Шоу начинается!

Голос преследовал старшего Кавату по всюду, он часто предлагал отмстить обидчикам. Самое забавное, он не настаивал, просто спрашивал, не хочет ли это сделать Хоя. А Кавата и рад был бы, однако его надломленная психика и характер не позволяли привести подброшенные в сознание картинки страданий его мучеников, в реальность. Он не хотел полагаться на чью-то помощь в этом деле, хотел сделать всё самостоятельно, перестать быть недотрогой и неженкой, ему становилось противно от самого себя. Каждое утро Кавата смотрел в зеркало и едва сдерживался, чтобы не разбить его. От одного вида надломленного взгляда и собственных глаз, которые, при малейшем воспоминание начинали слезиться. - Жалкий, - шепчет Кавата. И ран смотрит на парня, активно думает. Как же помочь возлюбленному осуществить свои мечты, помочь измениться до неузнаваемости, даже если от него отрекутся собственные родители, а брат, перестанет считать его братом, он желает этих изменений, считая, что они пойдут только на пользу всем, но в первую очередь ему самому. И Хайтани принимает его импульсивное решение. Если его конечно ещё можно назвать импульсивным. Сейчас братья снова идут в школу. Соя лепечет о чём-то своём, иногда одёргивает брата и интересуется его состоянием. Слабая улыбка трогает губы старшего близнеца. - Всё в порядке, Соя, не переживай, - надрывно произносит Нахоя. И что-то от этого голоса брата ломается внутри младшего, желая стиснуть братишку в объятиях и спрятать от жестокого мира и таких же бессердечных людей. Соя до сих пор помнил слова брата о том, что начал слышать голос. Он удивился, но не сильно, поскольку сам был не лучше. Мягкий нежный мужской голос преследовал младшего близнеца. И он бы мог списать это на игры собственного сознания, если бы голос не рассказывал ему о вещах, о которых младший близнец вообще не был в курсе. Иногда он говорил правильные ответы на контрольных, порой ощущалось призрачное прикосновение к волосам, что только больше и больше подтверждало теорию о возможном призраке. И если его брат тоже его слышит, то Соя мог с уверенностью сказать, что не сошел с ума. Ведь, какова вероятность того, что братья будут страдать шизофренией вместе, в одно время. Пока голос рассказывал Сое о своих буднях, Хоя уведомил братца о том, что ничего кроме вопроса о месте он не слышит. Почему-то Соя был уверен в том, что психотерапевт им не нужен, как и лечение в клинике для душевнобольных. Этот вопрос, к слову, обсуждался между родителями. Соя смог уберечь брата от этой участи. Здание школы показалось на горизонте и близнецы устало вздохнули. Нахоя уже смирился со своей ролью груши для битья и стоически терпел нападки одноклассников. Ему было страшно и больно, но Сое здесь нравилось. В отличие от него, младший смог обзавестись парочкой друзей, с которыми расставаться не горел желанием и старший брат это хорошо понимал, поэтому молчал, заставлял себя постоянно затыкаться об очередных издевательствах. Синяк под глазом? Да просто неудачно ударился о дверь! Избитое тело в садинах и побоях? Упал с лестницы, ничего особенного! В общем, на любой вопрос у парня было оправдание, в которое, хоть и с трудом, но верили. Однако подозрения об издевательствах только выросли. Родители беспокоились и начали чаще расспрашивать братьев о том, как у них прошел день, не обежали ли их. Очередная выдумка слетал с губ Нахои как нечто действительно правдоподобное, что не оставляло у родителей сомнения в словах старшего сына. Хиро всё утро носился вокруг Нахои, который смеялся с забавного поведения своего любимца и ловил его на руки каждый раз, когда тот запрыгивал на него. Однако чаще всего Хиро просто отталкивался от парня задними лапами и спрыгивал обратно на пол. Это сильно позабавило Кавату. Школа стала самым ненавистным местом для парня, и рядом идущего Сою он не хотел втягивать в свои проблемы. Они уже больше двух месяцев ходят сюда и парня не перестают бить. Морально на него давят по несколько раз в день, от чего Хоя порой запирается в кабинке туалета и бесшумно плачет. Директор и учителя закрывают глаза на пропажи ученика. Они были в курсе того, что пережил