Часть 1
17 октября 2023 г., 16:24
Хёнджин всегда был другим. С тех пор как он был ребёнком, он был особенным. Нет, это было не потому, что он был поразительно красив или очень умён.
Особенностью Хёнджина было то, что он мог видеть то, чего обычно не могли другие люди. Как его друга - Сынмина, с тех пор, как он был ребёнком. Никто не мог его видеть, и его родители всегда называли его “воображаемым другом”, но Хёнджин был уверен, что он был там. Или маленькая Йеджи, живущая в пруду в старом летнем домике родителей. Хёнджин отчетливо помнит те долгие часы, которые он провёл, бегая вокруг и смеясь вместе с ними. Он знает, что они были настоящими, даже если другие этого не знают.
Большинство людей назвали бы это благословением. Видеть таких прекрасных волшебных существ. Но Хёнджин был бы не таким. Мало того, что способность видеть то, чего не могли видеть другие люди, заставляла его чувствовать себя довольно одиноким, но красивые вещи были не единственным, что он видел.
Иногда ему снились кошмары. Существа, созданные в тёмных местах, которые заполняли разум и занимали мысли, и Хёнджин никогда не смог бы их забыть.
Но это не страшная история. Во всяком случае, это самое прекрасное, что произошло в жизни Хёнджина. Единственное, кроме этого, что это может быть, это так же грустно.
Хёнджин, будучи особенным, был не совсем обычным.
— У тебя что-то на голове.
— Что? — Ребёнок, стоявший перед ним в очереди, расчесал свои волосы.
— Это так просто не пройдёт. Демоны склонны цепляться за всё, посыпьте их солью, и он, возможно, уйдёт.
— О чём ты говоришь? — Он ушёл, пробормотав несколько вещей, которые звучали как безумие, и другие вещи, которые Хёнджин слышал... сколько раз? Точно, много.
Он просто пожал плечами и налил себе горячего американо. Это не его проблема, если он пытался помочь, а люди не слушали. Ребёнок пожалеет об этом, когда начнутся кошмары.
Хёнджин вышел из кофейни со своим напитком в руке. Становилось холодно; осень уже нашептывала слова вокруг.
Осень, как и любое другое время года, означала появление новых существ вокруг. Некоторые, конечно, остались прежними, завсегдатаи, которых Хёнджин знал с детства. Но некоторые из них двигались и менялись в зависимости от времени года, некоторые рождались вместе с весенними цветами или зимним снегом. Всегда было забавно угадывать, кто будет рядом на этот раз.
Осень также была одним из его любимых времен года. Он любил прохладу, холодный ветерок, тёплые цвета вокруг. Кроме того, это был один из сезонов с наименьшим количеством тёмных существ. Хёнджин любил осень.
— Что у тебя на голове? — воскликнул его лучший друг Чонин, как только увидел его.
— Тюрпи.
— Ха? — Он нахмурился. — Я думал, что это был берет с очень ужасным рисунком. Это похоже на то, что носила бы моя бабушка
— А, ты о шляпе?
Чонин вздохнул: — Конечно я о шляпе, придурок.
Чонин был таким же обычным, как и все остальные. Но, в отличие от большинства людей, он никогда не сталкивался со странностями Хёнджина — думал, что понимает, что иногда это его немного пугает, в чем Чонин признался.
Хенджин очень хорошо помнил, как он впервые встретил своего друга. Это было много веков назад, в том летнем домике. Чонин всегда был намного меньше его — не таким маленьким, как Йеджи, это точно, но всё же довольно маленьким.
— С кем ты разговариваешь? — спросил ребёнок. Он появился с другой стороны леса, из которого пришёл Хёнджин.
— Кто ты такой? — Хёнджин оживился из своего положения на корточках, так как он рисовал на земле палкой.
— А ты кто такой? — Парировал ребёнок.
— Я Хёнджин.
— Привет Хёнджин, с кем ты разговариваешь? — Он продолжал смотреть на то место, с которым раньше разговаривал Хёнджин, но явно никого там не видел. Только этот вопрос уже заставил маленького Хёнджина занервничать. Он проходил через это много раз.
— Это мой друг. — Он указал туда, где стоял Сынмин. — Разве ты не видишь его?
— Конечно он не видит меня, он не такой как ты. — Сынмин.
— Не-а. Здесь никого. — Ребёнок покачал головой.
— Да, он здесь! — воскликнул он, уже начиная злиться. У него уже был этот разговор со многими детьми и взрослыми. Это всегда заканчивалось плохо, взрослые уставали и злились, дети пугались или смеялись над ним, а Хёнджин плакал, расстроенный. Однако на этот раз Чонин удивил его.
— Правда здесь? — Маленький Чонин спросил.
— Мне нравятся его глаза. Выглядят как у лисы. — Сказал Сынмин.
— Сынмин говорит, что ему нравятся твои лисьи глаза. — Повторил Хёнджин.
— О! Я люблю лис! Это мои любимые животные. Мой папа подарил мне на день рождения плюшевого лисёнка, он такой большой. — Он широко развел руками. — Хочешь посмотреть?
— Конечно. Но только если Сынмин пойдёт с нами. Мы играли до твоего прихода.
— Всё хорошо! — Он улыбнулся шире. — Привет, Сынмин.
Щёчки Сынмина стали розоватыми: — Привет. — Пробормотал он внезапно смущённо.
— Ты ему нравишься.
— Это хорошо. Мы тоже можем быть друзьями?
Хёнджин пожал плечами: — Конечно.
— Меня зовут Чонин.
Именно тогда началась дружба Хёнджина и Чонина. Это не значит, что не было моментов, когда Чонин раздражался на своего лучшего друга, и что Хёнджин хотел бы, чтобы он был нормальным, как все остальные, или чтобы, по крайней мере, у него был кто-то вроде него, кто мог бы видеть то, что он делает. Но в целом, они хорошо ладили, становясь ближе с каждым годом, пока Чонин не стал самым близким человеком, который был у Хёнджина, как брат.
— У тебя опять один из этих головных паразитов?
— Это тикки. Парики точно такие же, как у компании. Они, как правило, одинокие существа. Честно говоря, они мне даже нравятся. — Хёнджин протянул руку к своим волосам и погладил маленькое круглое существо, которое издало довольный звук от его прикосновения.
— Верно... Извини, я действительно не помню их имён.
— Всё в порядке. Наверное, это сложнее, если ты их не видишь.
Они направились в класс. У них обоих было очень похожее расписание, поэтому они встретились друг с другом перед занятиями и пошли туда вместе.
— Эльфы и гоблины ещё не вернулись?
