Я никогда тебя не забуду...

— Оданго… Я рад, что твой парень вернулся.    — Это благодаря тебе, Сейя… Благодаря тому, что ты был со мной, я смогла выдержать…    — Оданго… Я никогда тебя не забуду!    — Да! Мы всегда будем друзьями!    Как на старой плёночный кассете картинка перемоталась назад.     Я никогда тебя не забуду!    Две недели один и тот же сон. Один момент, который уже в течение нескольких лет терзает сознание. Мы всегда будем друзьями! Какая глупость. Их жизни разошлись и вряд ли судьба снова столкнёт вместе.    «Как сложилась твоя жизнь, Сейя? Смогли вы создать новый мир со своей принцессой, как мечтали?» — Усаги стояла у раскрытого окна, глядя на усеянное звездами небо. Она всегда задавалась вопросом, как сложилась его жизнь после всего. Цукино бережно хранила бурого мишку и доставала его в самые трудные моменты. Иногда она с ним разговаривала, как если бы на его месте был сам Сейя. Усаги скучала, хоть и не признавалась в этом никому. А сейчас, когда каждую ночь она снова и снова погружалась в этот кошмар и расставалась с ним, ей стало особенно тоскливо.    — Усако? Почему ты не спишь? — на плечи девушки легла теплая кофта, а сверху легли тяжёлые ладони Мамору.    — Не спится. Наверно, волнуюсь перед завтрашним вечером.    — Всё пройдёт прекрасно, можешь не сомневаться. Не засиживайся тут, уже холодно ночами, — Мамору чмокнул девушку в висок и вернулся в кровать, сразу провалившись в сон.    Прошло четыре года с того дня, когда они попрощались. Жизнь на Земле стала спокойной, размеренной. Закончились битвы с врагами, начались стандартные будни для всех молодых юношей и девушек. Они весело проводили время в кино, на шоппингах, ходили на свидания и занимались учёбой. Демоны и пришельцы, с которыми девочки сражались, казались сейчас чем-то фантастическим, словно это происходило не с ними. Закутавшись сильнее в кофту, Усаги ещё несколько мгновений вглядывалась в звёздное небо, прежде чем закрыть окно и вернуться в постель. Щемящее чувство тревоги не отпускало, а только усиливалось с каждым днем. Чутье подсказывало будущей королеве, что грядут большие перемены и пока сложно было сказать, какое влияние они окажут на их жизни.    С трудом дождавшись чашки крепкого кофе, Усаги глубоко протяжно зевнула, потирая заспанные глаза. Сегодня ей предстоял тяжёлый день, точнее вечер. Мамору должен получить высокий пост в иностранной компании, в которой в свое время проходил стажировку. Но сложности принесли свои плоды и вот, сейчас он получит ответственный пост. Крупная американская компания с успехом развернулась в новом сегменте на новом рынке и устроила по этому поводу грандиозный праздник, приуроченный к одному из любимых американцами празднику — хэллоуину.    Об этом событии кричали все СМИ последние несколько недель. Вся элита с нетерпением ожидала предстоящее мероприятие. Кто-то был отвязный любитель повеселиться, для кого-то это была новая возможность установить связи, кто-то просто был охоч до сплетен и интриг, которых в подобных местах было предостаточно. Усаги не относилась ни к одному из этих типов. Ей вообще не очень-то хотелось там присутствовать, но повод обязывал.    Потратив добрую половину дня на салон и стилиста, которых благородно предоставила компания для своего лучшего сотрудника и будущего руководителя, Усаги с содроганием сердца ждала часа «Х». Подобные светские мероприятия не доставляли ей никакого удовольствия. Посмотрев на себя в зеркало, девушка отметила, что выглядит очень даже неплохо. Наряд принцессы был невероятной красоты! Лёгкие струящиеся ткани, не очень жёсткий, но потрясающе построенный корсет подчёркивали тонкую талию и визуально увеличивали грудь, волнистые длинные волосы практически до колен и необычный макияж до неузнаваемости меняли облик девушки. Ей нравилась проделанная стилистами работа, Усаги чувствовала себя совершенно по другому, будто она другой человек. Яркий образ поднял девушке настроение и добавил немного уверенности. Мамору так же должен был появиться в костюме, только встретиться они должны были на самой вечеринке.    