Неочевидно…

— Всем спасибо за работу! — задорно говорит Арсений, хлопнув в ладоши, — Такими темпами, думаю, к понедельнику мы управимся! Кто-то поддерживает его, кто-то недовольно цокает языком — за время работы в студсовете Арсений привык к разным реакциям. Однако никого он насильно в «отряд добровольцев» не записывал. Естественно, находились и те «умники», которые считали, что могли официально прогуливать пары, прикрываясь работой в студсовете, — такие студенты обычно не выдерживали и двух недель под строгим руководством Арсения. Он никому спуску не дает и своим личным примером мотивирует учащихся все успевать. Многие, кстати, его именно за эту активность и ненавидят. Уж больно «много» Арсения: тут, там и в этот проект он тоже впишется. У него свой рецепт успеха: две банки энергетика и двойной эспрессо без сахара — и ведь он лучший на потоке! — Я могу остаться и помочь убраться здесь, — раздаётся приятный мужской голос. Арсений оборачивается и несколько секунд сверлит парня недовольным взглядом, кричащим: «съебись, пожалуйста». Но когда до Антона Шастуна хоть что-то доходило самостоятельно? Все, главное, уже успели покинуть актовый зал, а этот выперся — помощник хренов! — Спасибо, Антон, но не стоит. У нас с Сережей все схвачено! — радушно произносит Арсений и даже вытягивает губы в улыбке — не то чтобы это дается ему с трудом… рядом с Антоном он всегда невольно улыбается. Антон кивает, разворачивается и, слава богу, уходит, но не успевает Арсений выдохнуть с облегчением, как в плечо прилетает удар. — Ты охуел?! — возмущенно произносит Сергей Матвиенко — лучший друг и невольный свидетель всех тупых поступков Арсения. — Зачем от лишних рук отказался? Я сейчас, блять, тоже уйду, и будешь один здесь все разгребать! Арсений виновато смотрит на него и подходит ближе, желая заключить в объятия, но Сережа ловко уворачивается. — Серый, прости! — Арсений полностью понимает злость Сережи — они здесь проторчат лишний час так точно, убирая все доски, строительные материалы, ватманы, краски и все остальное по мелочи. А ведь еще надо подмести за собой… — Ты ведь знаешь, что рядом с ним я теряюсь. Предложи помощь любой другой из команды — Арсений бы ликовал от радости, но, к сожалению, один лишь Антон отличался сердоболием, порядочностью и чуткой внимательностью. Возможно, он единственный, кроме Арсения, кто записался в студсовет без корыстных намерений, а желая делом помочь любимому университету стать лучше. — Заебал, — вздыхает Сережа без прежней злости, — влюбился — так признайся уже! Арсений грустно усмехается. Если было бы все так просто. «Признайся» — пха! А что дальше? Переводиться со стыда в другой университет? — Нет ничего хуже гея, влюбившегося в натурала, — поясняет Арсений, решая на этом закрыть тему. И так больно пиздец, зачем еще соль на раны сыпать? Арсений подходит к столу и начинает сворачивать первый ватман — краска на них как раз успела высохнуть. — А с хера ли ты решил, что он натурал? — неожиданно спрашивает Сережа. Вопрос застает Арсения врасплох. Он оборачивается и в удивлении приподнимает бровь, тем самым как бы говоря: «в смысле?». — Что-то мы не видели его обжимающимся с девушками, — продолжает свою мысль Сережа, — вон Кузнецова его с первого курса окучивает, а результатов ноль. Арсений закатывает глаза на подобные доводы. — То, что у него не встает на Кузнецову, не делает его геем, — спокойным тоном поясняет Арсений, — это лишь значит, что у него есть вкус. Сережа издает смешок, но дальше тему не развивает. Они в относительной тишине прибираются в помещении: Арсений собирает разбросанные вещи, а его друг ловко управляется веником. Он как раз достраивает башню из табуреток, прислоняя все к стене каморки, когда Сережа неожиданно говорит: — А если проверить? — спрашивает тот с видом знатока, однако, Арсений совершенно не понимает, о чем речь. Сам он в этот момент считал стулья, чтобы свериться