5

       Серое складское помещение, которое залито кровью. На полу лежат трупы людей. Напротив друга детства сидит, прикованный к креслу полицейский. Гром вроде бы? Олег не вдавался в подробности.        Смотреть на то, как друг сходит с ума не хочется. При этом не имение возможности остановить его угнетает. Серёжа когда-то говорил про своего выдуманного «друга», но Олег никогда не воспринимал это в серьёз. А очень жаль. Может быть, если он обратил чуть больше внимания на состояние Разумовского, сейчас этого всего не было.        В голове было множество если, да кабы, может быть. Но ничего уже не изменить, Волков уехал в армию, потом подписал контракт, ничего не сказал другу по поводу своей фальшивой смерти. И сейчас делать что-то бесполезно. Он предал Серёжу и навряд ли рыжеволосый послушает его.        В этой ситуации Олегу остаётся только наблюдать за безумием друга, а от волнения, бывший военный следил за этим очень внимательно. Но когда гений произнёс название одного парка, у Волкова весь воздух из лёгких выбило, словно от удара. Они так любили там гулять. С этим местом у друзей детства связаны самые тёплые воспоминания из их не самой лёгкой жизни.        Рука, мелко дрожа, сама потянулась к кобуре на поясе. Опомнился наёмник только, когда в ладонь уже лежала на стволе. Он не позволит разрушить такое значимое для них место. И зная Серёжу, он всю оставшеюся жизнь будет корить себя, за то что сделал, и это взрыв будет лежать самым тяжёлым грузом на плечах.        Пальцы расстегнули кобуру. У него есть пять секунд, чтобы собраться. Пять секунд, чтоб сделать шаг. Пять секунд, чтоб разлюбить самого близкого и родного человека. Самого важного и нужного во всё жизнь.        Пока друг детства решался на отчаянный шаг, Серёжа бился внутри собственного тела и разума. Он никак не мог остановить птицу, что взял контроль над телом и просто помешался на месте Игорю. — пожалуйста, Олег. Я знаю, что ты меня не слышишь, но я уверен ты это почувствуешь. Я прошу тебя, сделай что-нибудь. Останови меня.        Серёжа следил за действиями, любимого человека. На смертном одре можно же себе позволить маленькую вольность. Признаться самому себе в многолетних чувствах, и назвать всё своими именами, впервые за 16 лет.        Разумовский видел, что от его немой просьбы рука друга окрепла. Ментальная связь? Так вроде бы это называется? В любом случае, миллиардеру это только в радость, что даже спустя 10 с последней встречи, они без слов понимают друг друга. Имея такие знания на руках, он снова решил попросить, хоть и внутри себя. Сколько Сергей помнил, Олег всегда выполнял его просьбы. И сейчас это был внутренний крик: — Ну же! Стреляй в меня! Ты должен это остановить!        Как только это было сказано, в тело прилетела первая пуля, а за ней ещё четыре. Птица отступила и сам владелец тела взял над ним контроль, хоть и на жалкие секунды, чтобы попрощаться с жизнью.        Серёжа повернул голову в сторону Олега. Глаза довольно быстро приобрели родной тепло-голубой цвет, словно небо в летний день, избавляясь от янтарно-огненного оттенка, что был пару секунд назад. Разумовский тепло улыбнулся, и хотел было что-то сказать, но тело без сил упало на пол, заливая его кровью.        Рука Олега быстро достала пистолет из кобуры, словно что-то его подтолкнула. Рука окрепла, словно сам Серёжа попросил. У Волкова было мало времени, пока то-что сидит в Серёже не обратило на него внимание. Но и смотреть, как ты, собственными руками, убиваешь самого близкого человека, наёмник не мог.        Сделав первый выстрел, он закрыл глаза, не желая видеть так поля пройдёт чужое тело насквозь. Другие выстрелы он делал с закрытыми глазами. Сердце бешено колотилось, и чтобы не потерять уверенность в действиях, оставшуюся от обойму пистолета он выпустил в слепую, под собственные удары сердца. После всех сегодняшних приключений, в пистолете осталось 5 пуль. И к большому сожалению бывшего военного, навык не пропьёшь, и все они насквозь прошли тело друга.        Ближайшие пол минуты Олег ничего не слышал, уши заложило, словно он оглох, раз и навсегда. По его мнению это слишком малая кара, за то что он только, что сделал.        Открыв глаза, он увидел родную голубую бездну, в которую нырял каждый раз без остатка. Не было того обжигающего пламени в глазах, к которому и приблизиться страшно. На лице рыжеволосого играла тёплая улыбка, родная и согревающая. Не безумный оскал того стачного нечто, что сидит в нём.        Временная глухота прошла, и первое, что услышал Олег, это глухой звук от столкновения холодного бетона, и раненного тела друга.        Внутри наёмника переполняли эмоции. Он винил себя, детей, что издевались над Серёжей в детдоме, общество, болезнь Серёжи, хотя он сильно сомневается, что это болезнь, психиатра и этого майор Гром. И разобраться с психиатром он ещё успеет, точно так же, как и нести весь груз ответственности за смерть друга детства. А вот набить лицо этому выскочке. Сейчас есть прекрасная возможность, и не фак, что она появиться в будущем.        Пока полиция не подоспела, Волков подошёл к всё ещё прикованному к креслу Грому и с силой вмазал по лицу. Олег избивал Игоря не жалея сил. Даже когда кресло было сломано, и майор мог нанести ответный удар, военный не позволял, продолжая наносить удары. Спасло полицейского от избиения, до полусмерти, а то и до летального исхода, голос девушки, одной из подчинённых Олега. — Заказчик ещё жив. Без медицинской помощи он долго не протянет. Что нам делать командир?        Слова о том, что Серёжа ещё жив, и его можно спасти, отрезвили рассудок наёмника. Он отпустил Грома, и повернулся к своим подчинённым, а после перевёл взгляд на Разумовского — Его в машину и на базу. С заложниками делайте, что хотите, но смотри, чтобы вас не схватила полиция.        Сам он поехал вместе с другом. Он не на шаг не отходил от его тела, боясь отпускать.

***

       С происшествия в Питере, прошла всего неделя. Кто-то подчищал хвосты, кто-то залёг на дно, до следующего заказа, кто-то ушёл в одиночное плавание, пока крупных совместных заказов нет. А кто-то, как Олег, перерывал свои связи. В родной стране оставаться сродни самоубийству. И Серёже нужна хорошая медицинская помощь.        У Волкова оказалось парочка полезных связей, что помогли укрыться в другой стране. Даже предоставили хорошее медицинское оборудование. И осмотр врачей. Олег же снял им квартиру и нанял ещё врачей, чтобы они тоже следили за состоянием Разумовского. Его удалось стабилизировать, но оно было крайне тяжёлом.       Денег им хватало. У самого наёмника были свои сбережения, и у Серёжи были свои крупные счета, которые не заблокировали. Он был всегда большим паникёром и очень нервозным. По этому перестраховать парочку, десятков, раз, было в его духе.        На улице светило теплое солнце, что попадало в окно и освещало комнату, что больше напоминала дорогую медицинскую палату. На удобной кровати лежал рыжеволосый парень, к которому шли разные трубки и провода от различных приборов, что сейчас позволяли ему жить. Рядом на большой кровати сидел темноволосый человек, что на пару лет старше, и держал в своих ладонях чужие, нежно гладя костяшки — Извини, что так поздно говорю, но за эту неделю я многое понял. И самое важное… Серёж, я не могу без тебя. Я тебя люблю