Чётко по расписанию за Цукино приехал водитель и доставил девушку на место. Молодой мужчина был поражен красотой Усаги, о чем не смог смолчать. Низко поклонившись, он извинился за излишнюю прямоту и в последний раз восхищённо глянув на девушку проводил её к центральному входу.    Огромный зал был набит людьми. Атмосфера царила ужасно завораживающая. Вереница из злобных тыкв, погруженных в серую дымку, подсвеченную тусклыми лампами, не оставляли никого равнодушными. Свисающая паутина, летучие мыши — все по традиции праздника. Кругом веселилось множество ведьм, колдунов, вампиров. От разнообразия костюмов рябило в глазах. Там были и монстры, и ангелы, и популярные герои фильмов, аниме, оборотни, зомби медсестры. Усаги казалось, что она попала в какой-то параллельный мир, сумасшедший, безрассудный, необузданный. Все былые навыки сейлор воина обострилась. Цукино чувствовала, перемены совсем рядом. Она не хотела, чтобы новый враг и битва застали её врасплох, среди толпы невинных.    С трудом дождавшись окончания всех официальных церемоний, девушка засобиралась домой. С Мамору встретиться не удалось. После торжественного принятия полномочий, боссы сразу увели его в конференц-зал, на важные переговоры. Веселье весельем, а сроки поджимали. С каждым днем молодые люди отдалялись друг от друга. Взрослая жизнь оказалась чуточку сложнее, чем юная принцесса представляла её себе. «Бизнес — есть бизнес», устало повторяла себе Цукино.    Практически с самого начала вечера Усаги терзало странное ощущение, как будто кто-то за ней следит. Сколько девушка ни оглядывалась по сторонам, никак не могла понять, что вызывает в ней это беспокойство. Никто не проявлял к ней повышенного внимания. Комплименты сыпались со всех сторон, но ни от одного из гостей мероприятия Усаги не ощущала такой сильной энергетики, и только сейчас, собравшись покинуть это скопление людей, она почувствовала сильнейшее волнение и смятение. Как будто охотник, выбравший её своей жертвой в начале вечера, подобрался вплотную к своей добыче. Новый враг? Её грудь высоко вздымалась, пальцы похолодели и стали мертвенно бледного цвета, губы задрожали. Всей своей сущностью она особо остро ощущала лавину грядущих перемен, которую уже ничто не сможет остановить. Повернув голову в пол оборота, она сразу заметила силуэт мужчины, стоявший позади неё. Он заметно выделялся на общем фоне. Все окружение померкло в сравнении с его мощной аурой. Что-то отдалённо знакомое маячило на подкорке сознания. Она знает этого человека. Когда-то знала.    Развернувшись полностью к своей погибели, как Цукино успела мысленно окрестить незнакомца, девушка обомлела. Выдохнув рвано воздух, она не могла снова сделать вдох и наполнить лёгкие. Усаги замерла, словно время остановилось. Она неотрывно смотрела в глаза напротив, не веря самой себе, не веря своим глазам. Вместо музыки в ушах звучала одна фраза: Оданго… Я никогда тебя не забуду! Сердце гулко рухнуло вниз.    «Никогда не забуду!»    «Оданго…»    — Разрешишь пригласить тебя на танец? — его мягкий тембр голоса сладко ласкал слух девушки. Так странно было слышать его в реальности, а не во сне. Мужчина галантно предложил Усаги свою руку, оцепенение начало отпускать. Снова появились посторонние звуки, на периферии замаячили силуэты людей. Девушка отметила, что голос все же изменился. И он сам стал другим. Совсем не такой, каким она его помнила.    — Сейя?!    