Вверх дном

      I

              Гермиона лежала тихо, не шевелясь и почти не дыша. В голове появилась необычайная легкость, мысли ворочались лениво, и она прислушивалась к себе, пытаясь осмыслить только что случившееся.        Снейпу Гермиона сказала правду: ни плохо, ни больно ей не было. Смущение, любопытство, мандраж — да. Страшно тоже не было. Зато вот от Северуса буквально разило тревогой, и чтобы это заметить, не нужна была никакая легилименция — к тому же Гермионе было приятно, что он не стал запираться от нее на семь замков и дал увидеть свое волнение. Сейчас он почти задремал и, закрыв глаза, наконец расслабился.        Низ живота слегка тянуло, а мышцы во всем теле ныли от необычного напряжения. Пальцы правой руки свело, и они плохо слушались — должно быть, она слишком сильно вцепилась в простыни, когда они… Ну, когда все случилось. Гермиона осторожно приподняла голову с мерно поднимающейся и опускающейся груди Снейпа в попытке разглядеть в полумраке комнаты свои вещи. Халат удивительным образом по-прежнему висел на изножье, а вот штаны и футболка валялись возле кровати.        Стоило ей отстраниться, Снейп моментально проснулся и нахмурился.        — Не хотела тебя будить, — пробормотала она, успокаивающе погладив его по груди и глядя куда угодно, только не ему в лицо. — Мне нужно в душ.        Глупо было смущаться после всего случившегося — только на словах все было легче, чем на деле. Обращаться к Северусу на «ты» было самым странным… Дурацкая неловкость взялась непонятно откуда, но, зайдя настолько далеко, Гермиона не собиралась так просто отступать. Пусть лежать под одним одеялом, прижимаясь друг к другу, было даже приятно, но вот для того, чтобы пройтись перед Снейпом в чем мать родила, требовались немалые усилия.        Снейп молча кивнул и убрал ладонь с ее плеча, отодвигаясь и давая Гермионе возможность свободно выбраться из кровати. Помедлив секунду, он повернулся к ней спиной, за что Гермиона была ему очень благодарна. Споро накинув и запахнув халат, она подхватила оставшиеся вещи с пола. Наверное, нужно было сказать что-то еще, и девушка остановилась у двери, глядя на Северуса: он так и лежал, отвернувшись к окну, и, казалось, не обращал на нее внимания. Гермиона знала, что на самом деле все не так: узнав его получше, теперь она понимала, что за его мнимым равнодушием на самом деле кроется нечто более сложное.        Вернувшись, она наклонилась к нему, опираясь на матрас, и поцеловала в колючую щеку, потемневшую от густой щетины. Пожалуй, каждому из них требовалось немного времени наедине с собой.        Дом спал, и Гермиона тихонько прокралась в ванную, где включила воду погорячее и только тогда вспомнила про заглушающие чары — почти три месяца без магии вновь почти сделали из нее маггла, научив обходиться без ежедневных маленьких чудес и думать совершенно по-иному.        Девушка уже не удивлялась своей внезапной решительности и определенно не жалела о произошедшем. Северус старался для нее, был внимателен, предупредителен, но было понятно, что действовал он скорее по наитию и при этом рассудочно, а не будучи твердо уверенным в своих действиях… И это почему-то подкупало: не зная, как себя вести, Снейп сделал для нее, пожалуй, все возможное. По крайней мере, Гермионе так казалось сквозь призму собственной неопытности.        Сейчас, по уму, ей следовало бы вернуться в их с Джинни спальню. Однако Гермиона не собиралась слушать доводы разума — оставлять Северуса одного ей совсем не хотелось. Или же наоборот, оставаться одной.        Выйдя из душа, она чуть нос к носу не столкнулась со Снейпом. На Гермиону он смотрел настороженно, а халат на нем был запахнут так плотно, что видно было только кисти рук, черные спальные штаны и босые ступни. Не говоря ни слова, Северус разжал кулак и протянул крошечный пузырек темного стекла. В первый момент нахмурившись, она, впрочем, быстро поняла, к чему он клонит.        — Где ты это взял? — шепотом спросила девушка, забирая зелье.        — Пришлось порыться в аптечке, — ворчливо признался он, глядя поверх ее головы.        — Спасибо. — Она откупорила бутылек и быстро выпила содержимое. Вкус был почти нейтральным и слегка отдавал мятой. — Но не обязательно было здесь стоять, — на этих словах Снейп еще сильнее насупился, но взгляда так и не опустил. Гермиона вздохнула и потянулась к его руке. — Я бы все равно вернулась наверх к тебе.        