мальчик, однако, считали, что это целиком и полностью вина самого Каваты. И Хоя прекрасно знал о том, что о нём думают в стенах школы. Не первый раз он слышал, как слетают с губ сверстников обвинения в том, что он решил подставить молодого учителя. Все игнорировали информацию о том, что Микаэль был насильником до переезда в Японию. Зайдя внутрь, Хоя направился переобуваться, удивительно, но в этот раз его обувь не была испачкана в чужой сперме и говне. Парень немного удивился, ведь перепачканная обувь была самым привычным и ежедневным зрелищем. Переобувшись, он направился в класс, голос не унимался, указывая то на одного, то на другого. «Только пожелай, и он будет задыхаться с собственным членом во рту» Лепечет на ухо призрак, словно наслаждается представшей перед его глазами картиной. Кавата и сам невольно представил это. Губы содрогнулись в легкой улыбке. Представленная сцена была весьма жестокой и кровавой. Однако парень представил, как самолично, в мужском туалете, отрезает член обидчику и затыкает его крики им же. Он облизнул губы, тряхнул головой, прогоняя наваждение. Тихое хихиканье было свидетельством того, что голос прекрасно видел то, что представил парень. Это немного беспокоило его. Голос в голове, словно был не его собственным, раздавался рядом над ухом, тихо шептал и обжигал своим горячим дыхание, словно хозяин этого чудного голоса существовал в реальности, говорил, но его не видели, то ли специально скрывался, то ли он уже родился невидимкой. Происходящее была на грани чего-то фантастического. Хоя был скептиком, а потому был уверен, что у него большие проблемы с психикой, раз у него появились слуховые галлюцинации, побуждающие на кровавую и жестокую месть. Хайтани всё не унимался, видя, что Кавата уже прошел через все стадии принятия и был готов стать прежним, а то и хуже. Произошедшее уже оставило свой отпечаток на душе паренька, нужен только хороший толчок в спину. Хайтани защитит своего мальчика и укроет от наказания, если это понадобиться. Всё стало ещё легче, когда в призрачном городе появился цирк. Хайтани из личного интереса направились посмотреть представление. Какого же было их удивление, когда они увидели на манеже Сано Манджиро. Лис хитро улыбался, представляя своих артистов, виляя хвостами и дергая ушами. Красивое лицо лиса покорило женские сердца. Майки устроил незабываемое шоу, что заставило людей приходить на шоу постоянно. Номера менялись, как и артисты, выступающие поочередно через день. Всё-таки они тоже живые существа, им тоже нужен отдых от постоянных представлений и физических нагрузок. Именно тогда Хайтани нашли себе новое увлечение. Желание стать артистами в цирке Сано было вызвано лишь желанием развеять серые будни и последовать за проклятым лисом. Что-то же заставило его стать тем, кем он является сейчас. Так Хайтани стали акробатами и научились цирковому искусству довольно быстро. - Майки, как ты смотришь на то, чтобы устроить шоу в мире людей? – интересуется Хайтани. И его слова остаются без ответа некоторое время. А через несколько дней, удивительный цирк имени Сано Манджиро появляется в Японии. Именно в тот день Нахою удалось выпустить копившиеся эмоции, вручить ему нож в руки и тогда, поздним вечером, в подворотне, куда хулиганы затащили Нахою. Старший близнец переступил через самого себя…. Соя медленно поддавался панике, он потерял брата из виду как только тот вышел из туалета. Он просто смиренно стоял и ждал его в коридоре, отвлекся на телефон и Хоя уже пропал. Его обувь стояла в шкафчике. Он ушел один на разборки с теми, кто его желал унизить до такой степени, чтобы тот покончил с собой у них на глазах. Соя бегает по ближайшим переулкам, бегает в плоть до темноты, и находит… Брата зажали у стены, опустили на колени, растегивают ширинку… и Соя не выдерживает, хочет окликнуть. Но чужая рука в белой перчатке закрывает рот. Его прижимают спиной к чужому телу, держат крепко, без возможности вырваться. Соя вдыхает запах. От незнакомца веет давно позабытым запахом бергамота, который он ощущал лишь единожды, в далеком детстве, как же звали того незнакомца? Вроде…. Риндо? - Соя, не смей вмешиваться