Мужчина усмехнулся. Ожидаемая реакция. Быстро стерев с лица эту ухмылку, он взял на себя инициативу и потянул девушку на танцпол. Заиграла медленная романтичная мелодия. Обхватив ладонь Усаги своей рукой, вторую мужчина по-хозяйски пристроил на талии девушки. Он стал другим. Черты лица стали более жёсткими, мужественными, взгляд острый, но немного уставший. Он стал сильнее, больше. Обрамляющие его фигуру мягкие тёплые тона праздничного освещения выигрышно подчеркивание все произошедшие в его внешности изменения. Он стал чертовски красив. Сейчас Усаги отчетливо чувствовала его энергию, она тоже возросла в разы и с трудом поддавалась контролю мужчины. Как она раньше её не заметила? Они оба молча изучали друг друга. Усаги хотела рассмотреть все изменения, произошедшие с Сейей. Сейя же как будто пытался запечатлеть её образ в памяти, запомнить больше деталей, кажется, он смотрел на неё не моргая.    — Давно ты вернулся? И зачем? У вас все в порядке? Смогли восстановить планету? А как Какью поживает? Ей, наверно, очень тяжело. А Ятен и Тайки тоже прилетели?    Наконец придя в себя, Усаги улыбнулась старому знакомому и от волнения начала засыпать его кучей вопросов. Или она пыталась спрятаться за этой пустой болтовней. Сердце девушки разрывалось от радости и всколыхнувшихся откуда-то из глубины души более трепетных чувств. Царившая вокруг магическая атмосфера действовала и на неё волшебным образом, оголяя запретные желания.    — Вернулся я не так давно, пару недель назад. Жизнь на Кинмоку процветает. У Какью действительно много забот, но ей во всем помогают Тайки и Ятен. Я прилетел один…    На его губах снова заиграла улыбка, на этот раз более открытая и счастливая. Этот танец оголил давно запертые чувства. В какой-то степени Сейя сам не верил, что происходящее сейчас реально и он на самом деле обнимает ее, вдыхает любимый запах, чувствует ее свет. Он ведет, она следует за ним. Как давно он желал этого, желал забрать её себе.    — Сейя, я так рада тебя видеть. Я очень скучала по тебе, — голос девушки дрогнул. Ее ладонь невесомо скользнула по сильной груди мужчины и удобно устроилась на плече.    Мужчина прикрыл глаза, на лбу надулась напряжённая вена, желваки заметно напряглись, рука на талии сжалась, плотнее прижимая девушку к мужчине. Собравшись и вернув лицу прежнюю непроницаемую маску, Сейя снова посмотрел на Цукино. От его взгляда ей было сложно дышать. Он выражал столько тоски, сожалений. Мелодия изменилась, вместе с ней Коу так же изменил ритм, закружив Усаги. В момент кульминации он сделал резкий выпад, нависнув над девушкой. Цукино сильнее прижалась к нему. Она крепко обхватила мужчину руками за шею. Его дыхание щекотало тонкую раскрасневшуюся кожу. Усаги становилось слишком Жарко от его наглого пронзительного взгляда, от обаятельной, чуть заметной ухмылки. Жарко от его низкого сексуального тембра голоса, от того, как он называет её Оданго. Жарко от его внезапной близости и от того как крепко он держит её в своих руках.    Мелодия закончилась, только Сейя не спешил отпускать свою партнёршу по танцу. Ни на миллиметр не отстраняясь от девушки он выпрямился. Их лица по-прежнему находились напротив друг друга. Усаги не касалась ногами пола, будучи прижатой к его крепкой груди. Она чувствовала, как сильно колотится его сердце. Его ритм заводил и её сердце на такой же бешеный ритм.    — Знала бы ты, Оданго…    — Что? — Усаги невинно хлопнула ресницами. Ее взгляд уже несколько раз падал на его губы, которые были так близко.    — Как сложно не делать то, о чем я мечтал все эти годы.    — И о чем ты мечтал? — Усаги неосознанно провела языком по пересохшим губам.    