Северус глубоко втянул носом воздух, издав уже ставший знакомым легкий присвист, и, расслабленно выдохнув, наклонился к Гермионе, целуя ее в волосы.        — Идем.        Кто бы мог подумать, насколько важной эта ночь окажется и для него? Уже забравшись в постель, Гермиона смотрела, как Снейп скидывает халат и ложится рядом. Он все еще был немногословен — слова для него вообще мало значили, — но, крепче прижимаясь к нему, девушка поняла, что он по-настоящему взволнован.        — Ты… Все хорошо? — хотя говорить Северус старался спокойно, скрыть у него ничего не вышло.        — Все хорошо, — кивнула Гермиона. Поднявшись на подушках повыше, она легла вровень с его лицом. — И я ни о чем не жалею.        Снейп сосредоточенно засопел, снова слегка присвистнув перебитым носом, и, не выдержав, Гермиона улыбнулась и погладила его по искривленной переносице. Было необычно — и ей, и Снейпу. Случившаяся близость, несмотря на взаимную неловкость, будто дала им чуть больше прав друг на друга, и Гермиона была намерена воспользоваться новыми привилегиями. Северусу же, как ей казалось, непривычно было не только подобное поведение с ее стороны — сам он вряд ли решился бы на нечто подобное.        — Что ты делаешь?        Она покачала головой в ответ и крепко обняла Снейпа. Ответа на вопрос — простого и ясного — у нее не было. Никто не мог сказать, что случится завтра и чем закончится история с захватом Министерства. Да и думать об этом не хотелось — по крайней мере, впереди у них еще был остаток ночи.        Северус поправил одеяло у нее на плече, хотя в этом и не было необходимости, и не стал убирать руку.

II

       Оставлять Гермиону не хотелось. Было неожиданно приятно просто лежать рядом с женщиной, не торопившейся поскорее уйти, лестно было ее доверие. Он пропал, окончательно и бесповоротно, надеясь лишь в этот раз не превратить что-то хорошее в своей жизни в одержимость, как уже бывало.        Спустившись вниз, первым делом Северус поставил на плиту чайник и поспешил спуститься в подвал проверить зелье. Судя по виду, все получилось, но наверняка сказать можно было, только испытав его на практике. Соседство трупа Грюма, пусть и прикрытого простыней, не могло не заставить задуматься о скоротечности бытия. Почесав кончик носа, Снейп постарался переключиться на дела более насущные, нежели пространные рассуждения. Например, положить Аврорат в полном составе неверно сваренным зельем — что можно было придумать хуже? Требовались испытания… Осталось выбрать подопытного.        Прислушавшись к неясной возне наверху, возле дверей в подвал, Северус закатил глаза.        — Мистер Уизли и мистер Уизли, в конце концов, вы ведь волшебники.        — А может, мы хотели, чтобы вы нас услышали? — черт их разберет по голосу, Фред или Джордж — Северус был способен различать близнецов исключительно благодаря своей давней ошибке. Стоило бы сделать нечто подобное еще во время уроков зельеварения — вряд ли бы его кто-то осудил, по крайней мере, из преподавателей.       Снейп прихватил с собой небольшой фиал с зельем и, покидая подвал, уделил особое внимание защитным заклинаниям, решив пренебречь в этот раз законами гостеприимства. С этих чудом переживших детство паршивцев сталось бы попытаться наложить лапу на зелье и после всеми правдами и неправдами пытаться пробраться в Министерство. Да, они все — и близнецы, и Джиневра, и Гермиона — прошли через многое, но сейчас все изменилось, и есть люди, кому по должности полагалось защищать волшебное сообщество — их этому учили… С другой стороны, авроры были и во время войны. Северус тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли. Удивительно, что единственным, кого он был готов взять с собой, был Рональд.        В гостиной собрались все обитатели «Ракушки», которые, казалось, до того и не спали вовсе, а притаились, пока он или Гермиона не соблаговолят дать знать, что все закончилось. Увидев суетящуюся возле плиты Молли, Северус чертыхнулся сквозь зубы.        Гермиона все еще не спустилась, и Снейп подумывал проскользнуть наверх незамеченным. Разумеется, безуспешно.        — Ай-яй, — покачал головой Фред, — ведь есть же дезиллюминационные чары.        — Колдовать в чужом доме не всегда прилично, если не знали, мистер Уизли.        «Иначе бы давно заклеил вам всем рты».        Насколько было легче отправить их на отработку к Филчу. Теперь гриффиндорское племя отыгрывалось на нем как могло, не особо-то веря, что Снейп и в самом деле пустит их на ингредиенты.        — Доброе утро, Северус, — поздоровалась Молли, не отрываясь от готовки. Пахло вкусно.        — Если ты так думаешь.        Он налил себе чаю и уселся за дальний конец стола, старательно игнорируя задумчивый взгляд мисс Уизли. Глупо было надеяться, будто отсутствие Гермионы в их общей спальне ночью осталось незамеченным. И наверняка Джиневра искала подругу, только вот не нашла.        — Итак, — деловито начал Рональд, расхаживая по гостиной, — полагаю, вы думаете отправиться в Министерство в одиночку?        — Ну почему же, — хмыкнул Снейп, — вас, мистер Уизли, я планирую прихватить с собой, а заодно испытать на вас зелье и убедиться, что вы по крайней мере не умрете от его приема.        Рон замер на середине шага, а Молли перестала помешивать завтрак, от запаха которого у Северуса уже был полный рот слюны — совсем как у Сира в ожидании пайки. От очередного сравнения себя с псом он поморщился.        — Вы хотите, чтобы мы тут взвыли от скуки? — возмутился Джордж.        — Мы же чесаться будем от волнения, — добавил Фред.        — Если вы не угомонитесь, я вас сожру со всеми потрохами, — спокойно пообещал Снейп, прекрасно понимая, что лучший способ отвязаться от близнецов — переиграть их на их же поле.        Джиневра прыснула в кружку, старательно делая вид, будто подавилась, Молли страдальчески всплеснула руками и очень вовремя вернулась к готовке — до чувствительного обоняния Северуса как раз донеслись первые горелые нотки.        — Доброе утро, — донеслось от лестницы очередное приветствие.        Снейп поднялся на ноги, как того требовал этикет, когда в комнате появляется женщина, скорее неосознанно. Он и раньше — уже целую вечность назад — утверждал, что умеет себя вести, и сейчас вдруг решил продемонстрировать манеры в неподходящее время и в неподходящем месте.        Огромных усилий стоило не обращать внимание на отчаянно закашлявшуюся мисс Уизли. Близнецы многозначительно переглянулись, Рональд же очень вовремя отвлекся на варево Молли.        — Доброе утро, — в словах Северус был сдержаннее, чем в действиях, и стараясь при этом не глазеть на Гермиону.        — Доброе, — хором отозвались все Уизли, кроме младшей, все еще давящейся кашлем.        Гермиона мельком глянула на Снейпа, едва заметно ему улыбнувшись, и не стала задерживаться. Северус усмехнулся про себя, отметив, что ей удалось сдержаться гораздо лучше, нежели ему.        — Так вот, — напомнил Фред, — перед твоим появлением мы как раз спорили, кто же окажется теми счастливчиками, что отправятся в обществе нашего дорогого профессора в увлекательное приключение в Министерство.        — Я думала, само собой разумеется, что мы все, — делано удивилась Гермиона.        Снейп был готов биться об заклад, что весь этот разговор был спланирован и отрепетирован, пока он отсиживался в мансарде.        — Я готов пойти вам навстречу и испытать на ком-нибудь зелье, прежде чем передавать его аврорам, — милостиво согласился Снейп.        — Давайте мне, — тут же отозвался Рональд. Молли, судя по выражению лица, собиралась возразить, но сын решительно ее прервал: — Успокойся, мам. Во-первых, это моя работа…        — А нам ты не разрешал испытывать на себе… всякое, — возмутился Джордж.        — …во-вторых, а на ком еще? Профессора, — Снейп скривился от такого обращения, — и так накачали. Не на Гермионе же и не на Джинни, в самом-то деле.        — Если что, мы тоже готовы, — сказал Фред.        Нездоровый интерес близнецов к естествоиспытательству одновременно и раздражал Снейпа, и вызывал уважение — это было ему понятно и даже в чем-то близко.        — Ты и так дурачок, Ронни, — продолжила за братьев Джинневра, — а если еще и Грюмом уколешься, вообще тушите свет.        — Джинни!        — Мам! — хором возопили близнецы и их сестрица.        — Давайте уже сюда свое варево, — вздохнул Рональд.       

