Old bones

              В машине творился бедлам. — А ты чего припёрся? — сразу зафырчал Нанзулару, как только Ёнхва уселся рядом с ним на заднее сиденье. Даже с места двинуться не успели, а уже что-то не поделили. — У меня тоже дела в центре есть, так что Юнги подбросит по пути. — Деловой какой. Я думал, все твои дела — на диване валяться и на звонки раз в неделю отвечать. — Эм, Юнги? Может, кота в сумку посадить? Ну, так, с точки зрения безопасности предлагаю… — Не беси его — не покусает, — мягко и слегка безразлично ответил Юнги, пристегиваясь и по привычке поправляя все зеркала. — А если это ты его покусать решишь, то — дерзай. Я полюбуюсь. С заднего донеслось два одинаковых тихих вздоха. Юнги довольно улыбнулся и включил зажигание. Он бы и правда с интересом посмотрел на драку мужика с кошкой. Интригующее же зрелище. Но ещё интереснее было иногда становиться для ребят сближающим «общим врагом». — Надо сказать, в реальности тут всё куда более чёткое… — Чонгук повёл взглядом, осматривая салон. — И довольно… роскошное… — По современным меркам это совсем не роскошь. Обычное неплохое авто для города, средний класс. Только и всего. — Ой-ой. Это что… скромность? — улыбнулся Чонгук, складывая руки на груди и с хитрецой глядя на мужчину из-под чёлки. Многоголосое карканье откуда-то с крыши странно дополняло картину. — Стесняешься признать, что ты богатенький? — Я богат и не стесняюсь, — уверенно возразил Юнги, выезжая из переднего двора. Чонгук улыбнулся и покивал, как будто всем своим видом говоря «Смешной парень». Ёнхва что-то невнятно пробормотал. Зато Нанзулару встопорщил усы, так и светясь гордостью за свою… не кровинушку, конечно, но «сыновью фигуру». Что ж, может, он и просто притворился неавозмутимым, но это сработало. Тему быстро замяли, переключившись на повседневные пустяки и бытовые мелочи. Кто слишком шумел ночью. Кто виноват, что средство для мытья посуды слишком быстро закончилось. Кто шерсть из слива в ванной не убрал. Кому не мешало бы за собой крошки со столов убирать. Полчаса в дороге пролетели незаметно. Чонгук увлеченно изучал город за окном авто, парочка на заднем всё цапалась, а Юнги лишь изредка отвечал на вопросы то одного, то других, стараясь отвлекаться как можно реже. — Что, уже приехали? — в конце концов затараторил Нанзулару, вставая на задние лапки и выглядывая в окно. — Уже на месте?! Где?! — Парк с другой стороны. Нанзулару метнулся к противоположному окну, без смущения запрыгнув Ёнхва на колени. Тот в отместку тут же распахнул дверь, заставив опирающегося на стекло кота рухнуть на асфальт. — Твой напарник пытается раздавить твоего отца, — пробормотал Чонгук, глядя назад из-за спинки своего кресла. — Отцовскую фигуру. — Да, такая вот у меня семейка, — спокойно ответил Юнги, убирая волосы и надевая кепку. — Ещё раз подумай, готов ли ты в неё влиться. — О, даже не думай юлить, я уже ни на кого не променяю парня, который показал мне такое… — кокетливо возразил Чонгук и щёлкнул пальцем по козырьку его кепки. — Какое?! — хором вопросили с заднего сиденья… и частично — с асфальта парковки. — Ты что, уже показал бедному ребенку свой запас порно? — Что такое порно? — Не твоё кошачье дело. Хотя вот в твоём-то возрасте мог бы уже и знать… — Опять какие-то ваши озабоченные штуки? Фу. — Имей уважение к чужим потребностям, гадость бесполая! — Не возводите свои потребности в культ, озабоченные! Задняя дверца за Ёнхва наконец закрылась, и спор хоть немного притих. Юнги посмотрел на время, проверил вещи в сумке и взялся за