с данными. Ему проблемы не нужны: двенадцать взял — двенадцать должны быть на месте. А то будет как в прошлом году, когда кто-то додумался стащить целую скамью из спортивного зала. Студсовет тогда готовился к соревнованиям и приводил площадку в порядок: вешал мотивирующие плакаты, устанавливал музыкальную аппаратуру. Пропажу обнаружили следующим утром, а по заявлению преподавателя, никто после них в спортзал не заходил. В итоге Арсению пришлось покупать новую скамью на свои средства, ведь преступника вычислить не удалось. Хотя тут он лукавит… Сережа ведь тоже докинул своих деньжат, и этот Антон, чертов комок добросердечности, также не остался в стороне. — О чем ты? — устало спрашивает Арсений, оборачиваясь к Сереже. — У вас же есть гей-радар и все прочее? — поясняет Сережа, ничуть не стесняясь поднимать такие темы. Дружили они давно, еще со школы, вот и поступили в один вуз — правда, на разные специальности. А то, что Арсений нетрадиционной ориентации, тот признался сам. На выпускном. Пьяный, разгоряченный и так сильно уставший сидеть в темном шкафу, что сил терпеть не было. Высказал все, как на духу, готовый драться, если понадобится, однако Сережа в тот вечер ничего нового не узнал. Как потом выяснилось, он случайно увидел скриншоты различных членов, которые Арсений сохранял в своей галерее для дрочки, когда хотел скинуть себе фотку класса из школьной поездки. — Мы не люди икс, — цокает языком Арсений, удивляясь, как прочно засел в умах людей этот абсурдный стереотип, — и сверхспособностей у нас нет. — Блять, ну ты ж меня понял! — раздраженно произносит Сережа, — Я имею в виду, что есть миллион способов, как вычислить гея. Сперва Арсений хочет хлестко возразить, но затем задумывается… — А меня что-то выдает? — заинтересованно спрашивает он и тут же об этом жалеет, ведь Сережа одаривает его уж больно красноречивым взглядом. — Если бы я не был открытым, — все же проясняет Арсений, строго глядя на друга — Да, — после смешка все же отвечает Сережа, — начиная от твоих колготок, которые ты почему-то зовешь штанами, и заканчивая любовью к клубничному мохито. Что ж, по факту… И все же Арсений считает нужным снова повторить, какой этот напиток вкусный. Он это говорит каждый раз, когда они вдвоем выбираются в бар. Как-нибудь ему все же удастся заставить Сережу попробовать — специально для него даже трубочку из стакана выложит. Уборку закончили на хорошей ноте, подтрунивая друг над другом. *** Дома, закончивший со всеми важными делами Арсений, лежа в постели, может позволить себе ненадолго погрузиться в омут фантазий. Ему нравится представлять, как Антон прижимает его к стене и страстно целует — это одна из самых безобидных его мыслей. Все остальное обычно имеет возрастной рейтинг: восемнадцать плюс. Порой, после очень детализированной фантазии, Арсению бывает даже стыдно смотреть Антону в глаза. И угораздило же влюбиться в него… На самом деле, это впервые, когда Арсений испытывает к кому-то подобные чувства. В школе он запрещал себе лишний раз взглянуть на кого-то в раздевалке — одноклассники были под строгим табу. Поэтому он искал утешения в анонимных чат-рулетках, а там, сами понимаете, большую любовь не встретишь. Серьезных отношений у него не было даже после выхода из шкафа: так, несколько ничего не значащих свиданий, только чтобы лишиться девственности. После скачивания «Grindr» с сексом проблем вообще не было, так что Арсений решил не заморачиваться по поводу отношений. Вместо поиска парня он решил сосредоточиться на студенческой жизни. Все как и у всех: тусовки, пары, прогулы и купленные курсовые, а потом в голову ударила идея вступить в студсовет. Им заправлял выпускающийся курс, так что они с радостью передали бразды правления Арсению. А уже на следующий год от желающих попасть в студсовет отбоя не было. Среди них и затесался Антон. Они с Арсением одногруппники, но близко не общались. Он даже не подозревал, какой