III

       Как и Снейпу, Рону после приема зелья поплохело довольно быстро. Завалившись на диван, он всеми силами пытался продемонстрировать, будто не так уж и погано себя чувствует, но Молли его актерский талант ничуть не убедил.        — Прекрати суетиться, — не выдержал Северус, наблюдая за миссис Уизли. — Думаю, если бы что-то могло пойти не так, самое худшее уже бы произошло. Нужно просто потерпеть.        — У меня будто все сосуды горят, — очень некстати пожаловался Рон.        — Ты не помогаешь, — перевесившись через спинку дивана, Джинни пихнула его в плечо. — Мам, ты бы лучше вернулась домой — ничего с ним не случится.        — Угу-у, — протянул страдалец.        Джордж в ответ попытался закрыть ему рот ладонью, но Рон на удивление резво отмахнулся от него.        — Отвали! Там в котле еще осталось для тебя, если что!        Снейп изобразил самую брезгливую мину, наблюдая очередную сцену братских разборок, и, к удивлению Гермионы, направился к раковине, где намочил полотенце. Впрочем, заботливо укладывать его на лоб Рону он не стал, а просто бросил поверх сложенных на груди рук, словно парень и вправду собрался помирать.        — Отличный совет, Молли, — ступай домой.        — Мы пойдем с тобой, мам, — вызвался Фред. — А потом опять наведаемся в Косой переулок.        — Но…        — Иди, мам, — судя по лицу друга, его тоже не очень-то радовали материнские причитания. — Вдруг папа или Перси правда найдут способ послать весточку.        Близнецам пришлось буквально вести Молли к камину под руки, не давая ежесекундно оглядываться.        — С таким количеством детей одним больше, одним меньше, — услышала Гермиона ворчание Снейпа, смешивающего в стакане кипятка какие-то травы из запасов Билла и Флер. Уже громче он добавил: — Когда настоится и остынет, дайте выпить мистеру Уизли.        — А это что? — с подозрением спросила Джинни.        Снейп не удостоил ее ответом, зато одарил взглядом, лучше всяких слов говорящим о том, что он думает о талантах своей бывшей ученицы в зельеварении, и начал выгребать из кухонного шкафчика свежевымытые после завтрака тарелки. Гермиона видела, что Джинни хочет задать очередной вопрос, но подруга все же справилась с собой и промолчала, вместо этого отобрав у брата полотенце, которое тот никак не мог расправить.        Северус бросил на Гермиону быстрый взгляд и вышел на улицу, неся с собой десяток разнокалиберных тарелок. Девушка тяжело вздохнула: она бы с удовольствием осталась сейчас со Снейпом наедине хотя бы на пару минут, особенно понимая, что стоит им с Джинни остаться вдвоем, подруга учинит ей допрос, который можно будет использовать в качестве учебного пособия для Аврората.        Вздохнув, когда за Северусом закрылась дверь, Гермиона потянула у Джинни из рук пресловутое полотенце и принялась его аккуратно складывать. Кажется, Рон чувствовал себя получше, чем Снейп, но его точно так же колотило и мучила температура. Положив прохладное полотенце другу на лоб, она, не особенно уповая на возможность успешного побега от Джинни, отошла к оставленной Снейпом на кухонном столе чашке с настоем. Потянув носом, Гермиона различила запах мяты, мать-и-мачехи, сделав вид, будто очень заинтересована содержимым и плавающими ошметками трав.        — Ну, и что это было? — лукаво спросила Джинни, мигом оказавшись рядом и с интересом заглядывая Гермионе в лицо.        — Ты о чем? — обреченно спросила она.        — О том, что тебя не было ночью в спальне, — я слышала, как ты вышла, думала, на кухню или еще куда, а потом уснула. Утром тебя нигде нет, а наша хамоватая летучая мышь вдруг проявляет задатки джентльмена, чего за ним раньше замечено не было. Так и?        