ручку, но замер. — А если серьёзно, что ты имел в виду? — Ты показал мне всё, что меня теперь окружает, так что можешь выбрать любой вариант, который тебе понравится больше. Чонгук подмигнул и вышел из машины. Вообще-то весь творящийся бедлам, конечно же, не был нормой для их «семейства». Обычно они с Ёнхва тихо-мирно жили и работали, разойдясь по своим комнатам. А с Нанзулару Юнги и вовсе виделся от силы раз в неделю. И никакого шума не было, когда эти двое не знали о существовании друг друга. С одной стороны, Юнги искренне надеялся, что покой вскоре вернётся. С другой же… в глубине души ему было даже любопытно, как долго он сможет терпеть суматоху и безумный ритм жизни. Теперь они и правда походили на большую семью, какой у Юнги никогда не было. Всё детство у него был лишь Нан. И, хотя пришелец из снов по-своему любил приёмыша и пытался сделать всё, чтобы тот как можно лучше вписался в не родной для них мир… порой и его не было рядом. Как и любой родитель-одиночка… нет, как и абсолютно любой родитель, трудясь ради ребенка, он порой невольно пропускал нечто важное. Не успевал утешить и приобнять, дать совет или хотя бы просто побыть рядом в особенно тревожные минуты. Проведя в одиночестве немалую часть детства, Юнги привык быть одиночкой. Не нуждался ни в ком, чтобы быть счастливым. И, откровенно говоря, даже с трудом вливался в коллективы, виделся всем милым и открытым, но при этом ужасно утомлялся от лезущих поболтать знакомых. И всё же, как ни странно, конкретно в этой шумной толпе его что-то даже очаровывало. — Телефон, где мой телефон? Я должен проверить, не написала ли она, — затараторил Нанзулару, когда Юнги, перенеся через широкую дорогу на ручках, опустил его на землю у входа в парк. Кот тут же встал на задние лапы, поправил шейный платок и требовательно поднял взгляд. Юнги на ходу достал его телефон из сумки. — Отлично, она написала, что скоро будет на месте. Мне нужно сделать фото! Сфоткай меня, чтобы она меня узнала! Сфоткай скорее! Нанзулару протянул телефон обратно и, как только Юнги его взял, тут же забрался на скамейку у скульптуры, сделав важную морду. Выглядел так, будто и с него сейчас будут лепить памятник, причём какому-то важному генералу, не меньше. Впрочем, учитывая его стиль общения, такая серьёзная морда была очень даже к месту. — Не обращайте внимания, — улыбнулся Ёнхва, махнув случайным прохожим, замедлившимся рядом с ними. — Кошка просто одержимая. Изгоняем вот нечисть из неё. Всё под контролем. Девчонки зашептались и прибавили шагу, очевидно, поверив на слово или решив, что доказательств ждать не хочется. Юнги проверил свою работу, выбрал самое удачное фото, отправил его в диалог и вернул телефон хозяину. — Она написала, что я смешной, — через пару мгновений вздохнул Нанзулару. — Она насмехается? Она считает, я смехотворно выгляжу?! Это всё ваш идиотский шейный платок! — Что ты. Уверен, это был комплимент твоему чувству юмора, успокойся. Она же всё ещё считает тебя человеком. — Чувству юмора?.. — Она ж ещё не знает, что у тебя его нет. Уверен, она это имела в виду. Расслабься. — Ой. — Нанзулару дёрнулся, когда телефон тихо пикнул. — Она фото прислала. — Ну-ка, дай посмо… Оу… — Ёнхва низко склонился над скамейкой, заглядывая. — А можно я останусь вместо тебя? Я готов поизображать кота! — Нет уж! Шуруйте отседова! Дальше вы только мешать будете, идете по своим делам и не лезьте! Брысь все! — Ладно-ладно, не нервничай, — милостиво поддержал Юнги, оттаскивая друга от скамьи и телефона, и кивнул Чонгуку на