Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История девятая. Итальянская канитель.

— Аурелио Штольман? — изумленно переспросил Пётр Иванович в третий раз за вечер. Он провел меньше времени с Карлом, чем все остальные, поэтому все еще не мог оторвать он него глаз. Как же он похож на Алекса! Что за причуда природы? Его рождественский вояж за подарками для Ирмы и Ванечки грозил стать чем-то большим, чем забег по магазинам и встречи с парижскими партнерами. Оставлять семью племянницы в таком положении в одиночестве он не мог. — Русские столетние няни, пропавшие отцы, переполох с детьми. Мне кажется, итальянские Штольманы живут не менее насыщенной жизнью, чем вы. Анна и Яков так посмотрели на Петра Ивановича, что тот счел за благо больше не развивать эту тему, хотя это казалось ему забавным. Осталось только, чтобы Карл умел говорить с мертвыми или ее что-нибудь подобное. Тогда все сложилось бы окончательно. — Мальчика мы пока оставим здесь, — проговорил Штольман, поднимаясь с места. — Мы съездим в театр Шатле и выясним, где его мать. — Я останусь с детьми! — воскликнул Анин дядя. Он соскучился по внучатым племянникам и хотел расспросить Карла о его жизни. Это могло бы быть полезным! — Дела ждут меня только завтра с утра, поэтому сегодня я с удовольствием побуду с детьми. — Спасибо, — улыбнулась Аня. Она знала, как её дядюшка любит детей, поэтому была рада, что Карл не останется сейчас без поддержки взрослого человека. Они не хотели брать мальчика в театр, потому как не знали, что было на уме у его матери, когда она оставляла Карла у старухи Агаты. Вдруг то, что они услышат, может быть травмирующим для мальчика. — Карл, — спросил Яков. — Мы сейчас поедем в Шатле. Как зовут твою маму? Как нам найти её? — Маму мою зовут Флориана Штольман, — с готовностью ответил мальчик. Он немного пообвыкся в доме, поэтому чувствовал себя лучше. Если они найдут его маму, то всё будет совсем хорошо. — Но так вы ничего не добьетесь! Она известна под именем Флориана Димарко. — Как Флориана Димарко? — воскликнул Пётр Иванович. — Флориана Димарко? Сопрано? Та самая, которая играет почти всё от Шекспира до Мольера? Газеты обещали её бенефис под Рождество в Париже, а потом тур по близлежащим столицам. — Это она! — с гордостью ответил Карл. Ему было приятно, что его мать известна. — Поразительно! — развел руками Миронов. Беседа с мальчиком грозила быть очень интересной. — Ты знаешь её, дядя? — спросила Аня. — Её знает вся Европа! — восторженно сказал Пётр Иванович. — Удивительный талант, потрясающий! Билеты раскупают за полгода, не меньше! — Тогда мы едем в Шатле и ищем Флориану Димарко, — решил Штольман. Вечерело, и нужно было бы иметь хоть какое-то представление, что делать дальше. Разговоры с Аней они оставили на потом, им однозначно нужно было все проговорить, но сейчас он видел, что всё становится на круги своя. Анна горела желанием помочь ребенку и докопаться до истины — её обычное состояние — и не выказывала признаков душевного потрясения, а это значит, что всё относительно в порядке. Слова у Якова и Анны не разошлись с делом. Спустя двадцать минут они спустились вниз, оставив детей и дядюшку залечивать душевные раны маленького Карла Штольмана, который, хоть и проявлял завидную выдержку, был всё же обычным пятилетним мальчиком, страдающим без родителей и чувствующим себя не в своей тарелке в незнакомом месте. Покуда они ехали, Аня не проронила ни слова. Она думала о том, какие причудливые повороты может устроить жизнь, и радовалась тому, что они с Яковом научились всегда стоять на одной стороне, как бы велико не было искушение. Она взглянула на мужа. Штольман молча смотрел в окно, и уличные фонари высвечивали его профиль из темноты. Молчание не висело в экипаже тяжёлым бременем. Это была тишина, способствующая размышлению и принятию решений. Она не тяготила Штольманов. Возница остановился у театра Шатле. Яков помог спуститься Ане и заплатил кучеру. Окна здания ярко светились, хотя спектакля сегодня не ожидалось. Анна взяла мужа под руку, и они направились внутрь. Пора было пролить свет на историю Карла Штольмана.