Гермиона огляделась по сторонам, тщетно пытаясь сообразить, на что можно отвлечь внимание Джинни. Не то чтобы она не доверяла подруге, просто считала, что случившееся между ней и Снейпом касается лишь их. Конечно, парни давно уже сообразили, что все не так просто, их сестра тоже не была слепой, однако к таким вот откровениям Гермиона была не вполне готова, тем более сама не понимая толком, что между ними с Северусом теперь происходит.        — И вы столько времени провели вместе в шотландской глуши, — продолжила Джинни и вдруг резко посерьезнела. — Слушай, если что — я не осуждаю… Ну, всякое бывает.        Гермиона никогда не рассказывала Джинни о случившемся в Малфой-мэноре и была уверена, что мальчишки тоже держали языки за зубами. А потому для подруги подчас поведение Грейнджер выглядело странным: другие парни порой проявляли внимание, постоянно остававшееся без ответа, и сама она инициативы никогда не проявляла.        — Джинни, — устало вздохнула Гермиона, — я доверяю Северусу. — Подруга округлила глаза, услышав, как Снейпа назвали по имени. — О, да Боже мой, вы с Гарри и Роном как дети малые. Ты сама только что сказала, что мы с ним много времени провели вместе. Я привыкла к нему.        Джинни испытующе сощурилась. Гермиона не чувствовала сил ни спорить, ни объяснять, как она дошла до жизни такой. Можно было не сомневаться в догадливости младшей Уизли и что она все поняла правильно — при этом осуждения не было.        — Ты расскажешь Гарри? — спросила Гермиона.        — Шутишь? Нет уж, тебе придется справиться с ним самой, — Джинни оглянулась через плечо на кряхтящего на диване брата. — Эти двое тебя очень любят. Гарри, конечно, будет по стенам бегать поначалу… С другой стороны, им со Снейпом не обязательно становиться друзьями, если хватит мозгов просто вести себя прилично.        До сих пор Гермиона не задумывалась, что будет после возвращения к мирной жизни, — не знала даже, будет ли она. Сложно было представить, как вообще может выглядеть Снейп в повседневности, а месяцы жизни в Гленн Дубе без магии едва ли можно было считать показательными. У него был свой дом, свои привычки… Было бы интересно на все это посмотреть. Осталась самая малость — разделаться с Долоховым.        — Полагаю, его особые отношения с луной тебя не тревожат?        — Очевидно, нет. Если бы не он, мы бы сейчас не разговаривали.        С этим спорить Джинни не стала, и пришла ее очередь вздыхать.        — Кингсли тебе, конечно, удружил…        — На самом деле, я теперь не знаю, как вернусь к своей обычной работе.        — Кингсли же давно уговаривал тебя перейти в другой отдел. Может, стоит об этом задуматься?        И Гермиона задумалась. Бруствер и в самом деле не единожды намекал ей на переход в Аврорат или Отдел Тайн. Первый вариант не прельщал ни тогда, ни сейчас. Что же касается Отдела Тайн, никто толком не знал, чем занимаются невыразимцы: похоже, среди них был и кто-то вроде оперативников, мало чем отличавшихся от авроров, выполняющих самые секретные задания Министерства. Были исследователи, охотники за артефактами… Но в общем и целом, каждый невыразимец мог выбрать занятие себе по душе и по способностям. Только вот теперь у Гермионы появился дополнительный стимул всеми силами стараться улучшить жизнь оборотней.        Обо всем этом стоило подумать более обстоятельно, а не посреди дружеского допроса.        — Кажется, отвар для Рона достаточно настоялся.        Джинни задумчиво почесала в затылке.        — Если мы все собираемся пить фиолетовую дрянь, Снейпу стоит приготовить целое ведро этого настоя.       