Обычно Чонина никогда особо не волновало то, что мог видеть Хёнджин. Он никогда не запоминал их имён и особо не расспрашивал Хёнджина о них — хотя внимательно слушал, как тот рассказывал. Это было его любимой чертой в Чонине, он был хорошим слушателем. Однако, была одна вещь, которая всегда очень интересовала Чонина, и это были виды фейри. Он был почти уверен, что это из-за Сынмина, их друга детства, фейри, к которому, помимо того, что он не мог его видеть, Чонин очень привязался; но он так и не получил подтверждения.
Хёнджин сделал глоток своего кофе. Сладкий, как раз такой, какой нравился юнси. — Нет, они начинают появляться осенью. Примерно через неделю, больше или меньше. — Чонин промычал в знак согласия, но больше ни о чём не спрашивал.
Скоро листья начнут золотиться, ветер унесёт с собой все, что осталось от весны, и принесёт с собой осенние краски. Это был процесс, за которым Хёнджин всегда любил наблюдать.
— О, а вот и юнси. — Он открыл свою чашку и перевернул её, вылив остатки напитка на пол. Маленькие ящероподобные существа подползли к нему, издавая тихие благодарные звуки. — Не за что.
— Давай, Джин. — Чонин прошёл ещё несколько шагов впереди него. — Мы уже опаздываем"
— Это была вина хокси. Оно пыталось съесть мой хлеб. Мне пришлось принять их, прежде чем я смог приготовить себе ужин.
— В любом случае, мы опаздываем. — Хёнджин догнал его. Всё равно он постоянно опаздывал. Хотя он сомневался, что его кто-нибудь заметил. Побочные эффекты того, что ты странный парень: ты, как правило, становишься забытым. Хёнджин не был застрахован от этого.
------------------------
— Нет, нет, нет. Это не сработает. Хёнджин прогуливался по парку. Осень наконец-то поприветствовала это место. Апельсины и жёлтые цветы украшали деревья вокруг, и он любил гулять по окрестностям при любой возможности. Находясь здесь, он увидел парня со снежным опусом на голове. Снежные опусы не были зимними созданиями, как вы могли бы подумать. Он, честно говоря, не был уверен, почему именно это название. Вероятно, это было связано с его совершенно белыми глазами, похожими на белизну снега. Погода была именно такой, как ему нравилось. И это нравится большинству людей, он догадался, потому что место было довольно переполнено. Ему не нравилось, что его окружает слишком много людей. Они всегда странно смотрели на него, когда общался с этими существами. Он понимал почему; если бы он не мог их видеть, а рядом был бы другой парень, разговаривающий с воздухом и разбрасывающий повсюду еду, он предположил бы, что это тоже выглядело бы очень странно. Но всё же. Так вот почему, в этот конкретный день, Хёнджин решил пойти в лучшую часть этого парка; его любимую часть. Это было место, отгороженное от остальных высокими и густыми деревьями. Между ними протекала очень маленькая речушка, Хёнджин мог слышать звук воды, стекающей по камням. Этим ранним утром солнце просачивалось сквозь листву и отражало свои лучи от этой воды. Листья уже опадали с деревьев, уносимые легким ветерком. Хёнджин любил это место больше всего, потому что оно напоминало ему о маленьком лесочке с прудом в старом летнем домике, где когда-то жил Сынмин. Он подошел к берегу реки и сел. Он немного откинулся назад, опираясь на руки, и запрокинул голову, закрыв глаза и наслаждаясь воздухом и землистым запахом природы. Он оставался в таком положении несколько минут, его тело расслабилось, а разум обрел покой. Пока... Он выровнялся. Раздался какой-то шум, нарушивший тишину этого места. Это звучало почти как шелест листьев, но не как шелест ветра, почти как тогда, когда маленькие дети играли в их кучах. Он огляделся вокруг, ища источник звука, пока его взгляд не упал на гору листьев на другом берегу реки. Пока он не сводил с неё глаз, она снова пошевелилась, что-то под ней определенно заставляло её дрожать. Хёнджин встал, он хотел посмотреть, в чём причина шороха; вероятно, это был соки, или, может быть, просто белка искала орехи. Он подошёл к той части реки, где была небольшая груда камней, естественным образом расположенных самим течением реки. Они были достаточно большими, чтобы наступить на них, а река была достаточно мелкой, чтобы не представлять никакой опасности; поэтому Хёнджин перешел её, перепрыгивая через каждый камень на пути, пока не достиг другого берега. Переправляясь через реку, он отвёл взгляд от кучи, чтобы не потерять концентрацию и не упасть в воду — река была недостаточно глубокой, чтобы утонуть, но это не означало, что он хотел промокнуть, — и в это время он услышал, как листья снова громко зашуршали, но когда он снова сосредоточился на них, движение прекратилось, не повторяясь. Он медленно приблизился к нему. Он не хотел спугнуть то, что находилось под листвой. Кроме того, существовала вероятность, что это было нехорошее существо. Это было маловероятно, но вполне возможно. Поэтому он осторожно приблизился. — Привет? — Он старался говорить как можно спокойнее. Если это действительно были соки, то, как правило, они были очень добрыми существами, но при испуге могли стать дикими, очень похожими на белок. С тех пор куча не двигалась, и Хёнджин задался вопросом, не переместилась ли эта нечто из неё, когда он не смотрел. — Привет. — Он повторил ещё раз, но ничто не двигалось. Хёнджин решил, что если под этим действительно что-то скрывалось, то он достаточно предупредил об этом. К этому времени оно должно было либо почувствовать, либо услышать его приближение. Итак, он отбросил осторожность и сразу же подошёл к месту. Он опустился рядом на колени и сначала осторожно разгреб листья, затем, когда убедился, что ни для него, ни для существа опасности нет, погрузил всю ладонь и половину предплечья в гору листьев. Он вынул его. Он наклонил голову. Ему показалось, что это движется? Нет, он уже должен был знать, что то, что он видел, обычно не было плодом его воображения. Должно быть, оно ушло, когда он тогда не смотрел. Он задавался вопросом, куда оно делась. Он снова провёл рукой по листьям, на самом деле пока не торопясь уходить, когда услышал ещё один звук. Звук всё ещё доносился с этой стороны, совсем рядом с тем местом, где он лежал на полу, но на этот раз он доносился из-за дерева. Хёнджин встал и отряхнул траву со своих штанов. "Привет? Здесь кто-нибудь есть?" Никто не ответил, но, несомненно, было еще одно движение. — Я не причиню тебе вреда. — Он снова