Антон инициативный. Всегда с ним соглашался, первым подрывался помочь, мило улыбался и шутил свои анекдоты. Оказывается, помимо работы в студсовете тот являлся еще капитаном их университетской команды КВН. Антон всем нравился, и Арсений волей-неволей стал к нему присматриваться. Тот, безусловно, был симпатичным. Точно под вкус Арсения, который писался кипятком от мужчин выше него ростом. А тут еще и впридачу кучерявые волосы, заразительный смех и безграничная доброта. У Арсения не было и шанса устоять. К слову, не он один приметил Антона. Та же Кузнецова спит и видит, как идет с ним прямиком в ЗАГС, да и другие девушки не обделяют его вниманием. Как бы они все объебались, окажись Антон геем! Арсений тогда без промедления использовал бы на нем все свои навыки флирта, молясь всем богам, чтобы сработало. А что, если Сережа прав? Может, стоит хотя бы попытаться?.. — Да не, бред… — вслух произносит Арсений и почти сразу же вскакивает с кровати, садясь за компьютер. Он быстро печатает в поисковике Google: «Как распознать гея», — не давая себе шанса одуматься. К его удивлению, на эту тему нашлось больше пятидесяти статей. Все их, конечно, Арсений просматривать не собирается, кликая на самую первую ссылку. Он решает так: сперва примерит все написанное к себе, и, если совпадет, то статье смело можно доверять. А там уже все зависит от свободного времени, когда удастся опробовать все перечисленные пункты на Антоне. *** На следующий день Арсений врывается в здание университета, наполненный энтузиазмом и желанием наладить свою личную жизнь. Он мало спал, читая одну статью за другой, но на внешний вид это никак не повлияло. Годы практики научили его безупречно пользоваться тональным средством. — Я гей, — говорит он, запрыгивая на подоконник, возле которого стоит Сережа. Тот на него странно смотрит, хмыкает и отмахивается. Они дружат слишком долго и крепко, чтобы удивляться проявлениям ебанутости, которые так или иначе присущи Арсению. — Земля круглая, — фыркает Сережа, — еще очевидные факты будут? — Да нет! — легонько бьет он в плечо Сереже, — По шаблонам реально вычислить гея! Я даже тесты некоторые прошел, и везде один результат, — радостно делится Арсений. — Тогда почему ты все еще здесь, а не ставишь эксперименты над Антоном? — спрашивает Сережа, а после хохочет на весь коридор, когда Арсений резко спрыгивает с подоконника и несется в нужную аудиторию. До начала пары есть пятнадцать минут, а этого вполне достаточно, чтобы придумать, как добыть информацию из Антона. Подойти и в лоб нельзя — по крайней мере, это покажется странным, учитывая, что они не особо дружны. Так, перекидывались парой фраз или обсуждали дела студсовета. Арсений часто нервничал рядом с ним и старался не сближаться. Дружить с объектом воздыхания — это даже звучит жалко, а потому Арсений старался выстроить между ними чисто студенческие отношения. Однажды Антон даже помог написать ему доклад, но сейчас не об этом. Он заходит в аудиторию и чертыхается про себя. За партами уже сидит большинство одногруппников, в том числе и Антон — надо было меньше трепаться языком с Сережей. Арсений садится на одну парту ниже, чем Антон — ряд в ряд. Он пока не знает, что именно собирается спросить… На сайте было очень много пунктов, однако долго тупить точно нельзя — это лишь вызовет ненужные подозрения. Хорошо, что он всегда отличался смекалкой. К тому же после школы подумывал даже поступить в театральный, но быстро отбросил эту затею. Родители только смирились с его ориентацией, и не нужно было давать им новые поводы для огорчения. Арсений достаёт из портфеля тетрадь и открывает на чистой странице. Щёлкает колпачком шариковой ручки и лишь после этого оборачивается к Антону. — Привет, — улыбается Арсений, надеясь, что выглядит естественно и непринужденно, — я тут провожу опрос, и мне нужны честные ответы. Не отвлеку? — Конечно, задавай, — Антон вытаскивает