и тем более, не вздумай винить своего и моего брата в том, что сейчас произойдет, они все заслужили это, - шепчет мягкий спокойный голос. И Соя кивает, сердце перестает биться в страхе, вспоминая полюбившийся образ парня в очках. Ему остается только следить за тем, как будут развиваться дальнейшие действия компании. И Соя видит металлический блеск…. Секунда и на всю улицу раздаётся душераздирающий мальчишеский крик. Алая кровь брызнула по асфальту, пока Хоя, в перчатках, подбирает отрезанный мужской орган. Он встает с коленей с неохотой, подходит к упавшему и плачущему от боли парню, насильно открывает рот и запихивает его собственный отрезанный член как можно глубже. Он просунул его в самую глотку, без возможности как либо достать, чтобы тот наверняка задохнулся и умер. Один из парней в страхе отшатнулся, находя рукой кирпич. Дикий страх сыграл свою роль. Пока Кавата разбирался со вторым хулиганам, этот идиот подкрался со спины, занося руку для удара. Вот только он совсем не ожидал, что Нахоя с разворота ударит его ногой в живот и откинет к стене. Он взял этот же кирпич. Придавив горло парня к земле ногой, он наклонился, принимаясь безжалостно бить кирпичом по его лицу, превращая некогда смазливое личико в кровавое месиво. Оставшиеся нетронутые хулиганы с криками бросились прочь от свихнувшегося школьника. Но выбежать на людную улицу не успели, их за шиворот схватил высокий парень с косичками и жестокой ухмылкой, словно его забавляло такое поведение подростков. - Твоя добыча сбежать хотела, - усмехается он, швыряя мальчишек Нахое под ноги. Кавата кивает в знак благодарности и подходит к застывшим от страха парням. - Вы сами виноваты, - произносит он холодно и берет одного парня за волосы, харкая прямо в лицо. Он смотрит, как из карих глаз льются слёзы, а с губ срываются мольбы о пощаде. Кавата улыбается ненормально улыбкой, слишком доброй и нежной. - Когда я просил прекратить, вы меня слушали? – мягко произносит он. Двое парней застывают. - Мы никому ничего не скажем! – взмолился второй, которого придерживал Ран. Хайтани брезговал прикасаться к людям, особенно некрасивым, но ради любимого смертного можно было и потерпеть. Тем более ему доставляло дикое удовольствие смотреть и тем более ощущать, как они трясутся перед натерпевшимся мальчиком, который практически самостоятельно выбрался из того пиздеца, который ему устроили в новой школе. Ран всего лишь немного подтолкнул, можно сказать, что он ничего не сделал, просто сыграл голос разума для любимого парня. - Да-да, верю как себе, - беззаботно пожимает плечами Кавата. А после рыжик стоит и думает. Не достойны они такой же быстрой смерти как те двое, он просто выплеснул на них злость, а сейчас хотелось поиграть. - Вот бы показать вам, что именно пришлось пережить мне,- вдыхает он. И Хайтани ухмыляется кровожадной демонической улыбкой. - Я могу устроить это, малыш, у меня есть демоны, которые любят жестоко насиловать подростков перед смертью, как думаешь, этого будет достаточно или сначала поиграешься с ними? – улыбается Хайтани. Хоя сразу оживляется, улыбается демону, примеряя ту же гримасу. - А давай, где твои знакомые, я хочу быть свидетелем того, как они буду страдать, - ухмыляется Нахоя. Ран смеётся. - Как скажешь, малыш, - нежно лепечет Ран. В течении нескольких секунд наступает тишина, после которой из глубины переулка появляются две тени, намного выше Хои и Рана. Кавата ощущает чужое противное дыхание на шее и кажется, кто-то хотел лизнуть его, пока Ран не смирил появившихся ёкаев взглядом. - Ваша добыча они, - Ран указывает на двух парней, лежащих на земле, - А вот рыжика советую впредь не трогать, передайте это всем, мальчик под моей опекой, - улыбается он. Хоя хочет огрызнуться. - Мне не нужен опекун, блять, - рычит подросток. Ёкаи усмехаются такому тону, прекрасно зная, какой несдержанный характер у Хайтани старшего. Они подходят к мальчишкам, которые пытаются вновь сбежать, умоляю пощадить, однако это не работает и парней насилуют, долго и болезненно. На фоне криков Ран подходит к Нахое. Парню некуда бежать, тем более, что он будет главным подозреваемым. Отдаленно послышались