В глазах мужчины вспыхнуло пламя, сжигая сдерживающие его путы, срывая державшиеся на волоске внутренние стоп-краны. Преодолев ничтожное расстояние между ними, он нагло прильнул к её слегка приоткрытым губам. Сейя сбавил напор, почувствовав смятение Усаги. Цукино уперлась ладонями в его грудь. Слабая попытка разорвать поцелуй. Даже себе она боялась честно признаться, желала ли она его прекратить. Шумная вечеринка вокруг набирала обороты. Иногда в них врезались другие танцующие парочки или перебравшие гости вечеринки. Воспользовавшись очередным толчком, Цукино выскользнула из его цепких рук.    — Прости…    Коротко взглянув на мужчину, Усаги скоро отвернулась, стремительно унося ноги подальше. Она бежала настолько быстро, насколько позволяли ей каблуки, не сбавляя темпа, не оглядываясь. Ей это было и не нужно, она чувствовала его близость, его пылающий пронизывающий взгляд. Цукино выскочила на улицу, вдыхая свежий ночной воздух. Голова отказывалась мыслить трезво, сердце отчаянно колотилось, толи из-за бега, толи из-за обрушившегося ей на голову Коу. Усаги подбежала к дороге, выглядывая такси. Телефон остался дома, в платье принцессы не предусмотрели карманы для такой важной и нужной вещи и сейчас Цукино особенно об этом жалела. Рядом с ней остановилась машина, из которой с серьезным задумчивым видом вышел Сейя.    — Садись, я отвезу тебя, — не глядя на девушку раздраженно бросил Коу.    Его тон был беспрекословен. Мужчина открыл дверь и в ожидании, пока Усаги сядет в машину нервно закатил глаза. Дернув носиком, Цукино все же сдалась и села в машину. Ее колотило от страха неизвестности, своей несдержанности, его тяжелого взгляда, своей слабости перед ним. Всю дорогу Усаги искоса разглядывала Сейю. Она ловила себя на мысли, что ей нравится, каким он стал. Он и тогда ей нравился, но сейчас он стал особенно хорош.    — Куда ты везешь меня?    — Туда, где нам никто не помешает.    — Что ты собираешься делать?    — Поговорить.    — Зачем ты вернулся?    Он вновь проигнорировал этот вопрос. Продолжив сосредоточенно вести машину. Молодые люди остановились рядом с лучшим отелем города. Несколько минут они сидели в абсолютной тишине, не глядя друг на друга.    — Пойдем, ты устала, иначе заснешь прямо здесь в машине.    — Не пойду никуда с тобой. Зачем ты прилетел? Портить мне жизнь? Я прекрасно жила без тебя! Не думала о тебе, не вспоминала! Ты все портишь, ты все портишь!    Усаги начала биться в истерике. Такое поведение совершенно ей не свойственно. Всегда спокойная, весёлая, добрая, сейчас же её можно было сравнить со свирепой гарпией. Она кричала на Сейю и осыпала его всевозможными проклятиями. В порыве гнева даже не заметила, как оказалась у него на руках и как они поднялись в номер. Сейя терпеливо ждал, пока закончится её истерика, внимательно следив, что бы она случайно не поранилась. Она высказывала все, что тяжелым камнем лежало у нее на душе. Четыре года она держала в себе столько боли, о которой даже сама не догадывалась. Наконец Усаги затихла, она сбросила оковы, которые тяготили её так долго, словно переродилось как гусеница в прекрасную бабочку и почувствовала внутреннюю свободу.    — Прости, Куколка, — внимательно выслушав Усаги Сейя упал перед ней на колени, уткнувшись лицом в живот. — Прости, что порчу твою жизнь… Но я не отступлю. Больше не отступлю. Я чувствую нашу связь. Она рвала мою душу на части все эти годы. Каждый раз, глядя в звездное небо я чувствовал, что ты думаешь обо мне. Сегодня я видел, эти чувства взаимны. Ты так же тянешься ко мне, как и я к тебе. Теперь я буду биться за нас. Даже если ты отвергнешь эту связь и наши чувства, я останусь рядом. Ценой своей жизни я буду стеречь твой покой… Но пока у меня еще есть шанс.    