      IV

              Как и было условлено, домовик появился возле «Ракушки» в полдень — на этот раз вместо Тэбби явился Фидо. Выглядел эльф ничуть не лучше своего приятеля и тоже с трудом переставлял ноги. Снейп встретил его на пороге, как раз не так давно закончив возиться с тарелками, которые превратил в бутыльки и наполнил зельем. По подсчетам Северуса, должно было хватить если и не на каждого аврора, то для подавляющего большинства. Пришлось не забыть и оставить еще четыре порции для упертых идиотов и Гермионы.        Проведя Фидо в дом, где Рональд наконец перестал страдать и уснул, Северус показал эльфу на небольшой ящик с зельями.        — В Министерстве ничего нового?        — Нет, сэр.        — Может, ты хочешь есть? — влезла в разговор Гермиона, до того о чем-то переговаривавшаяся с мисс Уизли. Снейпу не очень нравилось, с каким любопытством на него глазела Джиневра.        Фидо вцепился в ящик и уставился на Гермиону желтыми немигающими глазами. Человек пытается накормить домовика… Они, должно быть, присутствовали при историческом событии.        — Нет, мэм, — нашел в себе силы ответить эльф и поспешил вновь обратить внимание на Снейпа. — Мне раздать это аврорам?        — Спрячь зелье где-нибудь и да, — осторожно раздай его с другими эльфами, — кивнул Северус. — Ни в коем случае не попадитесь — у нас один шанс.        — Наверное, им лучше выпить зелье на ночь, — снова вмешалась Гермиона, и Снейп недоуменно взглянул на нее. Девушка слегка стушевалась. — Просто им станет плохо, Фидо, на несколько часов, а ночью это будет не так заметно для людей Долохова. Их же наверняка охраняют.        Домовик энергично кивнул. Перспектива близкой развязки будто придавала ему сил — и не только ему. Северус и сам чувствовал знакомый мандраж, так же было и при возвращении Поттера в Хогвартс. Так или иначе, все скоро закончится.        — Да, и передайте аврорам, что если им будет плохо, нужно просто потерпеть и переждать.        За всей суетой с кражей тела Грюма, препарацией, неожиданной близостью и подготовкой зелья Снейп совсем забыл предупредить авроров об очевидном. А полагаться на кого-то еще так до сих и не привык.        — Палочки у них не отобрали? Нет? Замечательно. Завтра утром пусть кто-то один попробует сотворить самое простое заклятие. Только осторожно, а не как авроры обычно любят.        Долохов определенно стал слишком самонадеян, если не подумал забрать палочки у сотрудников Министерства. С другой стороны, зная Антонина Северус не удивился бы, окажись этот жест не просчетом, а желанием еще сильнее унизить противника и продемонстрировать аврорам их собственную никчемность.        — И все, больше ничего, никакой самодеятельности. Ты понял? — Фидо превратился в болванчика, снова принявшись кивать. — Передай, если все получится, потасовка начнется следующей ночью. Подробный план будет утром.              — Тот старик, которого все слушаются, — вдруг добавил эльф, — он много времени проводит в архиве Отдела Тайн.       — Мистер Хайд в порядке? — встревожилась Гермиона.       — Кто? — переспросил Фидо, растерянно прядая ушами.       В отличие от мисс Грейнджер, Снейпа не очень-то волновала судьба архивариуса. Тот лишь казался безобидным чудаком, но Северус прекрасно помнил, в какого монстра превращался Хайд, обычно напоминавший пеликана с перебитыми крыльями и сломанными лапами, стоило сделать небольшие — и весьма ценные! — пометки на полях. Куда сильнее сейчас тревожило возможное самоуправство авроров, в особенности одного из них. Оставалось уповать на авторитет Робардса и его способность удержать подчиненных от необдуманных поступков. С Гавейном у Северуса отношения сложились довольно напряженные, как и с большинством людей, но в разумности главе Аврората было нельзя отказать.       — Если получится незаметно передать один из фиалов Министру, сделай это, — попросил Северус.       Домовик задумчиво оглядел ящик, наверняка прикидывая, сможет ли в нынешнем своем ослабленном состоянии аппарировать вместе с ним.       — Я не уверен, как это зелье сработает на эльфов, иначе ваша помощь бы очень пригодилась.       — Мы предпочитаем не причинять вреда людям, — покачал головой Фидо, отчего уши едва не хлопнули его по щекам.       