сирены пожарных, а после мимо переулка пронеслось несколько машин. - Пожар? – выгибает бровь Нахоя. Ран касается щеки парня, стирая капли чужой крови. - Это меньшее, что я могу сделать, чтобы отомстить тем ублюдкам, которые закрывали глаза на издевательства и обвиняли тебя в том, что во всей этой истории ты виноват сам, взрослые жестоки, я хотел отомстить им за тебя, - лепечет Ран. Демон достает с кармана платок, принимаясь вытирать с лица и шеи кровь. Он замечает, что и одежда парня тоже перепачкана в крови. Хайтани растёгивает пуговицы на некогда белоснежной рубашке, которую теперь украшали брызги крови. Снимает галстук и откидывает одежду на перепачканную в отходах и грязи одежду. В переулке невыносимо воняло, однако Кавата чувствовал исключительно запах крови. Ран снимает с себя плащ, укутывая Нахою в него. - Чего ты хочешь?- негромко интересуется Хоя, поднимая на демона уверенный взгляд. Ран непонимающе смотрит на парня. - Не понимаю о чём ты, - вздыхает демон. - Врёшь, - произносит Кавата. Губы демона растягиваются в ухмылке, он кладет руку на худощавое плечо, наклоняясь к самому уху и обжигая его своим горячим дыханием. - Тебя, - шепчет он. Нахоя судорожно выдыхает, сердце бешено стучит и он вытягивает шею, откидывает голову, позволяя демону коснуться молочной нежной кожи губами. И Ран охотно принимает подчинение мальчишки, кусает, помечает, оставляет засосы, пока Хоя смотрит, как бьются в агонии его обидчики. - Твой брат уйдет с нами, Соя, ты пойдешь за ним? – произносит на ухо Риндо. Он больше не удерживает школьника. Вместо этого Хайтани младший обнял его со спины, устроил подбородок на макушке и вдыхал приятный запах ягодного шампуня. - Пойду, но не за братом, а за тобой. Брат… он под защитой этого демона, - произносит Соя. - А как же родители? – усмехается Риндо. - Мама и папа…. Переживут, - отзывается Соя, переводя взгляд на своего старшего близнеца, который охотно обнял демона за шею и поддался страстному поцелую. Нахоя лишь на мгновение отстранился, улыбнулся, выдыхая в губы партнёра. - Я хочу забрать Хиро, - нагло заявляет Кавата. Он не сомневался, что Ран был с ним всю его жизнь с момента первой встречи. Он лишь пару дней назад вспомнил о том, кому принадлежал голос и кто пытается подбить его на месть. В том, что Хайтани явно не человек, он не был уверен. Однако, появление демона в самый неожиданный момент и его приятели, которые помогли осуществить месть и насладится ею в полной мере, доказывало то, что потусторонний мир, ёкаи и прочая паранормальная ересь вполне является правдоподобной. - Как скажешь, малыш, - улыбается Ран, целуя любимого в щеку. Хайтани подхватывает подростка, заставляя того обнять его за шею. Ран вполне мог удержать его одной рукой, что и сделал. В следующее мгновение он появляется перед Риндо и с легкой улыбкой проходит мимо. - У тебя может закружиться голова, закрой глаза, малыш, - лепечет Ран. И Хоя доверчиво закрывает глаза. - Можешь открыть, - через секунду отзывается Ран. Шатер предстал перед ним в самых яркий цветах. Осмотревшись, Хоя понял, что они покинули человеческий мир. Риндо появился рядом с Соей на руках. - Это призрачный город, а цирк – ваш новый дом, - объявляет Хайтани младший. Если изначально парни отнеслись к этой новости скептически, то через несколько лет, научившись акробатике и наконец-то решившись поставить свой оригинальный номер, Сано поддержал и позволил им наконец-то выступить. В человеческом мире больше никто не помнил о том, что когда-то существовали близнецы братья Кавата. Их вещи были уничтожены, память родителей напрочь переделана без участия двух братьев. А маленький кролик теперь присутствовал в жизни не только братьев, но и двух демонов, которые так же трепетно относились к зверьку. Со временем, божественные звери приняли этого малыша, который, за счёт своей скорости стал полезным в качестве посыльного среди циркачей. О деятельности существ, прикрывающихся под простыми артистами, братья узнали позже. Однако, когда их посвятили во все подробности, они охотно приняли оружие и научились владеть им, помогая Сано в исполнении его миссии по истреблению демонов