Чужая тайна

Милана свою лучшую подругу очень любила, но иногда Маша творила такую несусветную дичь, что хотелось её пристрелить. В этот раз всё вроде бы не так уж и страшно — двойное свидание с приглянувшимся мужчиной и его лучшим другом. Что же может пойти не так? Мила после прошлых отношений вообще не планировала вязываться в нечто подобное как минимум ближайшие пару лет, но ведь свидание ни к чему не обязывает, а Маша была так настойчива в своём желании встретиться с «мужчиной своей мечты». Двойное свидание — его идея, хотя Милана скорее назвала бы это условием, при котором он согласился на встречу. Она прежде его не видела, но подруга томным голосом называла его Анатолием и описывала как Джонни Деппа с просторов АлиЭкспресса. По крайней мере именно таким его представила себе Мила. И ей это совершенно не нравилось, потому что симпатия к Деппу цвела и благоухала последние лет пятнадцать, а тут ей предлагают полюбоваться на его дешёвую копию в компании с каким-то Матвеем. Соглашаясь на это сомнительное мероприятие, Милана твёрдо решила обозначить себя исключительно «сопровождением», которое присутствует только ради спокойствия Марии прекрасной. И вообще Матвею рассчитывать не на что, потому что Мила девушка не одинокая. Тогда почему пришла? А больше некому. Весь вечер в ресторане она кивала, коротко отвечала на вопросы, не горя желанием поддерживать разговор, и натянуто улыбалась. Маша же ворковала с Анатолием, который почему-то с ней будто бы через «не хочу». Подругу всё устраивало, и Мила решила, что ей просто показалось, всё же она его впервые видит, а Маше лучше знать. И всё же её всё устраивало, хотя казалось, что даже Матвей проявляет гораздо больше внимания к незаинтересованной Милане. А ведь она с самого начала сообщила, что мужчина у неё уже есть. Дружеские объятия, дружеский танец, дружеский поцелуй — всё, чего так хотел Матвей, но так и не получил, хотя попыток было предостаточно. Когда в одиннадцатом часу они вышли в прохладу позднего августа, мужчины настойчиво предложили их подвезти. — Я на машине, — с улыбкой произнесла Мила, теряя последние крупицы терпения. И дёрнуло же её согласиться на это идиотское свидание. — Парень подарил? — хмыкнул Матвей, скорее утверждая, чем спрашивая. — Уверен, я смогу сделать тебе куда более щедрый подарок. Милана скрипнула зубами. — Самый щедрый подарок мне уже сделала судьба, и его никому не переплюнуть. — Веришь в судьбу? — Матвей качнул головой. — Я тоже. И я уверен, что она свела нас не случайно. «Я бы сказала, что вас свело, но лучше промолчу», — усмехнулся внутренний голос. Мила тоже предпочла промолчать. Всю дорогу до дома ей не покидало чувство, что с этими мужиками всё куда сложнее и хуже, чем могло показаться изначально. Будто минимум пятьдесят процентов своих минусов они ещё не выложили. Только Маша выглядела довольной и воодушевлённой и уже планировала второе двойное свидание. У неё от этого Толика словно крышу снесло. — Это без меня, — твёрдо сказала Мила, подъезжая к дому подруги. — Да ладно тебе. Ты же ему понравилась. — Излишне навязчивый мужик, не воспринимающий слово «нет». Действительно, это то, чего мне всю жизнь не хватало. — Упорный, обеспеченный и целеустремлённый мужчина, — заявила Маша, рисуя свою картину. — Упёртый как баран, не считающийся с чужим мнением. — Ой, да ну тебя, — отмахнулась та, закатив глаза. Настроение Милы же падало всё ниже и ниже. В ресторане она выпила только минеральной воды и немного сока. Захотелось чего-то покрепче. И выговориться. Единственным вариантом на такие случаи у неё была именно Маша — спокойная, надёжная, понимающая, — но из-за влюблённости в Толика, что-то моментально в ней изменившего, она отпала. Высадив подругу у дома и распрощавшись, Мила поехала к себе. В квартире ждали кот, тишина и ещё не открытая бутылочка вина. Скинув туфли и стянув чёрное платье, она переоделась, налила бокал красного полусладкого и устроилась на широком подоконнике в просторной гостиной. Ночной