Что не говорят твои губы..

Так спокойно и безмятежно Поднимается с утра. Раскидываясь лучами небрежно, Вновь рождается Заря. Разглядывая нас из-за леса, Пробиваясь сквозь толщу стволов, Тянет за собою завеса Цепочку росы из лугов. Накрывает своим одеялом, Влажные крыши домов. А там где когда-то ветка свисала, Теперь стоит ряд воробьёв. Краски нового рассвета, Заливают облака. Из палитры мягко-алые цвета Что видны из далека. Одуванчики раскрываются, Скоро повсюду заболеют они. И много ещё чудес ожидается, В мягкое утро ещё спящей Земли. Солнечный день прекрасен в любое время года. Чаще всего наше настроение во многом зависит от того, какая погода за окном. В хмурый или дождливый день часто люди испытывают подавленность, депрессивное настроение, беспричинную тревогу или скуку. Солнце же поднимает настроение без причины, само по себе. Именно поэтому в марте, когда после холодной долгой зимы солнце пригревает все сильнее и задерживается на небосводе все дольше, постепенно оживает вся природа. И люди это хорошо чувствуют. С приходом солнечных дней что-то счастливое ощущается внутри, бывает постоянно приподнятое настроение. Кроме того солнце насыщает организм витамином Д, так необходимым всем для поддержания иммунитета на должном уровне. Но углубляться в содержание энциклопедии не будем, и просто учтём тот факт, что в конце марта солнце поднимается высоко в небесную синеву бескрайнего купола, тем самым увеличивая день. Но от того вставать по утрам становится настоящей пыткой. Больно тёплая кровать всем своим видом ядовито-сладко искушает залечь в неё, укутавшись в не менее горячее одеяло. Впервые после сурового зимнего сезона в Санкт-Петербурге всю неделю показывали безоблачное небо над головой и 17-ти градусную температуру. И Гоголь был бы не Гоголем, если бы не воспользовался этим. Тиш да гладь, Божья благодать, можно и напарника на свидание позвать! Ну, если прогулку по серым улицам можно было бы ещё назвать свиданием. Но суть не в этом! Исходя из многих факторов внешнего вида его ~любимого~ друга, то Достоевский выходит на улицу вне рабочего времени только по праздникам. И Коля как самый настоящий и преданный подопечный, решил провести этот день в его компании. Слёзы и сопли, что были выпущены прямо в кабинете Дмитрия Васильевича, дабы тот установил им с Федей одинаковый график, не пошли понапрасну. И как итог, сегодня у обоих из них выходной. Встал Яновский несмотря на искушение рано, и тому была уважительная причина. Уже к десяти он шагал в сторону не знакомого здания. Если верить Пашке с документацией, что помог через свой страх и риск отыскать сведения о места проживания Достоевского, то Федя живёт на этой улице. Довольно-таки далеко. Неудивительно, что брюнет предпочитает ездить домой после работы на такси. Пешком проходить эти благие два с половиной километра даже такой спортивный человек как Коля бы не решился. Но к сожалению, понял арлекин это поздно. Большую часть пути он уже прошел. Остается надеяться что Фёдор не кинет в него скалкой с порога и не вышвырнет с подъезда, из-за того что тот разбудил его в законный выходной. И вот, Николай стоит прямо на пороге заветной двери. Расчёсанный, глаженный, в клетчатой рубашке и с сумкой на одном плече, набитой разных сладостей до вверху. Всё никак не решиться просто постучать в неё. "А вдруг я ему только досаждаю?" "Может он вообще со мной общается только потому-то меня с ним в напарники поставили" "Возможно он и не голубой.." Отбросив разъедающее мысли до ближайшей мусорки, Гоголь быстро, но неуверенно постучался в квартиру. "Лишь бы не сковородка, скалку может ещё и потерплю" Через минуту в квартире раздаются шаги. Тихие, но чёткие. В этот момент сердце и все дыхательные пути блондина отказали разом, а голова погрузилась в мучительное ожидание. Пару щелчков замочной скважины, и за дверью появляется сам Фёдор. Слегка удивлённый, не расчёсанный, в домашних пижамах с...