Исходя из того, что Северус слышал о Добби, тот не особенно разделял убеждения своих собратьев. С одной стороны, его можно было понять, принимая во внимание долгие годы в услужении у Малфоев. С другой, Снейп не мог избавиться от ощущения, будто министерские эльфы, помогая справиться с захватчиками, не забывают и о собственной подстраховке на случай, если планы пойдут прахом. Пережив период владычества Темного Лорда, они определенно научились приспосабливаться и думать наперед — осуждать их за это было несправедливо.       Фидо испарился, и мисс Уизли, пробормотав что-то о необходимости подняться наверх, оставила Северуса и Гермиону наедине, если не считать уснувшего Рона. Снейп не очень-то представлял, чего от него ждут, и решил снова поддаться наитию. Подойдя к Гермионе, сидевшей за столом, он наклонился к ней и поцеловал во встрепанную макушку. Это становилось привычкой.        — Полагаю, твое отсутствие заметили? — спросил он, садясь рядом.        — Разумеется, — девушка улыбнулась ему, открыто глядя в лицо, не в пример их неловкому короткому разговору ночью.        — И вы все еще друзья?        В ее взгляде проскользнуло недоумение и следом нечто, принятое Снейпом за сочувствие, которое он так ненавидел.        — Конечно, друзья. Наши с тобой… дела, — Северус был готов поклясться, что она намеренно не сказала «отношения», — никак не влияют на дружбу.        У него никогда не было настоящих друзей. Эйвери и Мальсиберу по большей части был интересен изворотливый ум однокурсника и его хитрость. Пожирателей же он и в лучшие годы не мог назвать друзьями, зато их общество закрепило в нем умение держать язык за зубами в любой ситуации и быть себе на уме.        Что до Альбуса… Все было очень сложно.        В искренности Гермионы сомневаться не приходилось. Она сама потянулась и накрыла его руку, лежащую на столе, своей. Северус повернул запястье и осторожно сжал ее пальцы. Как и в Гленн Дубе, им некуда было деться друг от друга — пожалуй, это оказалось даже к лучшему, — только еще и прибавилось лишних не в меру любопытных глаз. Благословение Мерлину, Уизли хватало ума держать язык за зубами.        Было еще кое-что, не на шутку волновавшее Снейпа.        — Послушай, — вкрадчиво начал он, глядя на ладонь в своих руках, — я очень не хочу, чтобы ты шла в Министерство…        Она мягко погладила его запястье и вложила вторую руку, наверняка надеясь тем самым успокоить.        — Ты же понимаешь, что это напрасный разговор, — неожиданно Гермиона негромко рассмеялась. — Очень непривычно обращаться к тебе вот так.        — Мне тоже, — нехотя признался Снейп. — Но послушай…        — Северус. Давай не будем.        Она поднялась на ноги и, в один шаг сократив расстояние между ними, встала вплотную к Снейпу, так что ему даже пришлось немного поднять голову. Гермиона погладила его по волосам, мало заботясь о возможном появлении кого-нибудь из рыжего семейства. Глядя ей в лицо, Северус видел спокойную решимость и понимал тщетность своих попыток воззвать к голосу разума.       

      V

              Рональд очнулся ближе к вечеру, тут же сообщив, что чувствует себя, будто по нему пробежало стадо взрывопотамов, но все-таки вел себя активно и первым делом затребовал ужин. К вящему удивлению Снейпа, близнецы сумели уговорить мать остаться дома и не рваться в Министерство на выручку мужу и сыну.        — И как вам это удалось? — поинтересовалась Джинни. — Вы ее подпоили?        — Не-а, — зевнул Фред, — сказал, что будем постоянно оглядываться на нее и тогда меня точно зашибет наглухо.        — Наглухо, поняли, да? — Джордж указал на свое отсеченное ухо. — Наглухо!        — Вот вы дебилы, конечно, — закатила глаза сестра.        — Зато действенно, — хором ответили близнецы.        Если Снейп все правильно понял, Руквуд, доставший Фреда во время сражения за Хогвартс, в этот раз был не опасен благодаря их небольшой стычке в «Мечтах нюхлера». Подумать только, он практически случайно вывел из строя одного из опаснейших Пожирателей, которого Бруствер не сумел одолеть во время охоты за Пророчеством.       В общем и целом, Снейп был солидарен с Джиневрой, однако по обыкновению не собирался в этом признаваться. Этот дуэт гениальных идиотов был не его головной болью, но смерти Северус никому не желал. Пока Рональд уписывал за обе щеки ужин, переданный для всех Молли, близнецы, их сестрица и Гермиона рассматривали остатки зелья, которое им вскоре предстояло выпить. — Эй, тут не тебе одному, — возмутился Джордж, когда Рон потянулся за добавкой ростбифа и йоркширского пудинга. — Я бы на вашем месте не ел перед приемом этой дряни, — со знанием дела и набитым ртом ответил Рональд. — Продукты только переводить. Снейп и тут был склонен согласиться, опять предпочтя промолчать. — Ладно, — вздохнул Фред, беря один из пузырьков, — чего тянуть. Джордж последовал за братом, и, отсалютовав друг другу, они опрокинули зелье. — Боже! Грюм-то по вкусу, как его нога, — простонал Джордж. — Притом не та, что деревянная, — скривился Фред. Джинни и Гермиона синхронно закатили глаза. Снейп наблюдал со стороны, как Джинни тоже выпила свою порцию. — И правда, — поморщилась Джиневра. — Пойду-ка прилягу, — пробормотал Фред.       