Как вы тыкву назовете...

По реке плыли тыквы. Рокэ, наблюдавший за этим удивительным зрелищем с берега, поднял воротник куртки и на всякий случай поморгал глазами. Но нет, ему всё-таки не мерещилось. По реке Над, толкаясь налитыми оранжевыми боками и обгоняя друг друга, плыли огромные надорские тыквы. Каждую из которых, будто ретивого коня, оседал сумасшедший надорский парень, вовсю работая веслами. Ну конечно, Ричард предупреждал, что на надорском Осеннем фестивале бывают разные развлечения, но чтобы такое? Виданное ли дело, плавать на тыкве! Такое поистине могли придумать только в Надоре, где тыкв поспевает столько, что не знают уже, куда их девать! Это очень хотелось высказать Ричарду. Но вместо этого Рокэ лишь прищурился, ища среди множества тыкв одну. Самую большую, упрямо расталкивающую боками соперников. И ее - тут Рокэ всё же не сдержал смешок - всадника? Который, кажется, и спасательный жилет надел только ради его оранжевого оттенка, так хорошо сочетающегося с тыквой. Рокэ казалось, он даже сейчас различает лицо Ричарда. На щеках румянец, серые глаза блестят сумасшедшим азартом, русые волосы растрепались, но Ричард не обращает внимания ни на это, ни на холодные брызги, летящие со всех сторон. Легкие весла так и ходят в руках, заставляя огромную, но, оказывается, вовсе не такую уж неповоротливую тыкву вырываться вперед, оставляя соперников позади. И зрители на берегу отлично это видят. Пожалуй, даже в Кэналлоа на корриде Рокэ не видел такого азарта, не слышал многоголосья, сливающегося в одно, полное близкой победы слово: - "Ро-си-о"! "Ро-си-о"! Рокэ вздрогнул, чувствуя, как, несмотря на надорскую осеннюю прохладу - которая местным наверняка кажется жарой! - у него тоже заполыхали щеки. - Росио... - только и смог он выдохнуть, глядя, как тыква, оседланная Ричардом, приближается к финишу. - Рокэ, мы победили! - Ричард бросился к нему, растрепанный, промокший, но совершенно счастливый. Сжал в объятиях - Рокэ невольно охнул - осыпал поцелуями горячие щеки, приник к губам. Он совершенно забыл о множестве взглядов, устремленных на них сейчас, и, только за это, за исчезнувшую вдруг застенчивость Рокэ готов был полюбить безумные тыквенные состязания всей душой. - Мы победили, Рокэ! - Я в тебе не сомневался. Разве мог тан Надорский прийти не первым! Но, думаю, эта победа - целиком и полностью твоя заслуга, - улыбнулся Рокэ, прикидывая, как скоро они смогут добраться до палатки с горячим грогом. Ричарду сейчас не помешает согреться. - А вот и нет, - вдруг решительно заявил Ричард. - Это наша общая победа! Я пришел первым только благодаря тебе! Ты смотрел на меня, и я просто не мог не победить, понимаешь? Без тебя бы ничего не вышло, Рокэ, ты... - Я и моё имя, - Рокэ устремил на Ричарда выразительный взгляд, заставляя щеки тана Надорского приобрести фамильный оттенок. - Я слышал. Да и не только я, весь Надор, похоже. - Рокэ... - Ты назвал тыкву моим именем? - Ну да, - Ричард вдруг упрямо вскинул подбородок. - А что такого? Я же тебе говорил, тыквы во время соревнований принято называть. Как настоящие корабли. Знаешь, у нас даже поговорка такая есть - как вы тыкву назовете... - Так она и поплывет? - хихикнул Рокэ. - Вот! Ты понял! - просиял Ричард. - Я назвал тыкву твоим именем - и ты видел, как она плыла? Да не плыла - летела! Поэтому я победил. Мы победили, Рокэ. Рокэ посмотрел на вытащенную на берег тыкву, которая казалось сияла своими мокрыми боками в лучах победы. - О, я и не знал, что тыквы тоже могут летать против ветра! - он рассмеялся. - Но это было впечатляюще. Ты победитель, Дикон! И это надо отметить. Желательно, чем-нибудь согревающим. - Вот именно, - кивнул Ричард. - Согревающим. Я совершенно не хочу, чтобы ты простудился. Сегодня ветрено, да и вообще, надорская осень - не кэналлийская! - Ты только что вылез из воды, а я должен бояться простуды? Ох, Дикон... Ричард звонко чмокнул его в нос. - Пошли, выпьем грога. А потом я переоденусь и как раз успеем на кабаньи бега! По стремительно округляющимся синими глазам было понятно - сюрпризы надорского Осеннего фестиваля для Рокэ Алвы еще отнюдь не закончились.