ворота. — Удачных переговоров с твоей исключительно деловой партнершей. Звони, когда освободишься. Он поправил кепку, осмотрелся, проверяя обстановку, и первым побрёл к выходу. Чонгук тут же пристроился рядом, уже с горлицей и парой воробьев на плечах. Ёнхва, ворча себе под нос что-то про слишком горячих кошатниц, нехотя поплёлся следом. Прохожие, надо признать, и без буйной кошки поглядывали на них... видимо, призрак, постепенно, как магнит скрепки, собирающий с кустов пташек, тоже был любопытный экспонатом. — И что, мы правда вот так вот просто возьмём и уедем? — капризно протянул Ёнхва, высовываясь между передними сиденьями. С крыши машины доносилось курлыканье. Курлыканья становилось всё больше. Юнги не ответил. Просто молча перегнал машину на другое место, за кустами, опустил стекло и достал из бардачка свой маленький бинокль, с которым обычно изучал призраков и злых духов с безопасного расстояния. — Что? Что там? — нетерпеливо шептал Ёнхва, пытаясь выглянуть через куст прямо из машины. — Что происходит? — Ничего интересного. Нан огрызается на прохожих, которые пытаются его сфоткать... До Нана докопалась белка… Нан бьётся головой об телефон... А вот, кажется, и его дама идёт. — Дай! Дай! Дай! — с волнением и восторгом затараторил Ёнхва, пытаясь выхватить бинокль. С другой стороны уже лез Чонгук, навалившийся вообще без предупреждения. Юнги со смехом поднял руку с биноклем, позволяя схватить тому, кто успеет первым. Честно говоря, от этого напора хотелось скорее сбежать подальше. Не выдерживало его тельце подобного натиска. — Нечестно! Подыгрываешь! — Просто я проворнее, — возразил Чонгук, через Юнги высовываясь в окно и присматриваясь. — Ооо. Отлично выглядит… Судя по платью, она и правда всерьёз настроена на… романтику… — ДАААЙ!!! — На. На. Не ори только, — поджал плечи Чонгук. — Не хочу стать оглохшим призраком, едва вернувшись к полноценной жизньи. — Ох ты ж… кажется, я влюбился в это платье… — Хочешь, поищу для тебя такое в интернете? — Цыц, не мешай любоваться! Юнги усмехнулся и покачал головой. Очень странно было представлять, что у Нанзулару в этот момент и правда нечто… похожее на свидание. Как и говорил, он был беспол до мозга костей. Точнее — до самой мякушки души, ведь костей у него не имелось. Он появился в Мире снов, там же вырос и сформировался как личность, там же и теперь жил почти постоянно. Он успел неплохо познать мир людей, но всё же по сути своей оставался другим. Никакая жена или любовница ему никогда не была нужна. И всё же… отсутствие потребности ещё не означает наличие отвращения. Пусть и ворчал матерком, разумом Нан понимал, что в романтике есть свои плюсы… а значит, мог бы втянуться. Теоретически. И Юнги невольно представлял, как через годик Нанзулару будет наведываться в гости уже с красоткой женой. — Куда они уходят?! — с возмущением взвыл Ёнхва, вытягивая шею. — Они куда-то уходят! — В лав-отель. — Я серьёзно! — Возможно, я тоже, — пожал плечами Юнги, силой забирая и пряча свой бинокль. — Они явно решили уединиться, чтобы спокойно поговорить, потому что на улице на такую парочку слишком пялятся. Так что кончай подглядывать. Тебя там, кажется, тоже какие-то дела ждали… — Да я соврал, — перебил Ёнхва без зазрения совести и отмахнулся. — Я с вами поеду. Чонгук медленно повернулся, оглядываясь на него. На лице была милая улыбочка, но голос звучал неожиданно сухо и даже почти сурово: — Ээ? Дружище, я впервые за шестьдесят лет обрёл осязаемое тело и не воображаемого парня, а ты хочешь мне второе в жизни свидание