно, как долго мы здесь находимся? - Пробормотал Мэй, когда они смотрели, как Король Обезьян положил огнезащитное одеяло, которое он только что прихватил из небесного царства, чтобы защитить монаха и её предка... Который теперь был лошадью из огня, который распространялся вокруг. Блин, она была за то, чтобы преподать людям урок, но это было немного чересчур. - Хм... Несколько часов... я бы сказал, может быть, даже полдня? - Нэжа рассказал, наблюдая, как разворачивается воспоминание и демон похищает Трипитаку из-за его красивой одежды, которую подарила ему Гуаньинь. Богине Милосердия действительно не следовало беспокоиться об этом, в конце концов, это был уже второй раз, когда трио попало в беду из-за адской штуковины. Группа наблюдала, как Гуаньинь и Укун вместе обманули демона и заставили его подчиниться богине милосердия, демон черного ветра в конце отправился с божеством, чтобы стать одним из ее охранников на горе. Они видели, как завербовали обоих Чжу Бацзе, причем Пигси совершенно определенно утверждал, что это просто подло, как свинья изменил форму, чтобы жениться на женщине. И он застонал, когда увидел, как Король Обезьян обманул, а затем избил его предка. Однако было удивительно услышать, что демон-свинья был членом Небесного Суда и получил такую внешность только потому, что приставал к женщинам в Небесном Царстве, что также привело к его изгнанию. - Фу... бабник и подонок, - Пигси застонал и закрыл лицо руками. - Не унывай, Пигси, Король Обезьян все-таки опустил его на ступеньку ниже! - Мэй попыталась подбодрить его, на что шеф-повар лапши только фыркнул и стал наблюдать, как Чжу Бацзе завербовался в веселую компанию паломников. Пока монах спал, Укун посмотрел на двух своих спутников. Ао Ли вернулся в свой человеческий облик, наслаждаясь огнем, а Чжу Бацзе говорил о том, что ему все еще больно, потому что глупая обезьяна не сдерживается. Обезьяна агрессивно улыбнулась демону-свинье. - Я могу ударить тебя еще раз, если хочешь! - сказал он с притворным весельем, уже подняв одну руку и приготовившись. - Сейчас, сейчас нам не стоит ссориться между собой, - Ао Ли поднял обе руки, сдаваясь, пытаясь успокоить каменную обезьяну. Укун только фыркнул. - Итак, в чем ваше дело? Почему вы, ребята, здесь? - Ао Ли ерзал и колебался, пока Чжу Бацзе рявкнул, что это не обезьянье дело, но быстро заткнулся, когда глаза упомянутой обезьяны вспыхнули красным. - Я полагаю, вы здесь не только за прощением, но и за Укуном? - Король Обезьян наклонил голову. Да, он слышал о первой части, он не стал бы отрицать, что в ней было что-то особенное в том, что великий Будда ему чем-то обязан. Дию уже был на "ты" с большинством божеств во всех трех мирах, и большинство из них были напуганы каменной обезьяной. Он мало чего хотел бы .. кроме части о прощении. - Хм, да. Просто хочу, чтобы эти грехи были смыты, понимаешь? Чтобы я мог вернуться домой, - Ао Ли наблюдал за обезьяной и улыбался, пока Чжу Бацзе комментировал, насколько это было скучно в качестве мотивации. - Правда что ли!? - он накричал на свинью и схватил его. Пока они дрались друг с другом, дракон в человеческом обличье усмехнулся. - Вау... Чжу Бацзе был своего рода мудаком, - Мэй фыркнула, скрестив руки на груди, - И, очевидно, извращенцем. - Я рад, что наш Поросенок совершенно другой! - Тан согласился, скрестив руки на груди. Отныне он определенно даст сильную отповедь любому, кто посмеет сравнить своего гениального повара с его предком. Когда появилось следующее воспоминание, они увидели, как Укун рухнул на землю, - Черт возьми! Хватит прятаться в воде !! - Ао Ли, который теперь снова был лошадью, несущей монаха, фыркнул и толкнул Укуна локтем, пытаясь успокоить его, это сработало, всего на долю секунды, но это также заставило обезьяну невероятно сильно вздрогнуть с широко раскрытыми глазами. Держась за щеку, которую кто-то подтолкнул перед тем, как он фыркнул и повернулся обратно к водоему. - Почему бы тебе просто не пойти за ним? - спросил демон-свинья и самодовольно ухмыльнулся, - Или что? Великий Сунь Укун не умеет плавать? - Ну и что!? Я гений каменной обезьяны! Как насчет того, чтобы принести пользу и заманить сюда речного демона! - они оба боднулись головами и зарычали друг на друга. - Чжу Бацзе, пожалуйста...? - спросил Трипитака своего второго участника. Демон только фыркнул и нырнул внутрь, - Кажется, эти двое были спокойны друг с другом? - Сказал Сэнди, наблюдая, как обезьяна и свинья дрались друг с другом. Это была, конечно, не самая приятная обстановка. Эти люди еще не были друзьями, просто разношерстной группой, которая хотела достичь каждый своей цели, некоторых или, скорее, большинство из них вынудили отправиться в это путешествие.