наушник из уха, выжидающе уставившись на Арсения, а тот малость подзависает. Близко… Настолько, что Арсений может разглядеть оттенки зелёного в его глазах. До чего же, чертяга, красивый… — Чему ты отдашь предпочтение в баре: крепкому алкоголю или различным коктейлям? — спрашивает Арсений и подносит ручку к тетради, делая вид, что собирается писать ответ. — Ну… — немного теряется Антон. — Помни, что мне нужны честные ответы, — повторяет Арсений, чтоб уж наверняка. Сам он обожал заказывать Маргариту — одного бокала хватало на весь вечер, ведь Арсений смаковал напиток без цели напиться. Сережа тоже не любил нажираться в хлам, а потому они вдвоем замечательно проводили время за разговорами. — Мне нравится пиво, — после недолгих раздумий отвечает Антон, — в холодильнике всегда лежит банка воронежского. — О, пивасик. Одобряю! — вмешивается в разговор Дима Журавлев — один из друзей Антона, отбивая тому «пять». Из всех одногруппников Журавлев самый раздражающий. Арсений удивлен, что его не отчислили еще на первом курсе. Безалаберный, бестактный и слишком громкий. И как только подружился с Антоном? У них же, кажется, нет ничего общего! Кроме, как выяснилось, любви к воронежскому пиву… — Что там у тебя за вопросики? — спрашивает Журавлев, нагибаясь к Арсению, чтобы заглянуть к нему в тетрадь. — Это опросы для членов студсовета, — быстро находит ответ Арсений, захлопывая тетрадь. К счастью, преподаватель заходит в аудиторию, а значит, нет нужды выдумывать что-то дальше. *** Итак, подводим небольшой итог: с алкогольным напитком полный провал. Нельзя придумать ничего более мужского, чем пиво — от него даже разит тестостероном, кредитом на машину и сандалиями с носками. Арсений не особо парится, ведь в статье и у него не прям стопроцентное попадание. К тому же пиво пьют даже девушки — это нормально и ничего пока не значит. — Ну, как успехи? — интересуется Сережа вечером этого же дня. — У меня есть какая-то тактика и я ее придерживаюсь, — говорит он фразу из мема, вызывая у друга смешок. Главное, что у Арсения все под контролем. Он просто зашел издалека, когда надо было быть проще. Что стереотипно выдает гея? Правильно: его одежда! Даже Сережа, говоря о нем, указал на узкие брюки. Стильно одеваться — то, что заложено в любом гомосексуале. Так проще всего вычислить Антона, проблема лишь заключалась в том, что на пары он одевался по всем канонам добропорядочного студента: рубашка и брюки. К сожалению, Арсений никогда не видел Антона за пределами университета, чтобы знать о том, как тот одевается, не ограниченный требованиями приличий. Давал ли он себе волю? Яркие цвета, бренды, аксессуары? И чтобы все выяснить, Арсению не нужно ни за кем следить. Нужно просто быть главой студсовета. — Ребят, — обращается он ко всем на вечернем собрании, — фестиваль на носу. У нас горят все сроки! — Разве ты не говорил, что мы к понедельнику все закончим? — хмуро спрашивает одна второкурсница. И кто ее за язык тянул? — Да, Даша, я тоже так думал, а потом мне удалось заполучить разрешение у ректора на фейерверк-шоу, — все радостно начинают галдеть, — и сразу появились новые задачи. Нужно выбрать подходящее место, расчистить его и запустить хотя бы один пробный фейерверк. Кажется, больше недовольных нет. — А когда мы все это успеем сделать? Завтра суббота, а фестиваль уже во вторник, — обеспокоенно спрашивает Настя. Собственно, в этом и заключается весь его коварный план. — Я предлагаю завтра собраться в неформальной обстановке, — говорит Арсений и мягко всем улыбается, — немного поработаем, немного отдохнем, а в конце еще и фейерверк запустим. Предложение максимально выгодное, однако на лицах студентов читается сомнение. — Утром, что ли? — ворчит Вова. Ну, хотя бы какая-то активность от парней, а то они в основном молчат, пока девушки решают вопросы. Вот Антон тоже отмалчивается — Арсений ловил пару раз на себе его взгляд, а оттого решил больше