Осень в звёздах,...

Будильник поставленный на 6 утра разбудил Пина. Он встал, лениво сделал зарядку и приготовил на завтрак бутерброды, из немногих оставшихся в холодильнике продуктов. После Пин растолкал Биби. Тот еле разлепил свои большие глаза. Пин потрепал брата по светлым волосам, и отнес на кухню. После своего скромного завтрака, они пошли собираться. Пин накинул чёрную ветровку, надел на плечо свою старую сумку, в которой лежал только дневник, ручка, да пара карандашей. Хоть и был первый день осени, на улице было довольно прохладно, поэтому Пин надел на Биби куртку, шапку, и сверху ещё замотал шарфом, так, что видно было только глаза. Большие, зелёные, цвета леса глаза. Их путь проходил по пустынным улицам, ведь этот район можно назвать заброшенным. Также этому способствовало довольно раннее время. Большинство людей жило в центре, и Пин был этому даже рад, потому что по натуре своей быстро уставал от людей. Он не понимал их, а они не понимали его. Наверное, единственным человеком, с которым ему всегда было комфортно - это Биби. Вот и сейчас, мелкий бегал туда-сюда, вокруг Пина, прыгал через лужи, а юноша шел, сунув руки в карманы и наблюдал за братом. В груди разливалось приятное тепло.

***

В садик они пришли к 7:30. Минута в минуту. Пин любил пунктуальность. Отдав брата на попечение воспитательницы, юноша пошёл дальше. До школы тут было недалеко, минут 7 ходьбы. Уроки, а точнее "торжественная" линейка в честь первого сентября начинались в 9. В раздумьях включив случайную песню и вставив наушники в уши, Пин решил прогуляться по окрестности. Район хоть и был старым, но оказался очень... Атмосферным. Бродя среди невысоких пятиэтажек, легко было погрузиться в состояние нирваны, и только думать, думать, думать... Если бы Пин не был собой, то запросто бы потерял счёт времени. Но, как было сказано ранее, он не мог без пунктуальности, а потому за 20 минут пошёл в сторону школы. Он уже там был довольно много раз, поэтому не заблудиться не составило труда. Здание школы было самым заурядным, которое только может быть, особенно снаружи. Серые, немного потрескавшиеся со временем бетонные стены нагоняли тоску, а окна, задёрнутые шторами, казались безжизненными. Внутри было несомненно лучше. Довольно яркие, покрашенные этим летом коридоры резко контрастировали с серостью самого здания, во многих классах были компьютеры, которые наконец-то завезли и в эту школу. Вокруг бегали пятиклашки, и в целом на дворе была такая толпа, что не протолкнуться. Классные руководители держали таблички с буквами и номерами классов. Его класс был 8 "Д". Пин был не самого высокого роста, и, встав на носочки, попытался высмотреть свой класс. И только завидев табличку, кто-то со спины врезался в Пина, и они оба упали. А точнее трое. Потерев ногу он оглянулся, и увидел двух подростков, примерно его возраста. Они были близнецами, на обоих надеты жёлтые свитера, а коричневые волосы немного взъерошены по бокам. У одного из них был фонарь под глазом и изодранные на коленях брюки, зато второй вызывал гораздо больше доверия, ведь был одет очень аккуратно. —Das ist schrott, schrott...-бормотал Пин себе под нос, пока один из близнецов отчитывал второго. —Уважаемый, извините, пожалуйста, моего непутёвого брата...— Проговорил тот-самый-вызывающий-больше-доверия — Он не хотел.. —Смешной — Сказал с сарказмом брат Пину — тарабарщину иностранную несёшь. Будем тебя звать Чиполино. — Я вам не есть Чиполино! — с возмущением сказал Пин. — Слушай, Чипа, не зуди, я этого не люблю. — с пренебрежением ответили ему, и Пин уже казалось сейчас задохнётся от возмущения. В голове пронеслась ужасная мысль о том, что они могут попасть в один класс. Пин быстро ее отмёл. —Так, ты у меня ещё до новичков докапываться будешь?! Отстань от него! — сквозь зубы произнёс второй, взял Пина за руку, и повёл куда-то сквозь толпу, по пути расспрашивая его обо всём. — Так, во-первых, в каком ты классе? — 8 "Д" — Ууууу.. Ну, не повезло вам, друг мой феноменальный. Мы с моим братом учимся там же. — Даже с некоторым испугом проговорил новый знакомый.— Давайте тогда познакомимся. Меня зовут Лосяш. — Пин — ответил он, и пожал протянутую руку. — Давно из Германии? — Спросил Лосяш. — Да нет, пару лет назад переехать.— Ответил Пин. — А что, акцент сильный? — Вы совершенно правы. Но, лично мне всегда было интересно понаблюдать за иностранцем, изучающим наш, отнюдь не простой язык. Легко давалось? — Nein. Ваш язык есть очень сложный. Все эти "Да нет наверно" и похожий фразы. — Ну, что есть то есть. Но вы отлично справляетесь, товарищ. — сказал Лосяш. — А вот и пришли. И действительно, вот они уже стоят рядом со своим классным руководителем. 8 "Д" гласит табличка в его руках. Сам учитель был средних лет, с весёлыми глазами и молодой улыбкой, в синем пиджаке, под которым жёлтая рубашка и галстук-бабочка. Преподаватель то ли математики, то ли физики, либо вообще всего вместе. Пин не запомнил. — Здравствуйте, Кар-Карыч- поздоровался Лосяш. — Guten Tag!- произнес Пин, но, получив несильный толчок в плечо от Лосяша, сказал на русском — Ой, то есть добрый день! — Здравствуй Лосяш. Здравствуй, Пин. Вы уже познакомились? Чудесно. Лосяш, возьмёшь шефство над одноклассником? Поможешь ему освоиться тут? — Предложил классрук. — Конечно!— ответил тот, и продолжил, обращаясь теперь к Пину — Вот, друг мой, буду помогать а вам тут освоиться. Вы же не против? — Nine, без проблем. — Это феноменально! Тут заиграл гимн. Пин взглянул на наручные часы, те показывали 9:14. Он цокнул языком, удивляясь не соблюдению времени. Выслушав очередные долгие речи о том, как же все рады видеть повзрослевших учеников, и пожелания хорошего учебного года, их наконец-то запустили в школу. Их кабинета находился на 2-ом этаже, из 4-ёх. Пина вызвали к доске, чтобы познакомить с одноклассниками. Он махнул рукой в знак приветствия. — Знакомьтесь, это Пин, прошу... — Что, любить и не жаловаться? — выкрикнул тот самый задира. — Это Чиполино, ребзя! Пол класса захихикали, а Пин устало вздохнул. Кар-карыч сделал тоже самое, понимая, что надо как-то справляться с этим хулиганством. Не повышая голоса, и сохраняя своё невозмутимо-позитивное настроение, произнёс: — О, а вот и наш главный весельчак. Не хотелось бы говорить эти клишированные фразы, но не могли бы вы повеселиться у директора? Я уверен, она оценит ваш юмор! Непонятно как, но слова Карыча всегда и на всех действовали, это было совершенно необъяснимо, но тем не менее было так. По школе ходили слухи, что он просто гипнотизёр. Брат Лосяша закинул рюкзак на плечо и спокойно вышел из кабинета. Просидев пол часа, их отпустили по домам. Перед тем, как уйти, учитель подозвал Лосяша. — Слушай, ты не мог бы последить за своим братом? — Я сделаю всё возможное — пообещал Лосяш и выбежал из кабинета, догоняя Пина.