испортить? Мне не послышалось? — Всё, уже сваливаю, — пришибленно выдавил Ёнхва, спешно собрал свои монатки, откланялся насколько позволяла ситуация и выкарабкался из машины, бормоча: — Как будто у меня дел поинтереснее нет… — Надеюсь, не подглядывание за Нанзулару? — улыбнулся Юнги, наблюдая за ним через зеркало. — Вуайеризм наказуем по закону. Ёнхва поджал губы и хлопнул дверью. — Машину-то за что? Она тебе ничего плохого не сделала. — И правда. Прости, детка, ты не виновата, что твой хозяин — вредина. Ты была само очарование, как всегда. — Ёнхва ласково погладил авто по крыше, видимо, заодно прогнав и шумных горлиц, не перестававших Чонгуку серенады ворковать. — Хорошего тебе дня, дорогая. А вам… — Мужчина склонился к окну и недовольно фыркнул, щуря глаза и цедя сквозь зубы: — Отличного и плодотворного свидания, голубки. — О, спасибо, дружище, — весело отозвался Чонгук и тут же нажал на кнопку, поднимая стекло у водительского сиденья. — Увидимся вечером! Юнги не глядя помахал пальцами на прощание и взялся за смартфон, проверяя список дел и карту. День выдался довольно жаркий и влажный, от духоты даже дышалось тяжело, он бы с радостью остался в машине, спокойно болтая и наслаждаясь кондеем. Но, раз главный цирк ушёл, последним клоунам тоже пора было браться за дела. У них-то с Гуком дела и правда были. — Ну что? — спросил он, включая дворники, чтобы прогнать усевшихся вдоль лобового стекла желтопузых птах. — С чего ты хочешь начать? Вместо ответа Чонгук снова потянулся к нему, ловя ладонью подбородок и целуя. В Мире снов он производил впечатление куда более стеснительного и скромного парнишки, но Юнги определенно нравилось, что впечатление оказалось обманчивым… ведь сам он в реальности был куда трусливее и стеснительнее, чем в Мире снов.

***

Юнги с Чонгуком честно попытались составить список нужных вещей перед поездкой в магазин. Но список этот состоял всего из нескольких пунктов: 1) Немного новой одежды; 2) Забавный зонтик; 3) Наушники; 4) Акварель; 5) Рюкзак!!! Ничего по-настоящему жизненно необходимого им не приходило на ум. Да Чонгуку ничего, кроме еды, и не было настолько необходимо, после смерти ведь многое становилось не нужно… Ему предоставили кров, разрешили пользоваться любой техникой, посудой, одеждой и бытовой мелочью. А при такой ситуации стоял вопрос лишь о личных интересах и личных вещах. Например, услышав, что теперь делают смешные зонтики в виде зверят, Чонгук страстно захотел себе такой. А узнав, что большинство призраков носят обычную человеческую одежду, заявил, что ему тоже нужно понемногу собирать собственный гардероб, чтобы не растягивать вещи Юнги… впрочем, вряд ли он что-то там мог растянуть, Юнги обычно носил мешковатые и безразмерные вещи, но это уже мелочи. Поразмышляв о своих увлечениях, Гук добавил в список четвертый пункт, ведь никаких красок у Юнги не водилось, кроме пищевых красителей для крема, но о большем пока не заикался — не знал, понадобятся ли хотя бы краски. Собственно, вот и всё. Сколько ни думал, он не знал, что ещё ему нужно. На том и решили остановиться для первого раза. Уже неплохо, хоть какая-то продуманность. Оставив в покое парк и Нанзулару с его первым в жизни почти-свиданием, они доехали до ближайшего торгового центра и с головой окунулись в шопинг, начав с первого этажа и переходя постепенно всё выше и выше по зданию. — Ну что… первым делом — к главному, — вздохнул Юнги, заходя в просторный светлый магазин с бесчисленными рядами футболок, рубашек, толстовок, брюк и прочего. Популярная