медленно двинулся к дереву. Приближался всё ближе и ближе, шаг за шагом. Он больше не был уверен, был ли это соки, похоже, шум исходил от чего-то большего. Он остановился на секунду, раздумывая, не повернуть ли назад. Если бы это было что-то большее, вероятность того, что это было тёмное существо, возросла бы на несколько пунктов. Всё ещё маловероятно, поэтому Хёнджин глубоко вздохнул и продолжил идти. Он был всего в нескольких шагах от дерева. Так близок к тому, чтобы узнать. Он не был напуган, но его сердце учащенно билось в груди. Именно тогда у него возникло предчувствие. Чувство, которое подсказывало ему, что, возможно, всего лишь возможно, было бы лучшей идеей развернуться, уйти и забыть об этом, отмахнуться от него, как от грызуна, бродящего по деревьям. Но это чувство также имело и другой смысл. Там было написано: "Послушай, ты не пожалеешь об этом, но только если сможешь справиться с этим позже". Хёнджин прекрасно справлялся со своей жизнью, поэтому он, будучи очень упрямым и таким же любопытным, утвердился в своем решении. Он сделал ещё один шаг. — Не подходи ближе. Хёнджин мгновенно застыл. Это было не потому, что голос сказал ему, а потому, что там был... голос? Он этого не ожидал. Если существо могло говорить, то оно было намного больше, чем он ожидал. Не говоря уже о том, что голос был довольно низким, к тому же мужским. — Привет? — Он повторил ещё раз. — Я не причиню тебе вреда. — Чего ты хочешь? Почему ты меня видишь? — Спросил голос. Он звучал немного испуганно, слегка дрожал. Это заставило Хёнджина пожалеть его, он не хотел пугать его. — Я... другой. Я всё вижу. Или, по крайней мере, я так думаю. Я не знаю, всё ли это, но я могу видеть многое. — Он немного сбивчиво говорил, но надеялся, что это заставит того, кто был за тем деревом, почувствовать себя в большей безопасности. — Кто ты такой? — Спросило существо. —Я всего лишь мальчик. — Имена имели большое значения. Хёнджин по опыту знал, что нельзя свободно называть своё имя. Он учился на своих ошибках. — Я действительно не хочу ничего плохого, пожалуйста, не бойся. — Он засомневался в этом на секунду, затем спросил: — Могу я... могу я подойти ближе? Ответа не последовало. Хёнджин подождал ещё несколько ударов сердца, но существо за деревом не ответило. Хёнджин воспринял это как согласие. Так же медленно, как и прежде, он возобновил ходьбу, делая шаг за шагом. Пространство само по себе было небольшим, а дерево находилось не слишком далеко от того места, где он стоял у кучи, так что он добрался до дерева достаточно быстро. Пугать существо ещё больше не было его идеей, он всё ещё не знал, может ли оно быть опасным, когда напугано (хотя, если бы оно хотело напасть на него, оно уже упустило все свои шансы). — Вы из здешних мест? — Он решил спросить, объявив, насколько близок он был. Существо не ответило и не сделало никакого движения, но теперь Хёнджин определенно мог слышать его дыхание. Он определённо не был маленьким. Сделав еще один глубокий вдох, Хёнджин обошёл вокруг дерева. Затем он остановился. Он остановился и посмотрел на похожее на мальчика существо, сидевшее, свернувшись калачиком, у подножия дерева и смотревшее на него большими широко раскрытыми глазами. Он смотрел, и смотрел, и смотрел, и Хёнджин чувствовал, что не может перестать смотреть. Потому что, о, это определенно было не то, что он ожидал. Существо, которое, как теперь понял Хёнджин, было мальчиком-фейри, было одним из самых красивых существ, которых Хёнджин когда-либо видел в своей жизни. И, будучи таким особенным, каким он был, он был склонен видеть множество красивых вещей. Его глаза были первым, что заметил Хенджин, тёмно-карие, как кора дерева позади него, такие большие и выразительные, что занимали большую часть его лица, обрамлённые длинными коричневыми ресницами, которые, вероятно, были частью причины, по которой эти глаза выглядели такими большими. Однако его волосы были светло-русыми, длинными на затылке, но короче спереди. Его кожа была довольно загорелой и усыпана веснушками, которые сверкали, как маленькие звёздочки, вокруг его щёк. Хёнджин не мог оторвать взгляда. Он был таким красивым и изящным. Он почти не мог поверить, что низкий голос, который он слышал ранее, принадлежал ему. Наконец ему удалось прочистить горло и выйти из оцепенения. Он не хотел ещё больше пугать мальчика, пялясь на него как на дурачка. Люди уже думали, что он странный, и у него не было никакого намерения заставлять фейри тоже так думать. — Привет. — Он начинал звучать как заезженная пластинка, но что ещё можно было сказать? Мальчик смотрел на него ещё немного, но уже не выглядел таким испуганным, как раньше. В его взгляде было больше любопытства. — Ты человек. — Да. — Это был не вопрос, но он всё равно ответил. Он был почти уверен, но все равно решил спросить, чтобы получить подтверждение. — Ты фейри? Мальчик снова на мгновение замолчал, осматривая Хёнджина с головы до ног. В конце концов, он, должно быть, решил, что тот не представляет угрозы, потому что встал, и всё его поведение изменилось. — Меня зовут Феликс! Я осенняя фея! — Он протянул руку Хёнджину, чтобы тот пожал её. — Тебе не следует вот так называть своё имя. У меня могут быть дурные намерения. — Но ты уже сказал мне, что не хотел причинить никакого вреда? — Он склонил голову набок, сбитый с толку. Был ли это тот же самый испуганный мальчик, что и раньше? Куда делось это недоверие? — Да... Но я мог бы солгать? — Я не понимаю. — Он моргнул. — Ты лжёшь? — Нет, я нет. — Именно так я и думал! — Он улыбнулся. — Я тоже не хочу никого обидеть, так что скажи мне своё имя. Хёнджин обдумывал это в течение минуты. Однажды, после неприятного опыта с демоном варпа, он решил никогда не говорить своего имени никакому другому существу. Однако со всеми этим историями пришёл опыт, и он мог отличить хороших парней от плохих. Мальчик-фейри не выглядел устрашающим, и что-то в его весёлом и невинном поведении заставляло его доверять ему. Он надеялся, что не ошибся. Он улыбнулся: — Я Хёнджин. — Сколько тебе лет, Хёнджин? — Девятнадцать. — О, и мне! Тогда ты такой же ребёнок, как и я! Хенджин не смог удержаться от хихиканья. Он знал, как работают века фейри. Поскольку они были бессмертными, считалось, что они достигают зрелости в сорок человеческих лет. Для фейри, да, они были младенцами. — Я не ребёнок. Здесь меня даже считают бы