в его сторону не смотреть. — Я на хорошем счету у ректора, так что если обещаете вести себя хорошо, то выпрошу ключи на вечер. Часиков в шесть — всем удобно? Следующие десять минут все активно обсуждают дела: кто, что и когда. По сути, к фестивалю они на самом деле были полностью готовы. — Только, ребят, если уж решили устроить неформальный вечер, то давайте уж оденемся в удобную, повседневную одежду. Никакого делового стиля! — громко и четко говорит Арсений, надеясь, что до Антона дойдет смысл сказанных слов. *** Арсений держит лицо, когда здоровается с Антоном… Собственно, его ожидания — это только его проблемы, да? Почему-то он был уверен, что Антон покажет частицу себя настоящего в своем наряде. Джинсы, пуловер, много украшений — может, даже кольца? У него хорошая фигура, так что любая одежда на нем смотрелась бы как на модели. По крайней мере, так он думает до вечера субботы. А в итоге получает какую-то несуразицу. Антон выглядит так, словно собирается устраиваться на работу дальнобойщиком: широкие шаровары, футболка с, прости господи, пивозавром, а сверху накинута красная клетчатая рубашка, которая вышла из моды в году так две тысячи десятом. Полная безвкусица. А может, Антон подумал, что ему придется что-то красить? И он боялся запачкать хорошую одежду, поэтому и пришел в том, что не жалко? — Антон! — зовет его Арсений, подходя ближе. — Впервые вижу тебя в повседневной одежде. Надел все самое любимое? — неловкости в голосе хоть отбавляй, хотя Арсений из-за всех сил старается не показывать своего разочарования. — А?.. — теряется Антон, а после осматривает себя, приглаживая футболку, — что-то не так? — в голосе слышится волнение. А Арсению, чтобы поплыть, много не надо: всего лишь взгляд побитого щенка. Он глотает ком в горле, облизывает губы и расплывается в одобряющей улыбке. Если так подумать, то Антон красивый даже в такой одежде. — Нет, мне просто нравится твоя футболка, — врет Арсений, не зная, что еще стоит сказать. — Спасибо, — широко улыбается Антон, — а ты выглядишь просто… — он делает небольшую паузу, оценивающе оглядывая его с ног до головы. Словно подбирает подходящее слово. — Ты очень красивый, — в итоге со всей серьёзностью произносит он. Арсений аж теряется от такого комплимента. И как на такое реагировать? Хотя вряд ли Антон вкладывал в свои слова какой-то подтекст. Зная его, можно предположить, что он всем говорит приятности, лишь бы поднять настроение. Благо Арсения зовут новоприбывшие, и он, кивнув Антону, уходит к ним. Что ж, какой итог? Они с ребятами классно провели время и удачно запустили салют. Ах да, а еще Антон все меньше походит на гея… *** — Проще спросить, любит ли он, когда его долбят в задницу, — бесцеремонно предлагает Сережа во время обеденного перерыва. Они сидят в кафетерии недалеко от университета, и Арсений рад, что им достался самый дальний столик. — Не все геи пассивы, — спокойно говорит Арсений, запивая свой круассан кофе. — Тебе виднее, — усмехается Сережа, но больше по тонкому льду не ходит, заметив строгий взгляд Арсения. — Что у тебя дальше? С Антоном они продолжают держать нейтралитет. Во время фестиваля тот неожиданно купил и вручил ему кофе, объясняя все тем, что уж больно Арсений выглядит нервным. А как иначе, когда такая ответственность? К счастью, все прошло идеально: ректор и студенты довольны, а значит, Арсений мог гордиться проделанной работой. В среду он ловит Антона перед парами и вручает ему упаковку вкусного печенья — в знак благодарности за кофе. Хотелось бы, чтобы Антон заботился о нем не из-за присущей ему добросердечности, а из-за любви… Размечтался, да? Арсений губу не раскатывает, понимая, что результаты исследования далеко не в его пользу. Антон любит пиво, ходит в чем попало и ведет себя как обычный, среднестатистический мужик. Ничего в нем не выдает нетрадиционную ориентацию. Радует только то, что во время фестиваля Антон держался