Сейя крепче обнял свою Оданго, словно сам боялся того, что происходило между ними. Он боялся, что это лишь игра воображения и стоит открыть глаза, как видение испарится. Усаги не могла слышать эти слова, они ранили в самое сердце. Четыре года она жила иллюзией счастливой беспечной жизни, которая раскололась, стоило ей один раз взглянуть на него. Стоило ему один раз коснуться ее, как Усаги поняла о чем были все ее предчувствия. Ничего больше не останется прежним.    Усаги опустилась на колени и взяла его лицо в свои ладони. Ласковый трепетный взгляд залечивал свежие раны на искалеченной душе. Не говоря ни слова они оба понимали, чувствовали мысли друг друга. Ведомые порывом чувств, два измученных тоской юных сердца сплелись в горячем яростном поцелуе. В нем нашли выход все переживания, страхи и сомнения двух влюбленных.    «Я люблю тебя, Сейя» — шептали её ласковые губы. «Я всегда любил тебя, Оданго» — так же взволнованно отвечал мужчина.    Жар их тел накалял окружающее пространство, поднеси спичку и она вспыхнет ярким беспощадным пламенем. Не размыкая тесных объятий, не отводя друг от друга вожделенного взгляда, они медленно двигались по номеру. Её ноги уверенно обхватили его бедра. Он удерживал Усаги одной рукой, второй проворно освобождая её от одежды. Провозившись с корсетом чуть дольше ожидаемого, он все же отправил его куда-то в неизвестном направлении. Они на ощупь двигались в пространстве, не желая оторваться друг от друга хоть на секунду. Добравшись до кровати, Сейя бережно опустил Цукино на мягкое покрывало. Он исследовал её тело поцелуями, не уставая повторять как она прекрасна. Его пальцы трепетно порхали на её коже, едва касаясь, повторяли все изгибы тела. Наконец он избавился и от копны тонких тканей, мешавших рассмотреть её полностью.    — Ты самая красивая женщина во Вселенной.    Его взгляд медленно проскользил по фигуре Цукино. Тяжёлое дыхание смешалось с тихим хрипом, рвущимся из груди. Её тело вздрагивало, когда его дыхание касалось разгоряченной кожи. Губы мужчины осторожно прокладывали дорожку из чувственных поцелуев. Он ласкал её шею, плечи, опускаясь все ниже и ниже. Его ладонь поочерёдно сминала то одну грудь, то другу, уступая место жадным губам. Сейя облизал один из сосков, слегка прикусив его. Затем подул на него тонкой струйкой воздуха, внимательно наблюдая за реакцией Усаги. Девушка закатила глаза, выгибаясь навстречу его сладким прикосновениям. Воздух вибрировал от её томных стонов, лаская его слух. На её теле практически не осталось места, не обласканного его сильными руками. Влажная дорожка от его страстных поцелуев двигалась, дальше, по плоскому животу, вокруг пупка, стремясь ещё ниже. Её пальцы сминали покрывало, сжимаясь до хруста, она изнывала под его напористыми ласками, желая большего. Сейя гладил бедра Усаги, иногда до боли сжимая их. Наконец он потянул вниз мешающее ему белье.    Не ожидая сама от себя такого, Усаги попыталась закрыться, спрятаться. Она испытывала жуткое смущение и страх оказаться перед ним совсем голой и беззащитной. Он наклонился ниже, бережно касаясь губами острых коленей, нашел взглядом ее глаза и начал медленно подниматься поцелуями вверх по внутренней стороне бедра, не разрывая зрительного контакта. Чем ближе он приближался к ее лону, тем сильнее она содрогалась в предвкушении острого наслаждения. Почувствовав его губы на впадинке, совсем рядом со своими половыми губами, Цукино сипло задышала. Дыхание опалило нежную кожу, горячий язык осторожно коснулся складочек и заскользил между ними, доставляя небывалое удовольствие. Усаги не узнавала свой голос — срывающийся, хриплый. Сейя вытворял невозможные вещи, то толкаясь глубже, то посасывая набухший возбуждением клитор. Почувствовав очередной импульс, простреливший все тело, Усаги запустила напряженные пальцы в его черные как смоль волосы. Не давая девушке ни секунды передышки, Сейя продолжал доводить ее до истомы, причиняя наслаждение длинными пальцами.    