–

После успешной вербовки предка Сэнди группа вернулась в свое путешествие. - Хм... - внезапно заговорил МК, привлекая внимание всех, кроме Макака, который не отводила взгляда от Укуна с того момента, как они отправились в путешествие, но МК видел, как шевелятся его уши, поэтому он знал, что воин слушает то, что хотел сказать преемник, - Я хорошо заметил... Я сам не лучший в этом аспекте, но... Король Обезьян... он не очень хорош в общении? Пигси проворчал, - Мягко сказано, малыш. Танг напевал, глядя на паломников, - Но это не неправда, все, что произошло с отпуском, в котором он был, пытаясь держать нас в неведении, а затем это путешествие. Если бы они поговорили с Ао Ли, Чжу Бацзе и Ша Вуцзином, не было бы никаких ссор, возможно, их путешествие даже прошло бы намного спокойнее? - Да ... Размышляя об этом, они увидели, как Трипитака обратился к золотой обезьяне и попросил ее поискать немного еды. Укун усмехнулся, закатил глаза, прежде чем уйти. Он быстро нашел что-нибудь съедобное для монаха, хотя по пути не раз напоминал себе, что монах не любит мясо, всякий раз, когда натыкался на животное. Когда он возвращался, они увидели, что Укун внезапно остановился, - Осторожно, малыш! - Все в группе выглядели удивленными, когда великий мудрец подбежал к группе, призывая свой посох. Читай, чтобы кого-нибудь поколотить... девчонки лезут не в свое дело..! Трипитака удержал его, - Обезьяна, что ты делаешь! Это невинная девушка, которая предложила нам миску риса! - Что ..? Малыш, приятель. Послушай, я знаю, что ты новичок в этом, но эта девушка - демон. Она просто замаскировалась! - А? - МК выглядел застигнутым врасплох, как и все остальные, и активировал свои собственные глаза истины. Увидев скелет, он был похож на Леди Костяной Демонэссу, но отличался. Он вздрогнул, Король Обезьян прав, это демон. - Логично, я имею в виду, кто бы мог вот так просто предложить кому-то тарелку риса? - Пигси фыркнул и скрестил руки на груди. - Добрая душа? - Тан вмешался, на что демон-свинья только закатил глаза и продолжил, - Кроме того.. это не выглядит как-то тихо. - Орррр..~ Тебе нравится этот ребенок? Она настолько красива? - Укун ухмыльнулся, обнажив несколько зубов, монах отпустил обезьяну, брызгающую слюной, - Что я... - нет! Прежде чем кто-либо из паломников или монахов смог отреагировать, Укун повернулся к переодетому демону, его глаза вспыхнули красным, когда он, не колеблясь ни секунды, ударил ее. При этом брызнула кровь. - Обезьянка, как ты могла ... !! - Ладно, монах. Я знаю, что ты новичок в этом, кажется, включая обман и другие вещи. Но. Посмотри на это, - его хвост указал на рис, который женщина держала в руках и который теперь лежал на земле, болезненно-зеленого цвета, поскольку, казалось, он разъедал землю и даже ползал по ней личинками. - Так и знал, что с этим рисом что-то не так, - Пигси кивнул. Танг выглядел больным, у него и Трипитаки были похожие выражения на лицах. - Видишь. Демон, - Укун кивнул и скрестил руки на груди. - Или! - Все посмотрели на Чжу Бацзе, когда он внезапно заговорил, он казался сердитым по какой-то причине? - Не более ли вероятно, что Обезьяна убил эту невинную девушку и использовал свои способности, чтобы все выглядело так, будто она пыталась отравить тебя! - Что? - Укун зарычал, но все, что он хотел сказать дальше, вылетело у него из головы, когда он почувствовал, что филе активировалось, потому что монах произнес заклинание. Он закричал от боли, держась