сеть с хорошим качеством и поражающим разнообразие стилей — самое то для первых попыток осмысленно надумать свой собственный вкус. Плавные переходы цветов, идеально ровные стопки базовых футболок, фирменные манекены в лучших новинках сезона, стоящие на помостках, всё это располагало и настраивало на нужный лад. — Гуляй на полную, сегодня я плачу за всё. — Что? Нет! Я же получаю пос… — Чонгук резко затих, взяв в руки бирку с ценником на ближайшей приглянувшейся толстовке. Хмыкнул. И кинулся Юнги на шею, наигранно, но в то же время очень искренне горячо целуя холодные щеки. — Спасибо, милый, обожаю тебя, ты самый щедрый из всех, кого я знаю! — Да-да, — рассмеялся Юнги, смущённо похлопывая его по спине. — Расслабься и бери всё, что понравится. В крайнем случае расплатишься своим ангельским голоском на бэк-вокале для моего первого собственного трека. — Люблю тебя, — едва слышным шепотом выдохнул Чонгук ему на ухо и тут же уплыл к рядам разноцветных джемперов. Юнги закусил губу, отворачиваясь и надеясь, что покраснел не до такой степени, чтоб окружающие его за припадочного приняли и врачей вызвали. Для себя самого Юнги давно привык покупать большинство вещей в сети, такой способ был для него удобнее и проще. Но с призраком имело смысл действовать по-старинке, ведь нужно было объединить сразу много задач: и покупки сделать, и современную реальность показать, и новым правилам научить… да и просто развеяться. Впрочем, Юнги уже не был уверен, кому из них стоит развеяться. Чонгук любовно таскал с собой по квартире свою черепушку, принося в любую комнату, куда бы ни пошёл, искренне тосковал по утерянной и забытой жизни… Но в то же время он стойко переносил свою новую реальность. Успел привыкнуть к смерти за годы в Мире снов? Иначе смотрел, больше думая о позитивном? Подавлял и перенаправлял эмоции? Непонятно. А вот сам Юнги чувствовал себя выжатым до предела из-за того, в какие подробности приходилось постепенно окунаться, разбираясь в случившемся несколько десятилетий назад. Вполне могло статься, что через месяц именно ему придется идти к хорошему мозгоправу. — Ты ведь предупредишь, если я перейду границы приличия? — тихо спросил Чонгук, перебирая плечики с футболками в поисках своего размера. — Не хочу выглядеть… непристойно. — Не волнуйся, в этом магазине ты не найдешь неприличных вещей, — ответил Юнги, тоже приглядываясь к футболкам. — Если не начнешь носить кофту без штанов, всё будет в порядке. Хотя я б на такое посмотрел, если будет желание — дерзай, остальные пусть в своих комнатах прячутся, если что. — Уже представляю, как Ёнхва с Наном запираются вместе в комнате и на пару воют благим матом. — Зато сблизятся. — Если та девушка согласится сдать тело в аренду, боюсь, Ёнхва попытается сблизиться раньше, чем я рискну покрасоваться дома без штанов… — Чонгук покивал сам себе, наконец остановившись на простой широкой футболке с минималистичным сердечком на груди. — Что случается с сознанием человека, в которого вселяется демон Мира снов? — Нанзулару не демон, — поправил Юнги. — Демонами принято звать очень сильных злых духов, неразумных взбесившихся зверей из другого мира. Нан — разумное живое существо. — Оу… — Он уже почти не спорит, когда его так зовут, потому что устал спорить. Но не зови его так — лучше поладите. — Буду иметь в виду, — улыбнулся Чонгук, принимаясь перебирать клетчатые рубашки. — Но что там с людьми, в которых он вселился? — Засыпают. — Всего-то? — А ты какого ужаса ожидал? — усмехнулся Юнги, помогая призраку придержать