город продолжал радовать прекрасным видом. Фары автомобилей, вывески, фонари, музыка в клубе неподалёку. Постепенно становилось легче. На подоконник запрыгнул Локи, потираясь о голое колено. — Ну что, мальчик, — вздохнула Мила, поглаживая его, — потеряли мы тётю Машу. Нашла себе подозрительного мужика с подозрительным другом и радуется. А мне теперь что делать? Да уж, лучше бы мы с тобой к родителям смотались в отпуск, может тогда и не связалась бы она с ним. У них больше не было настолько близких подруг, потому Милана и предположила, что без неё Маша никуда не сунется. Подождёт из отпуска и отправится, или за это время всё успеет обдумать и передумает. Или решится и пойдёт одна. Но уже всё случилось, и рассуждать не имело смысла. Кот зевнул, потянулся и сменил жёсткий подоконник на лежанку в углу гостиной. Решив, что и ей пора на боковую, Мила ополоснула бокал, сходила в душ и уснула до позднего утра. Она бы проспала гораздо дольше, если бы в кровать не забрался Локи, напоминая о завтраке. Мила до полудня занималась домашними делами, пока неожиданно не позвонила Маша. — Мил, пошли в нашем месте посидим, — грустно сказала она. — Что-то случилось? — Мила засунула вещи в машинку и, закрыв барабан, встала с корточек. — Да… — Маша вздохнула и отмахнулась, будто не хотела об этом говорить. Именно сейчас. Поэтому и позвала в кафе почти точно посередине между их домами. — Давай встретимся. Пожалуйста. Надеясь, что это не уловка ради очередного ненужного свидания, а просто посиделки двух подруг за безалкогольным коктейлем, Мила всё же согласилась. — Когда? Договорившись на восемь, подруги попрощались. Разобравшись с накопившимся беспорядком, Мила присела отдохнуть буквально на полчасика, и тут на экране телефона высветился незнакомый номер. Определитель не выявил ничего подозрительного или рекламного, и Милана со спокойной душой ответила. — Слушаю. — Привет, — сказал мужской голос. — Кто это? На том конце хмыкнули. — Мы вчера так хорошо провели время, а ты уже забыла меня? Выдохнув, Мила со злостью сжала угол декоративной лавандовой подушки. — Откуда номер? — У меня есть свои источники. Она ещё вчера дала понять, что не намерена продолжать знакомство и общение, так что же он такой настырный. И кто этот источник? Хоть бы не Маша. — Что нужно? — Хотел пригласить тебя в… — Нет, — прервала его Мила и, отключившись, сразу же забросила номер в ЧС. Ей в жизни попадались подобные мужчины, но большинству из них она давала хотя бы маленький шанс или намёк, что она скорее не уверена, чем против. В этом же случае Мила была категорически против и не понимала, почему до Матвея это никак не доходит. Внутри закипела злоба. Время шло, приближаясь к назначенной встрече. Мила собрала волосы в хвост, надела сарафан до пола и лёгкие летние кроссовки. Покормив Локи, вышла из дома и отправилась пешком в кафе. Обычно такие встречи длились не менее трёх часов, потому вернуться она планировала уже поздним вечером. — Рассказывай, — начала Мила, едва сев за столик, где уже ждала Маша. Она успела сделать заказ, потому перед ними стояли привычные коктейли с листиками мяты и вазочки с пломбиром. Маша выглядела очень расстроенной, что добавило переживаний. Неужели Толик успел что-то натворить? Или бросил её после вчерашнего? Радоваться этому в открытую Мила бы не стала, но подумала, что так будет лучше — вчера ей показалось, что он был заинтересован беседой чуть больше, чем она, но не значительно. Словно ему это не надо. — Мужик? Маша обречённо кивнула. Милана повела головой, разминая шею и всем своим видом показывая, что она об этом думает. Подруга же сразу всё выложила. О звонке в час ночи, о разговоре с пьяным Толиком, который буквально приказал ей на следующую встречу взять с собой Милу, о странных шутках за рамками приличия. Рассказала и о том, что с утра Толик тоже звонил, что уже сам без её согласия назначил следующую встречу, причём не в каком-нибудь ресторане или кафе. — Сказал, что они с Матвеем за нами заедут