за чертову штуковину, а когда все закончилось, уставился на молодого монаха, - Что, черт возьми, ты думаешь, ты делаешь!?! - Я не потерплю, чтобы один из моих учеников, один из моих попутчиков был обезьяной-убийцей! - Она пыталась УБИТЬ тебя, сопляк! - Я не верю тому, что ты говоришь, обезьяна! Ты можешь обманывать нас своими способностями, ты и раньше без колебаний отнимала жизнь! Но отнимать невинные жизни - это не то, что я потерплю... Настоящим я заявляю, что ты больше не участвуешь в этом путешествии! - Что...?! - обезьяна с золотистым мехом выглядела потрясенной. На секунду облегчение затопило его существо. Если бы его уволили, он мог бы пойти домой прямо сейчас..? Нет... на нем все еще была повязка, и ему не простили бы, если бы он вот так просто ушел. Он что-то проворчал себе под нос, прикусив нижнюю губу, прежде чем встать... Проглотил свою гордость и склонился перед монахом. - Пожалуйста... мастер. Позволь мне продолжать сопровождать тебя. Тан Санзанг, увидев это, заколебался. Обезьяна смирилась с этим, - Я ... - хорошо. Пока они шли, к группе подошла пожилая леди, почувствовав неладное, МК снова активировал золотые глаза истины, - Тот же демон!? - и как только он сказал, Король Обезьян бросился вперед, когда женщина объяснила, что ищет свою милую невинную дочь, прежде чем великий мудрец прервал женщину на полуслове, когда звук ломающихся костей разнесся по поляне. Паломники были шокированы видом Укуна, который отряхнулся и выжидающе посмотрел на них. Как будто он хорошо поработал? - Обезьянка!! - Трипитака закричал, возмущенный тем, что обезьяна снова убила еще одного невинного, и начал декламировать сутру, чтобы заставить Царя сдаться от боли. Почему..- Почему я прохожу через это..?! - Учитель, мы должны выгнать эту обезьяну-убийцу из нашей группы. - Ты прав, Чжу Бацзе. Этой обезьяны достаточно. Ладно.. хватит.. Укун зарычал, вставая, - Отлично, - он обнажил свои острые зубы, - Но сними с меня эту штуку, и тогда я уйду! - он указал на филе, которое так сильно врезалось ему в голову, что по лбу короля потекла кровь. - Э-э... - золотые глаза расширились от осознания. - Ты не знаешь, как это снять!? - он накричал на монаха, гневно распушив хвост. - Было бы... несправедливо отсылать тебя с этим филе на макушке. Я готов дать тебе еще один шанс, Обезьянка. Укун скрестил руки на груди, - Как великодушно с вашей стороны, мастер, - золотая обезьяна вскочила на свое облако и что-то проворчала себе под нос, когда они снова продолжили путь. - Это... - Мэй наблюдала за всем происходящим с потрясенным выражением лица, - Что не так с этим монахом? - Красный Сын выглядел тихим и недовольным. Танг вздохнул, поправляя очки, - Трипитака в ранние годы был известен своей чрезвычайной доверчивостью. Он был добрым монахом, который презирал насилие. - И все же он все еще использует этот чертов обруч на Персике... хотя он спасал его... несколько раз! - Голос Макаки становился все громче, пока он не прокричал последнюю часть. Старая ярость кипела и хотела вырваться наружу. Он все еще помнил, как филе использовали против Укуна. Вспомнил, как его возлюбленная отпрянула с широко раскрытыми глазами, умоляя своего хозяина не делать этого... остановиться. Но Трипитака не сделал. В конце концов, это было сделано для того, чтобы дисциплинировать Обезьяну и... как он сказал тогда для его же блага... - О нет! - внезапный крик Чжу Бацзе заставил всех оглянуться на происходящее, - Это, должно