Я никогда не произнесу того, что ты не хочешь слышать

      Осознав, что снова как полный идиот оставил перчатки дома, Грег поглубже засунул руки в карманы пальто и бросил взгляд на идущего рядом с ним Майкрофта. С рыжими волосами, усыпанными белыми снежинками, тот выглядел невероятно очаровательным.       Майкрофт, почувствовав, видимо, направленный в его сторону взгляд, развернулся к Грегу и улыбнулся ему настолько светлой улыбкой, что Грегу не оставалось ничего другого, кроме как улыбнуться в ответ и всё-таки поддаться желанию поднять руку и вплести замёрзшие пальцы в растрёпанные от ветра волосы, чтобы стряхнуть налипшие на пряди снежинки.       Однако не успел он опустить руку, как Майкрофт схватил его за запястье и поднёс ладонь к губам, чтобы согреть холодные пальцы горячим дыханием, после чего, не желая отпускать Грега ни на секунду, переплёл их ладони вместе. Вот так, держась за руки, они продолжили идти до самого дома Грега, и только там, уже стоя перед входной дверью, Майкрофт набрался в себе смелости, чтобы произнести:       — Мне очень понравился сегодняшний вечер.       — Пожалуйста, не говори «прощай», — сглотнув, прошептал Грег, и его голос сорвался на последнем слове.       — Что?       — Пожалуйста, не говори «прощай», — повторил Грег уже более уверенно. — Я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.       Неожиданный порыв ветра заставил его заметно поёжиться, на что Майкрофт тут же стянул с шеи шарф, накинул его на шею Грега и притянул его к себе настолько близко, что тот кожей почувствовал его горячее дыхание.       На протяжении нескольких секунд они неподвижно смотрели друг другу в глаза, после чего Грег всё-таки решился сократить дистанцию и слегка приподнялся на цыпочки. Он осторожно прижался губами к губам Майкрофта, провёл пальцами по его волосам и спустился к теперь уже почти обнажённой шее. Он знал — причём знал практически с самого начала, — что больше не сможет жить без ощущения мягких волос Майкрофта под своими пальцами, без вкуса его губ или тонкой кожи, покрывающейся мурашками от каждого прикосновения.       В конце концов им всё же пришлось разорвать поцелуй, чтобы перевести дыхание, и Грег, продолжая смотреть на Майкрофта полным нежности взглядом, настоял:       — Я правда не хочу, чтобы ты со мной прощался.       — Тогда я не буду этого делать, — ответил Майкрофт, слегка приподняв брови, после чего притянул Грега для ещё одного поцелуя.       Этим вечером Майкрофт не сказал Грегу «прощай». Более того, он не сказал этого ни разу после.       У них будет «доброе утро» или «доброй ночи», будет «увидимся позже» и множество других пожеланий, но никогда они не услышат друг от друга «прощай».       Никогда.