Чисто убийственная любовь

- Знаешь, чем взрослый отличается от ребенка? - Взрослый больше врет! Дмитрий Емец

- Нам теперь жить с тем человеком? – Гарри хмурился, исподлобья глядя на мать. - Я поговорю с ним. Не волнуйся, для меня очень важно, чтобы он хорошо относился к тебе, - сказала Лили и обняла сына. - Кроме того, ты будешь жить в школе до самого Рождества. Потом приедешь домой, если захочешь. - Не захочу, останусь в Хогвартсе, - буркнул Гарри. – У меня только один папа. - Это ты в сердцах так говоришь, я надеюсь, - Лили взъерошила сыну волосы и поцеловала в щеку. – Ну, что не приедешь. Я буду тебя очень ждать. А папа – да, конечно, только один. Я тоже его всегда буду помнить и любить. Но я это делаю ради тебя. Мы же не можем вечно жить у твоих тети и дяди. Ты поедешь в школу волшебства, станешь взрослым волшебником. А твои дядя и тетя не любят магию, она их пугает. - Я заметил, - вздохнул Гарри. Он никак не мог понять, почему мама должна ради него жить с неприятным типом, который ему самому не нравится. Но, как бы то ни было, Лили переехала в дом Снейпа – он, кстати, жил уже не в Паучьем тупике. Он сумел даже неплохо устроиться – говорил, что делает зелья на заказ, что отчасти ему помогает Люциус Малфой, но также клялся, что они не проворачивают ничего незаконного. При упоминании Малфоя и прочей старой гвардии сердце Лили тревожно сжималось, но ведь доказательств чего-либо плохого не было. Или она просто все еще не хотела верить, что человек, которого она знала с детства, мог делать что-то противозаконное. - Сев, спрошу кое-что, - у Лили оставался один важный вопрос. – Ты сможешь принять Гарри? Мне важно, чтобы вы поладили. - Я сделаю для тебя все возможное и невозможное, а значит, и для твоего сына тоже. Ты всегда для меня много значила, я однолюб, первая любовь запоминается на всю жизнь, - клятвенно заверил Снейп. Лили вновь поймала себя на жалости к другу детства. Можно бесконечно спорить о том, синоним ли для женщины любовь и жалость, но так ли это на самом деле? Жизнь покажет.

***

Гарри приехал в Хогвартс, и, конечно же, поступил на Гриффиндор. Разумеется, он влипал в приключения и спасал школу, а Лили переживала за сына, но и гордилась им. На каникулы Гарри возвращался домой, но так и не смог смириться, что жить приходится у Снейпа. Лили пыталась по привычке выступить миротворцем и голосом разума, но всякий раз при этом у нее в памяти всплывало нелепое воспоминание из детства, когда у нее было две мечты – подружить у себя дома кошку с мышью, а в школе – слизеринцев и гриффиндорцев, а Джеймс на это говорил: «Ты так всех сломаешь». Справедливости ради, хотя дома Снейпа обвинить было не в чем, но в школе инициатором конфликта был не один Гарри. Да и бывают ли дети инициаторами конфликта? Не дети несправедливо воспитывают взрослых – взрослые несправедливо воспитывают детей. Не ученики отбивают руки учителям указкой – нет, это делают учителя. Отстраненный, мрачный и придирчивый преподаватель зелий, отдающий явное предпочтение своему факультету – и это очень мягко говоря – был явно не тем, кто может вдохновить на учебу и хорошее поведение ученика с горячим сердцем, полным идеалов справедливости. Если спросить Гарри, Снейп частенько вел себя с учениками попросту несправедливо, и не только с ним одним. Подавляющее большинство гриффиндорцев считали так же. К счастью, хотя дома было не все гладко, Гарри хотя бы смог найти в школе друзей – таких же гриффиндорцев с горячим сердцем, Рона Уизли и Гермиону Грейнджер. Они все вместе собирались после школы в аврорат – да это и немудрено, если учесть, сколько опасных приключений они пережили вместе. И все бы в жизни Гарри было не так уж плохо, если бы не необходимость возвращаться в дом Снейпа. Конечно, Гарри очень скучал по маме, но у него постоянно было ощущение, словно его мама – сказочная принцесса, запертая в башне злым колдуном. Вот только почему взрослые принцессы так не хотят выбираться из башни?