быть, патриарх семейства Обезьян, которого так бессердечно убили! - он указал на старика, который стоял, опираясь на палку, и выглядел так, словно не мог обидеть и мухи. - МК...? - начала Мэй, на что МК снова посмотрел своими золотыми правдивыми глазами еще до того, как она что-то сказала и вздохнул. - Да... снова этот демон, - он боялся того, что произойдет дальше, поскольку уже видел, как его наставник поднял свой посох. И на этот раз он убил демона быстрым и безжалостным ударом, ни словом не предупредив остальных. Рассказываем демонам-свиньям о том, как Укун использовал бы свои способности, чтобы избежать правосудия и избежать вины. Ошеломленная тишина. Плоть с костей разлагалась быстрее, чем это было возможно для человека, обнажая скелет, который пульсировал знакомым, но другим голубым свечением. Сначала казалось, что наконец-то они поверят Укуну, по крайней мере, так думала группа Пока некогда небожитель снова не заговорил, - Очевидно, Обезьяна околдовала труп этого бедного невинного старика, придав ему вид демона! Великий мудрец моргнул. Что ..? Нет, даже Трпитака не купился бы на эту чушь, верно? Неправильно... Сутра была прочитана снова, и еще один крик огласил окрестности. Укун схватился за голову, стоя на коленях. Достаточно ..! Макака с удовлетворением наблюдала, как Укун встал, чтобы наброситься на монаха, - Ты хочешь, чтобы я ушел!? Прекрасно! - молодой монах достал листок бумаги, написал заявление об увольнении и отдал его Королю Обезьян, который обезьяна взял, поклонился в притворном уважении и запрыгнул на свое облако. Он в последний раз повернулся к Ша Вуцзину, Следи за собой и не верь всему, что говорит тебе эта чертова свинья, - кивнув в сторону осанистого Ао Ли, Укун сорвался с места. Его пункт назначения... Дом.

–

Тишина... то, что группа постоянно испытывала с тех пор, как погрузилась в воспоминания. Никто не знал, что сказать. Что вообще можно было сказать, став свидетелем такого? Недоверие... и наказание были просто несправедливыми. И все они это знали. Мэй и Рыжий Сын были особенно сердиты на монаха за то, что тот поддался на уловки демона-свиньи. И Макака... он кипел. Но он знал, что это даже не верхушка айсберга. - Что...!! - они услышали потрясенный вздох Укуна и увидели Гору Цветочных Фруктов в худшем состоянии, чем в тот раз, когда Великий Мудрец впервые покинул свой дом. Почти вся гора была сожжена дотла, золотые глаза сузились, когда он устремился вниз, меняя цвет с золотого на красный. - Обезьяны!? Лю Эр!?! - он позвал своих подданных, приземлившись на землю, паника охватила его сердце. Неужели Небеса уже отомстили за его уход? Нет, этот урон был нанесен раньше. Было видно, что лес восстанавливается... почему ..? Кто!?! Он почувствовал, как внутри нарастает ярость, и издал громкий рев. Укун вызвал свой посох, когда услышал, что кто-то внезапно, спотыкаясь, вышел из леса, и был готов нанести удар, но замер на месте. - Лю эр ...? - тихий шепот, почти рыдание вырвалось у него, когда он бросился вперед, черная мохнатая обезьяна встретила его на полпути, когда они прижались друг к другу и держались изо всех сил. - Уконг! Уконг, ты здесь! Боги.. персики! Ты жива! - Макака отвернулся от своего прошлого "я" и Укуна, поскольку эта его младшая версия изо всех сил держалась за своего Короля. - Да, да, я вернулся, Лю эр! Я дома! - объявил Укун, и слезы навернулись на его красные глаза, когда он прижался губами к их губам. У обезьяны-демона