***

— Чем займёмся?— спросил Лосяш. — Не знаю как ты, а я сейчас в магазин за продуктами, потом надо приготовить еды, вечером я должен забрать свой младший брат из детский садик. — Ого, младший! Сколько ему?—поинтересовался Лосяш. — Три. — Слушайте, а почему вы делаете всё по дому? — Родители допоздна на работе. Им некогда.— ответил Пин. —Ааа, понял. Друг мой, могу я вам помочь с делами? А то всё равно день пустой. —Ja ja.

***

День прошёл стремительно и насыщенно. Между делами даже успели на детской площадке покататься. Лосяш купил себе и другу кофе, и они решили немного удлинить себе путь по пути из магазина. По дороге выяснилось, что у ребят очень похожи взгляды, характер, увлечения. Оба любили физику и математику, механику и всё с этим связанное. Пин рассказал, что иногда строит чертежи различных изделий, и вообще хочет стать изобретателем. А Лосяш же сказал, что его очень привлекают звёзды, такие далёкие и неведомые. Он хотел уйти в астрономию. А ещё оба любили видеоигры. Идя по красивым золотым улочкам они не заметили, как пролетело время. В 3 часа они только пришли в квартиру Пина. Опять дверь со сломанным домофоном, долгая лестница с тусклой лампочкой. Не хотелось заморачиваться, и поэтому они приготовили максимально простые макароны с котлетами. В пять они пошли за Биби. В садике Пина уже знали все воспитатели, так часто юноша там бывал. Вскоре ему привели Биби. Пин одел его, опять завернул в шарф и, подхватив его на руки, они втроём пошли в домой. Хоть ещё вчера вечером Пину казалось это расстояние невероятно большим, сегодня оно пролетело как один миг. Уже под конец дня Он понял, что от Лосяша он вообще не устал. Настоящий друг, прям родственная душа. Пин бы хотел, чтобы они всегда оставались друзьями. Вот и дверь квартиры. Пин накормил брата, и они вместе поиграли в какую-то настолку, хотя Биби больше не играл, а разбрасывал все фишки. Доставать их потом пришлось ото всюду. Вечером, уложив спать Биби, Пин тоже лёг, но вместо сна они с Лосяшем ещё долго переписывались. "Ночью лучше думается", считал Пин, и потому все самые лучшие идеи, приходившие ему в голову, которые он раньше записывал в блокнот, писал Лосяшу. Тот в стороне не оставался, он писал что-то редко, да метко. В 3 часа ночи у Лосяша заработало рациональное мышление, и, напомнив Пину о том, что завтра надо будет встать рано, вышел из сети. А Пин же, ещё немного полежав без сна, всё же вскоре уснул. Насыщенный и долгий день давал о себе знать, поэтому все сны, которые он видел были такими же яркими...