почти взрослым. Феликс посмотрел на него широко раскрытыми глазами: — Взрослым?! Люди становятся взрослыми в девятнадцать лет?! — С этим нетерпеливым и удивленным взглядом он действительно казался моложе девятнадцати. Хёнджин улыбнулся ему и кивнул. Фейри изобразил губами жест "вау", который заставил его рассмеяться от того, насколько очаровательно он выглядел. — О. — сказал Феликс, затем расплылся в улыбке. — У тебя такие красивые глаза! — Он придвинулся ближе к Хёнджину, который был застигнут врасплох комплиментом и откровенным комментарием собеседника. — Я... ну, хм, спасибо. — Пробормотал он, чувствуя себя взволнованным. Даже вблизи мальчик был по-настоящему красив. Мысль о том, что кто-то вроде него может подумать о нём что-то подобное, заставляла его ещё больше стесняться. Он почувствовал, как у него горят щёки. Еще одна вещь, которую он заметил теперь, когда увидел Феликса вблизи, заключалась в том, что тот был намного меньше его; почти на целую голову. Всё его тело тоже было намного меньше, чем у Хёнджина. Однако в свою защиту он мог сказать, что всегда всегда был довольно высоким. Он сделал шаг назад, будучи не в состоянии сохранять спокойствие рядом с собеседником на таком близком расстоянии. — Знаешь, я никогда раньше тебя здесь не видел. — Другой мальчик моргнул, продолжая внимательно смотреть на него. — Или, вообще-то, где угодно. Я никогда не видел тебя раньше. Феликс почесал затылок и пожал плечами: — Я никогда не обращаю внимания на то, через что я прохожу. Знаешь, все осенние листья на ощупь одинаковые. — Он снова пожал плечами. Хёнджин кивнул. На самом деле, он не знал, поскольку не был фейри осени, но подумал, что нет смысла говорить это вслух. Между ними воцарилось молчание. Феликс всё ещё смотрел на него с любопытством, а Хёнджин притворялся, что не замечает, только потому, что пытался сдержать свой румянец. Словно очнувшись от чар, Хёнджин внезапно, казалось, вспомнил, что за пределами этого маленького леса есть мир, и что, кроме мальчика-фейри, есть ещё люди. Что ещё более важно, у него скоро были занятия. На которые он теперь опоздает. Снова. — Я... мне нужно идти. — О, куда? Можно мне тоже пойти? Я на самом деле ничего здесь не знаю. — Он почесал подбородок и, наконец, огляделся по сторонам. Хёнджин почувствовал, как с него спадает тяжесть, когда внимание Феликса исчезло. — Ты не можешь, но... Я скоро смогу снова навестить тебя. Это нормально? Если он думал, что его глаза выглядели красивыми, когда он был напуган, то его ждал сюрприз, потому что от того, как он смотрел на него сейчас, так выжидающе и взволнованно, у него перехватило дыхание. — Ты бы сделал это?— Он подошёл ближе, и всё, что смог сделать Хенджин, это кивнуть. — Тогда я подожду тебя здесь. — Он улыбнулся, и Хёнджин подумал, что это, должно быть, самая красивая улыбка, которую ему когда-либо дарили.------------------------
Хёнджин возвращался к мальчику-фейри почти каждый день в течение следующей недели. Однако в этот раз, когда Хёнджин снова отправился в небольшой лес, он нашёл то, что ожидал найти, когда был здесь в последний раз: белку. Чего он в не ожидал, так это увидеть упомянутую белку, играющую с Феликсом. — Хёнджин! — Он радостно воскликнул, увидев его. — Смотри! У меня появился друг. — Он указал на маленького зверька, который, как только увидел Хёнджина, к которому он не привык, бросился прочь, чтобы спрятаться между листьями. — О, я думаю, ты напугал его. Хенджин присел на траву рядом с Феликсом и поднял с земли лист. — Я тебе кое-что принёс. Глаза Феликса снова загорелись; Хёнджин отвёл взгляд, прежде чем снова слишком разволновался. Он сунул руку в карман своего пальто и вытащил оттуда маленькую серебряную булавку. Он знал о пристрастии фейри к блестящим вещам. Маленькая заколка имела форму листа с маленьким сапфировым кончиком на одном конце. Забавная мысль пришла ему в голову. Он потянулся к Феликсу, который выглядел так, словно вот-вот лопнет от счастья. Он протянул обе руки, позволяя Хенджину поместить вещь между ними. — Я...ОБОЖАЮ ЭТО! — сказав это так громко, что Хёнджин вздрогнул. — Я рад. — Он улыбнулся, увидев, как другой мальчик приколол серебряный лист к своим волосам. — Как я выгляжу? Ничего не поделаешь, он снова покраснел: — Это...миленько. — Он ответил честно. — О, я тоже должен что-нибудь приготовить для тебя! — Нет нужды. — Хёнджин успокоил его. Но Феликс встал: — Жди здесь. — Он подошёл к берегу реки и начал тщательно искать камни в воде. Как только он закончил, он подошёл к деревьям, собирая несколько веток и желудей, которые уже падали с них. Через несколько минут он, должно быть, решил, что этого достаточно, потому что снова подошел к Хёнджину, но на этот раз сел к нему спиной. — Не смотри! Я хочу, чтобы это было сюрпризом. Хёнджин рассмеялся, но сделал то, о чем его просили, и не стал подглядывать. Феликс некоторое время работал молча, а Хёнджин просто сидел позади него; обоим было комфортно в шуме деревьев и воды. Феликс работает, Хёнджин смотрит на его ярко-светлые волосы, освещённые солнцем, сверкающие, как серебряная заколка, которая их украшала. Руки Феликса работали со знанием дела, а его лоб казался сосредоточенно нахмуренным. Ещё через несколько минут он поднял голову и гордо улыбнулся своей работе. Он снова повернулся к Хёнджину и радостно протянул руку с самым красивым кольцом ручной работы, которое Хёнджин когда-либо видел. Кольцо было сделано из переплетенных тонких веток, что придавало ему бронзовый цвет дерева. На верхушке у него был маленький листочек, сделанный из чешуек чашечки желудей, которые он собирал раньше. Хёнджин поднял его так осторожно, как только мог, опасаясь раздавить ветки или уничтожить маленький листочек, но когда он прикоснулся к нему, кольцо оказалось гладким и твёрдым, очень похожим на настоящую бронзу, а не на грубое дерево, которого он ожидал. — Тебе не нравится? — Спросил Феликс, надув губы, и это прозвучало немного смущённо. — Нет! — Он поспешно покачал головой. — Дело не в этом! Просто это... это прекрасно… Мне нравится, большое тебе спасибо. — Правда?! Тебе нравится?! — Оживлённо спросил он. — Конечно! Это потрясающе! — Он снова взял это в руки и, наконец, надел на палец. Это было идеально впору. — Как тебе удалось сделать это таким? На ощупь это совсем не похоже на дерево. — Он всё ещё смотрел на кольцо, загипнотизированный. — О, просто, я