Два мира, Одна душа

Катрин взяла палочку. Она была легче, чем ожидалось, и как-то... идеально ложилась в ладонь. Обычная ветка. Что ей, по сути, с ней делать? Катрин перевела взгляд на Мию, потом на портрет Дамблдора, а затем снова на МакГонагалл. Все они ждали. — И что мне с ней делать? — неуверенно спросила Катрин. — Волшебное слово сказать? «Абракадабра»? Или «Хогвартс, открывайся»? МакГонагалл слегка вздохнула, её губы едва заметно сжались. — Попробуйте сосредоточиться на каком-либо простом действии. Например, на левитации. Произнесите «Вингардиум Левиоса» и взмахните палочкой. Катрин кивнула, ощущая себя глупо, но решила поддаться моменту. Что ж, терять нечего. Она подняла палочку, крепко сжав её. В голове промелькнули кадры из фильмов, где герои творили чудеса. Она сосредоточилась на небольшом перышке, лежащем на массивном столе Дамблдора. — Вингардиум Левиоса! — чётко произнесла она, делая неловкий, но решительный взмах. Ничего. Абсолютно ничего. Перышко даже не шелохнулось. В воздухе повисла звенящая тишина. Катрин почувствовала, как по её щекам разливается жар стыда. Это было унизительно. — Ну, я же говорила! — махнула она рукой, возвращая палочку МакГонагалл. — Никакая я не волшебница. Я обычный человек. Первая отрицательная! МакГонагалл задумчиво покачала головой, внимательно осматривая палочку. — Действительно, никакой реакции. Даже малейшего намёка на магическую энергию. Это весьма… необычно. Портал, который привёл вас сюда, был мощнейшим магическим возмущением, и обычно он притягивает только тех, кто обладает хоть какой-то искрой. — Может быть, это было побочное действие? — предположил портрет Дамблдора, его голубые глаза мерцали. — Не прямое притяжение, а скорее… случайный выброс энергии, который подхватил их по касательной. Очень маловероятно, но не невозможно. — Так, а теперь я! — Мия, словно ребёнок, которому не терпится попробовать новую игрушку, потянулась за палочкой. — Дайте мне попробовать! Вдруг я особенная! МакГонагалл, немного поколебавшись, передала палочку Мие. Подруга, подражая Катрин, сосредоточилась на том же перышке. — Вингардиум Левиоса! — воскликнула Мия, взмахнув палочкой. И снова ничего. Абсолютно. Мия разочарованно надула губы. — Эх, а я так надеялась на единорога! МакГонагалл вернула палочку на место, обходя стол директора. — Значит, вы обе — магглы. Это… осложняет дело. Вам будет намного сложнее адаптироваться к нашему миру, и ваши способности к магии, судя по всему, отсутствуют. — И что это значит? — спросила Катрин. — Что мы теперь тут делать будем? Пыль вытирать? — Вовсе нет, мисс Гиллан! — МакГонагалл подняла палец. — Это означает, что ваша безопасность является нашим приоритетом. Вы не можете просто так бродить по Хогвартсу, не понимая опасностей. И тем более не можете вернуться в свой мир, пока профессор Снейп не завершит свои исследования. В этот момент дверь кабинета Дамблдора со скрипом отворилась, и на пороге, словно призрак ночи, появился Северус Снейп. Его чёрные глаза скользнули по Катрин и Мие, затем остановились на МакГонагалл. — Я так понимаю, эксперимент с палочкой был проведён? — его голос был низким и едким. — И, как я и предвидел, результаты оказались столь же ничтожными, как и сами… объекты исследования. — Северус, — предупреждающе произнесла МакГонагалл. — Ведите себя прилично. — А я и веду, Минерва. Просто констатирую факты. Если они не обладают магией, значит, они всего лишь… мешающие элементы. Ещё одна головная боль для нас всех. Мне не нужны магглы, отвлекающие меня от работы. Катрин почувствовала, как в ней закипает возмущение. — Отвлекающие? Мы, между прочим, вас без сознания нашли! Ещё и спасли! А нас вообще-то на пары ждали, у нас сессия скоро! Снейп вздрогнул, его глаза сузились. Он сделал шаг в сторону Катрин, его тёмные одежды развевались. — Мои эксперименты, мисс Гиллан, намного сложнее и важнее ваших… сессий. Вы — лишь случайность, побочный эффект. — Случайность? — Катрин шагнула навстречу, игнорируя предупреждающий взгляд Мии. — Мы тут вообще-то по вашей вине! И вам бы не помешало быть хоть немного… вежливее! — Вежливость — это роскошь, которую я не могу себе позволить, когда сталкиваюсь с такой… вопиющей бестолковостью, — прошипел Снейп, склонившись над ней. Его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от её. Катрин не отступила. Она посмотрела ему прямо в глаза, и в их черной глубине ей почудилось что-то, что выходило за рамки простой неприязни – какая-то странная, напряженная энергия, которая притягивала и отталкивала одновременно. — А я бы сказала, что вы просто боитесь признать свою ошибку, мсье профессор. МакГонагалл резко хлопнула по столу. — Достаточно! Северус, вернитесь к своим зельям. Мисс Гиллан, мисс Маркова, пока вы будете здесь, вам придется соблюдать правила Хогвартса. Снейп бросил на Катрин последний тяжелый взгляд, полный презрения, а может быть, и чего-то еще, что она не могла расшифровать. Затем он резко повернулся и вышел, его халат развевался за ним, словно чёрные крылья. — Что это вообще было? — выдохнула Мия, когда дверь за Снейпом закрылась. — Он такой… противный. — И не говори, — пробормотала Катрин, всё ещё чувствуя жар от его близости. Дамблдор из портрета мягко покашлял. — Северус, к сожалению, обладает… специфическим характером. Но он гениальный зельевар, и он единственный, кто может вас вернуть. — Так, а что теперь? — Катрин посмотрела на МакГонагалл. — Мы что, здесь жить будем? В Хогвартсе? — Именно, — ответила МакГонагалл. — До тех пор, пока профессор Снейп не найдет способ открыть портал обратно. Я выделила вам временное жилье в одной из гостевых башен. Завтра утром вы встретитесь с мадам Помфри для полного обследования. А пока, пожалуйста, следуйте за мной. Девушки покинули кабинет Дамблдора, оставив позади парящую модель Солнечной системы и мерно качающийся маятник Ньютона, которые теперь казались частью какой-то другой, более сложной и невероятной загадки.