рядом на случай, если понадобится помощь, обламывая Кузнецову, которая хотела провести с ним время. В какой-то момент они даже разговорились, попивая кофе из пластиковых стаканчиков, — как мало Арсению нужно для счастья. Вернувшись с обеденного перерыва, Арсений замечает Антона привычно сидящим за партой. Тот как всегда в наушниках, а это отличный повод проверить еще один пункт из списка. Дело в том, что музыкальный вкус о многом говорит. По статистике, которую Арсений прочел в интернете, гомосексуальные мужчины предпочитали слушать что-то легкое и приятное на слух. Зачастую это попса, но и классическую музыку нельзя сбрасывать со счетов. Малую долю процента занимает опера и различные мюзиклы на иностранном языке. Сам Арсений обожает творчество Сергея Лазарева и может часами напролет петь его песни. Что, если у них с Антоном совпадут вкусы? Это будет означать, что не все потеряно. Конечно, Арсений не утверждает, что Лазарева слушают одни геи и девушки, но в большинстве своем, все именно так и есть. Арсений поднимается по рядам вверх и движется прямиком к Антону. — Не возражаешь, если я присяду? — мягко интересуется он. Антон сперва испуганно вздрагивает — сильно погрузившись в музыку, он не заметил, как рядом с ним нарисовался Арсений, а потом поспешно убирает свой рюкзак со стула, позволяя Арсению сесть. — Д-да, конечно, — растерянно произносит он и быстро оглядывается по сторонам на множество пустующих мест. Его удивление можно понять, ведь за три года совместного обучения они ни разу не сидели вместе. Арсений предпочитал занимать передние ряды, изображая прилежного ученика, тогда как Антон чаще приземлялся как можно дальше от стола преподавателя. Арсений пару раз даже ловил его спящим на лекциях. — Опять какой-то опрос? — предполагает Антон, глупо вытаращившись на него. Неужели он думает, что Арсений не может с ним заговорить просто так? Хотя, если учитывать всю историю их взаимодействия, то это именно Антон был инициатором всех разговоров. На первом году обучения Арсений свыкался с ролью студента и совершенно не замечал Антона. На втором курсе все изменилось: тот вступил в студсовет и начал частенько маячить перед глазами. Ну а сейчас сам Арсений пытается наладить общение, не без корыстных целей, конечно, но все же… — Нет, просто интересно стало, какую музыку слушаешь, — старается не нервничать Арсений. Антон сидит близко, и тот может даже почувствовать запах его одеколона. Приятный. — На данный момент играет Eminem, — делится Антон, вытаскивая один наушник и протягивая его Арсению. Рэп, значит… К тому же Eminem, которого многие обвиняют в гомофобии. Но Арсений не отчаивается раньше времени, может, это случайная песня в подборке, а не любимый исполнитель? — Значит, ты любишь рэп? — осторожно спрашивает Арсений, стараясь не демонстрировать свой открытый интерес. А еще он сдерживается, чтобы не поддаться искушению придвинуться вплотную… Вряд ли натурал Антон оценил бы такой порыв. — Я меломан, — Антон выглядит немного озадаченным, словно не понимает к чему эти расспросы. Арсений тоже не понимает, ведь результаты его не радуют. — Ну, должен же быть исполнитель, которого ты слушаешь чаще остальных? — допытывает Арсений, не теряя надежду. Что, если Антон просто стеснялся признаться, что слушает Витаса, Киркорова или Диму Билана — тех певцов, которых слушать якобы не по-мужски? Антон на секунду задумывается, а после отвечает: — Король и Шут. Знаю наизусть почти все их песни. — Здорово! — фальшиво радуется Арсений. Рок еще хуже, чем рэп — если брать в расчет ту самую статистику. У Арсения нет никаких шансов… *** — И что, все? — недоумевает Сережа. — Энтузиазм так быстро погас? — Он натурал. Я уверен на сто процентов, — грустно вздыхает Арсений, — и чем больше я с ним сближаюсь, тем… Больно. Уж лучше бы он не затевал всю эту проверку ориентации. Нормально же все было! Арсений просто избегал Антона и оба жили себе