только что использовал магию! — Хихикнул Феликс, увидев широко раскрытые глаза собеседника. — Это простое заклинание, я научился, когда был ребёнком. — Он взял руку Хёнджина в свою, проводя пальцем по кольцу: — Он будет защищён от всего, даже время не сможет лишить его блеска. Феликс оглянулся на Хёнджина, который вздрогнул от мягкого прикосновения руки фейри к своей. — Холодно? — Феликс невинно принял его дрожь за это. Но Хёнджину не было холодно, ветер его не беспокоил. На самом деле, ему было очень тепло; возможно, так тепло ему не было уже давно. Хёнджин посмотрел на светловолосого мальчика и улыбнулся: — Спасибо тебе за подарок. — Это не так уж много. Позже я могу приготовить тебе что-нибудь получше. Я мог бы работать с листьями. Осенние листья – прекрасные украшени для ювелирных изделий. Мы много работаем с ним дома. Мой старший брат Минхо обычно делал для нас подвески в виде листьев, на самом деле именно он научил меня их делать и... Феликс оживлённо рассказывал о своем брате, о своём детстве и возвращении домой. Хенджин откинулся на мягкую траву, позволяя нескольким оставшимся солнечным лучам, и ослепительная улыбка Феликса озарила его. Он внимательно вслушивался в каждое слово, очарованный тем, как все устроено в мире фейри, жизнью, в которой жил другой мальчик. Он слушал, даже когда Феликс лег рядом с ним, и когда он коснулся своей руки, и когда переплел их------------------------
— Хёнджин? Хёнджин?! — Голос Чонина вырвал его из грёз наяву. — Да? — Твоя очередь. Ты следующий. Хёнджин и Чонин сидели в дальней части кафе, прямо у залитого дождем окна, слабый свет, пробивавшийся сквозь тёмные облака, освещал одну сторону лица Чонина, делая тени на другой стороне более заметными, а черты его лица казались еще резче. Хёнджин моргнул: — Прости, на чём мы остановились? Чонин громко вздохнул и захлопнул свой сценарий: — Всё в порядке, я всё равно достаточно потренировался на сегодня. — Нет, я могу помочь. — Я легко это запомню, не волнуйся, на самом деле тебе не нужно помогать. — Он как-то странно склонил голову набок. — Однако, что я хотел бы знать, так это то, о чём ты думал, и что заставило тебя витать в облаках и так меланхолично смотреть в окно? — Откуда ты знаешь, что я не смотрел на какое-нибудь существо на улице? —Возразил Хёнджин. — Потому что я знаю тебя, и ты всегда смотришь на существ либо с любопытством, либо с опаской. У тебя только что был мечтательный вид. — Чонин подозрительно прикрыл глаза. — Есть что-то, о чём я не знаю? У Хёнджина на секунду перехватило дыхание, и он задумался. Он подумал о том, чтобы рассказать Чонину о Феликсе, и открыл рот, чтобы рассказать ему.. — Ваш заказ. — Подошла официантка с четвёртым кофе Чонина за день. Его рот мгновенно закрылся, и момент внезапно пропал. — Не слишком ли много кофе ты пьёшь? — Вместо этого сказал он. — Слишком много? Я студент колледжа, чего ты ожидал? — Чонин пожал плечами и одновременно поднёс чашку к губам. — Сейчас десять утра. У тебя будут проблемы с сердцем. — Я в порядке. Не будь таким драматичным, я учусь в театральном, а не ты. Хёнджин рассмеялся над этой фразой, и Чонин улыбнулся ему в ответ. Это то, что он всегда говорит ему, потому что они оба знают, что Хёнджин намного более драматичен, чем он. Может ли он винить его? Он прожил интересную жизнь, и это повлияло на его личность. Взгляд Хёнджина снова вернулся к окну. Капли дождя стекали по стеклу, звук их ударов в окно сопровождал их бесшумный бег вниз. Он вспомнил, как выглядели капли дождя на шелковистой веснушчатой коже Феликса, когда они виделись в последний раз. Тихий дождь удивил их, и вместо того, чтобы спрятаться, мальчик поднял голову к облакам и улыбнулся прикосновению дождя к своему лицу. Он понял, что Чонин говорил около пяти минут, и он понятия не имел, о чём тот говорил. В последнее время он часто ловил себя на том, что его мысли медленно возвращались к воспоминаниям об одном светловолосом мальчике, пока это не стало всем, что занимало его голову.------------------------
— На что это похоже? — Что? — Жить тут, в мире людей. Оба сидели бок о бок, прислонившись спинами к дереву. Тот самый, за которым Феликс прятался, когда они встретились. — Я не знаю, как это описать. Я никогда больше нигде не жил, это, ну.. всегда так было. — Сказал Хёнджин, и Феликс кивнул, всё ещё с широко раскрытыми от любопытства глазами. — Жаль, что я не могу взять тебя с собой в сказочный мир, я думаю, тебе бы там понравилось! Хёнджин нежно улыбнулся. — Я думаю, я бы тоже так поступил. Светловолосый мальчик улыбнулся ему в ответ, и сердце Хёнджина совершило забавный танец в груди, очень похожий на тот, который совершают новобрачные, когда они взволнованы. Может быть, его сердце было маленьким замаскированным меховым шариком нупи, потому что оно наверняка много прыгало и танцевало с тех пор, как он встретил Феликса. — Подожди! — Внезапно воскликнул Феликс. — Что? — Ты не можешь попасть в мой мир, но я могу попасть в твой! Я имею в виду, — он похлопал по траве рядом с собой, — я уже здесь! — Ага? — Спросил Хёнджин, не совсем уверенный, к чему все это идёт, но имеющий слабое представление. — Давай выйдем! — Уточнил Феликс. — Из леса? — Спросил Хван. — Да! Хёнджин только прикусил губу: — Ликс, я не знаю, хорошая ли это идея. — Пожалуйста! Я хочу посмотреть, на что это похоже. Я хочу знать, как ты живёшь каждый день, что происходит за пределами этого леса. Я хочу увидеть то, что ты всегда видишь. — Разве ты не должен оставаться здесь? — Это всего на несколько часов; потом ты сможешь отвезти меня обратно. — Светловолосый мальчик взял руки друга в свои. — Пожалуйста, Джинни! Пожалуйста... Дело было не в том, что фейри не должны были покидать места, которые соединяли их между мирами. Способ, который, как узнал Хёнджин, работал, заключался в том, что фейри появлялись в месте, которое было предназначено для них, чтобы заботиться о нём. Их энергия благословляла и подпитывала окружающую среду, она придавала природе их волшебство. Так что технически они могли уйти, но их работа заключалась в том, чтобы оставаться в одном определённом месте. Чем старше и опытнее был фейри, тем больше была отведённая им территория. Поскольку Феликс был совсем маленьким, ему приходилось ухаживать только за этой частью парка. Или маленький Сынмин, так как он тоже был маленьким, жил только в