и отвезут в какой-то отель, что там очень классно и никто не помешает. Миле от каждого слова становилось всё хуже и хуже. Она уже поняла, что их приняли за легкодоступных девушек, падких на деньги и внимание, что ничем хорошим эта встреча не закончится, и что, даже если они согласятся, дальше их ни о чём спрашивать не станут. Только вот они не согласятся и никуда не поедут. — Я надеюсь, ты его послала и заблокировала. Когда Милана посмотрела на подругу, та потупила взгляд и отвернулась. Такого Мила точно не ожидала. Зачерпнув подтаявшее мороженое, сглотнула сладость и с нажимом произнесла: — Маш, у тебя вроде мозги есть. Какого хрена они отключаются, когда не надо? Нет, я могу предположить, что ты влюбилась в этого… мужика. Но неужели всё настолько плохо, что ты согласна тащиться неизвестно куда и тащить за собой других, прекрасно понимая, что там будет? — Ну он просто властный, — попыталась оправдать Толика Маша. — Это здорово. Да и вряд ли что-то случится. Может поедем? Мила медленно поедала мороженое, глядя на подругу как на полную идиотку, и пыталась найти во всём этом логику. То она звонит расстроенная из-за всего, что он ей наговорил, то вроде бы всё нормально и ничего такого. После встречи с Толиком она сильно изменилась: навязчивость, настойчивость — прежде такого не было, кроме особых случаев, когда Миле нужны были помощь и поддержка, но она не осмеливалась их просить. — Ты дура? — в лоб спросила Мила, и Маша надулась, но в ответ лишь пожала плечами. И всё же Милана предполагала, что дело может быть не только во влюблённости, но и в страхе. Что Маша боится и таким образом буквально кричит о помощи. Хочет, чтобы её встряхнули и остановили, потому что сама она просто не в силах. — Мы никуда не поедем, — твёрдо произнесла Мила. — Ты его заблокируешь и раз и навсегда сотрёшь из своей жизни. Ты ведь и сама прекрасно понимаешь, что этот твой Толик — плохой вариант. — Да понимаю, но… — Дамы! Милана вздрогнула, замечая, как сильно напряглась подруга. Это не могло быть простым совпадением. Так неужели… Рядом с ней устроился Матвей, отрезая пути к отступлению, напротив него сел Толик, приобнимая Машу за плечи. Довольно и как-то странно улыбаясь, они переглянулись. Матвей протянул к Миле руку, но та отстранилась, вжимаясь в стену и спинку диванчика. — Вы за нами следили что ли? — процедила она сквозь зубы и отпихнула руку, настойчиво пытавшуюся ухватить её за бедро. — Какого чёрта? — Не осуждай нас, — хмыкнул Толик, прижимая к себе Машу. Его пальцы чуть опустились, равняясь с грудью. — Мы просто хотели составить компанию симпатичным девушкам, ничего такого. Поедем в отель, расслабимся. «Да где же ты такого ублюдка нашла?! А ведь первые пять минут казались нормальными, — пуще прежнего разозлилась Милана. — Чёрт, и почему так мало людей?» Когда она пришла, занято было всего три столика. Когда же появились эти двое, весь немногочисленный народ будто ветром сдуло, а официанты словно и вовсе забыли, что в зале остались клиенты. Всё не слава Богу. — Расслабляйтесь со свободными. — Мила снова попыталась убрать руку Матвея, но в этот раз он оказался настойчивее. — Не надо меня трогать! — Так вы же свободны, девочки, — пожал плечами Матвей. — Будь у тебя парень, ты бы со мной на свидание не пошла. И не надо мне тут про женскую солидарность и компанию. Пошла — значит захотела. — Но у неё и правда есть парень! — подала голос Маша, трясущаяся от страха. Матвей недоверчиво посмотрел на Милу, затем убрал руку и хмыкнул. — Тогда позвони ему. Поболтаем, глядишь — он тебя мне и уступит. Всё и давно вышло из-под контроля, быстро ухудшаясь. Ложь должна была оттолкнуть, но в итоге только усложнила ситуацию. Кто вообще вот так просто согласится изобразить из себя её парня? Кому нужно заступаться за девушек, выступая против двух уродов, возомнивших себя не пойми кем? «Будут проблемы — звони», — неожиданно напомнил внутренний голос. Номер до сих пор хранился в контактах, периодически напоминая о прошлом, только