Осень в звёздах,...

Утро добрым не бывает. И сегодня Пин был абсолютным олицетворением этой фразы. Он проснулся в пять утра с ужасным жаром, и более уже точно не мог заснуть. Он пошёл на кухню и поставил чайник греться на плиту. Дождавшись пока тот закипит, Пин налил себе чаю, взял случайную таблетку жаропонижающего из аптечки, и сел на стул, наблюдать за тем, как медленно пробуждается и без того очень тихий район. Прошёл час, затем второй. Время тянулось как резина, каждый час ощущался, как минимум, ещё сотней таких же часов. Но Пину лучше не стало. Как часы пробили семь, Пин решил, что в школу сегодня идти - точно не вариант. Следовательно, Биби также остаётся дома. Подросток с досадой вспоминал вчерашний вечер. Не подумал, не проследил. Вечные укорения себя самого уже, казалось, стали неотъемлемой частью его жизни. Скорее всего от того, что большую часть времени он проводил один на один с собой. Пин написал сообщения своему классному руководителю, а также воспитательнице младшего брата. Те отнеслись спокойно, чему он крайне обрадовался. Шум в голове мешал думать, а потому Пин вернулся в свою комнату, и, отвернувшись лицом к стене постарался заснуть. Говорят, помогает при болезни.

***

—Пин, Пин, мы что, проспали?- разбудили его невнятные слова Пин сел на кровати, потирая глаза. Часов в комнате не было. Он нащупал рукой телефон, время на экране гласило 9:03. Негромко усмехнувшись, Пин снял Биби с кровати и поставил перед собой. —Мы сегодня никуда не идём. Я заболел. Поэтому иди лучше к себе, поиграй там, хорошо?—Спросил он, глядя младшему в глаза. Тот лучезарно улыбнулся, кивнул, и убежал, громко топая босыми ногами по полу. Пин прислонился спиной к стенке и решил проверить уведомления в смартфоне. Он почему-то даже не удивился, что увидел довольно много сообщений от Лосяша, с банальным содержанием по типу "Где ты?", "Вы заболели?" и всё подобное в этом роде. Так как заняться всё равно было нечем, Пин сел за свой письменный стол, и постарался доделать домашнее задание, так безответственно брошенное им вчера вечером. Башка не варила от слова совсем, и он решил заняться делом попроще, то бишь разобрать "творческий беспорядок", царивший на столе с незапамятных времён.

***

Чего Пин совсем не ожидал, так это того, что от потока рутинных задач его отвлечёт звонок в дверь. Естественно, он понимал, кто это такой, поэтому ответив, Пин даже практически не слушал, и сразу открыл в дверь. Впрочем, он угадал. На пороге стоял никто иной, как Лосяш. Видимо тот спешил сразу после школы. Волосы растрёпаны, рюкзак через плечо. Галстук несколько сбит на правую сторону. В руке ещё какой-то пакет. —Здавствуйте, друг мой заболевший, - начал Лосяш свои обычным жизнерадостным тоном.- надеюсь, что вам лучше. Я вот мандаринов принёс! Он протянул пакет Пину. В нём действительно лежали крупные, яркие мандарины. —Почему именно их? —Ну, как-то принято их больным носить. Красивые, настроение поднимаю. Лосяш достал один из пакета, подкинул в руке, а после посмотрел на него под лучами солнца. Фрукт переливался и блестел. В этом даже была какая-то особая магия. Друзья прошли на кухню. Там, предварительно вымыв, Пин высыпал фрукты на тарелку. —Ещё вот, тетради можешь посмотреть,- сказал Лосяш, капаясь в рюкзаке и поочерёдно выбрасывая тетрадки от туда на стол. История, биология, геометрия. В этот день было довольно мало уроков. Пин зашёл в свою комнату, взял всё необходимое, а именно несколько учебников, рабочие тетради да ручку, после чего вернулся. Переписать классную работу не составило труда. По принципу "устно - значит не задано" из домашки на завтра отмели историю, а также географию, которая стояла в расписании. —Я завтра тоже вряд-ли приходить в школу,- проговорил сиплым голосом Пин. —О, не беспокойтесь мой друг, я приду после уроков к вам опять. —Ты уверен? Ты можешь заразиться. —Я говорю, не беспокойтесь за меня. Знаете, без вас мне довольно скучно! Хотя раньше мне вообще было не принципиально, есть ли кто-нибудь рядом. Порой мне кажется, что вы - единственный в этом мире, кто может меня понять.... —Я замечал у себя подобный мысли,- отметил Пин. —Чтож, значит мы действительно сошлись характерами. Это феноменально! Долгие разговоры на кухне обо всём, и одновременно не о чём вдохновляли обоих. Казалось, что Пину даже чуточку лучше. Пару раз прибегал Биби, за это время он съел чуть ли не половину всех мандаринов. Но Пину было не жалко. С Лосяшем ему было по-настоящему хорошо.

***

Так продолжалось на протяжении трёх дней. Пин окончательно поправился. Ему даже стало несколько скучно без всей школьной рутины. Все свежайшие новости ему приносил Лосяш. Как обычно, пока тебя нет в школе, происходит самое интересное. Кто-то сломал ногу, кто-то спорил с учителем половину урока, в итоге доказав свою правоту. Кто-то кому-то признался в любви, а один человек вообще в другой класс перешёл. Когда Пин вошёл в класс, ребята встретили его довольно радостно. Хотя дружил он только с Лосяшем, знаком он был почти со всем классом, и, опять же, практически со всеми находился в хороших или нейтральных отношениях. Практически всем давал списывать, так как один из немногих шарил в физике и алгебре. На классном часу им объявили, что скоро будут олимпиады, и что до завтра каждый должен будет определиться с предметом. Идя домой, Пин даже не думал об этом, так как понятно было, что он выберет. Он размышлял о том, как выиграет, и надеялся поехать на городской, или даже областной этап. А ещё он даже не сомневался, что Лосяш поедет вместе с ним.