маленьком пруду. Хёнджин знал, что он может уйти, но он должен был убедиться, что с Феликсом ничего не случится, чтобы он мог вернуться, и определённо было бы лучше, если бы он не покидал своё место. Но эти большие умоляющие глаза, честно говоря, растопили решимость Хёнджина и заставили его забыть обо всем, кроме этого симпатичного мальчика перед ним. Он вздохнул: — Ладно. Вот так он оказался в главном парке, разговаривая с воздухом и снова выглядя как сумасшедший. Как только они вышли из леса и в поле зрения появились люди, Феликс испуганно подпрыгнул и спрятался за Хёнджина; на что Хёнджин не смог удержаться от смеха, он выглядел таким крошечным позади него, с его большими выразительными глазами и раскрасневшимися веснушчатыми щеками. Хёнджин протянул руку, чтобы тот схватился, что он и сделал. Их пальцы идеально переплелись, несмотря на разницу в размерах, и руки Феликса были тёплыми, несмотря на холодную погоду. Феликс сначала шел робко, цепляясь за его руку и разглядывая всё вокруг с каким-то испуганным любопытством. Однако через некоторое время, это любопытство взяло вверх над всеми страхами, которые у него могли быть, и его глаза засверкали, как ночное небо, от удивления ко всему окружающему. Хёнджин так и не отпустил его руку, и он дал Феликсу подробный маршрут по этому месту. Они отправились из парка в его любимое кафе, в библиотеку, где он проводит большую часть своего времени, в его колледж и общежития, где они с Чонином живут, в его любимый ресторан, где готовят лучший кимчиджон, который он когда-либо пробовал в своей жизни, даже туда, где они были сейчас на маленьком городском рынке. Место было на самом деле невелико, это был не какой-нибудь большой город или что-то подобное, но Феликс смотрел на всё так, словно это было лучшее, что когда-либо попадалось ему на глаза. Несмотря на то, что он родом из мира, где буквально царила магия. Через некоторое время ходьбы Хёнджин заметил разительную перемену в выражении лица Феликса. Он немного надулся и яростно хмурился. — Всё в порядке? — Люди обычно так на тебя смотрят? — Выпалил он. — Ах. Ты заметил. — Он вздохнул. — Мне не нравится, как они на тебя смотрят. Напоминает мне о том, как отец смотрит на фамильяров Минхо. Он говорит, что они напоминают ему кошек, и они ему не нравятся. — Он комично склонил голову набок. — Хотя я не знаю почему, я никогда не видел кошек. Хёнджин рассмеялся над последним комментарием, но позже просто глубоко вздохнул и ответил: — Это потому, что они тебя не видят, — пожал он плечами. — Они просто видят, как я разговариваю с воздухом, и думают, что я сумасшедший. — Но это не так! Они не должны судить тебя, не зная! — Всё в порядке, я к этому привык. Все одинаковы. — Все? — Его невинность, казалось, была раздавлена, когда он узнал, что люди обычно не так добры, как он думал. — Ну, не все. Не мой лучший друг, но большинство людей — да. Разочарование сменилось выражением любопытства: — Твой лучший друг? — Чонини на самом деле никогда особо не заботился об этом. Я имею в виду, что иногда это выводит его из себя, но, тем не менее, он всегда был добр ко мне. — Тогда он мне нравится! Все должны быть добры к тебе, ты хороший человек! — Его яркая, обычная улыбка вернулась, и Хёнджин почти непроизвольно хихикнул при виде этого зрелища. Было трудно объяснить этому невинному мальчику, что обычно всё происходит по-другому, поэтому он просто кивнул и улыбнулся ему сверху вниз. Через некоторое время он снова пришёл в благоговейный трепет от всего, что видел на рынке. Вкусная еда, разноцветные шелка и, главным образом, блестящие украшения ручной работы, сделанные мастерами. Он ахнул и захлопал в ладоши своими крошечными ручонками, когда увидел точно такую же булавку, как у него. Часть его хотела, чтобы все могли видеть его, чтобы они могли видеть яркий свет и волшебство этого мальчика. Они были бы благословлены. Но также он знал, что так будет лучше. Феликс, возможно, и заслуживал всего мира, но мир не заслуживал его. Он был слишком хорош и чист. Несмотря на то, что Хёнджин знал его около двух месяцев, он действительно сблизился с мальчиком-фейри больше, чем с кем-либо ещё.. за исключением Чонина и Сынмина. Улыбка мгновенно сползла с его лица при воспоминании о Сынмине, которого Хёнджин так сильно любил, но которому в конце концов пришлось уйти. Он знал, что с Феликсом тоже произойдет то же самое. Он знал это с самого начала. Однако это не могло помешать ему привязаться к нему. Он думал, что, возможно, позже пожалеет об этом, но если какая-то часть его была честна, он не думал, что пожалеет.------------------------
— ...и ты снова меня не слушаешь, верно? — М? — Хёнджин был возвращён к реальности. — Что с тобой? — Чонин игриво ударил его по руке, но вопрос был искренним. — Что значит “что со мной?” Я вижу волшебных существ, со мной многое происходит. — Ответил Хёнджин и ударил его в ответ. — Нет, это что-то новенькое. Другое. Я знаю тебя с тех пор, как мы были детьми, и могу сказать, что знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. Хёнджин много раз думал о том, чтобы рассказать Чонину о Феликсе. Однако он знал, что как только он это сделает, ему немедленно напомнят о том факте, что мальчик-фея не останется здесь навсегда. И он также напомнил бы своему лучшему другу о потере их другого друга-феи. Несмотря на это, Феликс стал кем-то ценным в его жизни. Кто-то, кому он доверял и о ком заботился, и это было то, чем он хотел поделиться с другим человеком в своей жизни, которому он доверял и о ком заботился. — Там… — Он вздрогнул; во всяком случае, немного застеснялся. — Ага? — Лисьи глаза Чонина широко раскрылись, его руки жестом просили его продолжать. — …есть кое-кто — Кое-кто? Хёнджин глубоко вздохнул: — Я думаю, будет лучше, если я покажу тебе. — Хван Хёнджин! — Воскликнул Чонин, внезапно став совершенно серьезным, — у тебя есть парень?!------------------------