вряд ли он её помнит. Прошло больше полугода, они не встречались даже случайно, больше ни разу не разговаривали. Конечно, он сказал, что поможет, только вот Мила была уверена, что он почти сразу обо всём этом забыл. Только он сейчас — её единственный шанс. Уверенно достав из сумочки телефон, Мила нашла его в контактах. Первый гудок ничего не принёс, и она почти потеряла надежду. — О, спасительница, — ответил он, и Милана мысленно выдохнула. — Поболтать решила или случилось чего? — Привет, — она улыбнулась для убедительности. — Слушай, тут… Но Матвей вырвал телефон у неё из рук и, взглянув на экран, усмехнулся. — Санёк, — бросил он, развалившись на диванчике, — я тут у тебя девушку решил забрать, ты ж не против?.. — Матвей замолчал, похабно разглядывая Милану. — Ну тогда подваливай к кафе на углу Магнитогорской и Шаумяна, поболтаем. Отключившись, он положил телефон перед собой и выпил половину коктейля Милы. Ту лишь передёрнуло от отвращения. — Молокосос, серьёзного из себя строит, — сплюнул он. — Тебе бы мужчину постарше и поопытнее. — Посмотрев на Толика, молнул в сторону Миланы головой. — Отдавать её не хочет. Ничего, захочет. У меня с такими пацанами разговор короткий. В глазах Маши мелькнули надежда и удивление. Кажется, она и сама поверила, что у Милы всё же кто-то есть. Но это, пожалуй, даже к лучшему — если спектакль удастся, её больше не будут пытаться ни с кем свести. Эти продолжали распускать руки, девушки отбивались — по крайней мере Милана, которой ещё не полностью овладел страх. Да и чего бояться, раз он придёт на помощь. Или хотя бы попытается. Всё продолжалось не более пяти минут, но для девушек они тянулись мучительно долго. — Эх, — с наигранным разочарованием вздохнул Матвей, — не приедет твой пацанчик. Испугался. — Тут он перевёл взгляд за спину Толика и поднялся, разведя руки в стороны. — Джокер, дорогой, какими судьбами? Тот недобро улыбнулся и качнул головой. Стоявшие позади Шрам и Ерёма переглянулись. — Так ты ж сам меня позвал. Матвей не успел переварить услышанное, как Джокер резко вывернул ему руку и приложил лицом к столу. Подскочили стаканы и вазочки, Мила в последний момент успела схватить телефон и убрать в сумочку. Быстро достав пистолет, Джокер приставил его к матвеевскому затылку. — Э-эй… — испуганно выдавил Толик, прижатый к дивану руками Шрама. — Ты чего? — Рот закрой. — Он надавил дулом пистолета на череп. — А ты слушай сюда: если окажется, что ты ей хоть что-то сделал — я вышибу тебе мозги прямо здесь. Мил, ты ведь не против? Джокер посмотрел на неё с широкой улыбкой, но Милана поняла, что говорит он абсолютно серьёзно. Или же просто делает вид. Ну не собрался же он убивать их на самом деле? Хотя… Она ведь понимала, к кому обращается и какие у него методы работы с людьми. Так или иначе, нужно было что-то ответить. — Не против. Только не под камерами. — Точно. Матвей заёрзал. — Джокер… Джокер, погоди! Я ж не знал, что это твоя баба! — Баба — это та идиотка, которая к тебе в койку прыгнет, потому что в мужиках не разбирается. А Милана девушка, так что повежливее. — Давай договоримся! — воскликнул Толик. — Забирайте б… девушек, а мы уйдём и больше к ним не приблизимся! — Договоримся? — ядовито переспросил Джокер. — То есть вы с ними руки распускаете, удерживаете их против воли, ещё и, — он сильнее нажал на вывернутую руку, слегка меняя положение, и Матвей зашипел, — девушку у меня забрать решил, а договариваться и одолжение делать мне собираетесь? — Джокер вновь перевёл взгляд на Милану и хмыкнул. — Если бы не Мила, я бы вас пристрелил, а трупы сбросил в какую-нибудь канаву, но я слишком ценю её мнение. Поэтому, если Мила и, конечно же, Маша решат простить вас и оставить в живых — я вас отпущу. Но даже в этом случае не надейтесь, что никакого наказания не будет. Слушая всё это, Мила переглядывалась с подругой и невольно ловила себя на мысли, что если бы на самом деле встречалась с Джокером, чувствовала бы себя как за каменной стеной. И не