хомячками? И с какой-то коричневой книгой за пазухой. - Гоголь? Что-то случилось? Несмотря на весьма невозмутимое выражение лица, голос Достоевского звучал обеспокоенно. А бедный Гоголяша сейчас даже не может выговорить банальное "привет". Смущенный взгляд гетерохромных глаз направлен то на милейшее гнездо на голове, то на шикарные пижамы с хомячками. Но противный скрип входной двери в подъезд образумил парня, и он неразборчиво выпалил: -Ты.. Погулять.. В общем.. Не хочешь? .. ... А? ... - В смысле, мы вместе погулять, тьфу блять..., погуляем, точнее, можем походить, что думаешь? Интересно, Яновский то сам понял что, сказал? На него в недоумении смотрел не только Достоевский, но и бабка, что зашла в подъезд. Темноволосый недолго хлопал ресницами, переваривая сказанное, и заинтересованно спросил: - Ты.. Хочешь погулять? .. Николай положительно покачал головой, но секунду подумав, покачал с лево на право. - С тобой. - Что со мной? - Эм.. Гулять? .. - Ты меня спрашиваешь? - Да? .. Да. Пойдешь? Всё ещё не до конца понимая к чему привел этот диалог, Достоевский решил что лучше уж согласиться, чем отпускать этого бедолагу одного обратно 2 километра. - Хорошо, жди меня. -Отлично! И Гоголь ждал. С неким приятным трепетом на сердце. В него не кинули сковородку! Детская улыбка сама по себе расползлась на румяных щеках. С таким нетерпением коим дети ждут своих мам. Но время шло предательски медленно. Каждый шорох внутри квартиры эхом раздавался раз в пять минут. Казалось даже ветер начал быстрее срывать листья с деревьев, по сравнению с тем как двигались стрелки на наручных часах. От нехуй делать Коля начал покачиваться на носочках из стороны в сторону, посвистывая мелодию песни. Но дверь всё же отворяется спустя мучительные полчаса. И за ней стоит уже не помойная крыса, а вымытый, расчёсанный и хорошо одетый мышонок. - Извини что так долго. Искра в разноцветных глазах загорелась ещё больше. Чёрная водолазка идеально сочеталась с худым телосложением брюнета, и белой рубашкой поверх неё. Волосы заплетены в маленький хвостик. Ну, второй раз совершать ошибку Гоголь не станет, и недолго думая, осыпал напарника комплиментами. Мол, "тебе так идёт! , водолазка классная! Какой милый хвост" Будто и не он полчаса назад от смущения не мог выдавить из себя привет. Теперь настала очередь смущаться Достоевскому. Прежде ему никогда не доводилось слышать свою сторону столько комплиментов. Самое приятное, что ему доводилось слышать до этого - "О, у тебя синяки под глазами эстетичные" и всё. Не желая дальше вгонять себя в краску, Фёдор силой вытолкнул блондинку из подъезда. Оба остановились на оживленной улице. - Ну так, куда пойдём? Немного сжавшись от громко проезжающих машин, русский поднял заинтересованный взгляд на собеседника. Тот лишь пожал плечами. - Куда душа желает. - То есть, я могу выбрать? - Конечно! После ответа парень на минуту задумался. - ..Точно сказать не могу, но куда-то где потише..я люблю тихие места, взять, например, тот же самый вечерний парк, или более уединённое место - пляж... Лукаво улыбнувшись, Гоголь схватил его за руку, и потянул в сторону набережной. - Ни слова больше, я вас услышал! Уже к двум, парни находились рядом с пляжем парка 300-летия Санкт-Петербурга. Довольно тихое место. Пока не наступил летний сезон жары, людей здесь почти не было. Единственным источником шума являлись лишь волны, сталкивающиеся прямо с морскими булыжниками. У песчаного пляжа есть свой особый шарм. Он притягивает своей простотой и естественностью. Здесь нет лишних элементов, только песок, вода и небо. Все это создает гармоничное единство и позволяет полностью отдаться природе и окружающей обстановке. Это место, где сливаются нежные оттенки белого и золотистого песка под ласковыми лучами солнца. Это место, где встречаются нежный прибой и бескрайний горизонт. Парочка шла вдоль берега. Светлую обувь немного смачивала солёная вода. Но обоим было всё равно. Прибрежный ветер всегда казался чище чем остальные. Из-за него волосы извивались из стороны в сторону, напоминая этим самым лучи солнца. Действительно, очень тихо. - Откуда ты взял мой номер? Обрывая идиллию и неловкое молчание между ними, Достоевский решил задать давно интересовавший его вопрос. Украинец хитро улыбнулся: - У каждого свои связи~ - Выкрал значит. - Тоже возможно. Просто мне захотелось провести этот выходной в твоей компании. Да и если бы я не пришёл, ты бы так и просиживался в своей норке. Разве я не прав? Проигнорировав последний вопрос, на который он про себя дал положительный ответ, парень продолжил рассматривать синий горизонт. - Тут красиво. Даже очень. - Рад, что тебе понравилось. Я часто бывал здесь в детстве. Но после школы пришлось