— Ликси, я здесь! — Хёнджин поздоровался, как только они с Чонином пересекли маленькую водную тропинку на другой стороне леса. — Джинни! Я ждал тебя, я хотел спросить тебя о... — Феликс появился на звук его голоса, но остановился как вкопанный. — Джинни. — Да? — Здесь есть кто-то ещё. — Он моргнул, как будто его подводили глаза или это была просто игра света, и на самом деле здесь не было никого, кроме них обоих. Хёнджин усмехнулся. — Я в курсе, Ликс. Я могу его видеть. — О, — Он просто воскликнул и ещё немного поморгал. Сердце Хёнджина дрогнуло при виде этого зрелища. Он выглядел таким очаровательным: — Ликс, это мой лучший друг, Чонин. — Наконец он объяснил. — О, — повторил он снова. — О! Твой лучший друг! Ты рассказывал мне о нём! — Он подошёл к ним и с удивлением посмотрел на новенького. Хёнджин встал с поднятой головой. Он повернулся к своему другому другу - человеку: —Йенни, он стоит прямо перед тобой. Глаза Чонина оббежали всё вокруг, зная, что он никого не увидит, но на всякий случай попытался. — О, ммм, привет. Я Чонин. —Привет, лучший подруга Джинни, Чонин! Я друг-фейри Джинни, - Феликс! — Он передает привет. — Повторил Хёнджин. — Привет. Мммм, как ты? — Хёнджин знал, что с его стороны, должно быть, неловко просто разговаривать с пустотой. —Я рад познакомиться с милой подругой Джинни! — Он взволнованно захлопал в ладоши, но затем ему в голову, казалось, пришла какая-то мысль. Он прищурился и сказал почти про себя: — Знаешь, ты мне кое-кого напоминаешь... — Правда? — С любопытством спросил Хёнджин. — На самом деле, это не тот, кого я знаю, но о ком я слышал. — Его голос понизился, когда он сказал: — Красивые лисьи глазки, как у друга Сынмина. Хёнджин ахнул: — Ты сказал Сынмин? — Сынмин, что? Что с Сынмином? — Чонин мгновенно оживился при упоминании этого имени, всё его внимание было приковано к Хёнджину. — Ты знаешь Сынмина?! Летний фейри Сынмин. — Феликс выглядел совершенно потрясенным. — Да! Когда мы были маленькими, его приставляли к пруду в загородном доме моих родителей! — Да ладно! — Фея слегка подпрыгнул от возбуждения и снова захлопала в ладоши. — Что там с Сынмином?! — Спросил Чонин, который всё ещё был не в курсе. — Ликс знает Сынмина! — Ты знаешь?! Как он? — Выражение лица Чонина изменилось с растерянного и разочарованного на обнадёживающее в течение секунды. — Так ты лисий друг Сыгмина... потрясающе! — Тихо сказал он. Затем громче: — Он был великолепен, когда я видел его в последний раз. Хотя прошло много времени с прошлой весны, когда мы оба были дома. Последнее, что я знал, это то, что его направили в симпатичное местечко с водопадом в Коста-Рике. Хёнджин повторил информацию, и его друг кивнул и мягко улыбнулся. — О, хорошо. Я рад, что у него всё хорошо. — Затем он, казалось, кое-что понял. — Подожди, как ты узнал обо мне? — Сынмин упоминал о тебе! — Затем Феликс сделал шаг назад и посмотрел на них обоих вместе. — Кто бы мог подумать, что вы оба друга Минни! Феликс был рад познакомиться не только с лучшим другом Хёнджина, но и со знаменитым другом-"лисом" Сынмина , о котором он, по-видимому, всё ещё много рассказывал. Хёнджин также обрёл неожиданное счастье, узнав, что его старый друг детства живёт хорошей жизнью. Естественно, Феликс любил Чонина, и так же, как и с другим их другом-фейри, они нашли способ общаться, либо с помощью письма на телефоне Чонина, которым Хёнджин научил Феликса пользоваться, либо традиционным письмом на земле — фейри учили писать на человеческом языке наряду со своим собственным. Было нетрудно понравиться невинному Феликсу, нужно было просто быть добрым и с открытым сердцем, что Чонин и доказывал снова и снова.------------------------
— Жаль, что я не могу взять тебя с собой. — Это был не первый раз, когда Феликс выражал это желание. — В свой мир? — Спросил Хёнджин, уже зная ответ. Феликс кивнул. В его глазах стояли слёзы, а уголки губ опустились вниз. — Что случилось, Ликси? — Хенджин опёрся на его плечо, чтобы получше разглядеть мальчика, лежащего рядом с ним. — Это... Я больше не смогу тебя видеть. По крайней мере, в течение года, или кто знает, как долго. — У нас еще есть немного времени в запасе, — заверил его Хёнджин, хотя одни и те же тревоги мучили его каждый день с тех пор, как они встретились. — Осталось всего несколько недель; осень скоро закончится. — Я знаю... — Хёнджин вздохнул. — Я бы тоже хотел, чтобы ты остался здесь подольше. — Я буду скучать по тебе... — Феликс взял его другую руку в свою. Он погладил большим пальцем тыльную сторону ладони. — Я тоже. — Это напомнило мне, — Феликс посмотрел на руку Хёнджина и снял что-то с цепочки с на шеи. Он отсоединил его и достал маленький обруч. — Вот так. Феликс попросил кольцо Хёнджина несколько дней назад. Сказав, что он подумал о некоторых улучшениях и новом дизайне, и хотя Хёнджин заверил его, что подарок и так идеален, тот настаивал. — Ликс... ты потрясающий! — Воскликнул Хёнджин в благоговейном страхе перед удивительной работой и деталями. Он выглядел ещё более изящным и проработанным, вокруг него бегали искры. Феликс протянул руку, чтобы показать кольцо, идентичное его собственному: — И смотри, теперь мы подходим друг другу! Хёнджин был рад, что у него было хотя бы это. Даже когда пройдёт осень и Феликс уйдёт, у него останется кое-что, что никогда не позволит ему забыть.------------------------
Хёнджину обычно нравилась школа. Несмотря на странные взгляды, которые люди бросали в его сторону, и бесконечные слухи и сплетни в коридорах, ему нравилось учиться, посещать уроки и выполнять работу. Конечно, это было раньше, когда ему больше нечего было делать, кроме как читать. Теперь большую часть времени он думал об одном мальчике, который, казалось, не мог уйти его из головы, и Хёнджин предпочел бы быть с ним в их маленьком лесу, чем где-либо ещё. Осознание того, что минуты, проведенные с ним, истекают, а всё, что он делал, - это прятался в библиотеке с тысячами книг, тысячами работ и тысячами вещей, которые нужно запомнить, вместо того, чтобы быть с ним, было похоже на кошмар наяву. Хёнджин знал, знал. По тому, как подул холодный ветер, и по тому, что каждое дерево было почти голым, лишённым листьев, было ясно, что это всего лишь вопрос времени. Времени у него не было.------------------------