вырвался тихий вздох удивления, но он быстро адаптировался и держался за своего Короля. Их хвосты обвились вокруг талии другого, притягивая друг друга, чтобы быть ближе ... чтобы никогда больше не расставаться. - Вау, - Мэй наблюдала за ними, присвистнув, когда МК покраснел глубоким темно-красным цветом, глядя в небо, как будто это было интереснее! Рыжий Сын закатил глаза, но, казалось, смотрел на происходящее с нежностью? Мэй могла угадать его мысли, он, вероятно, думал, что Укун заслужил это. И, честно говоря? Она тоже. Укун заслужил этот кусочек счастья. Даже если его дом выглядел вот так. Она ахнула и, оглянувшись, увидела, как Укун облизывает щеку другой обезьяны, спускается поцелуями к его шее, а у Лю вырвался стон. - Вау, вау, Вау! - Она закрыла лицо руками, закрыв глаза.. но выглянула сквозь них, потому что, черт возьми... это была тихая, страстная сцена..! Она достала свой телефон, желая сделать незаметный снимок, но тень, появившаяся из ниоткуда, отобрала у нее телефон. Рыжий Сын последовал примеру наследников Короля Обезьян и теперь смотрел в небо, причем, что очень интересно, на его собственных щеках тоже появился румянец. Пигси застонал, - Давай! Должны быть более важные вещи, чем это! - пожаловался он, но в его словах не было настоящего жара. Сэнди усмехнулся, увидев эту сцену. Казалось, он был счастлив, что Король может держать в объятиях своего любимого. Нэчжа застонал, конечно, Укун был существом, которое следовало своему сердцу и своим инстинктам, и это было первое, что пришло ему в голову. Взглянув на Макаку, он увидел, что она покраснела до самых кончиков ушей воина. - Вук ..- хах .. персики, пожалуйста .. хгк .. Я тоже скучал по тебе, но ... ах! - жалобный стон, когда было видно, как Укун смотрит на свою подругу, остановившись, чтобы облизать укус на плече другого. Укус был настолько сильным, что оставил шрам на плече Макаки.. который остался у него даже сейчас, после воскрешения. Как бы сильно он ни скучал по королю – и Макака прекрасно понимал, насколько это было сильно.. ему потребовалась каждая капля его силы воли, чтобы оттолкнуть Укуна, и как разбилось его сердце, когда он услышал последовавший за этим скулеж ... но ... ! Лю Эр решительно оттолкнул Укуна, и вскоре после этого раздался скулеж, когда Великий Мудрец положил руку на своих воинов, прижался к ней и посмотрел на демоническую обезьяну с такой любовью, что у Макаки перехватило дыхание.. Укун смотрел на него так, словно он был его миром.. он был всем, и Лю Эр смотрела на него точно так же. - Я знаю, мой король, позже. У нас будет время для этого позже. Но прямо сейчас, я думаю, твои подданные тоже скучали по тебе и.. у нас есть проблема, о которой нам нужно поговорить. Прежде чем Укун успел спросить, что это было, на него налетели чересчур возбужденные обезьянята, которые радостно защебетали, увидев, что их Король вернулся. Укун обнял их и сел на землю, впервые за долгое время улыбаясь, и тепло, которое не было вредным, разлилось в его груди, когда он крепко обнял обезьян. Он чувствовал, что некоторые из старших обезьян находятся позади него, его хвост помахивал, когда он оглядывался с усталым выражением лица. Обезьяна, казалось, сказала что-то, от чего глаза Укуна расширились, прежде чем он спрятал лицо в меху детеныша обезьянки. - Добро пожаловать домой, мой король, - снова услышали они объявление Макаки, обезьяны визжали от счастья, что их правитель вернулся в целости и сохранности.