Усаги притянула к себе Сейю, ее страстные поцелуи заводили его до предела. Она блаженно гладила его твердое подтянутое тело, помогая избавиться от одежды. Изящные пальцы порхали вокруг маленьких пуговиц, стремясь быстрее сбросить с него рубашку. Распахнув полы она с наслаждением провела ладонью по бугристому прессу, порывистым движением скользнула на спину, наслаждаясь гладкостью и бархатистостью его кожи. Ручками девушка прошлась вдоль позвоночника к ягодицам, чем вызывала довольный стон мужчины. Он прижался плотнее своим пахом, будоража ещё сильнее желание обоих. Сейя потёрся твёрдой налитой плотью между ног Цукино, доводя её до грани. Немного повозившись с ремнем, девушка приспустила брюки немного ниже, краснея и смущаясь собственной смелости. Коу помог ей справиться с брюками, стянув сразу и боксеры. Его член качнулся из стороны в сторону, свободный от тесной одежды. Усаги прикрыла глаза, сделав глубокий громкий вздох, она снова посмотрела на Сейю, как он завораживающе сложен. Красив даже больше, чем был в одежде. Он погладил розовую головку, снимая скопившееся напряжение.    В глазах Цукино зажегся озорной огонек. Она пробежала пальчиками по бедру и коснулась самыми кончиками основания члена. Толстый, большой, обвитый извилистыми набухшими венами, он притягивал ее внимание, вызывал непреодолимое желание касаться его. Сейя взял ее руку в свою и несколько раз провел ей по всей длине, показывая, что нужно делать. Как послушная ученица, девушка повторила это движение несколько раз самостоятельно. Издав стон, мужчина продолжил ласкать девушку навалившись сверху. Умелые пальцы порхали по ее гениталиям, снова доводя девушку до сладкой истомы. Их губы были искусаны и распухли от нескончаемых поцелуев.    — Оданго… Я так хочу, что бы ты стала моей, — его тёплый шёпот коснулся уха девушки. Последний шанс для неё все остановить и сбежать, пока не стало слишком поздно.    — Я… Хочу быть твоей…    Уперевшись лбом в ключицу, Сейя начал медленно входить в нее. Мерные поступательные движения растягивали девушку, заставляя дышать чаще, поверхностней. Наконец оказавшись в ней полностью, мужчина замер. Пара вдохов и его движения перестали быть осторожными, стали более быстрыми, громкими, напористыми. Шлепки разгоряченных мокрых тел сливались в унисоне стонов. Находясь на грани сознания, Усаги ногтями впивалась в его спину, царапала ее, оставляя глубокие алые борозды. Сейя шипел от боли, двигался еще более грубо, вгоняя член до самых яиц. Он забросил ноги девушки себе на плечи, руками ласкал ее грудь, пощипывал торчащие соски. Девушка впивалась пальцами в его ягодицы, вжимая его в себя еще глубже. Он чувствовал, как ее стенки сокращаются, предвещая о скорой разрядке. Сейя провел рукой по плоскому животу Усаги, задевая большим пальцем ее клитор, еще пара ловких движений и Цукино выгнулась дугой, срывая голос. Ее пик сорвал крышу Коу, сделав еще несколько мощных толчков, он дернулся. Его оргазм был не таким бурным и громким, но не менее мощным. Запах феромонов, пота, смазки смешались в один единый аромат страсти, дополняя общую картину.    Сейя упал на кровать рядом с Усаги, прижимая девушку к своему телу. Они не давали друг другу каких-либо надежд и обещаний, просто были вместе, любили друг друга, отдаваясь целиком этой страсти. Усаги со страхом думала о своем будущем, о том, что теперь будет с ними обоими.    — О чем ты думаешь, Оданго? — изменения в настроении девушки не скрылись от мужчины.    — Зачем ты вернулся, Сейя? — робко спросила Усаги.    Сейя ухмыльнулся, чмокнув обнаженную девушку в макушку.    — Я вернулся, что бы забрать тебя с собой.