Гермиона задумчиво вертела в руках последний пузырек, и у Снейпа все же появилась робкая надежда, что она одумалась и решила не участвовать в предстоящей заварухе. Перехватив его взгляд, девушка покачала головой. Северус чертыхнулся сквозь сжатые зубы — не столько из-за ее отказа, сколько потому что Гермиона научилась так легко его понимать.              У них так и не получилось толком побыть наедине и поговорить: Джиневра вернулась довольно быстро, Снейп даже был уверен, что она заметила, как Гермиона гладила его по голове и обнимала. Все жители дома словно заключили молчаливый негласный пакт, по которому не замечали очевидного. И его это полностью устраивало.              — Я лучше выпью зелье в спальне, — пояснила Гермиона, кивнув в сторону близнецов и Джиневры, для которых обычная лестница, по которой они спускались и поднимались десяток раз за день, вдруг стала непреодолимым препятствием.              — А вот это верно, — согласился Рон и в подкрепление своих слов покачал вилкой с наколотым на нее куском ростбифа в соусе. — Очень умно.              — Мистер Уизли, проследите, чтобы ваши родственники выпили по стакану отвара, когда он остынет, — сказал Северус, не глядя при этом на молодого аврора, и сграбастал кружку для Гермионы.              Рональда не особенно взволновало, что подруга отправилась наверх в обществе Снейпа, — или же просто не подал вида. На втором этаже Гермиона было направилась в их с Джинни комнату, когда Северус перехватил ее за руку и потянул к узкой лестнице, ведущей на мансарду.              — Но… — попыталась протестовать она.              — Наплевать, — пожал плечами Снейп, — мы не знаем, что будет завтра.              Гермиона доверчиво пошла за Северусом, еще крепче сжав его руку в своей. У него не было на сегодня далеко идущих планов, хотелось лишь убедиться, что она будет в порядке и не проявится никаких побочных эффектов. Разумеется, придется наведаться и к Уизли, но Снейп не был настолько хорошим человеком, чтобы от души волноваться и о них.              Пропустив девушку вперед и едва успев плотно притворить за собой дверь, он почувствовал, как Гермиона обняла его со спины, уткнувшись носом между лопаток, отчего Северус едва не расплескал содержимое кружки.              — Тише, тише, — предостерег он, осторожно разворачиваясь в ее руках. — Запасы некоторых трав подошли к концу.              Неловко изогнувшись, Снейп поставил кружку на тумбочку возле кровати и обнял Гермиону в ответ, поглаживая ее по плечам.              — Ты думаешь, у нас получится? — спросила она. Голос звучал глухо.              — Должно, — как можно спокойнее ответил он. — Сейчас дела не так плохи, как во времена Темного Лорда. Долохов, конечно, изворотливый мерзавец, но все-таки он просто человек. И на нашей стороне будет неожиданность… Если эти идиоты из Аврората все не испортят.              Отчасти Северус сейчас успокаивал не только Гермиону, но и себя — оптимизмом он никогда не отличался. По здравому же размышлению в самом деле стоило признать, что дела их не так уж и плохи, как наверняка рассчитывал Долохов.              — У Антонина есть одна общая с Темным Лордом беда.              — Хм-м?              — Целая уйма предубеждений, — усмехнулся Снейп. — Его семья перебралась в Англию после убийства Распутина, чьим сторонником был еще отец Антонина, и свои косные взгляды они привезли с собой. А идеи чистоты крови и влияние Волдеморта их только усилили.              — Имеешь в виду пренебрежение к домовым эльфам?              — В том числе, и еще что аврорам оставили палочки, желая их тем самым унизить.              Гермиона чуть отстранилась, глядя в лицо Северусу. Он вопросительно вздернул брови и отвел выбившуюся прядь у нее с лица. Приподнявшись на цыпочки и потянув Снейпа к себе, Гермиона коротко его поцеловала.              — Давай уже с этим покончим, — вздохнула она, достав из кармана бутылек зелья.