спокойно! А сейчас что? Антон словно специально измывался над ним, ища встречи. Подходил, делал разные комплименты, а однажды даже пригласил пообедать вместе. Арсений тогда не растерялся и сразу пригласил присоединиться к ним Журавлева — с такой компанией ненужные мысли точно не будут лезть в голову. Антон также взял в привычку приносить ему всевозможные вкусняшки, с которыми Арсений радостно делился со всеми членами студсовета — Антон ведь этого желал? Вряд ли он хотел угостить конкретно его — тогда бы он не приносил их на собрания. Хотя иногда так хотелось помечтать… — Тогда давай сдвинемся с пацана этого ебаного! — цитирует Сережа мем, вызывая у Арсения улыбку. Тот точно знает, как стоит его поддерживать. Никаких соплей и банальностей по типу: «Ты симпатичный, так что запросто найдешь себе парня», — Арсений об этом сам знает. Проблема заключается в том, что не хочется никого другого. Арсений погряз в Антоне полностью. *** Новый учебный день, новый повод ненавидеть эту жизнь. Арсений смирился с тем, что Антон не из его лиги. Лишь бы тот не стал встречаться с Кузнецовой — а все остальное простительно. Сейчас он заходит в аудиторию и видит, как дружелюбно Антон ему машет. Арсений кивает ему в ответ и садится за ближайшую парту. Он совершенно не ожидает того, что Антон поднимется со своего места и подсядет к нему. — Плохое настроение? — спрашивает Антон, поражая своей наблюдательностью. Знал бы он, кем оно вызвано… — Да, — односложно отвечает Арсений, давая понять, что не желает продолжать диалог. Антон кивает и начинает рыться в своих карманах. Сперва он достает мобильник и выкладывает его на стол, а после, судя по выражению лица, находит желаемое. — Вот, для хорошего настроения, — улыбается Антон, протягивая Арсению «Chupa Chups». На полном серьезе протягивает ему «Chupa Chups»! Уму непостижимо! Арсений с трудом сдерживается, чтобы не сказать то, о чем пожалеет. Например, что он с большей радостью пососет его член, чем эту дурацкую конфету. Чтобы не выглядеть неблагодарной сукой, Арсений принимает леденец и вежливо благодарит Антона. Но как же бесит его доброта! Небось в кармане еще десяток таких конфет, которые Антон раздает налево и направо всем желающим. Арсений раскрывает тетрадь и вырисовывает на полях различные абстрактности, дожидаясь начала лекции. К сожалению, Антон не пересаживается, раздражая своим приятным одеколоном. Случайно он даже касается коленкой его ноги, а у Арсения из-за этого чуть припадок не случается! Пока Арсений не отодвигает ногу, Антон словно не испытывает никакого дискомфорта. Хотя он, наверное, привык — с его-то ростом трудно найти удобное положение и достаточно свободного места. И за что только судьба его испытывает? У Арсения слишком богатая фантазия, чтобы не надумать себе всякого, а стояк ему точно сейчас не нужен! Не тогда, когда он в этих узких брюках! Арсению почти удается абстрагироваться, когда рядом раздается уж больно знакомый звук уведомления. Сперва даже кажется, что послышалось, а потом он поднимает взгляд и натыкается на телефон Антона, где на экране светится сообщение. Сообщение, полученное из «Grindr» — самого популярного приложения для знакомства ЛГБТ-людей. Это какой-то розыгрыш? Сейчас должен выйти Валдис Пельш с букетом цветов и сказать свою культовую фразу? Что, блять, происходит?! — Это «Grindr», — растерянно произносит Арсений, — Ты сидишь в «Grindr»? — Ну да, — спокойно отвечает Антон, словно в этом нет ничего странного. Просто натурал, который листает сайт знакомств для геев, — обычная же ситуация! Скажите, Арсений сходит с ума или все это происходит на самом деле? А может, Антон просто не знает истинного предназначения данного сайта? — Ты знаешь, что он для геев? — понизив голос, шепотом спрашивает Арсений, чтобы никто не подслушал их разговор. Не хотелось бы, чтобы над Антоном начали смеяться из-за того, что он перепутал приложения. Это, между