переехать подальше к университету. Глубже вдохнув приятный морской бриз, Николай раскинул в сторону руки. - Когда тебя не ограничивают серые стены и трущобы в людном городе, чувствуешь себя по-настоящему свободным. Раскинутые в сторону руки создавали впечатление, что в эту самую минуту, Гоголь обрёл самые настоящие крылья, способные на полёт. Ветер усилился и принёс с собой не менее серые тучи. Кажется, они грозовые. Что вполне вероятно, май же. Но ни один из них не обратил на это внимание. - Свободным значит.. Заметив, что собеседник второй раз за день впал в транс, Достоевский набрал в ладонь немного морской воды, и со звонким смехом выплеснул её прямо в блондина. - Эй! - Доброе утро, Николай. Продолжая чуть тише хохотать, Фёдор не заметил как Коля уже успел набрать в руки воды, и также неожиданно облил его в ответ. - Карма! - Voici bétail, беги! Так они и провели ещё полчаса своего выходного, обливая друг-друга соленой водой, при этом заливаясь самым не принужденным смехом. Даже такая холодная льдинка как Фёдор смог на время отбросить свои нормы морали, чтобы наконец повеселиться выходным. Гоголь действительно устроил ему интересную прогулку. Когда силы вскоре иссякли, парочка улеглась прямо на золотом песке, пытаясь отдышаться. - Хах.. Дост-кун, конфеты не хочешь? Так... Дост, простите, кто? - .. Откуда ты.. - В сумке всё время лежали. Только сейчас вспомнил. Они вкусные, сам пробовал! - Да нет, этот твой Дост-кун откуда? - Ааа, ты про это. Тебе что, не нравится такая форма твоей фамилии?~ Между прочим, в Японии так обращаются, чтобы показать собеседнику свое уважение к нему. - Уважение значит, - ткнув на по следок чужое плечо, после чего раздалось тихое "Ай", брюнет снова скрестил руки на груди. - валяй, Коля, но ещё что-то подобное придумаешь, пистолет отниму. - Неет, только не пистолет! - Давай свои конфеты уже. А эта ярко-розовая дрянь со вкусом клубники действительно вкусная. Зная напарника, темноволосый ожидал леденец со вкусом ядерной бомбы и ноткой пустынного кактуса. Уплетая конфеты одна за другой, парочка снова не заметила, как небо окончательно покрылось тучами, и на землю упали первые капли дождя. - Ох тыж.. Почувствовав на носу лишнюю жидкость, Яновский удивленно поднял взор на небосвод. Да их сейчас смоет к чертям! - Поднять парус, Дост-кун! Нас сейчас вместе с волной в море унесёт! Быстро сообразив, парни бегом выбежали на главную дорогу, чувствуя как усиливается дождь. Отличный конец для "свидания". - Направо! Дорога была не маленькая. Бежать около километра, не меньше. Дождь потихоньку превращался в ливень. Скоро они промокнут до ниточки Как же быть? А вот как. - Дост-кун, видишь вон тот велик? - Коля нет. - Коля да. - Это статья. - Да брось, нам то что будет? Ну сопрём на один вечер, ничего страшного, садись, давай. Бронясь про себя, Достоевский всё же сел на багажник несчастного велика, что по истечению обстоятельств оказался прямо на улице. Николай тоже уже собирался сесть на главное сидение, но немного подумав, он сначала накинул свою чёрно-белый бомбер на Фёдора, поверх уже промокшей рубашки, и только потом сел за руль велосипеда. Парень немного опешил. С чего такая щедрость? Но не дав спросить, транспорт издал многообещающий звонок, и они поехали в сторону дома Дост-куна. Такой путь уже не занимал много времени, парни доехали до нужной улицы. Да промокшие, да обосанные до волосинки, за то доехали. - Может, переночуем у меня? Тебе ещё обратно два километра доезжать в ливень. Слегка сминая пальцами край бомбера, Фёдор поинтересовался у Янковского. Ехать одному в такую грозу мягко говоря не безопасно. От вопроса на влажном лице у Гоголя вновь блеснула влюблённая улыбка. - Звучит конечно заманчиво, но увы завтра на смену, и посмею предположить, что у тебя второй рабочей формы в доме нет. Сев обратно на украденный велик, Гоголь на по следок попрощался с другом, и поблагодарил его за то что провёл с ним этот день. И скрылся за туманной пеленой серых улиц. В тот самый момент когда искра чистой и искренней любви промелькнула в гетерохромных глазах, Достоевский почувствовал что-то непонятное и тягучее внутри себя. Сердце быстро стучало, а по спине прошёлся сладкий холодок. Что это? Жар? Федя заболел? Или может не жар. Может.. Это самая настоящая.. Симпатия? .. Нет. Это всё из-за дождя.