плечики со всей выбранной одеждой, чтобы оценить образ в зеркале. Выглядело весьма недурно. — Что люди при этом в геенну отправляются? — Ну, буду честен, в меня ещё ни разу не вселялись, так что я не знал, больно это или нет. — Первый раз может быть больно, — пожал плечами Юнги, нацепив призраку ещё и черную панаму. Чонгук щёлкнул по её краю пальцем, приподнимая, и скосил на Юнги задумчивый взгляд. — Что? — Это ещё одна пикантная шутка? Или правда? — Всё вместе. В первый раз и правда может быть лёгкая боль в теле, но она быстро проходит. Ты попадаешь в личный уголок Нана… и забываешь обо всех тревогах и бедах. — Юнги осмотрел притихшего парня с ног до головы и ободряюще улыбнулся, похлопав по плечу. — На словах он та ещё мразота. Но в душе — добряк. Если и есть в реальности что-то похожее на Рай с радужными крольчатами, зефирными домиками и полным душевным покоем, то это уголок Мира снов, созданный подсознанием Нанзулару. Если станет совсем плохо — можно попросить отправиться туда на часик-другой. Полегчает. Чонгук помотал головой, собрал все плечики с вещами в стопку и стянул панаму. — Думаю, этого хватит на первое время. Пошли за зонтиком. — Пошли, — согласно кивнул Юнги и, забрав всю одежду, зашагал к кассе. Шоппинг продолжился. Зонт, рюкзак и наушники они выбрали без всяких проблем. А вот уже с акварелью возникли заминки. Художественный магазин, оказавшийся размером ничуть не меньше модного, явно смутил Чонгука и сбил с мысли. Парень знатно растерялся, бродя между стеллажами с тысячами коробок самых разных красок, необъятными пучками кистей и настоящими башнями из пачек бумаги. Пришлось даже разок спросить у консультанта дорогу. И пока он в нерешительности рассуждал едва слышным шепотом, карандаши ему больше нравятся или всё же краски, случилось и кое-что действительно неожиданное. Входящий звонок со скрытого номера. Нет, неожиданным был не сам звонок, даже не скрытность. Такое случалось, Юнги иногда звонили с опаской, потому что не знали, насколько могут доверять человеку, пишущему на своём сайте, что он разбирается… с проблемами призраков. Удивил тон собеседника, который с каждой фразой казался всё более жёстким и ядовитым. Это был тот блогер, Чимин. — Чего вы от меня хотите? — убедившись, что попал по нужному номеру, прямо спросил он. — В каком плане? — искренне растерялся Юнги, замерев у стеллажа с палитрами. — Я думал, что написал всё подробно в письме. Дело в призраке, который сказал, что знаком с вами. Если это ошибка, то мне искре… — Откуда вы знаете Тэхёна? — резко и жёстко перебил Чимин. Юнги сдержал тяжкий вздох, чтобы не выбесить собеседника ещё больше. По крайней мере, он получил четкое и однозначное подтверждение — Тэхён и Чимин правда знакомы, теперь он точно знает, где искать призрака. А уж найти подход к колючим и недоверчивым он всегда умел… умел попытаться. — Мы несколько раз виделись в Мире снов, Тэхён рассказал немного о себе, о вас… и… Юнги на пару секунд замялся, выбирая слова получше, но из трубки послышался короткий раздраженный рык. — Что вам опять нужно? — повторил Чимин тише. — Чего вы хотите? Денег? Удаления канала? Наоборот, какой-то коллаборации? Чего вы этим добиваетесь? — Позвольте, господин Пак, мне от вас ничего не нужно, — спешно заявил Юнги, окончательно перестав понимать, за кого его приняли. — Я хочу встретиться и поговорить с Тэхёном. — Слушай сюда, кто бы ты там ни был. Я больше не прогнусь и ни уступлю ни в чём, не надейся. Вы не сможете меня шантажировать, потому что мне нечего скрывать, я