прочим, могло произойти с каждым! — Разумеется, — говорит Антон, удивляясь этой чередой глупых вопросов. Арсению явно нужно больше воздуха, а то, кажется, он задыхается. Он заснул на скучной лекции и все это ему снится? — Я ничего не понимаю, — пребывая в шоковом состоянии, говорит Арсений, — ты гей? — это прозвучало максимально удивленно. Арсений сейчас в том же состоянии, что и детсадовские дети, распознавшие в Дед Морозе собственную воспитательницу, — мир просто переворачивается с ног на голову! Антон сперва как-то странно на него смотрит, затем хмурится, а после и вовсе поднимается со своего места. — Пойдем, выйдем, — просит он, желая все обсудить без лишних ушей. Пара скоро должна начаться, но Арсению плевать — сейчас решаются вопросы поважнее матанализа. Арсений заходит вслед за Антоном в мужской туалет. В отличие от женской уборной, здесь почти никогда никого нет, а все из-за расположения — буквально за стенкой находится бухгалтерия. Покурить здесь не выходит, ведь дым моментально через вентиляцию проникает в соседний кабинет. А для чего еще парням ходить в туалет? — Что происходит? — задает вопрос Антон, когда они остаются наедине. — Это я хотел у тебя спросить! — эмоционально парирует Арсений, — С каких пор ты гей?! Буквально все кричит о том, что Антон натурал: предпочтения в напитках, в одежде и в музыке. А тут выясняется, что он голубее неба — Арсений чувствует себя таким обманутым! И как после такого доверять научным статьям? — Пиздец! — матерится Антон, кажется, впервые в его присутствии. — Если это шутка, то она несмешная. Однако Арсений продолжает стоять и прямо смотреть в глаза Антону. Сам минуту назад думал, что попал в телепередачу «Розыгрыш». Но почему злится Антон? Это ведь не он потратил уйму своего времени, вчитываясь в различные статьи, которые по факту оказались бесполезными? Уж лучше бы Арсений прислушался к Сереже и задал тот пошлый вопрос про член в заднице — сэкономил бы себе нервы и время. — То есть я с первого курса к тебе подкатываю, вступаю в студсовет, только чтобы быть к тебе ближе, постоянно флиртую с тобой, а ты даже не знаешь, что я гей?! Кто-нибудь, поднимите с пола челюсть Арсения, а то, кажется, он надолго упал в состояние полного ахуя. Теперь, кстати, понятно, почему Антон на него злится — имеет полное право! — Я-то думал, что просто не в твоем вкусе, раз ты вечно игноришь и динамишь меня! — продолжает Антон. Пара началась, но им сейчас не до этого. Арсений пытается разобраться в собственной тупости. — Я думал, что ты со всеми мил и обходителен, а потому не придавал значения твоим словам… — тихо говорит Арсений, все еще переваривая полученную информацию. Это ж каким нужно быть дебилом, чтобы не распознать флирт на протяжении трех лет?! Все ведь было так очевидно! Комплименты, подарки, галантное поведение… Арсений сейчас переосмысливает всю историю их с Антоном взаимодействия — хочется просто убиться в фейспалме. — Что? — удивляется Антон, — Все, что я делал, было исключительно ради тебя одного! В декабре я остался здесь допоздна, вырезая ебучие снежинки, а на следующий день пришел в шесть утра только для того, чтобы развесить их по всем стенам университета. Это не доброта, Арсений. Это влюбленность. Я хотел, чтобы ты меня заметил! Арсений помнит тот день… Большинство ребят ушли по домам, а Сережа и вовсе болел, так что Арсению пришлось самостоятельно вырезать эти снежинки, пока Антон не предложил свою помощь. Вместе они справились быстрее, попутно обсуждая какой-то сериал — было весело. Знал бы он тогда о чувствах Антона… — Я совсем тебя не привлекаю? — расстроенно звучит голос Антона. И о чем он только думает? Арсений сейчас на седьмом небе от счастья, ведь его чувства оказались взаимны. — Мы оба идиоты, — говорит Арсений, прежде чем подойти и поцеловать Антона. Они еще вместе посмеются над этой тупой статьей в интернете! А как удивится Сережа, когда обо всем узнает!