***
Картина была, наконец, закончена. Кай стоял в толпе людей, ожидая её представления. Хоть юноше и не понравилась эта идея, но ничего изменить не мог. Да и тем более его не слушали, лишь отдали его заслуженные деньги. Сумма, кстати, была не маленькая... А впрочем, неважно. Вот-вот уже директор галереи снимет полотно, но сначала долгая речь. Ткань поднимается. Люди в предвкушении ждут. Янтарноглазому на плечо ложится чужая рука. Это была Скайлор, а рядом с ней Кошмар. — Ты как? Волнуешься? — Спрашивает тихо Скайлор, одновременно переводя взгляд в центр зала. — Слышала, что картина проклята. — Я даже не знаю, — вздыхая, отвечает Смит, — а насчёт этого, то... — Смотрите! Сказала брюнетка, указывая в центр. Послышались недовольства толпы. Холст был покрыт чёрным слоем краски, перечёркивая полностью фигуру. Мужчина тревожно оглядывал картину. — Пойдёмте отсюда. Тут не на что смотреть.***
Утро. Наступает приближение восхода солнца. Начинает появляться голубое сияние...
На пол падают скомканные листы бумаги. Один за другим. Безуспешные попытки набросков валялись по всей комнате красного ниндзя. Свеча догорает. Кай откладывает блокнот куда-то в сторону и тяжело вздыхает. У него ничего не выходит. Юноша устало опускает голову, прикрывая глаза.Свеча погасла и комната погружается в темноту. Прошмыгнула быстрая тень снаружи.
Смит поднимает голову и молча встаёт, оглядывая гостя. Сторм стоял у окна, сложив руки у груди. За его спиной голубое сияние становилось ярче. В реальности это выглядело куда лучше. Шатен не знает что говорить. Огонь внутри разгорается очень странно. Спустя некоторое время эти двое стоят в обнимку посреди комнаты. Юноша каждую минуту убеждается в том, что всё происходящее— реальность. Что чувствует человека, которого обнимает. Внутри разливается теплое чувство. Обиды, что были, остались навсегда в прошлом...