пошла бы ни на какое свидание, не вляпалась бы в эту историю. Только другая опасность всё равно никуда бы не исчезла. «Но не от него бы исходила, в отличие от некоторых». «Кто знает». Думая об этом, Мила не услышала, как Матвей и Толик слёзно и наперебой просили прощения, клятвенно заверяя, что больше никогда не появятся в их с Машей жизнях. А ведь если бы не дуло пистолета у затылка, невозможность нормально двигаться и не парочка друзей для большей убедительности — ничего бы этого не было. Какой же правильный выбор она сделала. Ответом на вопросительный взгляд Джокера послужил кивок. Убрав пистолет, он одним рывком швырнул Матвея на пол — то же самое Шрам сделал с Толиком, — и подал Милане руку, помогая выбраться из-за стола. Уже оказавшись на улице, Маша собралась было накинуться на подругу с вопросами, но Джокер не дал ей ни единого шанса. — Парни, проводите девушку до дома и проследите, чтобы ничего не случилось. А нам, — он коснулся спины Милы чуть ниже лопаток, — надо наедине поговорить. Они не собирались расставаться так быстро, но это, пожалуй, было самое верное решение — разойтись по домам в полной безопасности и встретиться вновь с пониманием, что больше никакие уроды к ним не полезут. Милана проследила, как успокоившуюся Машу посадили в машину и увезли, и в компании Джокера пошла в противоположном направлении. — Ну давай, рассказывай, как ты докатилась до жизни такой? — Ну как, — она пожала плечами, держась за его руку, — Маша влюбилась в Толика и вынужденно познакомила меня с его другом. Джокер подавился смешком. — Извини. У твоей подружки явно проблемы со вкусом. — Первый случай. Похоже, годы берут своё. — А сколько ей? — Двадцать восемь. — Так это ж не много. — Это вы, мужчины, до сорока ещё мальчики, а нам тяжелее. — Ну ладно, допустим. Дальше что? — Дальше ресторан, попытки подкатить. Сегодня номер мой где-то достали, проследили до кафе и настойчиво предложили продолжить общение в отеле. Джокер нахмурился. — Молодец, что позвонила. А как дошло до того, что я вдруг стал твоим парнем? — Я изначально предупредила Матвея, что на отношения со мной рассчитывать не надо, потому что они у меня уже есть. А сегодня, когда они чуть нас не утащили, мне сказали что-то типа: «Ну раз парень есть — звони, будем разбираться». Вот и позвонила. — Какое приятное стечение обстоятельств. — Джокер улыбнулся и покачал головой. Они ненадолго замолчали. Половина пути позади, осталось ещё немного. Тишина не добавляла неловкости, словно для них это привычное дело. Только они увиделись всего четыре раза, им по сути и не о чем разговаривать. Не вспоминать же тяжёлое прошлое, которое Мила смогла забыть лишь с наступлением весны. Но всё же… — Кстати, я же так и не спросила, как у Ерёмы восстановление прошло. — Выписали почти перед самым новым годом, он ещё пару недель дома провалялся. В целом не то чтобы для него это какое-то травмирующее событие. Ну кроме раны, естественно. Мила вздохнула. — Да, тяжело с вами жить. — Так ты с нами не живёшь. — И слава Богу! Джокер окинул её взглядом из-за вздернутых бровей и, хмыкнув, отвернулся. — На развод не рассчитывай. — Ну и пожалуйста. Разговор сгладил впечатления уходящего дня, Мила почувствовала себя лучше некуда. Не смотря на всё, что она знала о Джокере и видела в кафе после его прихода, он оказался лёгким человеком, рядом с которым ей было вполне комфортно. К этому моменту они успели подойти к дому Миланы. Краем глаза она заметила, как чёрный Гелендваген остановился за углом. — Ну всё, тебя приехали забирать. — А что ж им ещё делать? Если бы не приехали — пришлось бы ночевать у тебя. — Да на здоровье. — Так, хоть мы с тобой и в отношениях, я пока не готов. Кашлянув, Мила засмеялась. — Мне кажется, или это должно немножечко по-другому работать? В ответ на это Джокер развёл руками и махнул ожидающим его парням. — Ладно, надеюсь до квартиры доберёшься без проблем. Если хочешь, легенду поддерживай, номер не удаляй — вдруг ещё пригодится. — И не собиралась.