— Тебе снова грустно? — Я просто... Я буду так сильно по тебе скучать. — Он слышал прерывистое дыхание Феликса из-за того, что ему нравилось держать его голову на своём плече. — Я тоже, Ликси. — Я... Джинни? — Феликс поднял голову и посмотрел прямо на него, почти застенчиво. — Да, Ликс. Он прикусил губу: — Я не должен... я не должен был даже говорить этого. Хёнджин мгновенно начал беспокоиться: — Что случилось? — Но позже я могу пожалеть об этом, если не сделаю этого. — Он закончил. — Что? — Феликс казался нервным, почти взвинченным, и, кроме того, печаль, которая была на его лице в последние несколько дней, разбила сердце Хенджина. Он глубоко вздохнул и сказал: — Ты мне правда нравишься. — Он сделал паузу, ища на лице собеседника какие-либо признаки дискомфорта, но, не обнаружив их, продолжил. — И я знаю, что мне не положено, потому что мы едва можем видеть друг друга, но… Я был так напуган, когда приехал сюда, это был мой первый раз в этой части твоего мира, а потом ты был там, и ты всегда был так добр ко мне, я даже не ожидал, что кто-нибудь увидит меня, но ты увидел, и ты был таким... — И..? — Хёнджин подбодрил его, чтобы он продолжал. — Красивый. — Выпалил он. — Я никогда в жизни не видел никого более красивого. — Ликс. — Да? Улыбка, которую он сдерживал, теперь безудержно украшала его лицо. — Разве в мире фейри нет зеркал? — Что? — Сначала он казался смущённым вопросом, его невинный вид заставил Хёнджина громко рассмеяться. Но когда он понял, на что намекал Хёнджин, он расплылся в улыбке, которая убедила Хёнджина в том, что если он умрёт прямо здесь, прямо сейчас, он умрёт счастливчиком, который сможет сказать, что увидел, что на самом деле значит прекрасное. — Ты мне тоже нравишься. — Пробормотал он достаточно громко, чтобы услышал тот. Феликс, несмотря на свою невинность и иногда даже детское поведение, несомненно, был уверенным в себе существом, и иногда он даже мог сказать, что за всем этим он действительно был таким же взрослым, каким был по правде. Вот почему Хёнджин не был удивлён, когда Феликс был первым, кто наклонился к нему, инициируя поцелуй. Его пухлые губы были мягкими и тёплыми, совсем как у него самого. Поцелуй наполнил его радостью и довольством, которые он редко испытывал раньше в своей жизни. Они оторвались друг от друга через несколько мгновений, их щёки раскраснелись, а грудь наполнилась холодным воздухом и дыханием друг друга. — Я ненавижу, что нам приходится быть порознь, — добавил Феликс. — Я знаю... Мне тоже жаль, что я не смог часто бывать здесь на прошлой неделе. — Хёнджин извинился за то, что пропустил несколько дней. — Но я вернусь до того, как закончится осень. Прежде чем ты уйдешь. — Хорошо. — Феликс кивнул, а затем на его лице снова появилась улыбка. На этот раз Хёнджин был первым, кто наклонился. Хёнджин никогда не верил в любовь с первого взгляда. Он также не верил в судьбу. Но сейчас он был уверен, как был прав и тогда, что что-то в осеннем ветре, в том, как шелестели листья, и что-то в нем самом изменилось в тот момент, когда он встретил Феликса.------------------------
Он проснулся как от толчка. Большие часы на стене библиотеки сигнализируют о начале нового дня. Очевидно, он заснул здесь, рядом с существом из племени дори, прямо поверх учебников по истории и проектов, почти готовых к сдаче до конца семестра. Всего два дня, и он сможет отдохнуть от всех этих хлопот и работы. Два дня, и этот период закончился бы. Вот когда Хёнджин понял. Именно тогда он увидел часы и почувствовал, что его мир рухнул в мгновение ока. Он собрал свои вещи и отправился на пробежку. Он бежал так, словно его дом был в огне, словно его жизнь была на кону, словно любовь всей его жизни скоро уйдёт. И, возможно, так оно и было. Хёнджин побежал, он бежал так быстро, как только мог, но он уже знал, когда почувствовал, как холодный ветер обжигает его щёки, свежий снег под ногами, он понял, что уже слишком поздно.------------------------
И вот листья опали, ветер усилился, выпал белый снег, а вместе с ним наступило новое время, новая эра. Новый воздух, новые чувства, новые впечатления, новые люди и новые существа. Всё это было в новинку. Всё, кроме того места в парке. Место, куда в течение года Хёнджин не хотел заходить. Независимо от того, откуда дул ветер, независимо от времени года, в течение целого года Хван Хёнджин задерживался на окраине маленького тихого леса, не осмеливаясь ступить внутрь ни ногой. Год - вот сколько времени потребовалось ему, чтобы наконец вернуться. Он не сомневался в этом и не спотыкался, его ноги были уверенными, когда он снова вошел, но его голос был тонким и неуверенным, когда он позвал другого по имени. Имя, которое он не произносил вслух целый год. — Ликс? — Его голос звучал прерывисто, как будто ветер унёс с собой большую часть его звучания. Но этого было достаточно. Достаточно для мальчика, живущего так далеко отсюда, который так долго мечтал услышать своё имени. — Ты отрастила волосы. — Ликс. — Его колени почти подогнулись, но в конце концов сильные руки подхватили его. — И ты выглядишь таким же красивым, как всегда. — Феликс улыбнулся ему, их лица разделяло всего несколько сантиметров. Глазам Хёнджина почти не верилось в это. После стольких лет... он снова был здесь. — Я скучал по тебе. Мне так жаль. — Он сказал правду, и слёзы быстро потекли по его щекам. Мальчик-фейри провел большим пальцем по своему лицу. Кольцо, всё ещё украшающее его руку, то самое, которое сейчас носит Хёнджин: — Я тоже скучал по тебе. Что такое год, когда он снова увидел эти сверкающие глаза? Он почувствовал его гладкую кожу и переплел свои руки с руками парня, всё ещё такими же маленькими и тёплыми, как всегда. Что такое год ожидания, когда он мог бы оставить всю свою вину и сожаления и почувствовать ободряющую и радостную улыбку фейри на своих губах. — Мне жаль. — Он повторил. — Я знаю. — Он успокоил его. — Но сейчас ты здесь. Люди зашептались, как они всегда это делают. Они, как всегда, сплетничали о красивом мальчике, который превратился в мужчину, у которого всегда было не всё в порядке с головой, и они никогда не могли понять этого. Они всегда говорили о том, что каждый год он задерживался, гулял и патрулировал окрестности, но никогда не осмеливался войти в лес. До тех пор, пока ветер не подул оранжево-коричневым, было видно, как он исчезает за густым покровом золотистых листьев. И так каждый год, когда листья теряют свою зелень и волю к жизни, когда начинает слышаться тихая песня ветра, когда бриз смягчается и его сила возрастает, если вы действительно внимательно прислушаетесь и будете знать, куда смотреть, вы увидите светлые волосы и уши высокие и заостренные, они появляются за старой горой листьев, и вы увидите мужчину с глазами, полными надежды, оба вместе в лесу внутри парка, обнимают друг друга, сердца связаны невидимыми нитями, бегут от времени и погоды, просто чтобы быть вместе, под покровом своих грёз.