ничего не стыжусь, понял? И имей в виду, если свяжешься со мной ещё раз — я заявлю в полицию, за преследование и шантаж наказывают. — Что? Ох, бл… нет, нет, господин Пак! Я просто хочу освободить Тэхёна! — Я не какой-то похититель, ублюдок! — огрызнулся Чимин. У Юнги аж холодок по спине побежал. Почему-то этот разговор стремительно крушил его спокойную уверенность, как кукольный домик топором. — Это здоровые добровольные отношения, так что себя освободи — от бреда в твоей башке освободи! Не смей мне больше писать. — Не бойтесь. Чимин помолчал с пару секунд, но не сбросил вызов, а вместе этого вопросительно хмыкнул, как будто требуя пояснений. — Не бойтесь, я не желаю вам навредить. И обещаю не писать больше, если потребуете. Но, пожалуйста, дайте мне пару минут, я хочу объяснить всё. — Хм… что ж, слушаю. Что у тебя есть сказать? Юнги бросил взгляд на Чонгука в конце стеллажа, пытающегося собрать идеальный комплект из поштучно продающихся разноцветных карандашей, стиснул баночку с краской и заговорил, размеренно водя подушечкой большого пальца по краю пластиковой крышечки: — Я знаю, что Тэхён — не просто призрак, а призрак, который привязан к каким-то своим останкам. Он не может свободно передвигаться не только по миру, но порой даже и по собственному дому. Я умею разрушать подобную связь без вреда для призрака… И хочу освободить Тэхёна, дать ему полную свободу передвижения. Я отправил вам в письме ссылку на свой сайт, где много полезной информации о призраках, вы можете прочитать и обдумать всё. Я ни на чём не настаиваю, просто делаю предложение. Тэхён сможет быть полностью свободен, и вам не придется за это платить, обещаю. — Что? — тихо усмехнулся Чимин. — Какое заманчивое предложение, просто с ума сойти. Почему я должен вам верить? Почему вы вообще нам это предлагаете? — Ну… причина есть. — Юнги снова невольно оглянулся через плечо, Чонгук уже собрал полноценную радугу и пытался дополнить её чем-нибудь ещё. — Я хочу помочь вашему парню-призраку потому, что этого хочет мой парень-призрак. Видите ли, они были друзьями в прошлой жизни. — Дру… — голос Чимина дрогнул, сорвавшись. Парень что-то невнятно пробормотал себе под нос, вздохнул, а после вдруг как будто даже с опаской осторожно спросил: — Какой ещё друг? Из какой прошлой жизни? Что вы такое говорите? — Друг, с которым Тэхён общался в прошлой жизни, в пятидесятых и шестидесятых, на родном южном островке… до того, как стал призраком из-за серийного убийцы. Молчание в трубке тянулось так долго, что Юнги даже проверил, не отрубился ли смартфон, который давно уже не заряжали. Нет, звонок продолжался. Чимин тихо о чём-то думал. И Юнги не спешил влезать в эти мысли, давая возможность переварить и как следует взвесить. — Ладно, вы не могли узнать такое просто в сети, — наконец выдал он, — вы точно как-то связаны с Тэхёном. Иии… вы хотите встретиться и поговорить с ним? — Да. Предложить ему всё то, о чём рассказал, думаю, нам с ним есть что обсудить вживую. — Что ж… я… я перезвоню вам позже, когда мы с Тэхёном всё обсудим. — Окей, — ответил Юнги, ставя баночку с краской на место. — Буду ждать. До связи. — Д-да. До свидания. Задумчиво посмотрев какое-то время на черный экран, Юнги спрятал телефон в карман, тяжело вздохнул и пошёл к Чонгуку, который, кажется, как раз смог окончательно определиться, выбрав десяток карандашей и пачку недорогой бумаги. Что ж. Его обычная жизнь продолжала быть его обычной жизнью, то радуя приятными моментами, то подбрасывая проблемы и пугали, чтобы не расслаблялся.